Глава 18. Любовь
На улице царила глубокая ночь, когда я переступил границу барьеров, защищающих мои апартаменты, крепко сжимая руки Гестии в своих. Так как она была посторонней, да ещё и ведьмой, защитные чары снаружи испепелили бы её в пыль, если бы она попыталась зайти без моего разрешения. Я постучал в дверь, вскоре её открыла Гермиона.
"Гляди кто вернулся!” — возвестил я.
"Кто она?” — спросила Гермиона, полностью игнорируя меня. Её взгляд был спокоен и устремлён мимо меня, на Гестию. Она произвела в её отношении ‘женскую оценку’ — процесс, в ходе которого одна женщина составляет детальный портрет другой на основе миллиона мельчайших деталей: одежда, украшения, макияж, фигура, — а затем решает, насколько серьёзную социальную угрозу та представляет. У мужчин существует параллельный процесс, но бинарный: Есть ли у него пиво? Если да, то поделится ли он им со мной?
"Ты ведь не вляпался ни в какие проблемы, не так ли?” — спросила Гермиона и обхватила меня за шею, запустив язык мне в рот. Я чувствовал себя сосной на территории пум. Мне оставалось лишь надеяться, что следующий этап не приведёт к территориальному расцарапыванию моей коры...
"Эм, это...” — я начал было объясняться, но тут встретился с ней взглядом и…
Застыл.
Гермиона будто словила Петрификус Тоталус. Она стояла одеревенело, выпрямившись как шомпол, и сохраняя абсолютную неподвижность, — её взгляд был сфокусирован на мне и ни на чём другом. По моему опыту, когда человек вот так замирает, это указывает либо на то, что он готовится к бегству, либо что он бросится на тебя с кулаками, — или же на дюжину других реакций. Гермиона не отличалась склонностью к импульсивным поступкам, в отличие, скажем, от Джинни Уизли. И всё же она изучала меня в абсолютном затишье, и я представления не имел, что творится у неё в голове. Единственный вывод, к которому я смог прийти, — она учуяла на мне запах Гестии и это спровоцировало такую её реакцию.
Я начал нервничать. Моё тело напряглось. Мне следовало проявить осторожность...
И тут случилось нечто совершенно ужасное. Нечто, воспоминание о чём будет преследовать меня ещё долгие дни.
Гермиона Грейнджер — Привязка к Миру сократилась до 33%
Анализ Текущих Мировых Якорей...
Количество Мировых Якорей — 177
Требуется Мировых Якорей — 15
Мета-Удача — 22,2
Меня как громом поразило. Мировые Якоря! Я совершенно забыл об этом моменте. Углубление моих эмоциональных связей с субъектом привязки способствует увеличению числа Якорей, но верно и обратное. И теперь я столкнулся с кризисом, связанным с моим величайшим Якорем в этой Вселенной.
Гермиона Грейнджер — Привязка к Миру составляет менее 50%
Привилегия “БИБЛИОТЕКАРЬ ЗНАНИЙ” стала неактивной.
У вас есть 24 часа, чтобы вернуть её в Активное состояние или вы потеряете её навсегда.
‘Чёрт! Блять! Ёбаный пиздец!’ — Меня пронзил приступ необузданной паники. Подобного я никак не ожидал и, как следствие, был к этому совершенно не готов. Основываясь на новообретённых привычках Гермионы в спальне и её реакции на Тонкс, я ожидал от неё немного иного поведения. Но, предположим, — просто предположим, — что она отреагировала на метаморфу лишь поддразниванием потому, что в присутствии Тонкс это Я позвал Гермиону посидеть у меня на коленях? Я презентовал её почти как победитель, демонстрирующий свой трофей постороннему, и Гермиона наслаждалась этим. Но то, что я привёл в дом Гестию, совершенно незнакомую женщину, — и, что более важно, до этого ещё и был с ней близок, — это, вероятно, подорвало её веру в меня. Нет, скорее подорвало её веру в себя и в то, что она может считать меня надёжной опорой в этом жестоком мире.
Теперь у меня есть двадцать часов, чтобы разгрести последствия. И если я не справлюсь, то потеряю Привилегию.
Проклятие! Чёрт!
"Гермиона...”
"Почему.”
Это не было вопросом. Это было требованием.
"Почему что?” — Я склонил голову набок.
"Почему.” — просто повторила она.
Должен признать, это эффективная стратегия. Если бы она потребовала ответа на конкретный вопрос, я мог бы попытаться съюлить. Но нет, она потребовала объяснений, не давая понять, объяснений за что именно она хочет. Право, на что ответить, предоставлялось мне, и она вынесет дальнейшее суждение исходя из него.
‘Ладно. Успокойся.’ — велел я себе. — ‘Гермиона — не Джинни Уизли. Она не взорвётся. Ты уже справлялся с Джинни, справишься и с ней. Всё, что тебе нужно сделать, это сразиться с ней её же оружием.’
"А ты как думаешь, почему?” — выстрелил я в ответ, отчего её глаза сузились. Хоть она и определила условия состязания, но я изменил ставки. Вместо прямого ответа я призвал её разобраться во всём самостоятельно. Если бы она хорошо меня понимала, то догадалась бы, почему я сделал то, в чём она меня обвинила. Так что вместо того, чтобы пуститься в оправдания, я должен убедить её, что мне необходимо поступать так, как я поступил.
"Я думала.... Думала, что ты любишь меня."
"Так и есть."
Что не ложь. Ну, во всяком случае, не полностью. Гермиона сердечная, весёлая, очень умная и у неё великолепное тело. В сочетании с её повышенным либидо она представляла собой всё, что требовалось мужчине для счастья. Способствовало этому и то, что оригинальный Гарри Поттер также питал к ней глубокие чувства. Возможно, в другом мире, где я не был бы обременён необходимостью в постоянной привязке к Мировым Якорям, я бы удовлетворился только ею.
Но в этом мире всё не так Я жаждал силы. Я мечтал стать величайшим волшебником на планете. Я хотел стать Богом. И, как ни странно, я также надеялся, что Гермиона останется на моей стороне.
"Тогда почему?"
Я мысленно подготовился к одному из важнейших разговоров, которые у меня состоялся с тех пор, как я перенёсся в этот мир. Мои мысли метались, а разум лихорадочно соображал. Что я могу сказать, не раскрывая всей правды? Чем я могу убедить её, чтобы вернуть её доверие на прежний уровень? Как я должен ответить, чтобы удержать степень Привязки к Миру от дальнейшего снижения?
"Потому что иногда одной любви недостаточно."
Вопреки себе самой, Гермиона невольно отстранилась, оскорблённая моими словами. Что не так плохо, ведь проявление любой реакции означает, что я её удивил.
А теперь, лучший ход — это просто сказать правду. Или ту вариацию правды, которой я готов был с ней поделиться.
"Ты ещё помнишь о путях, которыми идут ведьмы и волшебники? Те, о которых ты мне рассказывала?"
Её взгляд слегка дрогнул.
Я повернулся к Гестии. — "Всё, что происходит в этом Доме, подпадает под ограничение Клятвы."
Гестия кивнула.
Меж тем у меня уже голова шла кругом. Раз Гестия является членом Ордена и свидетельницей моей Клятвы, я могу воспользоваться этим, чтобы убедить Гермиону в отношении моей проблемки с инкубством. Я не уверен, должен ли я отдать должное моей удаче или быстроте мышления, но эта мелочь, похоже, спасёт мою шкуру сегодня вечером.
Я просто знал это.
Я повернулся к Гермионе. — “После того инцидента с дементором... что-то во мне изменилось. Секс, конечно, поднимает настроение, но это ещё не всё. С чем большим количеством женщин я вступаю в интимную близость, — чем больше у меня с ними секса, — тем сильнее становится моя магия.” — Я ни на секунду не отводил взгляд, пока продолжал говорить. — "И не просто сильнее. Некоторые вещи, которые раньше давались мне с трудом, теперь стали проще для освоения."
"Путь инкуба." — мрачно подытожила она.
"Да."
"Ты — инкуб."
"Ну, не полностью в этом уверен, но все признаки указывают на это."
"И ты ожидаешь, что я в это поверю?"
"Да."
Она прищурила глаза. — "С чего?”
"С того, что он говорит правду." — вмешалась Гестия, — "Он принёс мне клятву."
"А тебя никто не спрашивал!"— огрызнулась на неё Гермиона, — "После потери работы и только найдя работодателя, ты сразу же раздвинула перед ним ноги. Так что извини, если я не принимаю твои слова за чистую монету."
"Прекрасно!" — воскликнул я и взмахнул палочкой, — “Я клянусь своей магией, что мои слова о том, что секс помогает мне с совершенствованием в магии, — это правда, насколько мне известно.”
"ГАРРИ...” — возмутилась Гермиона, — “Тебе не обязательно было это делать.”
"Ты мне не поверила." — парировал я, — "У меня не осталось выбора. И, к твоему сведению..." — я снова взмахнул палочкой, — "Люмос!"
На кончике палочки возникло слабое, эфирное свечение.
Гермиона уставилась на светящийся кончик с непроницаемым выражением лица. Спустя долгое время она наконец выдохнула и опустила взгляд. — “Я понимаю.”
http://erolate.org/book/723/83290
