Отличный новый повод для подколов.
Её «лекторская» поза тут же испарилась. Она попыталась без лишних слов огреть меня своей книжкой, но я легко уклонился, сделав шаг в сторону, после чего вернул разговор к более серьёзным вещам.
— Так… Что нам делать с птицей? Плюс это или нет, мы не знаем, насколько она близка к превращению в пустого, а я не хочу, чтобы Чад или кто-то ещё подвергался риску, если это случится рядом с ними.
— Действительно, — согласно кивнула Рукия. — Я думала о том же. Именно поэтому я считаю, что сегодня ночью нам нужно пойти и провести Консо для этого духа.
Удовлетворённый ответом, я молча пошёл дальше, но через какое-то время Рукия снова заговорила:
— Чад-сан… Как вы двое подружились?
Я покосился на неё.
— С чего вдруг такой интерес?
— Ну, просто любопытно.
— Что ж, ладно. Это случилось, когда я учился в восьмом классе. Тогда я был гораздо слабее, чем сейчас, поэтому, когда на меня напала банда отморозков, я не успел раскидать их всех: двое зажали меня, а их главарь надел кастет и принялся меня избивать. И когда этот ублюдок попытался размозжить мне лицо шлакоблоком, Чад буквально схватил его за шкирку и швырнул через весь переулок.
При этом воспоминании на моем лице невольно появилась ностальгическая улыбка.
— Это было одно из самых смешных зрелищ, что я видел. Те парни попытались провернуть то же самое с Чадом — окружили его толпой, чтобы вожак мог его избивать, но Чад вообще никак не реагировал на удары. Если то, что он спокойно перенёс падение на него стальной балки, этого не доказывает, то его тело чертовски прочное. Если бы он пошёл на соревнования стронгменов или что-то в этом роде, я бы не удивился, если бы он побил все мировые рекорды. И всё же, будучи самым сильным парнем в округе, он никогда не даёт сдачи гопникам, когда те на него лезут. Однако его присутствия оказалось достаточно, чтобы дать мне лазейку, и я уложил этих идиотов прежде, чем они успели натворить ещё больше дел. После этого случилось кое-что ещё, о чём я не могу тебе рассказать, чтобы не предавать его доверие, но в итоге я пообещал: так же, как он вмешался без лишних расспросов и стал моим щитом, я буду заступаться за него в тех ситуациях, когда он сам решает не пускать в ход кулаки, и стану его «мечом». С тех пор мы и дружим.
— Понятно, — отозвалась Рукия, и на её лице тоже появилась грустная улыбка. — У тебя хорошие друзья, Ичиго. Береги их всегда.
От этих слов во рту появился горький привкус, заставив меня нахмуриться.
«Ты больше не потеряешь близких людей, Рукия. Я об этом позабочусь».
Я отвесил Рукии щелбан по лбу, вызвав у неё испуганный вскрик и болезненное шипение. Потирая покрасневшее место, она злобно уставилась на меня.
— ЭТО ЕЩЁ ЗАЧЕМ?!
— Да так, просто захотелось, — пожал я плечами. Затем отвёл взгляд от Рукии, слегка покраснев, положил руку ей на макушку и потрепал по голове так же, как сделал бы это со своими сёстрами. — И к слову, я берегу своих друзей при любой возможности. Даже прямо сейчас.
На это ей нечего было ответить, но, к моему удивлению, она также не попыталась сбросить мою руку или увернуться. Так мы и постояли ещё немного, пока наши пути не разошлись: я направился домой, а Рукия пошла туда, где обычно ошивалась, прежде чем каким-то образом пробраться ко мне в шкаф.
К тому времени как я переступил порог клиники, уже наступил вечер. Я лишь удивлённо моргнул, когда мимо меня торопливо пробежала Карин, одетая в форму медсестры.
— Что за…?
Вслед за ней с коробкой медикаментов прошла Юзу, тоже в одежде медсестры, и тогда я подал голос:
— Юзу, что происходит?
— На перекрёстке неподалёку произошла серьёзная авария. Мы оказываем пострадавшим всю возможную помощь, но людей слишком много, и клиника забита до отказа. Папа сейчас по телефону договаривается с больницей Каракуры, чтобы поскорее перенаправить туда самых тяжёлых пациентов, но…
— МЫ ВСЕГО ЛИШЬ КЛИНИКА, НАШИ ВОЗМОЖНОСТИ ПОМОЧЬ ЭТИМ ЛЮДЯМ ОГРАНИЧЕНЫ!
Я невольно замер, услышав неподдельный и крайне непривычный гнев в голосе Козлиной Бороды, кричавшего в трубку, хотя я прекрасно понимал его причину. Смерть брата Иноуэ оставила след и на нём тоже, и пусть его вины в этом не было, Козлиная Борода до сих пор корил себя за то, что не смог его спасти.
Точно так же, как я корил себя за то, что просто смотрел, как плачет Иноуэ, и ничего не предпринял. Но больше такого не повторится.
— ПЕРЕДАЙТЕ ВАШЕМУ ДИРЕКТОРУ, ЧТО ЭТО ЛИЧНАЯ ПРОСЬБА ИССИНА КУРОСАКИ! ЭТО ДОЛЖНО ОСВОБОДИТЬ ТАМ ПАРОЧКУ КОЕК!
Козлиная Борода с грохотом швырнул трубку на базу и, выругавшись под нос, потёр переносицу.
— Козлиная Борода, — обратился я к нему, привлекая внимание. — Могу я чем-нибудь помочь?
— Не особо, — отрезал он. — Твои сёстры справляются с первой помощью лучше тебя, да и твой подход к пациентам оставляет желать лучшего, особенно когда люди и так на взводе или в состоянии шока после аварии. Лучшее, что ты можешь сейчас сделать, — не мешаться под ногами и освободить нам место для работы.
— Понятно.
Опустошённый, я вышел из клиники в жилую часть дома Куросаки. Я ненавидел мысль о том, что бесполезен. О том, что не могу помочь тем, кто в этом нуждается. Что не могу помочь отцу, Юзу и Карин, хотя отчётливо видел, как им тяжело в этой напряжённой ситуации. И всё же я не мог с ним не согласиться.
Да, я знал основы первой помощи, помогая в клинике, когда был младше — гораздо лучше, чем среднестатистический человек моего возраста или старше, — но я провёл куда больше времени, обучаясь драться и сражаться, чем лечить. Тем временем Карин и Юзу под руководством отца усердно осваивали семейное дело, отдаваясь этому занятию со всей душой.
«Если бы только я мог хоть что-то сделать…»
Моё самобичевание прекратилось, когда в голове всплыло несколько конкретных фрагментов информации.
http://erolate.org/book/892/103965
Готово:
