Готовый перевод Garden of May / В майском саду [Конец]: 051

Глава 51

Ванесса тревожно косилась по сторонам. Она отчаянно надеялась, что кто-нибудь поможет, но все, с кем она встречалась взглядом, торопливо отводили глаза. Помогая бродяге устроиться поудобнее, Ванесса ответила:

— Для начала успокойтесь. Скоро придут люди, которые вам помогут…

— Не… не ври мне! Ты… ты этих гадов… позвать хочешь?

Дрожа так, будто вот-вот испустит дух, он вытаращил глаза и закричал. Но этот яростный порыв быстро сошел на нет. Бродяга сухо закашлялся и попытался приподняться.

— Уж л-лучше у-умереть… К этим гадам я не… не пойду!

— Хорошо. Только, пожалуйста, успокойтесь.

Ванесса похлопывала мужчину по щуплой спине, дожидаясь, пока приступ кашля стихнет. Носового платка в ее руке не хватало, чтобы утереть льющуюся кровь. Встревоженно глянув в ту сторону, куда умчалась Мэри, она поддержала бродягу, который начал терять сознание. Нужно было заставить его говорить. Если он отключится в таком состоянии, то умрет.

Ванесса осторожно подбирала слова, чтобы не спровоцировать его.

— Помощь действительно в пути. Я не вру. Сначала вас просто осмотрят, а потом…

— Н-нет! Никого не зови. Слышишь? Н-никого не зови.

Казалось, его сковал смертельный ужас. Будь он в силах двигаться, непременно оттолкнул бы ее и пустился наутек. Безумно озираясь по сторонам, бродяга вдруг крепко вцепился в запястье Ванессы.

— Пере… передай тому типу: у меня есть доказательства. Железные. Такие, с которыми его хоть сейчас можно притащить к верховному судье…

— К верховному судье?

— Ага. Хо… хозяин той машины… заплатил мне, чтобы… чтобы я человека убил…

В ту же секунду Ванесса невольно отпустила руку бормочущего бродяги. Уловив перемену в ее лице, мужчина тревожно продолжил:

— Помню… когда двигатель чинили, мы кон… контрабандные детали ставили, потому звук у мотора был особый. И цвет… цвет точно тот самый.

По ее спине пробежал холодок. Этот человек совершил чудовищное преступление и, похоже, принял ее за приспешницу заказчика…

Из-за старого, необычно звучащего двигателя и цвета машины.

— К тому же цвет безвкусный. Машина такого цвета на всем юге наверняка только одна…

Губы Ванессы побелели и задрожали. Почему именно сейчас ей вспомнились слова Мэри, было непонятно.

«Неужели он связан с дядей?»

На мгновение мелькнула жуткая мысль. Настолько, что ей стало противно от самой себя.

«Этого не может быть».

С какой стати она вообще стала всерьез прислушиваться к словам этого человека? Это ведь просто бред бродяги.

Из трех машин, принадлежавших дяде Уайетту, эта была самой старой. Обычно она пользовалась ею лишь изредка, для поездок в Бат; остальное время машина стояла в гараже. И цвет, как говорила Мэри, был необычным.

В свое время дядя по дешевке купил списанный армейский автомобиль и, отдавая дань моде, просто закрасил его поверх темно-синей краской. Обыщи весь Инграм — другой такой не сыщешь. А вдруг и правда…

— О каких верных доказательствах вы говорите?

При этих словах на лице бродяги с запозданием отразилось сильное подозрение. Прищурившись, он оглядел Ванессу и, словно что-то осознав, издал хриплый звук.

Не то вскрик, не то стон. Застонав, он принялся лихорадочно ощупывать свою грязную грудь. В прорехе потрепанного серого военного кителя блеснуло что-то из чистого золота. Блеск был настолько чужеродным, что ошибиться было невозможно.

Ванесса попыталась разглядеть вещь получше, но тяжело дышащий бродяга крепко зажал ее в правой руке. Тонкая металлическая цепочка натянулась так, словно вот-вот порвется.

— Ты… кто ты вообще?

— Я из Сомерсета…

— Нашелся! Эй, вон он опять за свое!

Ванесса только открыла рот, чтобы ответить, как к ним, расталкивая собирающуюся толпу, подошли трое мужчин. Заметив их, бродяга в ужасе задохнулся. Он тут же оттолкнул Ванессу и попытался сбежать, волоча непослушные ноги.

— Вы только посмотрите, опять свои фокусы выкидывает.

Мужчины быстро подошли и вздернули бродягу на ноги с двух сторон. Он изо всех сил отбивался, но его тут же повалили на землю и заткнули рот грязной тряпкой. Из распахнутых от ужаса глаз текли слезы, смешиваясь с грязью.

— Постойте!

Ванесса поспешно повысила голос, пытаясь их остановить, но мужчина, похожий на их главаря, преградил ей путь. На миг она отпрянула под его давящим взглядом, но затем выпрямилась.

— Немедленно отпустите его. Иначе я позову полицию!

— Ох, мисс. — Один из мужчин, прижимавших бродягу к земле, нагло усмехнулся и продолжил: — Вы нездешняя, поэтому не знаете, но он так делает уже не в первый раз.

— Как увидит машину необычного цвета, так начинает этот цирк. Притворяется сбитым и вымогает деньги.

— Только за эту неделю на него поступило несколько жалоб от жителей. Очень гнусный тип.

Тот, кто преградил ей дорогу, достал из-за пазухи полицейский жетон. Ванесса в растерянности переводила взгляд с жетона на бродягу.

Тем временем борьба становилась всё ожесточеннее. И вдруг — непонятно, что они с ним сделали, — руки и ноги бродяги обмякли. Ванесса в испуге метнулась было к нему, но ей снова преградили путь.

— Это произошло на нашей территории, мы сами разберемся.

— Но ведь он выглядел так, словно вот-вот умрет! Крови было так много…

— Наверняка свиная. Носит в маленьком мешочке и выливает на себя.

Ванесса в растерянности посмотрела на засохшую у нее на руках кровь. Неужели это всё свиная? Слишком уж похожа на человеческую. Да и со лба кровь продолжала течь…

— А вот и ваша служанка идет, — заметил полицейский.

Обернувшись, Ванесса увидела, как Мэри быстрым шагом несет таз с водой. Ее лицо слегка побледнело, должно быть, решила, что барышню притесняют какие-то хулиганы.

— За этого не беспокойтесь. Сегодня переночует в участке, а завтра, как угомонится, отправим его домой.

— …Я вызвала врача. Я пойду с вами в участок, позвольте ему хотя бы пройти осмотр.

— Вы настаиваете на невозможном. У нас и без этого полно дел.

— Прошу прощения, что не могу прислужить благородной мисс.

Мужчина, прижимавший бродягу коленом, поклонился, словно придворный лакей, и тут и там на улице раздался сухой смех. От непривычной насмешки Ванесса вспыхнула, но собрала остатки мужества и выпрямилась.

— Раз вы так хорошо с ним знакомы, как его зовут?

— Откуда у бродяги имя? Ступайте. Поднимать здесь шум — неразумно.

— Мисс… — осторожно позвала подошедшая Мэри.

Противостояние затягивалось, и в толпе зевак начали роптать на то, что они перекрывают дорогу. Ванессе поневоле пришлось отступить, а полицейские потащили прочь потерявшего сознание бродягу. Мэри, мгновенно понявшая всё по коротким репликам, встала рядом.

— Говорят, мошенник? Ну да. Я так и думала.

Ванесса всё еще со смятением смотрела вслед удаляющимся мужчинам. Полицейские жетоны были настоящими, а значит, было ясно, кому следует верить. Но жалкий взгляд бродяги никак не давал ей покоя. И его уверенность в том, что за ним придут.

— Откуда они узнали, что я не местная?

— Ну, городок-то маленький. Давайте хотя бы руки ополоснем.

— …

— Скорее.

Ванесса опустила взгляд, собираясь вымыть руки, как вдруг заметила, что у их ног что-то лежит.

— Погоди, Мэри. Под ногами…

Ванесса присела и подняла покрытый пылью медальон. Она видела его лишь мельком, но узнала с первого взгляда. Это была та самая вещь, что висела на шее у бродяги. Должно быть, медальон упал на землю во время жестокой потасовки с полицейскими.

Она сразу поняла, почему мужчина так им дорожил. Медальон был из золота — тонкой, изящной работы, и казался до дежавю знакомым. Она совершенно точно где-то его уже видела. То есть…

— Красивый, правда?

Ванесса резко обернулась. Голос прозвучал так отчетливо, словно кто-то прошептал ей прямо на ухо.

— Это мама одолжила его папе. Вот так перевернешь — откроется, а вот так закроешь и можно хранить внутри что-то очень ценное.

— Ух ты!

— Папа закажет крохотный портрет, чтобы положить внутрь. И тогда папа сможет смотреть на него каждый раз, когда соскучится по нашей малышке.

Стоило ей, повинуясь воспоминанию, перевернуть медальон, как расшатанное крепление соскочило, и спрятанная внутри бумага выпала на землю. Это был чей-то портрет или старая, выцветшая от времени фотография. Дрожащими руками она подняла ее.

— Мисс?

На голос служанки Ванесса медленно подняла голову. Ее совершенно бескровное, побледневшее лицо казалось странно холодным.

— Мне нужно найти телефон. Передать, что я не смогу приехать из-за срочного дела.

— Постойте… Вы не поедете в Эссекс?

— Да. Мне нужно в другое место.

— В другое место?.. Куда?

Ванесса свернула портрет и убрала его обратно в медальон.

— В Глостер.

http://erolate.org/book/98/11905