Готовый перевод Garden of May / В майском саду [Конец]: 129

Глава 129

В тот же миг в светло-серых глазах мелькнуло нескрываемое смятение. Ванесса невольно стиснула лежащие на коленях руки. Мысли смешались. Как? Как вообще этот человек мог узнать правду? Ведь это тайна, о которой не знал никто, даже Элис она ничего не рассказывала. И что теперь отвечать?

Солгать, чтобы потянуть время? Или сказать правду? После мучительных колебаний Ванесса так ничего не решила и просто промолчала. И этого, похоже, маркизу оказалось достаточно.

[Боже мой.]

[Он… — поспешно начала Ванесса. Ее сорванный, пересохший голос прозвучал чужим даже для нее самой. — Это он вам сказал? Что у него есть ребенок?]

Маркиз Полиняк пронзительно посмотрел на нее нечитаемым взглядом. Сгорая от нетерпения, Ванесса подалась вперед, на самый край стула, и стала допытываться:

[Неужели герцог знает о Клоде все?]

[Честно говоря, не знаю. Известно это герцогу или нет… По крайней мере, при мне он ничем этого не выдал.]

[Тогда откуда, от кого вы это услышали, раз спрашиваете меня о таком?]

[Это была просто интуиция.]

[И-интуиция?]

[Четыре года назад Блэр, поручая вас моим заботам, обронил одну фразу. Я тогда не понял, что он имел в виду, но вчера, увидев герцога, все осознал.]

[…]

[Ваш ребенок — вылитый он.]

Она это знала. И именно поэтому все последние дни была словно загнана в угол — до такой степени, что нарушила собственную клятву и связалась с Блэром.

Ведь если промедлить еще немного, если этот мужчина вдруг встретится с Клодом, он наверняка узнает в нем своего ребенка.

Герцог всегда относился к детям негативно. Он настолько не хотел заводить ребенка, что называл себя бесплодным и постоянно принимал противозачаточные. Что будет, если он узнает, что она забеременела от него, сбежала и родила?

Как бы там ни было, хорошего отношения ждать не придется. Нет, полнейшее равнодушие было бы еще за благо.

Хуже всего, если слухи о ребенке дойдут до старой герцогини Баттенберг. Три года — самый подходящий возраст, чтобы отнять дитя у матери, ведь детские воспоминания так быстро стираются. И станет ли герцог защищать мальчика, если до этого дойдет?

«Я не могу быть в этом уверена».

Ребенок без того рос тревожным. Стоит ему получить фамилию Баттенберг, как на него тут же обрушится назойливое внимание. Любую мелочь, малейшую слабость газетчики выставят на всеобщее обозрение ради забавы. Ведь он рожден не от законной герцогини. Сын любовницы, появившийся на свет во время войны. Да еще с дефектом — он не умеет говорить. Трудно даже вообразить, какую травму все это нанесет ребенку.

Единственный способ избежать этих насмешек — официально сделать Клода приемным сыном герцогини. И именно этого она хотела избежать больше всего на свете. Пожалуй, это был самый ужасный сценарий.

«Хейли Мортон».

Теперь при мысли о герцоге в памяти первым делом всплывала эта женщина. Его законная невеста, которая теперь, должно быть, стала герцогиней. Женщина, которая жестоко угрожала ей, когда Клод еще был в утробе. Как можно доверить такой особе ребенка, который дороже собственной жизни?

[Мне нужно еще немного времени.]

Ванесса сцепила лежащие на коленях руки так крепко, что пальцы побелели. Ошибаться больше нельзя.

[Я уже спланировала отъезд из Амьена. Много времени не понадобится.]

[Вы связались с Блэром?]

[Да. Как только найдут корабль, мы уедем. Я уже договорилась с семьей, с которой живу, они отправятся вместе со мной.]

[Не уверен… Повсюду союзные войска. Из-за мирных переговоров въезд и выезд строго контролируются. В такое время часто активизируются террористы. Прорваться через оцепление будет непросто.]

Маркиз глубоко задумался и на мгновение замолчал.

[Когда обещали найти корабль?]

[Уедем самое позднее через две недели. На следующей неделе я должна встретиться со связным от Блэра. На здание и ломбард уже нашлись покупатели, хотят посмотреть.]

[Пока не сядете на корабль до Норта, никому не доверяйте. Ребенок сейчас в безопасности?]

[Разумеется.]

Пока она работала в мэрии, за Клодом присматривала Камий. Зарабатывать на жизнь писательством на лантском в нынешние времена было почти невозможно, а доходов от ломбарда Камий не хватало, чтобы прокормить четверых.

Спасал лишь паек, который она получала за работу в мэрии — благодаря ему они жили чуть лучше остальных.

[Я отдельно узнаю, есть ли способ прорвать блокаду. А до тех пор продолжайте ходить на работу. Так мы сможем обмениваться информацией, не вызывая подозрений.]

[Хорошо.]

[И со второй половины дня я перевожу вас на другую должность. Слухи о нас с вами заходят слишком далеко.]

[На какую?]

[Пока будете ходить на работу в другое здание. Займетесь переводами. Подробности узнаете у моего секретаря.]

Он махнул рукой, показывая, что она может идти. Ванесса тут же встала. Она уже собиралась открыть дверь, когда маркиз Полиняк окликнул ее:

[Мадемуазель Ванесса.]

[Да?]

Маркиз пристально посмотрел на нее и сделал многозначительное предупреждение:

[Впредь обращайте особое внимание на то, что видите и слышите. И ради себя самой тоже, мадемуазель Ривер.]

* * *

Господи.

Ванесса ошеломленно смотрела на здание, над которым развевался флаг Инграма. Чья-то жестокая шутка? Или очередной кошмар? Иначе эту ситуацию было не объяснить. Новым местом работы оказалось представительство Инграма.

О чем вообще думал маркиз Полиняк? Ее нужно было прятать изо всех сил, а он словно нарочно выставил напоказ.

[Держать подле себя всю войну девушку, беременную от вражеского главнокомандующего. Да еще оказаться втянутым с ней в скандал… В моей жизни не было ничего ужаснее.]

Ванесса горько усмехнулась от захлестнувшего ее чувства предательства. Сам же так говорил, а на деле…

[Каждый день после работы докладывайте мне обо всем, что произошло. Это условие, на котором я найду для вас путь через блокаду.]

Нельзя было полагаться только на связного от Блэра, поэтому, как бы все ни запуталось, она не могла просто отказаться. К тому же… раз он знает о Клоде, она, по сути, у него на крючке.

Едва не плача, девушка крепко прикусила губу. Хотелось просто упасть в обморок и больше никогда не приходить в себя.

— Эй, там. Какие-то проблемы?

Услышав инграмскую речь после долгого перерыва, она разволновалась еще сильнее. Ванесса покачала головой.

— …Нет.

Но даже ответив, она никак не могла сдвинуться с места. Проходящие мимо люди начали все чаще бросать на нее косые взгляды. Нехотя, с огромным трудом она все же зашла на первый этаж представительства.

— Мисс Ривер?

Спускавшийся по лестнице военный заметил ее и окликнул.

— Это вы?

— А, да…

— Следуйте за мной.

Ванесса последовала за ним вверх по лестнице. Мрачная атмосфера внутри резиденции почему-то подавляла. Она прошла несколько личных досмотров, показывая сумку солдатам, стоявшим на каждом этаже словно на контрольно-пропускных пунктах, чтобы доказать отсутствие оружия. После этого ее сразу же проводили на самый верхний этаж.

— Подождите здесь.

Сказав это, солдат вышел, оставив ее одну, и закрыл за собой дверь. Ванесса растерянно посмотрела на закрытую дверь, а затем снова перевела взгляд вперед.

Это было странное помещение. Скорее не кабинет — точнее, не рабочий кабинет в резиденции, — а комната отдыха для аристократов. Если место, где она стоит, — это гостиная… то там кабинет, а вон там, наверное, спальня…

Привычно оценивая планировку, Ванесса заметила, что в этом помещении почти нет следов жизни. Если бы не расставленные то тут, то там неестественные композиции из живых цветов, комнату вполне можно было бы принять за роскошную допросную — настолько здесь было неуютно. Она как раз осматривалась по сторонам, когда за ее спиной снова открылась дверь.

— …

Первым делом она почувствовала знакомый аромат. Ванесса рефлекторно обернулась; вошедший в комнату герцог, разговаривавший с адъютантом, казалось, тоже заметил ее. Было видно, как глаза мужчины на мгновение расширились.

— …Доклад окончен. Можешь идти.

От этого тихого голоса, разнесшегося по комнате, ее сердце словно рухнуло с небес прямо в ад. «Есть», — ответил солдат. Послышался звук закрывающейся двери и удаляющиеся шаги. Как только затих последний звук шагов, повисла жуткая тишина.

Ванесса попятилась, а затем с искаженным лицом посмотрела на него.

— …Ты.

Услышав ее напряженный голос, он слегка нахмурил изящные брови.

— Не нужно так напрягаться.

— …

— Я всего лишь запросил человека для перевода документов. Я и сам не знал, что они пришлют тебя.

— Думаешь, в это можно поверить?

— Ванесса.

Услышав его смягчившийся голос, смешанный со вздохом, Ванесса невольно вздрогнула. То, как он произносил ее имя, было в точности таким же, как тогда, четыре года назад, и это поразило ее.

— Иногда ты слишком недооцениваешь мои возможности.

Его губы, казавшиеся в полумраке особенно красными, изогнулись в чарующей усмешке.

— Если бы я хотел притащить тебя сюда, давно бы это сделал. Без необходимости устраивать весь этот спектакль.

— …

— Садись.

На столе, на который он указал кивком, были приготовлены пишущая машинка, перьевая ручка, бумага и папки. Словно он впрямь собирался поручить ей необходимый перевод. Правда ли это? Или лишь способ усыпить ее бдительность?..

Было грустно осознавать, что они докатились до необходимости подозревать друг друга, но, как ни смешно, между ними не осталось ни одного воспоминания, которое позволило бы им доверять друг другу. А на что этот мужчина способен пойти ради своей цели… она знала лучше всех.

Ванесса, словно ощетинившаяся кошка, со смесью настороженности и подозрения уставилась на стол, а затем задала самый тревожащий вопрос:

— Ты правда не знаешь лантский? Ты же окончил военно-морскую академию.

— Никогда не учил.

— Даже если так… Запроси другого человека хотя бы сейчас.

— Как знать, Ванесса.

Она с трудом подавила желание зажать уши. А заодно усмирить собственное тело, которое, словно собака, отзывалось каждый раз, когда он произносил ее имя.

— Мне кажется, это будет выглядеть еще более подозрительно и привлечет лишнее внимание.

Мягкий голос со смешком пощекотал ей слух, словно он прекрасно знал, на что она так реагирует.

— Документов два вида. Те, что на лантском, нужно перевести на инграмский, а те, что на инграмском, — на лантский.

— …

Пока она колебалась, Теодор сел напротив и открыл папку с документами, которые ему нужно было изучить.

— Если хочешь продолжать стоять там — пожалуйста.

Говоря это, герцог на нее даже не смотрел. Словно неловкость от их связи ощущала только она одна.

Помедлив, Ванесса со вздохом опустилась на стул. Если сейчас уйдет, ей придется доложить маркизу Полиняку, что она упустила с трудом доставшуюся возможность. Уж лучше быстро сделать то, что нужно, и уйти — так будет лучше для всех.

Она проверила время по старым часам на запястье и поспешно принялась за перевод первой страницы.

— …

Долгое время в комнате висела тишина, нарушаемая лишь скрипом пера, стуком клавиш и шелестом бумаг. Сам по себе перевод был несложным, но из-за огромного объема занял немало времени. К тому же это были военные материалы, поэтому делать работу спустя рукава было нельзя.

Лишь когда солнце, стоявшее в самом зените, начало клониться к закату, работа подошла к концу. Тщательно проверив и допечатав последнюю страницу, Ванесса надавила на ноющую шею и подняла голову.

— …

И сразу же увидела его, сидящего за столом напротив.

http://erolate.org/book/98/11983