Глава 69
Наступила ночь, и Чжао Ифэн вновь посетил бамбуковый дом.
Мягкий свет разливался вокруг, но он не мог согреть душу Цзян Юйшу.
«Ты здесь», - мягкий голос прорезал тишину ночи.
«Да, я здесь», - тепло ответил мужчина, остановившись рядом с юношей в белом.
Цзян Юйшу с равнодушным видом отложил флейту в сторону.
Чжао Ифэн искренне поклонился и сказал: «Циньюй, я пришел сюда, чтобы как следует извиниться. Пожалуйста, прими Цимин и Лушуй».
Цзян Юйшу усмехнулся: «Цзян уже говорил, что не хочет забирать заслуженную награду достойного человека».
У Чжао Ифэна не было другого выбора, кроме как вложить мечи в руки Цзян Юйшу. «Циньюй, пожалуйста, прости меня. Каким достойным человеком я могу быть, если не проявлю справедливость и буду скупым?»
Два меча плотно прижались друг к другу, и их энергия загудела, словно с трудом удерживалась внутри. Желтый песок тотчас окрасился красными бликами.
Юноша держал искрящиеся мечи.
От императора и высших чинов до простолюдинов, все мечтали хотя бы раз прикоснуться к ним.
Мечи были древней реликвией. Истории героев, великих завоеваний неразрывно были связаны с ними.
Хороший меч должен соответствовать герою!
Цзян Юйшу не мог их увидеть и поэтому тихонько прикоснулся к рукояти Лушуя. Она была изысканной и удобно помещалась в руке. Казалось, что эта рукоять была сделана специально для него.
Вух! С глухим звуком Цзян Юйшу обнажил меч.
Волнистое лезвие меча пронеслось по дуге и на фоне лунного света заискрилось серебряными искрами.
«Хороший меч! Бесподобное магическое оружие!» - не мог не восхититься Цзян Юйшу.
Чжао Ифэн был в восторге: «Так Циньюй принимает его?!
Цзян Юйшу сделал легкий кивок в знак согласия. «Цзяну достаточно одного Лушуя. В последней битве Цзян повредил меч старшего принца, тем самым лишив его надежного оружия. Вашему Высочеству стоит оставить Цимин для себя».
Чжао Ифэн со счастливой улыбкой наблюдал за тем, с какой радостью был принят Лушуй и великодушно забрал Цимин.
Цимин загудел, как будто не желая расставаться с Лушуем, Чжао Ифэн ощутил, как онемели его руки от его дрожи.
Энергия меча взлетела до небес и не хотела успокаиваться.
Со свистом Цимин был извлечен из ножен.
Вспыхнули многочисленные зеленые отблески.
Широкие рукава его черного халата затрепетали на ветру, он аккуратно держал рукоять меча.
Колыхнулись всполохи синей энергии и устремились к небу.
Неукротимый, властный, убивающий все на свете.
Энергия меча обжигала, кисти рук Чжао Ифэна дрожали, и он не мог это контролировать.
Цзинь! Цимин выпал из его рук.
Невероятно!
Ошеломительно!
Цзян Юйшу отреагировал на звук, осторожно коснулся Лушуя и безразлично спросил: «Ваше Высочество не может контролировать Цимин?»
Чжао Ифэн был удивлен происходящим: «Ни одно оружие никогда не выпадало из моих рук. Видимо этот меч не признает во мне хозяина…»
Цимин и Лушуй. В один день, в одном месте. Полярные, словно день и ночь, Инь и Янь.
Потоки холодного воздуха, тихие, как движение воды, ледяные, как ветры Крайнего Севера, пронизывали душу.
У Цзян Юйшу была хорошая память, и он кое-что вспомнил: «Говорят, что тысячи лет назад оружейник У Чжуцин полюбил свою младшую сестру Сюнь И и поэтому выковал два меча, которые истекали кровью, как его душа. Мир не мог терпеть кровосмесительную связь, и они оба прыгнули со скалы.
Последующие поколения стыдились этого. Они нашли оба мертвых тела, одно похоронили вместе с Цимином в горах, а другое вместе с Лушуем в землях вечного льда.
Бушующее пламя огня заливало Цимин в течении ста дней, окрасив его в кроваво красный цвет. Этот меч – чистый Янь. Лушуй пропитался энергией льда и приобрел свой тусклый свет. Этот меч – чистый Инь».
Внезапно вмешался Чжао Ифэн: «Для того, чтобы управлять этим мечом нужно использовать кровь».
Цзян Юйшу спокойно кивнул. Протянув руку, он ощутил холод меча Лушуй, который пронзил его до самых костей.
Чжао Ифэн посмотрел на несравненное магическое оружие, выхватил Цимин и ударил им по Лушую. Все, что он почувствовал, это поток холода, после чего на Цимин брызнула кровь.
Цимин был кровожаден, он впитывал в себя темно-красную жидкость.
«Циньюй… этот меч… кровожаден!» - недоверчиво сказал Чжао Ифэн, с трудом веря в то, что видит.
Цзян Юйшу неторопливо поднял брови и спокойно ответил: «Цимин – меч Янь, Лушуй – меч Инь. Они изначально были парными, поэтому при ударе друг о друга всегда будет литься кровь».
Чжао Ифэн прижал к себе Цимин и почувствовал бушующую энергию меча. Внутри него бурлила кровь, передавая владельцу внезапный порыв возбуждения и жажду крови.
Цимин и Лушуй были как две переплетенные лозы.
Тысячи лет спустя они все еще были вместе.
Чжао Ифэну стало любопытно: «Циньюй, эти мечи пара?»
Цзян Юйшу решительно кивнул: «Эти мечи – пара!»
«Значит пара…» - значение блеска в глазах Чжао Ифэна было трудно прочитать. Легендарные меченосцы по слухам плохо кончили, случится ли с ними тоже…
В этот момент Чжао Ифэн был одновременно и счастлив, и напуган.
Цзян Юйшу не знал, что то, что он сказал предопределило будущее их двоих.
Это была любовь.
Цимин вознесется в бескрайнее небо, Лушуй утонет в безбрежных волнах.
Но он не мог знать всего об этих двух мечах.
Чистое Янь, чистое Инь, Крайний Север, Крайний Юг.
Суть - неизбежно ранить. Любите друг друга и причиняйте друг другу боль.
Бах! На землю упала чашка и разбилась.
Чжао Ифэн схватился за грудь. Его лицо покраснело, а глаза горели.
«Чжао Ифэн, что с тобой?»
Мужчина изо всех сил старался сдерживаться: «Все в порядке… нх… пх…»
«Чжао Ифэн! Чжао Ифэн…»
Цзян Юйшу протянул руку, чтобы нащупать его и почувствовал, что его тело горячее, а дыхание прерывистое.
«Феникс хватает феникса?»
Оказалось, что он был отравлен ядом «феникс хватает феникса»! Очень мерзкий яд, разъедающий кости!
Чжао Ифэн почувствовал прикосновение прохладной руки на своем запястье и больше не смог сдерживать свое внутреннее возбуждение.
Он крепко сжал запястье Цзян Юйшу и резко притянул его к себе.
Не ожидая этого, Цзян Юйшу начал падать вперед, он не мог защититься Юй Сяо, так как оставил ее на столе. Слепота дезориентировала, и он потерял устойчивость.
Чжао Ифэн удержал его от падения, и его обжигающее дыхание опалило юношу.
В ушах Цзян Юйшу звенел хриплый, срывающийся голос.
«Циньюй… я… я… хм…»
http://erolate.org/book/1087/124172
