Готовый перевод Concubine in times of trouble / Любовь в смутные времена: Глава 101

Глава 101

«Палатка того мальчишки здесь? Дакэн, ты точно узнал?» - тихо обратился Симэнь Ритянь к Чжан Дакэну.

«Пацан сам сказал, что не хочет тискаться с командующим, и командующий приказал где-то его устроить», - осторожно ответил Чжан Дакэн, словно кошка, прячась в темноте.

Симэнь Ритянь удовлетворенно кивнул и вдруг несколько раз пролаял, как собака, чтобы выманить Се Ия из палатки, который в этот момент застилал постель.

«Я войду и проверю планировку. Дунфан выманивает маленького чертенка. Не забудьте проверить патруль. Дэн Ханьи, ты будешь тянуть веревку».

Все дружно закивали и сочувственно посмотрели друг на друга взглядом «если нас поймают, то командующий сдерет три шкуры». Скула Симэнь Ритяня трижды нервно дернулась, после чего он сорвался с места и исчез.

Луна стояла высоко в небе, дул прохладный ветерок.

Чжао Ифэн проводил Цзян Юйшу ко входу в палатку, остановил его, не давая войти внутрь, и сказал: «Уже поздно, а ты обычно рано ложишься спать. Я не стану тебя больше задерживать».

Цзян Юйшу улыбнулся и кивнул, проверив флейтой путь.

«Се Ия, ты спишь?»

В палатке стояла полная тишина. Се Ия был настолько измучен более чем месячным путешествием, что не обратил никакого внимание на возню рядом с палаткой, постелил постель, и как был в одежде, так и заснул.

Цзян Юйшу улыбнулся и покачал головой. В самом деле все еще такой ребенок!

Но вдруг с дивана, где спал мальчик послышался резкий звук. Се Ия проснулся, подскочил, схватившись за живот, и в спешке выбежал.

«Ия, что с тобой?» - Цзян Юйшу чуть не споткнулся, побежав ко входу в палатку, но добравшись замер, почувствовав, что что-то не так. Порыв холодного воздуха, пар воды, это…

«Дэн Ханьи, он прямо у входа в палатку! Быстро дергай за веревку!» - тихо прошептал Чжан Дакэн и подмигнул Дэну Ханьи.

Тот, испугавшись, быстро протянул руку и дернул за веревку.

Мимо проплыла белая тень, и послышался шум льющейся воды.

«Что случилось? Молодой господин, вы в порядке?» - спросил обеспокоенный рядовой, охранявший снаружи.

Из палатки раздался голос спокойный, как вода: «Все в порядке, вам не нужно беспокоиться. Я случайно разбил чашку».

Охранник снаружи с подозрением оглянулся и ушел на свой пост.

Вскоре вернулся Се Ия, держась за свой живот. Увидев беспорядок внутри, он удивленно спросил: «Молодой господин, что это?»

«Ия, иди сюда».

Изумленный Се Ия подошел к Цзян Юйшу, попутно оглядываясь по сторонам.

В следующий момент прозвучал неожиданный вопрос: «Зачем ты съел кору кретонового дерева?» (сильное слабительное)

«Я не знаю, о чем говорит молодой господин. Когда солдат принес мне еду, я просто все съел», - со страданием в голосе ответил мальчик, не отпуская руку с живота.

Лицо Цзян Юйшу застыло, словно стоячая вода: «Ты изучал вкус, запахи и назначение трав целый год, как ты мог не заметить кору кретонового дерева в своей еде?»

«Я был слишком голоден, поэтому даже не подумал об этом», - тихонечко сквозь зубы, словно комарик, пропищал Се Ия. Глядя на холодное лицо Цзян Юйшу, мальчик становился все более испуганным. Он не боялся Чжао Ифэна, Ло Буцю и тем более других людей, он боялся только Цзян Юйшу. Когда лицо молодого господина потемнело, мальчик понял, что совершил что-то непростительное.

«Забудь. Тебе следует быть осторожней в будущем и не попадаться снова. Полагаю, ты тоже не знаешь, что тут сегодня произошло?»

«Простите», - мальчик огляделся и увидел, что все сверху до низу было залито водой.

«Иди спать», - протянув руку, Цзян Юйшу подтолкнул его к кровати, уложил и поправил одеяло.

Ночь была тихой и безмятежной, луна одиноко продолжала висеть на небе.

Ее ослепительный свет залил все вокруг, накрыв город Байи тусклой пеленой.

Все спали глубокой ночью и не заметили ликующую четверку.

«Дэн Ханьи, это успех! Вы сами слышали это только что! Идем, свяжем его!» - тихо прорычал Симэнь Ритянь.

Когда они услышали, что на Цзян Юйшу полилась вода, их глаза победно засияли.

«Упс! Наконец-то я смогу снять с него его белую рубашку!»

«Сейчас вернется Дакэн, и мы пойдем его свяжем!»

«Дунфан взбодрился, а это уже полдела. Полного успеха долго ждать не придется!»

Дунфан Бую важно кивнул головой, подтверждая, что шансы на успех огромны, потом тихо прошептал: «Симэнь, ты войдешь первым и нападешь на него. Дакэн в этот момент свяжет ему руки, Ханьи снимет одежду, а я свяжу ноги, после чего все дружно унесем его!»

Симэнь Ритянь вытянул большой палец вверх, показывая, что план хорош. «Отлично! Просто сделаем это!»

Чжан Дакэн глупо хихикнул.

Дунфан Бую задумался и, наконец, сказал: «После того, как я трижды прочирикаю, как воробей, мы все вместе ворвемся внутрь».

«Чирик! Чирик! Чирик!»

Услышав этот звук, Цзян Юйшу скривился в саркастической улыбке.

Тени деревьев закачались, жирные тучи закрыли луну, оставляя только тьму и хаос. Внезапно ветер усилился. Его свист и хлопанье веток деревьев заглушил крики. Похоже, что ветер заранее знал, что случиться с этими четырьмя.

Этой ночи суждено было стать особенной.

На фоне желтого песка восходящее красное солнце смотрелось особенно ярко. Вставшие на заре солдаты, начали свой день боевой подготовки.

Вдруг из отдела снабжения раздались крики, после чего наступила тишина.

Солдаты пришли в панику. Случилось что-то нехорошее? Отдел снабжения потерял партию мяса? Может это новый молодой господин…

В скучном военном лагере после прихода Цзян Юйшу наконец стали происходить интересные события.

Все пошли посмотреть, в чем дело, и вскоре тыловая казарма была окружена тремя рядами людей внутри и тремя рядами снаружи.

Камень, брошенный в воду, взбудоражил большие круги, мгновенно нарушив стандартный ход вещей.

Мо Юнь одевался, когда вбежал рядовой и доложил: «Заместитель командующего, произошло кое-то нехорошее!»

Мо Юнь тут же нахмурился: «Что за паника?»

Солдат скривился, почувствовав его недовольство, но нервничать не перестал: «Заместитель командующего, что-то не так в отделе снабжения. Четыре человека были брошены… брошены в бак с водой… Непонятная странность!»

Кажется, дело касалось достоинства, поэтому солдат постарался доложить ему как можно раньше.

Как могла возникнуть такая проблема? Четыре человека? Нет!

Мо Юнь больше не заботился о своей одежде. Полуодетый он быстрым шагом направился к отделу снабжения. Еще на подходе он уже видел большое скопление людей, образовавших круг.

Здорово! Окружили так, что воде негде просочиться! На что они там смотрят?

«Почему застряли здесь? Вам больше не нужно практиковать? Считаете, что со своим уровнем боевых искусств можете победить Тяньво? Будете просто сидеть и ждать, когда они сами по себе передохнут? Если не будете тренироваться, никто на вас не станет тратить армейский паек!»

На череду риторических вопросов, как и ожидалось, никто не ответил. Все опустили головы, но расходиться все равно не спешили.

Втиснувшись в толпу, Мо Юнь подумал, что никогда в жизни не сможет забыть эту сцену.

Он увидел четыре человеческие головы, торчащие из резервуара с водой в палатке материально-технического снабжения. Их руки были зафиксированными метательными ножами, верхняя часть тела полностью обнажена, а вода была неоднозначного цвета. Особенный озноб вызывала кровь с раненых метательными ножами запястий, которая продолжала капать в воду.  

Рты всех четырех были забиты тканью. Они были настолько потрясены, что не могли произнести ни слова, а только умоляюще смотрели на Мо Юня.

Мо Юнь втянул воздух и чуть не задохнулся. Он ожидал увидеть что угодно, но не это. Дунфан Бую… Симэнь Ритянь… Дэн Ханьи… Чжан Дакэн… Все они были здесь.

Ни один преступник не ускользнул от наказания! Этот слепой…

В этот момент Мо Юнь почувствовал себя слишком старым. Молодое поколение было намного лучше его…

К счастью, за ним все еще была репутация, которая помогала ему сохранить лицо.

Хоть Мо Юнь вместе со всеми и проявлял свое недовольство, но он не был достаточно смел, чтобы участвовать в ночном нападении. Если бы он в то время, когда они обсуждали стратегию, тоже находился с ними в военном лагере, то, вероятно, тоже сейчас бы сидел в этом резервуаре с водой, и покрыл бы себя позором, под взглядами окружившей его толпы…

«Что случилась? Почему тревога с утра!» - при звуках голоса Чжао Ифэна все неосознанно расступились в стороны. Тот стоял с холодным, ничего не выражающим лицом.

Увидев четыре головы, торчащие из резервуара с водой и выстроенные в аккуратную линию, он не мог не удивиться.

«Эта картина в самом деле выглядит причудливо!» - Чжао Ифэн прикидывался, что не знает, кто это сделал, сосредоточив все свое внимание на причудливых позах. На самом деле про себя он печально сокрушался, по всему было видно, что сила Юйшу была по истине ужасающей. Он думал, что крики людей должны были разбудить Цзян Юйшу, но он нигде не видел его.

Вдруг шумная толпа смолкла.

Чжао Ифэн последовал за направлением взглядов и увидел, как Се Ия, держа Цзян Юйшу за другой конец флейты, ведет его из лагеря к отделу снабжения.

Издалека было видно, как он смеялся, но если приглядеться получше, то на самом деле он просто улыбался, и эта улыбка больше походила на саркастическую насмешку.

Презрительный изгиб его губ заставил четырех человек в резервуаре с водой поежиться. Они задрожали то ли от холода, то ли от страха.

Этого слепого нельзя было недооценивать!

Прошлой ночью Се Ия, отравленный корой кретонового дерева, проснулся и увидел беспорядок в палатке. Что тут было непонятного? Молодого господина хотели унизить и припугнуть, когда он зайдет в палатку. Не удержавшись от смеха, мальчик сказал: «Ха-ха! Эти четверо старших и в самом деле злодеи! Они знали, что молодой господин не может видеть, но намеренно хотели облить его водой. Наверное, напрашивались на то, чтобы молодой господин поиграл с ними флейтой! Оригинальный способ приветствия! Пришлось хорошо потрудиться! Прошлая ночь почти все время была безлунной и дул сильный ветер. Нелегко было все здесь устроить!»

Четверо не находили себе места от стыда. Они жалели, что не могли спрятать головы в панцирь, как столетние черепахи!

«Ия!» - Цзян Юйшу встряхнул нефритовую флейту, и махнул рукой, чтобы остановить мальчика. «Как ты можешь быть таким грубым? Хочешь снова учить наизусть книги?»

Личико Се Ия стало грустным, он сдержанно ответил: «Ия не посмел бы. Он просто расстроился из-за молодого господина».

Четырем людям связали руки и ноги, а в запястья воткнули метательные ножи. Самому никак было не выбраться, чем больше силы прилагаешь, тем больше ран себе наносишь. Так они и просидели на корточках в резервуаре всю ночь, а сейчас тело затекло настолько, что они не могли даже пошевелиться. Сила духа была практически полностью утеряна, где им было взять силы, чтобы жаловаться. Мысли были только об одном, сбросить путы и оказаться на свободе на земле.

Нефритовой флейтой Цзян Юйшу исследовал край резервуара с водой. Восходящее солнце освещало его красивое лицо, окрашивая кожу в теплые цвета.

Длинные пальцы направляли зеленую нефритовую флейту.

«М-м! М-м! М-м! М-м!» - замычали четыре голоса.

Все четверо одновременно опустили голову в воду, задыхаясь и глотая ее.

Шестнадцать метательных ножей были извлечены с невероятной скоростью.

Вдруг узники почувствовали, что сдерживающие их запястья, как оковы, ножи, исчезли. Они ринулись вон из резервуара с водой и принялись быстро развязывать веревки. Вернув себе свободу, все четверо были несказанно счастливы. Им было все равно на то, что на них почти не было одежды, что они только что потеряли свое достоинство перед братьями. Первое, что они сделали, это бросились перед Цзян Юйшу на колени и принялись его благодарить за то, что не убил их.

«Спасибо, молодой господин! Спасибо за милость!»

Ужас прошлой ночи и пронизывающий холод напугали их.

Они никогда не смогут забыть пробирающего до костей мороза.

Цзян Юйшу мягко улыбнулся и успокоил их: «Спасибо офицерам за их доброту. Цзян глубоко польщен. Цзян слеп, но хорошо владеет звуком. В то время, когда в городе Байи не хватает еды и воды, во время страшного кризиса, офицеры приветствуют Цзяна ушатом с чистой питьевой водой. Они даже назначили встречу с Цзяном, чтобы посоревноваться в боевых искусствах, но Цзян не так талантлив. Офицеры дали мне победить и избавили от необходимости сидеть голым в резервуаре с водой. Все офицеры отлично владеют боевыми искусствами, просто удача отвернулась от них. Здесь при всех Цзян хотел бы поблагодарить офицеров!»

Соревнования? Какие соревнования по боевым искусствам? Где они проходили?

Четверо офицеров продолжали потерянно лежать на земле с потрясенными лицами. Они не могли взять в толк, о чем говорил Цзян Юйшу. Только когда подул легкий, но холодный ветерок, все четверо очнулись от оцепенения и ошарашенно посмотрели друг на друга.

Этот слепой заботился о них? Они первые отнеслись к нему пренебрежительно и хотели усложнить ему жизнь, а он извинился! Он даже сохранил их лицо и достоинство! Знающий меру, с благородством безбрежным, словно море, он извинился и снял с них вину. Такой деликатный и внимательный юноша не мог не тронуть сердца всех людей.

Дунфан Бую сложил руки и виновато сказал: «Молодой господин не похож на других! Я всегда судил людей по внешности. Я ошибался и прошу прощения! Мне стыдно!»

Симэнь Ритянь тоже волновался: «Молодой господин, я повел себя недостойно! Мне нет прощения!»

Лицо Дэна Ханьи было бледным от испуга, а рубашка давно потеряла свою белизну и лежала не известно где. Как теперь можно было их сравнивать? Его персиковые глаза сверкали, но слова звучали застенчиво и мягко, отчего Симэнь Ритянь захотел ударить его. «Молодой господин красив, с выдающимися навыками в боевых искусствах. Я восхищаюсь вашей дальновидностью и предусмотрительностью». Кто из них в конечном итоге оказался на гребне волны, а кто на дне Дэн Ханьи уже понял.

Чжан Дакэн какое-то время потрясенно молчал, но потом заговорил: «Отныне Дакэн служит молодому господину. Раньше я служил главнокомандующему, но теперь и молодому господину! В будущем я обязательно выкопаю яму для главнокомандующего и молодого господина!»

После последних слов уголки губ Цзян Юйшу слегка дернулись. С этой фразой явно было что-то не так…

Чжао Ифэн, который до этого безучастно наблюдал за процессом, вдруг игриво улыбнулся: «Все это видели? Мотайте на ус! Неужели вы решили. Что его легко можно запугать, только потому что он красавчик?»

Четверо офицеров замотали головами и покраснели, как помидоры.

«Командующий, мы случайно приняли жемчужину за рыбий глаз. Судить о людях по внешности слишком поверхностно…»

Чжао Ифэн спокойно выслушал их сожаления, закрыл глаза и задумался. Затем он снова открыл глаза, в которых уже пылало высокомерие и низким голосом сказал: «Сказанные сейчас слова нельзя будет опровергнуть в будущем! Отныне обидеть молодого господина Циньюя значит обидеть этого главнокомандующего! Все поняли?»

Четверо кивнули.

Мо Юнь про себя хмыкнул. Байи стал городом молодых героев. Это было здорово!

В первый же день после приезда в Байи, Цзян Юйшу заработал хорошую славу. Никто больше не осмеливался его недооценивать. Хоть он и жил, окруженный темнотой, но его манера держаться, авторитет, таланты и деликатность видели все!

Отныне, тот, кто осмелиться ранить такого мягкого и доброго человека, станет их врагом.

Доподлинно известно, что есть зрячие люди, но их сердца слепы, и что есть слепые, но их сердца чисты, словно зеркало.

Не было сомнений, что Цзян Юйшу относился ко второму типу людей. Но за его мягкой и нежной внешностью, скрывалось неимоверное высокомерие!

http://erolate.org/book/1087/124204