Готовый перевод Concubine in times of trouble / Любовь в смутные времена: Глава 102

Глава 102

Своим приездом Цзян Юйшу положил начало слухам, когда его и Чжао Ифэна стали называть «два героя, которыми гордится мир».

С поддержкой Чжао Ифэна Цзян Юйшу быстро настроил в свою пользу весь командующий состав города Байи. В течении трех дней всеобщее недовольство и сомнения исчезли.

Теперь все знали, что в городе Байи живет слепой. Но он не был обычным слепым, потому что отличался от подобных людей. На самом деле он был небожителем, которого изгнал Нефритовый император из зависти.

Он отказался принять свою судьбу и поклялся, что любыми путями избежит злого рока.

Наконец Чжао Ифэн смог разделить свои стратегические заботы, которые раньше он ни с кем не мог даже обсудить и приходилось все делать в одиночку.

В первый же день Чжао Ифэн повел Цзян Юйшу в тренировочный лагерь. Он не мог ничего видеть, но мог слышать. По этой причине Чжао Ифэн взял на себя функции «хозяина дома» и каждый раз все комментировал Цзян Юйшу.

В течении нескольких дней Чжао Ифэн со счастливым выражением лица всюду сопровождал его. Но постоянные отвлечения на тренировку солдат, укрепление военной дисциплины, оборону города, контроль за припасами и увеличением источников воды, оставляло ему все меньше времени на приятное времяпровождение.

Каждый день Цзян Юшу внимательно его слушал, и чем больше Чжао Ифэн рассказывал тем сильнее сквозила усталость в его тоне. Тогда Цзян Юйшу вдруг обнаружил, что только добавлял ему хлопот.

В этот день Чжао Ифэн и Цзян Юйшу вместе пили чай.

Цзян Юйшу улыбнулся и спросил: «Ваше Высочество, ты мне веришь?»

Чжао Ифэн не колебался ни мгновения: «Я верю тебе». Он верил ему с самого начала, и эти три слова стоили больше тысячи слов.

Цзян Юйшу протянул руку, вручил ему чашку чая и сказал: «Ваше высочество устает на тренировках с солдатами, а еще успевает рассказать мне о городе. В конце концов, я сдерживаю тебя. А еще я хотел узнать, может ли Его Высочество доверять Лиюню?»

Лиюнь?!

«Юйшу говорит о Чжан Лиюне?»

«Его Высочество четыре раза видел его, он передавал письма».

Каждый раз, когда он чувствовал себя особенно одиноким и разочарованным, он всегда будто ждал Чжан Лиюня, который всегда спешил, чтобы доставить ему письмо. Письмо – это ободрение от Цзян Юйшу, его понимание и доверие. А преданность Чжан Лиюня к Цзян Юйшу действительно была достойна восхищения.

Немного подумав, Чжао Ифэн ответил: «Поскольку я доверяю тебе, я буду доверять и людям, которых ты рекомендуешь. Если в будущем ты захочешь кого-то из них использовать, не нужно отчитываться передо мной».

Цзян Юйшу изящно улыбнулся: «Спасибо».

Держа чашку с чаем в руке, Чжао Ифэн внимательно смотрел на него. Сцена дегустации чая в том году возникла в его памяти.

Тогда он еще много ребячился и был слаб, сейчас он не тот, что раньше. Настроение после этого воспоминания испортилось.

Раз Чжао Ифэн уничтожил любую возможность для него занять пост и продвинуться по официальной карьерной лестнице, то сейчас он сделает все и положит город Байи к его ногам.

Если он получит город, позволит ли это ему реализовать свои амбиции?

Цзян Юйшу снова призвал к себе Чжан Лиюня.  Одной из многих обязанностей Чжан Лиюня, данных ему Цзян Юйшу, было изучать все имеющиеся новости об армии и вооруженных силах. Он владел сведениями об обстановке в городе Байи, о состоянии вооруженных сил, обстановке на фронте. Чжан Лиюнь каждый день читал все отчеты и знал ситуацию, как свои пять пальцев.

Если произойдет утечка и эта информация станет хоть кому-нибудь известна, Цзян Юйшу будет первым кого заподозрят, ведь именно он рекомендовал Чжан Лиюня. В этом случае Цзян Юйшу заклеймят, как сотрудничающего с врагом предателя.

Когда Чжан Лиюнь узнал об этом, его глаза наполнились слезами. Сколько мужества потребовалось молодому господину и какое давление общественности нужно вынести, чтобы оставить его рядом с собой.

«Молодой господин святой! Я никогда не смогу отплатить ему!»

Цзян Юйшу поспешил помочь Чжан Лиюню подняться: «Встань, я не вижу нужды в этих суетных церемониях».

«Молодой господин, Лиюнь ценит вас и очень благодарен. Лиюнь всегда будет честно служит вам».

Цзян Юйшу больше не поворачивался к нему, но в уголках его губ играла странна улыбка, будто он мог видеть все, что скрывалось за показной человеческой помпезностью.   

Если вы используете человека, не подозревайте его, если подозреваете, то не используйте.

Цзян Юйшу всегда придерживался этого принципа. И это также было тяжелым испытанием для его сердца.

Очевидно, что это испытание он выдерживал с блеском.

С появлением Цзян Юйшу и Чжао Лиюня Чжао Ифэн наконец-то обрел чувство свободы, которое в последний раз испытывал только, будучи в бамбуковом доме.

В течении следующего полумесяца с тех пор, как Цзян Юйшу приехал в Байи, он занимался исправлением воинской дисциплины, разработал воинский устав и окончательно решил вопрос с бандитским поведением в городе Байи.

Чжао Ифэн знал, что пока Цзян Юйшу не добьется совершенства, он не успокоится, поэтому с радостью позволил ему разобраться с этим, а сам отошел в сторону, выкроив себе полдня на отдых.

Но это не осталось незамеченным.

Однажды Цзян Юйшу торжественно предупредил Чжао Ифэна: «Тот, кто занимает высокий пост, должен быть особенно осторожным. Ты не можешь доверить мне всю работу. Если так и дальше продолжится, боюсь, ты перестанешь соответствовать должности главнокомандующего».

Чжао Ифэн, даже не задумавшись, поправил его: «Ты единственный человек на всем белом свете, кому я полностью доверяю. Это пустое звание, лишь оковы.  Я бы с радостью поменял его на дует с тобой, играя «Высокие горы и текущие воды».

Цзян Юйшу покачал головой: «Его Высочество такой капризный. Не будет ли Цзян обвинен в нанесении вреда императорской семье?»

Чжао Ифэн громко рассмеялся: «Если для того, чтобы быть счастливым рядом с Юйшу мне нужно будет отказаться от славы и богатства, я готов!»

После этих слов оба надолго замолчали.

Они глядели друг на друга в тишине, попивая чай.

Проблемы, возникшие с наступлением разрушительной войны, были разрешены Цзян Юйшу молниеносно.

Ели бы ими занялись раньше, то не было бы потери трех восточных городов…

Он знал, как эффективно запасать воду и заготавливать продукты на предстоящую зиму; как брать в долг зерно у простого народа, и как компенсировать воинское жалование семьям погибших воинов; как выдавать воинское жалование в военном лагере, сколько удерживать на провиант и лекарства, как разместить и благоустроить военнопленных.

В перечень решенных им проблем так же входили: размещение захоронений и установка надгробий павших воинов; учение по построению и военной подготовке солдат на случай внезапного нападения Тяньво; материально-техническое обеспечение и комфортное размещение 400 000 солдат.

Цзян Юйшу позаботился обо всем, о чем мог позаботиться, и справился со всем, с чем мог справиться. Город Байи медленно, но верно, поворачивал на правильный путь развития, превосходя все ожидаемые результаты.

Чжао Ифэн не знал, уставал Цзян Юйшу или нет, но по собственному опыту знал, что его эти дела сильно выматывали. Иногда у него даже совсем не оставалось сил.

Одна только тренировка солдат изматывала его, не говоря уже о других вещах, которые никогда не проходили так, как задумывалось.

Сколько же неиспользованных талантов скрывало сердце Цзян Юйшу? Иногда он и сам начинал верить в то, что человек рядом с ним был небожителем – изгнанным из зависти небожителем!

По мнению руководящего состава города Байи, на выполнение этих задач им потребовалось бы 6 или 7 месяцев, а Цзян Юйшу все сделал один всего за месяц. Это было высоко оценено всеми офицерами и генералами города Байи. Они и представить себе не могли, как Цзян Юйшу смог со всем справиться, не иначе он и вправду был небожителем.

После того, как измученный Чжао Ифэн возвращался с тренировки солдат, он теперь всегда мог увидеть спокойную и безмятежную улыбку Цзян Юйшу.

А Цзян Юйшу всегда заваривал чай и ждал его. Это было время, наполненное теплом.

Чжао Ифэн удивленно спросил: «Как ты это делаешь?»

Цзян Юйшу ответил: «Во всем есть своя закономерность, нужно вычислить ее. Найдешь решение один раз, дальше все пойдет, как по маслу».

Чжао Ифэн пожалел его: «Ты совсем о себе не заботишься? Ты тратишь столько своих сил, что в конечном итоге тело может не выдержать!»

Цзян Юйшу легко увернулся от темы: «Если Цзян не видит, это еще не значит, что его тело не в порядке. Если можно что-то решить сейчас, то нужно просто сделать это!»

Можно сделать сейчас? К чему такая спешка?

Город Байи уже вполне хорошо функционирует, зачем продолжать загонять себя и так перенапрягаться?

Он настолько жесток к себе?

В этот день Чжао Ифэн и Цзян Юйшу обсуждали, как следовало справляться с песчаными бурями, когда вошел Лаочжа и сообщил, что какая-то девушка стоит за воротами и умоляет о встрече.

Двое удивленно переглянулись. Девушка? Откуда в Байи взялась девушка?

Цзян Юйшу шутливо посмотрел на Чжао Ифэна, будто вовсе и не был слепым: «Могло ли случиться, что Его Высочество ненароком «задел цветы персика», так что эта девушка из Байи пришла требовать, чтобы он женился на ней? Если это так, то Цзян может стать хорошим сватом!»

Однажды он поклялся себе, что поскольку у него осталось всего 10 лет жизни, он потратит это время, чтобы помочь ему захватить трон, а сам будет наблюдать за тем, как он правит. Он поможет ему найти жену, с которой он заведет детей, и станет защищать его, чтобы он спокойно правил и вошел в историю, как добрый и мудрый правитель.

Кажется, судьба потворствует ему…

Лицо Чжао Ифэна потемнело. Было очевидно, что он не хотел видеть никакой девушки. «Просто скажи, что этот командующий занят!»

Голос Цзян Юйшу прозвучал как раз тогда, когда стражник уже собрался уходить: «Девушка пришла и отчаянно ищет встречи с тобой. Как ты можешь отказать ей? Если об этом кто-то узнает, что будет с репутацией командующего Байи? Боюсь, когда такое случиться, вся Восточная территория будет говорить, что командующий какой-то не такой».

«Если такое случится, то пусть говорят! Этот командующий с детства наблюдал за раздорами в гареме, и его совершенно не интересует женское соперничество за благосклонность. Не стану с ней видеться!»

Один хотел встретиться с девушкой, другой не хотел… Работа охранника в самом деле была трудна. Главнокомандующий должен был выражаться яснее.

«Господин, так мне ее вести или нет?» - глядя на Цзян Юйшу, осторожно переспросил Лаочжа, и его тон был полон осторожности.

Почувствовав его испытующий взгляд, Цзян Юйшу не сдержался и улыбнулся: «Приведи девушку!»

Лаочжа снова посмотрел на Чжао Ифэна.

В нем не было никаких изменений, в лице не мелькнуло ни одной эмоции.

Это что означало? Что он по умолчанию согласен? Лаочжа поспешно вытер пот со лба, как бы утверждаясь в своих догадках. Настоящим хозяином города Байи был молодой господин Циньюй. Но почему главнокомандующий так доверял ему?

Теперь весь командующий состав города Байи знал, что Чжао Ифэн сдержал свое слово. Цзян Юйшу и был тот самый настоящий главнокомандующий, чье слово – закон. Все больше и больше людей понимало, что человеком, который действительно отдавал приказы в Байи – это Цзян Юйшу.

Пока молодую девушку вели в палатку, лицо Чжао Ифэна становилось все мрачнее и мрачнее.

Увидев на ее лице вуаль, он сразу понял, что она не хочет быть узнанной. Она шла, слегка опустив голову, и одета была в нежно зеленое платье.

Чжао Ифэн пристально посмотрел на девушку: «Кто ты? Почему ты здесь? Что хотела сказать? Казармы – не место, куда женщины могут просто приходить».

Угнетающая атмосфера заставила девушку вздрогнуть, а властный голос смутил, заставляя покраснеть. Затаив дыхание, она решительно посмотрела на Цзян Юйшу.

Почувствовав ее обжигающий взгляд, Цзян Юйшу слегка кивнул, демонстрируя изящество и грацию: «Почему девушка искала встречи?»

Не в силах сдерживаться, девушка заплакала. Крупные слезы покатились по ее щекам.

Она смотрела на него и ничего не говорила.

Но ласка в глазах уже выдала ее с головой.

Лицо Чжао Ифэна становилось все более и более серьезным. Если он немедленно не узнает в чем дело, то разразиться буря.

Девушка пристально смотрела в глаза Цзян Юйшу не в силах поверить, что человек, о котором она когда-то заботилась уже ослеп.

Она услышала, что его помолвочный договор был аннулирован и с тех пор он больше не имел никаких отношений с императорской семьей. Она узнала, что он прославился и широко известен, а недавно приехал в Байи.

Она узнала так много, повстречала много новых людей, так долго его искала, но никак не ожидала, что судьба жестоко с ним поступит.

Человек, который с самого начала был хорошим, никогда больше не увидит окружающего его мира.

Казалось, что ее сердце крепко сжали чьи-то руки, в горле застрял ком, и она не смогла больше вымолвить ни слова.

Собрав всю волю в кулак, она из последних сил выдавила: «Двоюродный старший брат…»     

В этот момент размытое прошлое вдруг стал обретать очертания…

http://erolate.org/book/1087/124205