Готовый перевод Concubine in times of trouble / Любовь в смутные времена: Глава 103

Глава 103

Сяомэй? Цзян Сяомэй? Цзян Юроу?

Как она…

«Ты ведь двоюродная младшая сестра Сяомэй?»

Женщина поклонилась: «Младшая Сяомэй приветствует господина Чжао и господина Цзяна».

Чжао Ифэн холодно посмотрел на нее и ничего не ответил.

После сильного удивления Цзян Юйшу наконец восстановил самообладание и поспешил сказать: «Не надо церемоний!»

Цзян Сяомэй застенчиво посмотрела на Цзян Юйшу, потом на Чжао Ифэна, после чего сняла вуаль.

Клеймо – отпечаток в виде цветка на щеке сразу бросился в глаза Чжао Ифэну, он смотрел на него и не мог отвести взгляд.

Наконец он стал постепенно вспоминать.

Тогда вторая жена семьи Цзян вступила в сговор с Мяо Цзяном, чем затронула незаживающую рану на сердце императора. Кроме того, был убит отец Юйшу, и вся семья Цзян распалась. Третий дядя Цзян Биеюань использовал пост министра в Министерстве Промышленности, чтобы красть и растрачивать деньги. Этим он нанес оскорбление императору.

Когда семья Цзян потеряла свое положение, младшая жена была обезглавлена, а ее дети были сосланы на восточную границу. Третья наложница была сослана к югу от хребтов, а ее сын потерял все свои достижения, полученные при сдаче кэцзюй (государственный экзамен).

Клеймо на щеке в виде цветка, вероятно, было поставлено правительством Тяньцина, чтобы отметить изгнанников. Никто никак не ожидал снова увидеть ее в городе Байи.

Судьба иногда играет с людьми…

Цзян Сяомэй застенчиво посмотрела на Цзян Юйшу. Юноша был слеп и не мог видеть ее эмоциональных всплесков, поэтому просто нежно улыбался.

«Двоюродный старший брат, ты в порядке?» - мягко спросила она, как будто они все еще были в усадьбе гогуна Фу.

В то время он все еще был слабым молодым господином Юем, императорской невестой.

А она талантливой старшей дочерью знатной второй жены, с многообещающим будущим.

Теперь они встретились, предаваясь бесполезной тоске.

Цзян Юйшу слегка улыбнулся: «Ну, как поживала моя младшая двоюродная сестра?»

Женщина встала и медленно подошла к Цзян Юйшу со слезами на глазах, ее голос дрожал, когда сказала: «Двоюродный старший брат, Сяомэй так жаль…»

Чжао Ифэн понимал замысел Цзян Сяомэй, но не мог помешать встрече родственников. Все, что ему оставалось, это с побледневшим лицом покинуть палатку и дать двоим поговорить.

«Не плачь, сестра, я…» - Цзян Юйшу не знал, что делать. Он не умел успокаивать девушек, поэтому его лицо стало постепенно краснеть.

Цзян Юйшу не мог видеть лица женщины, поэтому все, что ему оставалось, это утешать ее лишь одной фразой: «Не плачь… не плачь…»

Цзян Сяомэй встретила своего давно потерянного родственника. Трудности на ее пути наконец-то закончились. От радости воссоединения слезы лились не переставая, постепенно переходя в истерику. Наполненная разными эмоциями, женщина вскоре потеряла сознание от слез.

Цзян Юйшу позвал кого-то, чтобы помогли уложить Цзян Сяомэй, и сам стал очень молчаливым.

Когда вернулся Чжао Ифэн, он слегка похлопал его по плечу и сказал: «Теперь все в порядке, Юйшу. Больше ты не одинок».

Выражение лица юноши стало горьким, а в голосе сквозила печаль: «У Цзян Юйшу никогда не было дома».

Вдруг он прерывисто вздохнул и повернулся к Чжао Ифэну.

В то время Чжао Ифэн еще не понимал значения слов Цзян Юйшу. Только спустя много лет он узнал, что Цзян Юйшу с самого начала и до самого конца был человеком без дома. Он был изгнанником.

«Этот командующий уже обо всем позаботился. Отныне она будет свободной».

Цзян Юйшу умиротворенно ответил: «Это лучшее, что ты мог сделать, дать ей возможность сбросить путы. Спасибо тебе».

«Она твоя младшая двоюродная сестра. Как ты собираешься с ней поступить? Или я должен все взять в свои руки и решить вопрос со свадьбой?»

Цзян Юйшу вздохнул: «Не надо. Куплю ей дом, чтобы она могла спокойно в нем жить».

Отдохнув в военном лагере три дня, Цзян Сяомэй постепенно пришла в себя. Пережитые резкие эмоциональные скачки, наконец, успокоились.

То, что она не могла каждый день свободно видеть Цзян Юйшу, ее немного угнетало. Но даже когда она встречалась с ним, он всегда был в компании Чжао Ифэна. Они улыбались друг другу и весело болтали, будто их жизнь была счастливой.

Она не понимала, почему эти двое после того, как разошлись, все еще оставались вместе.

Кто расскажет ей, что происходит?

Наступил вечер. Цзян Юйшу и Чжао Ифэн со счастливым видом играли в шахматы.

Вдруг зашел солдат и доложил: «Госпожа Цзян здесь».

Улыбка Чжао Ифэна застыла. Сдерживая своим эмоции, мужчина покинул палатку, чтобы своим присутствием не стеснять родственников.

Вошла Цзян Сяомэй, на ее лице играла нежная улыбка. Увидев Цзян Юйшу, она с любовь позвала его: «Старший двоюродный брат, ты все еще помнишь, что я сказала в том году?»

Цзян Юйшу коснулся нефритовой флейты, погладил ее и вдруг задорно улыбнулся. «Что ты сказала своему старшему двоюродному брату? Я совсем не помню».

«А?» - женщина сконфужено посмотрела на него. Он забыл…

Цзян Сяомэй опустила голову, потом подняла ее и снова опустила, теребя кончик платка в руке. Наконец она набралась смелости, топнула ножкой и хриплым голосом сказала: «Старший двоюродный брат, я люблю тебя и хочу быть с тобой!»

Ее слова удивили Цзян Юйшу, уголки его губ чуть дернулись, но он сохранил нежную улыбку. «Младшая двоюродная сестра, ты еще так молода. Откуда тебе знать, что такое любовь? Кроме того, я не хочу причинять вред ни другим, ни себе».

У Цзян Сяомэй появилось плохое предчувствие.

В то время он сказал Сяомэй, что в силу своей молодости, ее сердце ошиблось.

В этот раз он говорит, что не хочет никому причинять вред, ни себе, ни другим.

Он снова отвергает ее?

«Старший двоюродный брат, мне все равно, мне все равно… Нравится тебе Сяомэй или нет, она все равно хочет всегда оставаться рядом… До тех пор, пока это будет возможно…» Она изо всех сил старалась сдержать рвущееся из груди дурное предчувствие. Ее губы побледнели, словно иней лег на лепестки цветов.

Цзян Юйшу опустил голову. Он не мог видеть выражение ее лица, потому слова его звучали отстраненно. «Сяомэй, в этом мире так много хороших людей! Почему ты выбрала этого недостойного? Когда у тебя появится мужчина, который будет тебе нравиться, я сделаю все возможное, чтобы помочь вам!»

Он действительно не испытывал к ней никаких чувств…

Словно подкошенная женщина рухнула на пол: «Двоюродный старший брат, я любила тебя все эти два года, так почему ты даже не смотришь в мою сторону? Только пожелай… пожелай…, и я всегда буду рядом…»

Цзян Юйшу холодно пресек ее: «У меня к тебе только братские чувства!»

«Что? Братские? Старший двоюродный брат, ты же знаешь, что нравишься мне!»

«Ты. Мне. Не. Нравишься», - холодно сказал Цзян Юйшу без тени эмоций.

Ты мне не нравишься… Ты мне не нравишься… Ты мне не нравишься…

Бесчисленные голоса прорезали воздух. Каждый звук больно терзая барабанные перепонки.

Лицо Сяомэй побледнело, а сердце сжалось после того, как ее снова отвергли. Он и тогда говорил, что она ему не интересна, но все равно это звучало не так прямолинейно, как сейчас.

По-видимому, не желая с этим соглашаться, она риторически спросила: «Почему? Ты больше не член императорской семьи и не наложник. Его Величество восстановил твое положение и исключил из списков императорской семьи. Тебя больше не сковывают оковы твоего положения, так почему ты до сих пор отказываешься смотреть на меня?»

Цзян Юйшу медленно поднял голову, «глядя» незрячими глазами в ее сторону. В этот момент Цзян Сяомэй почувствовала пронизывающий до костей холод.

«Если это возможно, то я бы хотел, чтобы мы навсегда остались батом и сестрой. Я буду любить тебя, как родную, дам все самое лучшее и защищу от невзгод». Его слова звучали, как обещание. Замолчав на мгновение, он так же уверенно продолжил: «Но я и ты… только… У меня нет к тебе любви, как мужчина любит женщину!»    

«Двоюродный старший брат, я только хочу быть рядом и оберегать тебя. Ты даже этого мне не позволишь?» Глаза женщины были полны слез. Она пришла, не нанеся макияжа, поэтому сейчас была видна бледность ее лица и все эмоции, которые вызывала боль в сердце.

Оглядываясь назад, на весь абсурд, что тогда происходил, Цзян Юйшу чувствовал себя виноватым. Тот инцидент имел к нему отношение, отчасти из-за него она потеряла свой дом.

«Тогда я всех вовлек в дело о семье Цзян, из-за этого ты стала бездомной. Просто оставайся в Байи, а я позабочусь о тебе».

«Так ты отказываешь мне?» - снова спросила женщина и вздрогнула всем телом.

На что Цзян Юйшу лишь безразлично ответил: «Уже поздно. Тебе пора спать».

Поглядев на его красивое лицо, ей вдруг вспомнилось, как они были счастливы, запуская в небо воздушного змея. Тогда он так свободно и радостно улыбался.

Даже лишившись дома, он продолжал оставаться таким, но только рядом с Чжао Ифэном. Почему так можешь только ты…

«Тебе нравится Чжао Ифэн?»

После ее вопроса улыбка на лице Цзян Юйшу резко застыла, а потом совсем исчезла.

«Младшая двоюродная сестра, не создавай лишних проблем. Мы с Его Высочеством мужчины!»

«Будь то мужчина или женщина, совсем не важно, ведь раньше вы были вместе. Ты хочешь его соблазнить?»

«Сяомэй, не говори глупостей!»

Женщина поднялась и улыбнулась: «Если он тебе не нравится, то почему ты не принимаешь меня? Я ничего не прошу взамен, просто хочу быть рядом с тобой. Даже если ты не видишь, у тебя все еще есть я! Я могу поддерживать тебя, заботиться! Я так ждала тебя, но ты… Ты вообще забыл обо мне. Двоюродный старший брат, посмотри, я рядом с тобой. Тебе достаточно просто кивнуть, и я отдам тебе всю свою нежность и заботу. Почему ты не хочешь меня замечать?»

«Я слепой, как я могу увидеть?» - самоуничижительно улыбнулся Цзян Юйшу.

«Я могу быть твоими глазами», - ласково сказала женщина, положив руку себе на грудь.

«Сяомэй, ты слишком молода, чтобы понимать, что такое любовь».

«Тогда ты знаешь, что такое любовь? Ты сам этого не знаешь. Как можешь пенять меня?»

Потеряв дар речи, Цзян Юйшу растерянно замолчал.

«Двоюродный старший брат, позволь мне быть рядом…» - она подошла к нему и потянулась дрожащими руками.

Почувствовав слабый аромат, коснувшийся его ноздрей, Цзян Юйшу увернулся, отгораживаясь нефритовой флейтой.

Ее руки беззвучно застыли в воздухе, слезы полились из глаз.

Полное любви сердце разрывалось от боли.

Схватив чашку, она вдруг со всей мочи разбила ее. «Раз ты отказываешься принять меня, то тогда не можешь принять и его! Не важно, есть ли между вами чувства или нет! Общество никогда не примет ваши отношения!»

Тут ее голос стал истерическим: «Вы никогда не сможете быть вместе в этой жизни!!!»

Цзян Юйшу холодно ответил: «Уходи! Если ты не уйдешь, я не смогу гарантировать тебе жизнь!»

Вытирая слезы с лица, женщина сердито огрызнулась: «Я проклинаю тебя!» Она проклинала его за то, что была несчастна.

Если она не получит его, то тогда пусть и никто другой его не получит!

Она была в гневе от неразделенной любви, но не стала ему перечить.

Сяомэй ушла. Сюда она входила сильной и гордой, а выходила заплаканной и сломленной.

В этих отношениях любила лишь она.

И она осталась без него…

«Если бы она не была твоей двоюродной младшей сестрой, я бы уже давно выпустил ей кровь!» - Чжао Ифэн тихо подошел и накинул плащ на плечи Цзян Юйшу.

Цзян Юйшу печально вздохнул: «Она еще слишком молода, чтобы понять».

«Знаешь, она с первого взгляда не понравилась этому командующему. Не будь она твоей сестрой, ноги бы ее здесь не было».

«Она всего лишь сестра Цзяна. Не стоит о ней беспокоиться. Цзян уже сказал, что она ему не нравится, так зачем тебе вмешиваться в это?» - он по-прежнему мягко улыбался, но теперь в его улыбке сквозила горечь.

Подслушав весь разговор, Чжао Ифэн не мог сдержать любопытства. «У Юйшу есть кто-то, кто ему нравится?»

«Нравится?» - переспросил Юйшу и поднял одну бровь.

«Да, нравится».

В палатке послышался вздох, который передавал все оттенки одиночества.

«Я слепой. Как я могу тянуть кого-то на дно? Боюсь, что в этой жизни… Я никогда не смогу никому сказать, что он мне нравится…»

Нежность в глазах Чжао Ифэна постепенно тускнела. Он тихо прошептал: «Разве плохо любить кого-то?»

Не понятно, услышал его Цзян Юйшу или нет. «Что плохого в том, чтобы кому-то нравится? Дай ей спокойно уйти». Казалось, он говорил сам с собой, но эти слова послужили ответом для Чжао Ифэна.

Что плохого в том, чтобы кому-то нравится?

Но что, если человек, который нравится это он? Пусть небо рухнет на землю и убьет всех людей, пусть он совершит самое тяжкое преступление, Чжао Ифэн тоже ни о чем не станет жалеть и ничего не испугается.

В конце концов, наступили смутные времена!

http://erolate.org/book/1087/124206