Командир нукенинов немного запаниковал, но мгновенно вернул себе самообладание, и принялся виртуозно уворачиваться от «ползущих» к нему теней, стараясь как можно меньше времени проводить на земле, дабы исключить возможность соприкосновения с этой опаснейшей техникой.
Девушка не растерялась, и максимально сконцентрировалась, нормализовала дыхание, и течение чакры в теле, а затем ее глаза опасно блеснули, и молниеносно сложив печати, она выкрикнула:
- Каге Нуи но Дзюцу! – Все теневые нити мгновенно «поднялись» над землей, как щупальца осьминога, и взлетели вверх, как острые пики, с целью проткнуть неосторожного врага, который так бесстрашно оторвался от земли, не имея возможности уклониться.
При виде этой техники, сердце командира нукенинов пропустило удар, а в голову закралась предательская мысль о возможной смерти от рук той, кого он считал хитрой и способной лишь убегать сучкой.
Он собрал в себе последние силы, и действовал на пределе доступного ему контроля и резервов чакры, поэтому в последний момент сложил несколько печатей, и прокричал:
- Дотон: Шохеки! – Под ним мгновенно материализовалась каменная стена, на которую были потрачены практически все запасы чакры. Материализация стихии земли прямо в воздухе была невероятно затратна, и едва ли была подвластна шиноби уровня Чунина. Он сразу же наступил на каменную плиту, желая оттолкнуться от нее ногами, и прыгнуть далеко в сторону.
Но в тот самый момент, когда его ступни оттолкнулись от поверхности, каменную плиту пробили крепчайшие теневые иглы, и в последний момент одна из игл угодила в ногу неудачливого нукенина, пронзив его ступню.
Ему невероятно повезло, потому что прыжок уже был совершен, и после проникновения теневая игла не смогла задержаться в ноге надолго, и захватить его для дальнейшего уничтожения.
Как только он приземлился на обе ноги, то сразу же закричал от боли, и перекатился в сторону, вновь отпрыгнув, и ступив на одну ногу.
Девушка в свою очередь не собиралась отпускать его, и отправила теневые иглы вслед за врагом, который только и делал, что скакал на одной ноге и обеих руках, стараясь сбежать как можно дальше от обезумевшей куноичи.
К своему глубокому сожалению, черноволосая куноичи так и не смогла завершить начатое, потому что в этот самый момент подоспели другие нукенины. Она мгновенно развеяла технику, и развернувшись, ринулась в бегство.
Спустя пять минут, раненый командир нукенинов кое-как доковылял до гор, и подошел к пещере, возле которой стояли трое его подручных.
- Чего встали, где эта сучка?! – Гневно спросил он.
- Босс, она влетела в пещеру, и мы по глупости ринулись за ней, но когда она вонзила в стены факела, мы поняли к чему все идет, и выбежали наружу, иначе она бы нас перебила своими тенями в полу-тьме. Но не переживай, босс, вконце этой пещеры – тупик, поэтому она никуда от нас не денется. Посидим тут неделю, и она сдохнет от жажды! – С мерзким хохотом отчитался мордатый мужик с большим носом, и куцой бородкой.
- Идиот! У нас нет недели, чтобы ждать эту изворотливую сучку! – Рыкнул командир, и дал своему глупому подчиненному крепкую затрещину.
- То, что не полезли внутрь – это правильно. Еще не хватало, чтобы она перебила всех нас ценой своей никчемной жизни. – Подумав, похвалил он своих подручных.
Четверо нукенинов провели у входа в пещеру еще несколько часов, и когда начало темнеть, командир наконец восстановил некоторое количество чакры, залез на гору, оказавшись прямо над сводом пещеры, и принялся формировать ручные печати.
- Дотон: Гансеки Кузуши! – Зарычал он, и хлопнул ладонью по земле, инициируя обрушение породы.
Все загрохотало, и сверху покатились большие куски камней и обломки скал, засыпав вход в пещеру, и блокируя единственный выход для так ненавистной ему куноичи.
- Теперь эту сучку ждет долгая и мучительная смерть от жажды и голода! – Злобно прорычал глава нукенинов, и плюнул на камень, загораживающий вход в пещеру. Затем приказал своим подручным собираться в путь, и кое-как, хромая, зашагал вперед.
В тот самый момент, когда часть горы начала дрожать, черноволосая куноичи мгновенно поднялась с земли, и приготовилась встречать предстоящую опасность. Она не знала, что ее ждет, но была готова разменять свою жизнь на возможность вырвать зубами кусок плоти из горла врага.
Когда внутрь пещеры покатились огромные валуны и поднялась пыль, девушка отскочила в дальний конец пещеры, и без особых проблем пережила обвал, несколько раз кашлянув, подавившись пылью.
Всю следующую ночь она не спала, ожидая внезапной атаки. Но так ничего не дождалась. К утру ее разорванные на предплечье мышцы нещадно болели, и она уже не могла орудовать левой рукой. У нее с собой было небольшое количество воды и спирта, поэтому она промыла рану, и перевязала небольшим бинтом.
К обеду следующего дня она поняла, что нукенины ушли, и бросили ее умирать под завалом. Они физически бы не посмели оставаться так долго на одном месте, рискуя быть уничтоженными отрядом включающим в себя Джонина.
Попытавшись разгрести завал, девушка поняла, что это не возможно. До самого вечера она пыталась разгрести небольшие камни, но им не было ни конца, ни края. К концу «рабочего дня» она лишь докопалась до огромного камня, которым был завален самый край пещеры. Она видела небольшую трещину, и расчистив ее от земли, впервые за долгое время вдохнула свежий воздух.
Девушка понимала, что не сможет сдвинуть такой большой камень, а в трещину размером с яблоко, она уж точно не пролезет. Оставался лишь один вариант. Она взяла бумагу, и в тусклом свете написала на ней все, что нужно, а затем достала небольшой свиток, и сформировав печати одной рукой, прошептала:
- Кучиёсе но Дзюцу!
На свитке появился небольшой голубь, и с интересом смотрел по сторонам. Девушка сразу же взяла его, и прикрепила к лапе маленькую записку, прошептав:
- Лети домой, и отнеси эту записку главе клана! – Погладив птицу по спине, она легонько вытолкнула ее в трещину, и мысленно пожелала ей удачи, зная, что это ее единственный шанс на спасение.
http://erolate.org/book/1154/136500
Готово:
