Глава 303
- Как вам удалось спастись? Что случилось с Таджиро? – Проглотив последний глоток воды, спросил Кеншин.
- Все просто. Я убила его. – Заявила Цунаде, глядя ему в глаза, и внимательно следя за реакцией.
- Ч-ЧТО?! Кха-кха… - Бурно выкрикнув, Кеншин не смог сдержать болезненный кашель, и лишь спустя несколько секунд продолжил: - Н-но как? Цукаса-сан, это какая-то шутка?
- Меня зовут не Цукаса. Мое настоящее имя – Сенджу Цунаде. – Властно заявила она, и на глазах у изумленного Кеншина, буквально за несколько секунд вернула себе истинное обличие.
- Ц-Цунаде… Разве это?.. Не может быть! – Выпучив глаза от удивления, воскликнул Кеншин.
*****
Спустя пятнадцать минут, Кеншин более не мог продолжать этот крайне выматывающий и буквально высасывающий из него все соки разговор, провалившись в глубокий сон. В диалоге с этой легендарной куноичи ему удалось еще немного укрепить их едва зародившиеся, и крайне хрупкие, дружественные отношения.
Обаяние Патриарха казалось бы совсем не работало на столь сильную женщину, ибо эффект был в десятки раз слабее, нежели в отношении других женщин. Обычные женщины, или куноичи до ранга Чунина – напротив, казалось, были куда более восприимчивы к этой способности, и на полное «соблазнение» хватало нескольких часов.
Прежде чем провалиться в глубокий сон, Кеншину все же пришлось рассказать свою историю, и постараться сделать ее, как можно более похожей на правду. Цунаде в свою очередь ограничилась лишь беглым ответом о том, что занесло ее в это место. Однако, даже такой ответ мог считаться невероятным успехом, ибо лишь немногие удостаивались такой чести от одной из самых эксцентричных и нелюдимых женщин, которая предпочитала не считаться ни с кем.
Следующее пробуждение стало для него гораздо более комфортным, ибо Цунаде позаботилась практически обо всех ранах настолько, насколько могла. Ее навыки позволяли исцелить человека за пол часа, но все упиралось в естественные преграды и возможности организма пациента.
- Спасибо, что заботитесь обо мне… - С легкой улыбкой, но все еще слабым голосом сказал Кеншин.
- Считай это наградой за свою праведность. – Достаточно холодно ответила она, сидя неподалеку, закинув ногу на ногу, и держа в руке небольшую рюмку. На столике рядом отчетливо виднелась полу-пустая бутылка саке, что позволило Кеншину мгновенно сделать выводы.
- То есть, если бы я не попытался вас защитить, то вы бы позволили мне умереть? – Слегка удивленным тоном спросил Кеншин.
- Именно так. – Холодно ответила Цунаде, и сделала глоток саке, спустя секунду продолжив: - Что? Разочарован? – С легкой усмешкой спросила она, глядя ему в глаза.
- Немного… - Сказал Кеншин, и заставил Цунаде победно улыбнуться. – Но не вашей позицией, а тем, что Великая Сенджу Цунаде. Богиня ирьениндзюцу, и женщина, чье имя является синонимом добродетели, внезапно пытается казаться циничной. – С решимостью в голосе заявил Кеншин, неотрывно глядя ей в глаза.
- Пытается?! Да что ты понимаешь, сопляк?! – Недовольно воскликнула Цунаде, и вспыхнула гневом. Одна лишь аура разгневанной куноичи на пике ранга Каге, была способна прижать Кеншина к земле, не позволяя ему сделать вдох.
Однако, Кеншин так и не отвел свой наполненный решимостью взгляд, заставив ее спустя несколько секунд ослабить давление, позволив ему нормально дышать. Она была поистине взбешена настолько своенравным отношением этого юнца, и впервые за очень долгое время ее настолько задели слова мало знакомого человека.
*****
В дальнейшем их отношения складывались на редкость неудачно, и Кеншин начал сожалеть о выбранной стратегии, спешно пытаясь придумать новую. Из-за особенностей лечения, у него было всего пять дней до полного выздоровления, и окончательного расставания с этой эксцентричной женщиной.
Весь 565-й день он провел в одиночестве, и лишь редкие визиты Шизуне помогали развеяться, а так же получить некоторое количество важной и не очень информации. В остальное время ему оставалось лишь заниматься моделированием и доработкой «Формации Усиления», раз за разом проверяя всю конструкцию на соответствие с доступными ему знаниями.
Он уже решил, что хрупкие отношения с Цунаде полностью разрушены, и ему останется лишь бестолку лежать на кровати, ожидая поправки. Однако, утром 566-го дня, Цунаде, как ни в чем не бывало вошла в его комнату, и молча села напротив его кровати.
- Простите за вчерашнее, Цунаде-сан… Просто мне было тяжело поверить в то, что одна из самых праведных женщин этого мира, внезапно утратила путь. – Со вздохом сказал Кеншин, всем своим видом демонстрируя большое разочарование.
Услышав его слова, Цунаде вновь почувствовала раздражение. И если минуту назад она испытывала непривычное для себя чувство вины, заставившее ее приглушить необычайно развитое чувство гордости, то после его слов желание дать ему крепкую затрещину было сильно, как никогда.
- Хорошо. На первый раз прощаю. – Хмыкнув, властно заявила Цунаде, заставив уже Кеншина испытать раздражение, и едва не выдать свои истинные эмоции.
«Черт! Властность этой женщины не поддается никакому измерению!» - Недовольно подумал Кеншин, чувствуя, как на лбу пульсирует набухшая вена.
Дальнейшего разговора так и не получилось, ибо все попытки Кеншина «подружиться» не приводили ни к чему. Все, чего ему удалось добиться – это достаточно холодных ответов строго по теме.
Однако он не отчаивался, и намеревался постепенно подточить ее незыблемое, ледяное сердце, пользуясь своими способностями эмпата, и «Обаянием Патриарха». Это все еще была крайне непростая задача, ибо Цунаде едва ли не нутром чувствовала малейшие попытки «надавить» и продвинуть их отношения немного дальше, но Кеншину раз за разом удавалось сгладить все углы.
За весь 566-й день Цунаде навестила его три раза. И если с утра она была достаточно холодна, и не настроена на какое-либо проявление заботы или симпатии, то вечером она позволила ему глотнуть немного вина.
http://erolate.org/book/1154/136747
Готово:
