Глава 345
Как только Цунаде скрылась за десятью сантиметрами железо-бетона, и пятисантиметровым сверхпрочным стеклом, он полностью сосредоточился на формации, абстрагировавшись от всего, что происходило вне его разума и тела.
Около минуты не происходило абсолютно ничего, и Кеншин продолжал стоять на одном месте. Однако внезапно послышался тихий вздох, и в воздухе сформировался иллюзорный контур четырехмерной формации, заставив Цунаде сконцентрировать все свое внимание на ее структуре, в попытке разглядеть хоть что-нибудь.
Но у Кеншина были совершенно другие задачи, поэтому через несколько секунд после своего появления, формация слегка вспыхнула, и молниеносно влетела в его грудную клетку, заставив его раскрыть глаза.
Все его тело начало светиться буквально изнутри, и Цунаде не могла не поразиться тому, насколько быстро и радикально менялась структура клеток в его теле. У нее не было возможности взглянуть поближе, и провести полный, углубленный анализ, однако даже так, она поняла, что изменения превосходят самые смелые ее ожидания.
Кеншин тем временем чувствовал нечто похожее на сильный, сбивающий концентрацию зуд, но все еще сохранял высокий уровень самоконтроля. Он ощущал, как частицы его тела буквально распадаются на куски, но в то же мгновение создаются вновь.
Процесс преобразования физического тела занял меньше минуты, и не доставил ему больших неудобств, однако стоило Кеншину почувствовать изменения в своей душе, как он ощутил глубинный, первобытный ужас, и едва не лишился всей концентрации.
Его душа была абсолютно неуправляема, и буквально умоляла прекратить то, что было воспринято, как попытка развоплощения, а Кеншину не оставалось ничего другого, кроме, как всеми силами пытаться взять ее под контроль.
К его удивлению, процесс преобразования души практически остановился, словно Формация Усиления понимала сложность возникшей ситуации, и степень последствий для Кеншина.
Несколько долгих минут он изо всех сил пытался найти и наладить «контакт» со своей собственной душой, но не понимал как. Формация тем временем наращивала скорость преобразования, словно вела обратный отсчет, после которого не будет никаких поблажек.
Он чувствовал абсолютную беспомощность, и едва не впал в отчаяние, когда вдруг ужас в его душе достиг настолько огромных величин, что она буквально завизжала, и пошла на встречу иллюзорной нити его сознания, сформированной с помощью силы мысли, и псионики.
Соприкоснувшись с нитью сознания, душа передала ему все свои страхи, и умоляла защитить их обоих от неминуемой смерти. Кеншин в свою очередь болезненно поморщился от столь необычной передачи информации, но все же сумел передать ответный сигнал, транслируя сугубо положительные и успокаивающие эмоции.
Этот тип взаимодействия был крайне примитивен, и позволял провести контакт на уровне человека и дикого зверя, понимающих лишь ограниченные элементы поведения друг друга.
Тем не менее ему впервые удалось «связаться» с собственной душой, которая в то же время являлась им самим. Изучив практики даосизма и буддизма, он все больше склонялся к мысли о том, что трактаты о душе далеко не беспочвенны, и имеют неплохую теоретическую основу, которая все больше подтверждалась на практике.
Это объясняло, почему его собственная душа будто являлась чем-то отдельным от него, и не подчинялась телу. Кеншин посчитал, что это лишь потому, что душа не достигла стадии «формирования», и следовательно оставалась на уровне неразумной амебы, поддерживая физическое тело в энергетическом плане, и отдавая все на откуп головному мозгу.
Эта мысль была мимолетной, и отвлекшись на долю секунды, Кеншин вернулся к гораздо более важному делу. Его попытки нащупать правильный путь взаимодействия с каждой секундой приносили все более и более удовлетворительные результаты, и в конечном итоге душа успокоилась, позволив иллюзорной нити из положительных эмоций, окутать и убаюкать себя.
Дальнейшее преобразование пошло, как по маслу, и Кеншину оставалось лишь время от времени усиливать степень успокаивающего воздействия, с трудом поддерживая уровень концентрации.
Единственным плюсом, сильно облегчившим ритуал было то, что Кеншин сумел «убедить» душу не сопротивляться вживлению энергетических каналов из вне, от чего процесс был обречен на успех.
Тем не менее, все это продолжалось более десяти минут, и к концу процедуры у Кеншина едва оставались силы на поддержание себя в сознании. Его разум был напряжен до предела, а душа вновь начала дрожать от испуга. Однако он преуспел, и еще минуту спустя, все было кончено.
- Кеншин! – Обеспокоенно воскликнула Цунаде, ринувшись внутрь, едва заметив окончание ритуала.
- Мне удалось… - Хриплым голосом прошептал он, и начал заваливаться вперед, рискуя упасть лицом вниз. Однако у Цунаде на этот счет было совершенно другое мнение, и Кеншин сразу же был подхвачен заботливыми руками любящей жены.
- Это замечательно! – С улыбкой сказала она, ни на мгновение не отвлекшись от процедуры диагностики его состояния.
- Но обсудим это позже. Твоя нервная система в хаосе, а мозг на грани кровоизлияния. Позволь погрузить тебя в сон. – Настойчиво добавила она, слегка нахмурившись от неудовлетворительного состояния любимого мужчины.
- Х-хорошо… - Мягко прошептал он, и провалился в глубокий сон, полностью отдавшись в опытные руки Накаяма Цунаде, и абсолютно не беспокоясь за то, что она о нем позаботится.
*****
571 день, утро. Деревня Скрытого Камня, поместье Цучикаге.
- Это отличный шанс установить хорошие отношения не только с Хокаге, но и с Кланом Накаяма! – Жизнерадостным тоном воскликнула Куроцучи.
- Я так не думаю. Отношения с «кланом» Накаяма не стоят того, чтобы ты лично отправлялась в Коноху. – Ворчливым голосом ответил Ооноки, поморщив пухлый, словно большая картошка, нос.
- Не стоят?! Ты ведь сам учил меня выражению «экономика превыше всего!», и отношения с Кланом Накаяма позволят нашей деревне преодолеть проблемы связанные с географическим положением, и наконец возвыситься! – Гордо заявила она, абсолютно не опасаясь разговаривать с Цучикаге на равных.
- Ты права. – Более мягким тоном ответил Ооноки, и взглянул на внучку потеплевшим взглядом: - Однако этого недостаточно, чтобы я рискнул отпустить тебя в логово врага.
- Но почему?! – Недовольно воскликнула Куроцучи, начав закипать от столь неприятной гиперопеки: - Я могу за себя постоять! К тому же, в Конохе я буду под протекцией Хокаге.
- Мир стоит на грани чего-то серьезного, и четвертая мировая может начаться в любой момент. Хирузен не опустится до такой низости, чтобы атаковать мою наследницу, но Коноху вот-вот раздерут внутренние противоречия, и я не хочу, чтобы ты оказалась частью провокации. – Мудрым голосом ответил Цучикаге, разминая затекшую шею.
- Ты преувеличиваешь. На экзамене будет множество независимых наблюдателей, и все силы Конохи. Совершать провокацию в это время – это настоящее самоубийство! – Уверенно ответила она, будучи прекрасно осведомленной о том, насколько огромная боевая мощь сосредоточена внутри Конохи.
Ооноки ничего не ответил, и глубоко задумался над ее словами. С одной стороны она говорила очень умные вещи, но с другой стороны, чутье на неприятности, развитое за восемьдесят лет жизни, буквально вопило о том, что в ближайшее время в мире произойдут радикальные изменения. Вопрос был лишь в том, окажется ли его выбор правильным.
http://erolate.org/book/1154/136789
Готово:
