]
За окном.
Окно моей соседки Инабы светилось так же ярко, как и вчера.
Свет лился прямо оттуда.
Глядя на то, как усердно учится Инаба, я буквально слеп.
— А-а… Глаза режет.
Сам виноват.
Стоит выйти на улицу, как я тут же забываю купить шторы.
Это прямо как поход в какой-нибудь «Дайсо», – напрочь забываешь, зачем пришёл.
«О, это может пригодиться! А вдруг!»
Вот так и со шторами: иду за ними, а возвращаюсь вечно с какой-то ерундой.
Вспомнить хотя бы ту штуковину для чистки яиц.
В итоге ни разу ей так и не воспользовался.
Жаловаться некому. Натянув одеяло на голову, я попытался хоть как-то укрыться от назойливого света.
Но лучи всё равно пробивались сквозь ткань.
Я, конечно, понимаю, что завтра экзамен… Но пожалей соседа, Инаба.
…
Чирик-чирик…
Утро.
Вчера я вернулся поздно, выжатый как лимон, и полночи не мог уснуть.
А потом просто вырубился, рухнув на кровать.
И результат вполне закономерен.
Взглянув на часы, я понял, что полдень уже позади.
Да и Инаба, судя по всему, дома уже не было.
Что ж, ничего не поделаешь.
Быстро собравшись, я направился в «Тоуя Дайнинг».
Мы договаривались на вчера, но надо зайти хотя бы сегодня.
Вообще-то я хотел разобраться со всем ещё вчера.
Но пришёл слишком поздно, когда ресторан уже закрылся.
Устало плетясь, я наконец добрался до «Тоуя Дайнинг».
Ни Инаба, ни Шоты нигде не было видно.
Хотя чему я удивляюсь?
Вчера Шота, похоже, спустил все деньги на ожерелье.
Наверное, чтобы не разорять Инабу, они пошли в место подешевле.
А может, вообще ушли к Шоте домой.
Так я рассудил про себя.
— О! Сасаки-сан. Пришли-таки? — Воскликнул он.
— Да. Вчера дела кое-какие были, — ответил я.
— Да бросьте! Со всеми бывает! Кха-ха-ха!
— Тогда посчитайте меня, пожалуйста.
— Будет сделано! Одну минуту. Юна? Юна!
Усадив меня за столик, хозяин Томода направился к кассе и позвал Огуру Юну.
— Да-а? Ой!
— Мне нужно в банк сбегать.
— Зачем это?
— Да вот, Сасаки-сан пришёл, наличными расплатился. Схожу по-быстрому, а ты пока поухаживай за гостем, Юна.
— Хи-хи. За это не переживай, Томода. Уж в чём в чём, а в этом я хороша! Всё сделаю в лучшем виде.
Я проводил взглядом Томоду, который уходил с пачкой моих наличных.
В Японии всё отлично, кроме одного – они почти не пользуются картами.
Банковские переводы? Они тут, конечно, есть… Но люди почему-то упорно их избегают.
Из-за этого вчера в ломбарде мне тоже выдали всё кэшем.
Мне, корейцу, не привыкшему держать такие огромные суммы в руках, а не на банковском счёте, было как-то не по себе.
Всё время казалось, что я выроню их по дороге.
От греха подальше я вчера так и ходил около ломбарда, засунув руки глубоко в карманы.
Выходной всё-таки, банки закрыты.
— Здравствуйте, Огура-сан. Сегодня вы особенно прекрасны.
— Ах, Сасаки-сан, умеете же вы льстить! Хо-хо!
Прикрыв рот ладошкой, смеющаяся Юна подошла к столику, неся поднос с напитками.
— Раз уж мужа нет, я сама о вас позабочусь.
— Хм-м.
— Что-то не так?
— Ну что вы. Общаться с такой очаровательной дамой, как Юна-сан, куда приятнее, чем с Томодой-саном. Надеюсь, так будет и впредь. Ха-ха.
— Ох, надо же…
Время как раз перевалило за обед.
Я огляделся по сторонам.
В зале, кроме меня, не было ни души.
Похоже, дела у них по-прежнему идут со скрипом.
Я засмотрелся на руки Огуры Юны, расставляющей стаканы.
Удерживать поднос одной рукой ей явно было тяжело, он заметно подрагивал.
Я слегка качнул стол.
Особого плана у меня не было.
Такие вещи всегда делаются экспромтом.
Раз уж Юна упёрлась бедром в стол для устойчивости…
Стоит лишь слегка подтолкнуть ногой…
… и равновесие потеряно.
— Ах!
Поднос полетел прямо мне на голову.
Вообще-то, по законам физики, он никак не должен был туда долететь.
Но испуганная Юна, пытаясь удержаться на ногах, опрокинула всё прямо на меня.
Я перехватил падающую женщину за руку.
Она послушно повалилась вперёд, распластавшись прямо на мне.
Её тихое, прерывистое дыхание щекотало мне грудь.
При падении моя рука самым естественным образом легла ей на бёдра.
Весьма пикантная позиция.
Почувствовав ладонью мягкую упругость, я мысленно ахнул.
Так вот она какая, прелесть замужней женщины?
К этому легко привыкнуть.
— М-м… ах?
Слегка помяв её округлости, я убрал руку, как только Юна зашевелилась, пытаясь подняться.
Я оторвал лицо от её груди и поднял голову.
— Ох…
— Добрый день, Огура-сан.
— А… э? Са-Сасаки-сан?
— Вы в порядке?
Она, похоже, только сейчас осознала всю неловкость положения и испуганно вздрогнула. Я невольно улыбнулся.
— Вижу, вы сильно перепугались.
— О-о боже, простите меня, пожалуйста!
— Всё хорошо, Огура-сан.
— Я сейчас же всё вытру!
— Не стоит. Кажется, пострадал не только я.
Если перевести это на футбольный язык, счёт уже 100:0 не в её пользу.
Чтобы победить, мне нужно обойти вратаря Томоду и забить в сердце Огуры Юны больше сотни мячей.
Заставить её сердце трепетать – один из путей.
Но для опытной женщины вроде Юны этого маловато.
Тут нужен другой подход.
В таких случаях нужно дать ей то, чего нет у её мужа.
Деньги у меня есть.
Внешностью бог не обидел.
Осталось лишь сыграть на мужском превосходстве.
— И к тому же, вот здесь.
— …Что?
— Здесь тоже, кажется, намокло.
Я указал на её руку, которой она упиралась в меня при падении.
Её ладонь слегка дрогнула.
Она лежала прямо на моей груди.
Густо покраснев, Огура Юна торопливо попыталась подняться.
Но поскользнулась на мокром столе и снова рухнула вниз.
— Ах!
На этот раз мы прижались друг к другу куда теснее.
Прижавшись ко мне всем своим трепещущим телом, она окончательно лишила меня остатков самообладания.
Вставать совсем не хотелось.
Может, продлить удовольствие?
Пахло малиной.
Мои руки крепко обхватили её, и её робкие попытки вырваться прекратились.
Сначала я просто хотел создать предлог.
Надеялся испачкать одежду, чтобы она почувствовала себя обязанной.
Но как всё зашло так далеко?
＊＊＊
Никакой прелюдии, никакого намёка на романтику.
И всё же случившемуся просто невозможно найти иного объяснения.
Достаточно было одному из нас отстраниться, и всё бы прекратилось.
Я бы просто извинился, и на этом бы всё закончилось.
Отсел бы подальше.
У меня ведь не было цели заходить так далеко.
Я поймал взгляд Огуры Юны.
Она смущённо отвернулась.
Ну разве может замужняя женщина быть такой милой?
Случайно это вышло или нет, ясно одно: всё происходит обоюдно.
Пусть её внутренний барьер ещё не сломлен до конца.
Да к чёрту.
Хватит размышлять.
Я отключил мозг.
Если бы она не хотела, давно бы уже встала.
Но она продолжает лежать неподвижно.
Значит, она согласна.
Так что в моих действиях нет моей вины.
Это ты сам виноват, Томода… плохо охранял свои ворота.
Мой взгляд скользнул ниже.
Сквозь лёгкую одежду Юны отчётливо проступали очертания груди.
Соблазнительная ложбинка.
Я не стал притворяться скромником.
Запретный плод, обтянутый красным кружевом.
Так и просится, чтобы из него выжали сок.
Моя рука потянулась к ней.
Что ж, надо исполнить желание.
Воздух вокруг словно загустел.
Но прежде чем я успел сделать главный шаг, раздался звон.
Дзинь…
— Ох, я совсем застрял! Забыл совсем, что сегодня выходной, кха-ха-ха! — Послышался голос заходящего Томоды.
Почёсывая затылок, он смущённо зашёл в зал и уставился на нас.
С моих волос капала вода.
Юна отставила поднос и вытирала воду под столом.
Быстро оценив обстановку, Томода понимающе закивал.
Решил, что жена опрокинула поднос и облила дорогого гостя.
Он тут же склонился в поклоне:
— Ох, простите великодушно, Сасаки-сан!
— Ну что вы, не стоит извиняться. Это мне должно быть неловко, — ответил я.
— …?
Недоумевая от моих слов, Томода перевёл взгляд на жену, которая всё ещё возилась под столом.
— Юна, как тебя так угораздило? Всё пролила, да? Сейчас я помогу, подожди.
— Ох… Да, оплошала случайно. Нет, не надо, Томода, я сама.
— Точно справишься?
— Да-да, я-я сама всё уберу. Иди, дорогой, я быстро.
— Ладно, принесу хотя бы нормальное полотенце. Салфетками ты до вечера тереть будешь.
— О! Да, будь добр, принеси, пожалуйста.
Посмотрев на добродушно улыбающегося Сасаки, Томода ещё раз низко поклонился.
— Не стоит так переживать, Томода-сан. Расторгать наш договор я из-за этого не собираюсь.
— О-о! Спасибо вам огромное!
— К тому же у вашего заведения есть своя… изюминка, от которой трудно отказаться. И у ресторана, и у шеф-повара.
Как только Томода ушёл на кухню за полотенцем…
Юна выбралась из-под стола.
— И зачем вы туда полезли?
— Да я… просто испугалась… вот и… хе-хе.
Она поправила одежду, и от её недавнего соблазнительного вида не осталось и следа.
Из кухни вернулся Томода с полотенцем в руках.
Заметив, что Юна вся взмокла, он принял это за пролитую воду и обыденно спросил:
— А, уже всё убрала?
— Да.
— Желаете что-нибудь ещё, Сасаки-сан?
— Ах, кстати говоря.
— Слушаю вас.
— Томода-сан, если вас не затруднит, не могли бы вы протереть стул?
— Стул?
— Да. Он ведь кожаный, вода могла впитаться. Не хотелось бы промочить брюки.
— А-а, конечно! Сию минуту всё сделаю.
Томода наклонился над стулом.
Я повернулся к Юне.
— Огура-сан, а вы как?
— Ч-что?!
— Мне показалось, вы тоже промокли.
— Но где?
— Вот здесь.
Вспомнив недавнее ощущение упругой плоти, я поддался внезапному порыву.
Томода всё ещё стоял к нам спиной.
Я положил руку ей на ягодицу и крепко сжал.
Изо всех сил, так, чтобы мягкая плоть просочилась сквозь пальцы.
— Ой!
От её вскрика Томода удивлённо поднял голову, но, увидев, что мы просто мирно стоим рядом, снова вернулся к работе.
— Что такое, Юна?
— …Н-нет, ничего.
— Ха-ха, показалось, что жук прополз, Томода-сан. К счастью, это оказалась просто пылинка.
— Вот как? Ну и трусиха же ты, Юна. Если что, позови.
— …В-всё нормально… Ничего страшного.
— Да уж, запустили мы мебель. Пятна ужасные. Юна, надо будет в следующий раз и диван почистить.
Как только Томода снова наклонился, Юна, воровато оглянувшись, придвинулась ко мне и прошептала:
— …П-прекратите… Что вы творите, Сасаки-сан!
— Понятия не имею, о чём вы.
— Ой! М-мм!
Я сжал её снова.
Ощущение было такое, словно я мну нежное рисовое тесто.
Чертовски затягивает.
Решил немного проучить её за то, что она упрямо строит из себя недотрогу.
— …П-прекратите… Нас же поймают…
— Да ну? Навряд ли.
— …@#$!!!
Мои пальцы продолжали ласкать её плоть.
На этот раз без остановки.
Заметив, что Томода вот-вот распрямится, красная как рак Юна наконец выкинула белый флаг.
— Я… я сделаю всё, что захочешь… только перестань…
Мои глаза азартно блеснули.
Я притянул её к себе за бедро.
— Договорились. Будем называть друг друга по имени.
— …Что? И ради такой мелочи вы устроили всё это?
— Разве это мелочь? — Я наклонился к самому её уху.
— То, как мы обращаемся друг к другу… это знак для окружающих, показывающий нашу близость.
— …!
— Так что… это очень важно.
Шорох…
Услышав, что Томода закончил, я отпустил Юну и сделал шаг назад.
— Фух, готово. Простите за задержку. Терпеть не могу, когда грязно.
— Прекрасно вас понимаю. Я и сам такой – если за что-то берусь, то иду до победного конца.
— Кха-ха! Мы с вами на одной волне! Может, выпьем как-нибудь?
— Ха-ха, с удовольствием бы согласился, но у меня ещё остались дела.
— Жаль, очень жаль.
— Что ж, я пойду. Надеюсь на плодотворное сотрудничество, Томода-сан.
— Взаимно! Будем рады видеть вас снова!
У самого выхода я обернулся и лукаво улыбнулся.
— Надеюсь на тебя, Юна. До встречи.
Томода замер на месте.
На его лице отразилось крайнее недоумение.
Юна тут же поспешила сгладить углы:
— Ой, дорогой! Ты ведь помнишь моего брата из деревни? Сасаки-сан сказал, что я напомнила ему сестру, вот и перешёл на «ты»!
— Хм… Ну, ладно…
— Мы так хорошо разговорились. К тому же, чтобы удержать такого щедрого клиента, нужно быть дружелюбнее, правда? Хи-хи.
— Твоя правда. В конце концов, сейчас другие времена, глупо цепляться за условности. Это я, видать, отстал от жизни.
— Простите, Сасаки-сан, заболтались мы тут при вас. Не обижайтесь на старика, кха-ха! Я плохо разбираюсь в современных веяниях.
— Ну что вы, всё в порядке. Всего доброго.
Когда Томода снова вежливо поклонился, Юна за его спиной состроила мне забавную гримаску, на что я ответил понимающей улыбкой.
Да, Томода.
Тебе бы получше следить за своими воротами.
Кажется, один мяч я тебе уже забил.
http://erolate.org/book/123/18831
Готово:
