Готовый перевод Transmigrated to Naruto: My Slice-of-Life with Naruko / Попаданец в Наруто: Моя повседневность с Наруко: Глава 17

Всю ночь валил густой снег.

Утренние лучи пробивались сквозь тонкую бумагу окон, заливая хижину призрачным молочно-белым сиянием.

Огонь в очаге давно погас, но тепло еще сохранилось. Хосино Саку открыл глаза на своем футоне, вслушиваясь в мерное, глубокое дыхание рядом.

Он бесшумно поднялся, стараясь не потревожить крепко спящую Наруко, подошел к окну и приоткрыл узкую щелку.

Холодный, кристально чистый воздух ворвался внутрь, принося с собой послеснежную свежесть. Коноха преобразилась, укрытая серебристым саваном, а далекая скала Хокаге примерила белые шапки, мягко сияя в лучах восходящего солнца.

На улицах уже появились ранние прохожие, принявшиеся за уборку. До Саку долетал приглушенный шорох лопат и редкий детский смех.

Сегодня был выходной, и небо прояснилось сразу после снегопада, отчего в деревне воцарилась необычайно безмятежная атмосфера.

Саку глубоко вдохнул ледяной воздух, чувствуя, как разум мгновенно проясняется.

Он размял затекшее тело, ощущая, как чакра внутри него течет медленно и плавно, подобно пробуждающемуся ото сна ручью.

Вчерашний разговор с Наруко, сведения о новых «Адамантовых Цепях» и полученная способность «Защита Уз» не давали ему покоя, но вместе с тем он стал гораздо яснее видеть свой дальнейший путь.

Он оглянулся на Наруко: она спала, свернувшись калачиком, золотистые пряди рассыпались по подушке, а на щеках играл здоровый румянец.

Вчерашние слезы и смятение, казалось, смыл крепкий сон, оставив после себя лишь спокойную решимость.

Саку не стал ее будить.

Он подошел к очагу, привычно развел огонь и поставил греться воду. Затем разогрел вчерашний рис и мисо-суп, попутно поджарив пару яиц.

Аромат еды постепенно заполнил комнату.

— М-м… как вкусно пахнет… — послышалось сонное бормотание.

Наруко села, протирая глаза. Золотистые волосы смешно топорщились в разные стороны. Она заспанно посмотрела в сторону очага:

— Саку… уже утро?

— Да, снег прекратился, погода отличная. — Саку разлил горячий мисо-суп по пиалам. — Умывайся и садись завтракать. Сегодня отдыхаем, изнурять себя тренировками не будем. Днем прогуляемся по городу, нужно кое-что прикупить.

— Гулять? — Глаза Наруко вспыхнули, и сонливость мгновенно улетучилась.

Для нее прогулки по магазинам были роскошью и настоящим приключением: это означало возможность поглазеть на нарядную толпу, яркие вывески и… может быть, даже выпросить что-нибудь вкусненькое.

— Нам правда можно?

— Угу. Скоро Новый год, на улицах должно быть оживленно. К тому же, — Саку на мгновение замолчал, — у нас соль на исходе, да и риса осталось немного – надо пополнить запасы. Заодно посмотрим, нет ли где дешевого и надежного снаряжения для тренировок. Твои ботинки тоже пора бы сменить.

Он давно заметил, что обувь Наруко сильно износилась от постоянных нагрузок.

— Ура! — Девочка радостно вскрикнула, спрыгнула с кровати и вихрем помчалась к простому умывальнику на улице.

Ледяная колодезная вода заставила ее вздрогнуть, но предвкушение прогулки было сильнее холода.

Завтрак прошел в уютной обстановке.

Наруко не переставала нахваливать яичницу и выпила суп до последней капли. После еды Саку прибрал посуду, они переоделись в чистую теплую одежду и, заперев дверь, зашагали по хрустящему снегу в сторону оживающих улиц Конохи.

Деревня после снегопада выглядела обновленной.

Крыши, ветви деревьев и обочины дорог были укрыты толстым слоем снега, искрящегося на солнце.

Лавки открылись рано: хозяева усердно расчищали подходы к дверям и развешивали праздничные украшения.

Дети на пустырях лепили снеговиков и играли в снежки, повсюду звенел их смех. В воздухе плыл сладкий аромат жареных моти и супа из красной фасоли, смешиваясь с запахами других яств и товаров.

Наруко, словно вырвавшаяся из клетки птичка, с любопытством вертела головой.

Ей редко выпадал шанс вот так беззаботно бродить по улицам. Раньше она либо куда-то спешила, либо бежала на тренировку, либо старалась поскорее проскочить мимо, пряча лицо от неприязненных взглядов.

Но сегодня – то ли из-за сказочного пейзажа, то ли из-за предпраздничной суеты, а может, благодаря вчерашнему разговору, облегчившему ее ношу, – она смотрела на мир с особым восторгом.

— Саку! Смотри! Флюгер! Какой красивый! — Она указала на разноцветные бумажные вертушки на лотке у старушки.

— Саку! Там продают трёхцветные данго! Пахнет просто божественно! — Она с надеждой уставилась на лоток, над которым поднимался пар.

— Ого! В той лавке снаряжения ниндзя скидки!

На этот раз ее внимание привлекла табличка о предновогодней распродаже у входа в магазин.

Саку шел рядом. Его лицо оставалось беспристрастным, но взгляд был теплым.

Он терпеливо откликался на каждое восклицание Наруко, вкратце объясняя устройство флюгера, описывая вкус данго или растолковывая разницу в материалах обычных кунаев и сюрикенов.

Дать Наруко почувствовать эту простую человеческую радость, доступную любому ребенку, само по себе было частью исцеления и укрепления их Уз.

Сначала они зашли в бакалейную лавку и хозяйственный магазин, где на пособие по потере кормильца купили риса, соли, немного недорогих овощей и сушеных продуктов, которых хватило бы на полмесяца.

Саку придирчиво подсчитывал стоимость, выбирая самое выгодное соотношение цены и качества. Хозяйка, добродушная женщина, увидев двух детей, пришедших за покупками, в подарок добавила им небольшой пакет сушеной морской капусты.

— Спасибо, тетушка! — Вежливо поблагодарила Наруко с искренней улыбкой на лице.

Женщина на мгновение замерла, глядя на отметины на щеках девочки, затем перевела взгляд на не по годам серьезного Саку и в итоге улыбнулась в ответ:

— Не за что. Скоро праздник, возьмите, сварите себе суп.

Выйдя из лавки, Наруко прижала пакет к груди так, словно это было величайшее сокровище. Она тихо прошептала Саку:

— Та тетушка… кажется, она меня больше не боится?

— Многие просто не знают тебя, — коротко ответил Саку. — Если ты улыбаешься им, они чувствуют твою доброту. — Разумеется, он понимал, что всё не так просто, но для начала и это было немалым достижением.

Следом был обувной магазин.

Саку выбрал самые прочные ботинки на плоской подошве, подходящие для тренировок, и заставил Наруко примерить их.

Наруко прошлась в обновке по залу, подпрыгнула и радостно воскликнула:

— Как удобно! Намного мягче старых!

Наконец они добрались до той самой лавки снаряжения со скидками.

Магазинчик был тесным, а товар выглядел залежалым, но для их целей он подходил идеально.

Саку отобрал несколько мотков крепкой веревки, пару качественных точильных камней и маленькую баночку антикоррозийного масла – всё это было необходимо для ежедневных тренировок и ухода за оружием.

Затем он проверил утяжелители: те, что были на них сейчас, уже стали привычными.

Присмотрел он и пару плотных напульсников, способных защитить запястья от растяжений во время жестких спаррингов.

— Хозяин, сколько всё это стоит? — Спросил Саку, указывая на выбранное.

Владелец, седой старик с прищуренными глазами, неспешно защелкал костяшками счетов и назвал цену.

Саку быстро прикинул в уме: выходило действительно дешевле рыночной стоимости, но всё же покупка съедала большую часть взятых с собой денег.

Он уже собирался расплатиться, как Наруко потянула его за рукав, указывая на угол, где в пыли лежала груда потрепанных свитков и старых книг.

— Саку, посмотри… там, наверное, совсем дешево? — Прошептала она.

Саку проследил за ее жестом. Это был откровенный хлам: книги с оборванными обложками, разрозненные свитки с выцветшими знаками и потертыми краями.

Ценник гласил: «На вес, 100 рё за цзинь».

Сто рё – цена пары самых дешевых булок.

Но для Саку, обладавшего жаждой знаний и скромным бюджетом, это было подобно пещере с сокровищами.

— Господин, можно мне взглянуть на те старые книги и свитки? — Спросил он.

Старик поднял взгляд и махнул рукой:

— Смотри сколько влезет. Это мусор, который никому не нужен, видать, кто-то склад чистил да выкинул. Если что приглянется – отдам за бесценок.

Поблагодарив, Саку вместе с Наруко присел перед кучей старья. Пыль была такой густой, что Наруко невольно чихнула.

Саку же сосредоточенно изучал содержимое.

Большая часть и вправду была макулатурой.

Изъеденные насекомыми бухгалтерские книги, бульварные романы без страниц, дневники с описанием бытовых мелочей и свитки с детскими каракулями…

Однако Саку, полагаясь на опыт прошлой жизни и чутье на знания мира шиноби, быстро выудил несколько ценных вещей:

«Иллюстрированный справочник основ травничества и методов обработки» с оторванной обложкой, но целыми страницами.

Кожаный свиток с небрежными записями о десяти видах ловушек и способах их обезвреживания.

И несколько чистых свитков из бумаги сносного качества.

Но по-настоящему сердце Саку екнуло, когда он нащупал в самом низу тонкую тетрадицу без обложки.

Бумага пожелтела и стала хрупкой, а текст был выведен изящным, но слегка дрожащим почерком. В нем описывались тонкости контроля чакры и методы восстановления меридианов.

Там упоминались особые дыхательные техники и медитации, помогающие стабилизировать поток энергии и снимать усталость каналов.

В конце стояла лишь размытая подпись: «Рин».

Рин Нохара? — Саку замер.

Если это действительно ее записи… цена этой находки была заоблачной.

Да даже если и нет, сами идеи представляли огромный интерес, особенно для Наруко с ее нестабильным контролем чакры – это могло стать для нее спасением.

— Господин, я забираю это. И то, что выбрал раньше. Сколько с меня?

Саку подхватил охапку старья и отобранное снаряжение.

Старик бросил беглый взгляд и назвал цену, которая оказалась даже ниже ожиданий Саку.

Он быстро расплатился, тщательно упаковал покупки и убрал их в сумку.

— Саку, эти старые книжки… они правда полезные? — Полюбопытствовала Наруко, когда они вышли на улицу.

— Возможно.

Саку не стал вдаваться в подробности, но в его глазах читалась радость. Эти знания, особенно тетрадь, предположительно принадлежавшая Рин Нохаре, стоили гораздо больше потраченных грошей.

Время близилось к полудню, солнце пригревало, и оба почувствовали голод.

— Пойдем поедим рамен! — Тут же предложила Наруко, глядя на знакомую вывеску в конце улицы – Рамен Ичираку.

Саку проверил остаток денег и кивнул:

— Хорошо, но возьмем по порции с чашу, без лишних добавок.

— Идет! — Наруко закивала с такой силой, будто от этого зависела ее жизнь. Порция рамена в Ичираку была для нее верхом блаженства.

В заведении было полно народу, стоял густой пар и аппетитный аромат.

Дядя Теучи трудился за стойкой, а его дочь Аяме принимала заказы.

— Добро пожаловать! О, Наруко, Саку! — Аяме приветливо улыбнулась им.

Благодаря частым визитам (в основном Наруко), добрая девушка хорошо их знала, понимала их положение и частенько тайком подкладывала Наруко лишний ломтик чашу.

— Сестренка Аяме! Дядя! Две порции рамена с чашу! — Наруко привычно взобралась на высокий табурет.

— Будет сделано! Подождите минутку! — Зычно отозвался Теучи.

Пока они ждали, Наруко болтала ногами, разглядывая улицу.

Саку сидел тихо, наслаждаясь теплом и шумной атмосферой лапшичной.

Это было одно из немногих мест в Конохе, где на Наруко не косились, а встречали искренней улыбкой.

— Кстати, Саку, — Наруко вдруг повернулась к нему и заговорщицки прошептала: — …Там в куче старья я видела деревянную шкатулку. Совсем старую, с какими-то странными знаками. Как думаешь, там может быть что-то ценное?

Саку попытался вспомнить. Он был слишком сосредоточен на книгах и свитках, поэтому не обратил внимания на коробку:

— Что за знаки?

— Ну… похоже на… — Наруко принялась усердно рисовать пальцем на столе кривые узоры. — Круг, внутри точка и такие закарючки…

Саку насторожился.

По описанию это походило на некую базовую печать техники. Если это правда, то даже простейшая формула могла бы помочь ему в изучении основ фуиндзюцу.

— В следующий раз, если будем там, заглянем еще раз, — сказал Саку.

Он не питал особых иллюзий – шанс найти что-то стоящее в мусоре был невелик, но наблюдательность Наруко порой приносила неожиданные плоды.

Вскоре перед ними поставили две дымящиеся чаши с аппетитными ломтиками мяса.

— Я начинаю! — Громко провозгласила Наруко, сложив ладони, и тут же принялась за еду, вовсю прихлебывая лапшу.

Саку тоже взял палочки и начал неспешно есть.

Упругая лапша, наваристый бульон и нежное мясо – простая еда приносила огромное удовольствие.

Особенно в такой морозный полдень после снегопада, в компании близкого человека.

Он посмотрел на Наруко, у которой от усердия на кончике носа выступили капельки пота, и почувствовал на душе покой.

Именно эти будни он и хотел защитить.

Простые, теплые, полные маленьких надежд и незатейливых радостей.

Пусть впереди тернии, пусть из тени за ними следят тысячи глаз, пусть путь к силе долог и труден.

Но сейчас солнце светило ярко, рамен был вкусным, а человек рядом – счастлив.

Этого было достаточно.

Он отставил пустую пиалу и посмотрел на шумную улицу за окном.

Выходные продолжались, тренировки не прекратятся, а вызовы судьбы не заставят себя ждать.

Но сегодня можно было просто раствориться в этом редком, теплом уюте, принадлежащем двум сиротам.

— Наруко, не торопись, не подавись.

— Угу-м… Саку, суп просто чудо!

Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!

http://erolate.org/book/132/19984