Поскольку на вокзале Токио собрались ученики не только нашей академии, там было не протолкнуться. Самые длинные очереди выстроились за экибэнами. Прорвавшись сквозь толпу, я чудом умудрился урвать два последних набора.
Один из них — камамеси: традиционный рис в горшочке с говядиной, перепелиным яйцом, бамбуком, грибами и каштанами. Эдакий компромисс между вкусом и пользой. Второй — классический рис с жареным угрем.
Вернувшись к месту сбора, я присел напротив Миюки, которая о чем-то переговаривалась с классруком. Когда она освободилась и подошла ко мне, я протянул ей обе коробки.
— Выбирай.
— Хм... Пожалуй, возьму с угрем.
— Почему?
— В смысле? Ты же сам сказал — выбирай. Или ты сам его хотел?
— Нет, шучу. Бери конечно.
— Ясно. А у Тетсуи-куна что?
Как раз в этот момент подошел Тетсуя со своей коробочкой. Сравнив свой набор с тем, что выбрала Миюки, он просиял:
— О, Миюки, у меня точно такой же!
«Радуешься, что у вас получился "парный обед"? Аж тошно смотреть». Хотелось добавить в его бенто какой-нибудь "гарнир" из продуктов жизнедеятельности моего желудка. Запах этой приторной юности внезапно стал невыносим.
К назначенному времени собрались все. Учитель, глядя на гору коробок с экибэнами в руках студентов, не удержался от смеха. Видимо, его забавляло, что, несмотря на обещание кормить в поезде, все всё равно кинулись за вокзальной едой.
— Хоть я и говорил, что еда будет, вы всё равно накупили бенто. Ладно, строимся по двое!
Пройдя перекличку, мы загрузились в вагон. Я ожидал, что Тетсуя начнет канючить, чтобы сесть с Миюки, но он, к моему удивлению, уже устроился рядом с каким-то приятелем.
Правда, его лицо мгновенно окаменело, когда он увидел, как я по-хозяйски занимаю место рядом с Миюки. Видимо, он не рассчитывал на такую наглость при учителях.
«Ну что, подгорает?» — подумал я. У парня нет смелости даже на простой шаг, и при этом он умудряется пускать слюни на Ренку, стоит ей проявить к нему хоть каплю внимания. Типичный неудачник. Пускай учится у меня брать то, что хочется, без оглядки на приличия.
Решив игнорировать его кислую мину, я повернулся к Миюки. Она сидела у окна и всё никак не могла устроиться поудобнее.
— Ты чего ерзаешь?
— Мацуда-кун, ты слишком большой. Места мало.
— Тебе неудобно?
— Да нет, просто... вот так будет лучше.
Миюки закинула ноги мне на колени. Тут же испуганно огляделась по сторонам и сделала вид, что просто поправляет позу. Сегодня она была на редкость кокетливой. Усмехнувшись, я разложил столик и поставил коробки. Миюки коснулась шнурка на дне упаковки.
— О, саморазогревающийся?
— Ага. Давай поменяемся?
— Зачем?
— Твой выглядит вкуснее.
— Можем просто есть вместе.
— Думаешь?
— Да. Но... ты что, хочешь, чтобы я ела то, что невкусное?
— Твой набор полезнее для здоровья, я просто забочусь о тебе.
— Язык у тебя подвешен... Послушай... — она запнулась и снова огляделась. Наклонившись к самому моему уху, она прошептала: — Ты... забронировал?
— Конечно.
— Хорошо... Молодец.
Видимо, само слово «молодец» в контексте брони отеля для тайного свидания показалось ей странным. Миюки кашлянула и открыла свою сумку, стоящую в ногах.
— Открой свой рюкзак.
— Зачем?
— .... Переложу туда свою одежду и умывальные принадлежности.
— Зачем это в моем рюкзаке?
— Чтобы... ну... использовать ТАМ. Быстро открывай...
Её голос дрожал от смущения. Видимо, она уже во всех красках представляла сегодняшнюю ночь. Она начала перекладывать запасное белье, пробники шампуня и геля для душа в мой рюкзак.
Вот что бывает, когда отличницы пускаются во все тяжкие. Предусмотрительность Миюки не знала границ.
Закончив «контрабандную» операцию, она с облегчением похлопала меня по плечу.
— Разворачивай сиденья.
— Прямо сейчас?
— Да.
— Могла бы сказать до того, как мы сели.
— Ну давай же, вставай.
Она легонько, но любя, шлепнула меня по бедру. Мы поднялись и развернули наши кресла так, что оказались лицом к лицу с Булочницей и Старостой.
— Привет! — весело поздоровалась Староста. Масако лишь скромно махнула рукой.
И вот я — единственный парень в окружении трех красоток. «Главный герой, не иначе». Запах юности снова стал приятным.
В вагоне наступила временная тишина, но стоило поезду тронуться, как восторженные крики студентов заполнили всё пространство. Наш классный сектор превратился в шумный улей.
Вскоре потянуло запахами еды. Мы не стали исключением. Потянув за шнуры разогрева, мы под болтовню девчонок принялись за бенто.
Миюки заботливо переложила кусочки своего угря мне в горшочек. Староста демонстративно скривилась от вида наших «телячьих нежностей», а Булочница предсказуемо зашлась кашлем, пытаясь проглотить ложку риса.
Это было... по-настоящему мирно.
После еды и бурных обсуждений планов на поездку, девушки начали потихоньку выдыхаться. Они любовались заснеженными пейзажами за окном под размеренный голос проводника, пока по одной не начали проваливаться в сон.
Весь вагон потихоньку притих. Глядя на спящих Масако и Старосту, Миюки, которая до последнего пыталась со мной разговаривать, тоже широко зевнула.
— Я немного посплю...
Она подняла подлокотник, прижалась щекой к моему плечу и, смешно приоткрыв рот, мгновенно уснула. Я накрыл её своим пальто, стараясь не разбудить, и уставился в окно.
Поезд мчался сквозь заснеженные леса. В тихом вагоне пахло заварным кофе и легким ароматом сливы, исходящим от спящей Миюки. Настоящая идиллия. Иногда и в таком «исцеляющем» темпе жить очень даже приятно.
Академия забронировала для нас роскошный рёкан с термальными источниками. Видимо, бюджет элитного заведения позволял не скупиться на отдых учеников.
По приезде на Хоккайдо нас встретил автобус, доставивший прямо к дверям гостиницы. Миюки и Староста начали раздавать ключи.
— Когда будете уходить — оставляйте ключи на ресепшне. Не теряйте! Через час жду всех здесь, будем обсуждать ужин, — четко инструктировала Миюки.
Когда дошла очередь до меня, она незаметно подмигнула. Я тихо спросил:
— Кто твоя соседка?
— Михо.
— Это еще кто?
— Ты вообще имена одноклассников знаешь? В общем... остальное на тебе. Запасной ключ от своего «секретного» номера отдашь мне в свободное время.
— Понял.
Ослепительно улыбнувшись ей, я подошел к стойке под предлогом какого-то вопроса и забрал ключ от номера, забронированного на моё имя. После чего зашел в свою «официальную» комнату.
Моим соседом оказался тот самый толстяк Тунтуни, который раньше прикрывал меня своим телом на уроках. Обменявшись с ним парой фраз, я кинул вещи и быстро сполоснулся.
К моменту общего сбора я уже был в лобби. Заметил Тетсую, который увлеченно изучал туристические буклеты.
— Что ищешь?
— Смотрю, куда сходить. У нас ведь три часа свободного времени до ужина.
— Ого, целых три часа?
— Ага. А ты чем займешься?
— Да не знаю. Наверное, прогуляюсь или в онсэн залезу, кости погрею. А ты?
— Хочу сходить на смотровую площадку неподалеку. Говорят, вид на горы потрясающий.
С этими словами Тетсуя покосился на лестницу, по которой спускалась Миюки в компании подруг. На ней была теплая куртка и забавная шапочка-бини — она выглядела чертовски мило.
— Ясно. Ну, удачи.
— Завтра едем на лыжную базу... Ты ведь знаешь, что Миюки отлично катается?
«Конечно знаю, идиот». Хотя она катается не «отлично», а просто выше среднего, но Тетсуя, как всегда, преувеличивал её достоинства.
— Да? Не знал.
— Ага. Она каждую зиму с родителями ездит в горы.
— Понятно. А ты как, мастер спорта?
— Ну, не мастер, но на лыжах стою уверенно. Пару раз ездил вместе с семьей Ханадзава.
Опять он пытается подчеркнуть свою «особую связь» с её семьей. Бесит. Хотя, зная Тетсую, за этим бравадой скрывается лишь попытка убедить самого себя в собственной значимости.
— А ты? Умеешь? — спросил он.
— Ни разу не пробовал.
— Серьезно? Ну, тогда возьми инструктора. Это весело, тебе понравится.
«Я возьму не инструктора, а Миюки». Обойдусь без твоих советов. Хлопнув его по плечу, я прервал разговор и направился к Миюки, которая как раз начала собирать всех в круг.
***
Миюки тяжело и прерывисто дышала, как и положено человеку под хмелем, лениво перебирая пальцами по экрану телефона. Видимо, юката начала ей мешать, и она переоделась в легкий гостиничный халат. Её белоснежные ноги, оставшиеся беззащитно обнаженными, в тусклом свете номера выглядели чертовски сексуально.
— Михо написала... Спрашивает, где я и когда собираюсь спать.
— И что ты ответила?
— Сказала, что фильм еще не закончился и я посмотрю еще один, так что пускай ложится без меня.
— Молодец.
— Саке больше не осталось?
Похоже, подогретый напиток пришелся ей по вкусу. Учитывая, что мы на двоих уже уговорили бутылку, её настойчивость начинала меня забавлять.
— Если выпьешь еще, завтра будет совсем худо. Потерпи.
— Ну ладно... Ложись быстрее.
— Ложиться?
— Ложись, — повторила она.
Голос её звучал бессвязно — верный признак того, что алкоголь окончательно взял верх над самоконтролем. Пожав плечами, я лег на футон спиной к ней. Миюки тут же принялась перебирать мои волосы, но вдруг... резко дернула их на себя.
Поскольку она была слишком расслаблена, чтобы приложить реальную силу, моя голова лишь медленно отклонилась назад. Я почувствовал себя какой-то игрушкой в руках капризного ребенка. Скосив взгляд, я спросил:
— Ты чего творишь?
— Моё... — прошептала она со странной нежностью и начала тыкать пальцем мне в лопатку.
Её «пьяные замашки» были одновременно и смешными, и обескураживающими. Интересно, что будет, если я напою её еще сильнее? Зная характер Миюки, она, скорее всего, просто провалится в глубокий сон.
— Ну моё, так моё.
Я осторожно убрал её руку и перевернулся на бок, лицом к ней. В ту же секунду Миюки, чьи глаза были подернуты туманной дымкой, протянула руку и бесцеремонно запустила её за ворот моей юкаты.
От такой внезапной активности я на мгновение опешил и перехватил её запястье.
— Эй... Миюки..! Полегче.
— Почему? Ты ведь мой.
— Я тебе что, вещь?
— Разве ты не принадлежишь мне?
— Ну, технически да, но...
— Тогда в чем проблема..? — она хихикнула, пропустив мои возражения мимо ушей.
Я не мог понять: она издевается надо мной или это чистый эффект от саке? Скорее второе, но Миюки в таком состоянии была абсолютно непредсказуема.
Скользь...
Пока я размышлял, её свободная рука скользнула под пояс моей юкаты. Я судорожно выдохнул.
Она начала уверенно ласкать меня прямо сквозь ткань, не сводя с моего лица затуманенного взгляда. В этом не было ни капли сомнения или робости — казалось, она заранее планировала пойти в наступление именно так.
Почувствовав, как по телу пробегает знакомый электрический разряд, я напряг мышцы пресса. Миюки легонько царапнула кожу ногтями, вызывая новую волну возбуждения.
«Где она этому научилась?» Неужели втайне от меня гуглила что-то эдакое? Или так внимательно смотрела то видео, что мы включали в прошлый раз? Впрочем, какая разница. Мне это чертовски нравилось.
Решив не мешать ей, я отпустил её руку. Миюки тут же придвинулась вплотную, так что я почувствовал её жар, и снова запустила ладонь мне под одежду, на этот раз сосредоточившись на моей груди.
— Ох..!
От этих дразнящих прикосновений моё тело инстинктивно дернулось. Заметив мою реакцию, Миюки победно улыбнулась.
— Тебе нравится..?
От неё пахло сливой и теплым рисовым вином — этот странный микс на удивление дурманил голову. Её тяжелое дыхание и полуприкрытые веки делали её в этот момент невероятно притягательной.
— Отвечай... нравится?
Вместо ответа я плотно прижался к ней своим членом. Глаза Миюки превратились в узкие щелочки, она уткнулась лицом мне в ключицу и начала тереться о мою грудь.
Её волосы рассыпались по моей коже, щекоча и раздражая, а тонкие пальцы продолжали терзать мои чувствительные точки. В довершение всего она приникла губами к моей коже, выдыхая горячий воздух.
Возбужденный до предела, я положил руку ей на затылок и начал медленно массировать шею и плечи.
Шурх...
От моих движений полы её халата разошлись, открывая вид на изящную линию плеч. Её кожа светилась в полумраке, и этот вид окончательно лишил меня остатков самообладания. Я дважды легонько похлопал её по спине.
Тук. Тук.
Миюки, кажется, поняла этот безмолвный сигнал. Её рука, до этого ласкавшая меня снаружи, нырнула глубже, под ткань моих боксеров. Её пальцы начали медленно и уверенно исследовать меня от самого основания до головки.
От этой ласки у меня перехватило дыхание, а пальцы на ногах непроизвольно сжались. Я попытался немного отстраниться, чтобы перевести дух, но Миюки, предчувствуя это, вдруг ощутимо прикусила мою грудь.
— Эй..! Ты чего творишь?
На мой укоризненный возглас она не ответила. Лишь посмотрела снизу вверх своими пьяными, шальными глазами и лукаво улыбнулась.
Обычно сдержанная, сегодня она была поразительно настойчивой. Видимо, присутствие Чинами в прошлый раз действительно сковывало её, и теперь она решила взять реванш. Каждое её новое движение открывало мне грань её характера, о которой я и не подозревал.
Продолжая льнуть ко мне как пиявка, Миюки вдруг резко толкнула меня в плечи, заставляя лечь на спину. Она быстро расправилась с завязками моей юкаты и, широко распахнув полы, оседлала меня сверху.
Почувствовав кожей её бедер свою наготу, я понял: на ней совсем не было белья.
— Жарко... — выдохнула она, глядя на меня сверху вниз томительным взглядом.
Её бедра начали совершать медленные, тягучие движения, дразня меня. Я кашлянул и легонько коснулся её ноги.
— Так сними халат.
— Не хочу.
— Ну, как знаешь.
Внизу я почувствовал влажное прикосновение. Миюки была уже более чем готова, хотя мы даже не начинали настоящую прелюдию. Видимо, сама ситуация и близость риска её заводили.
Тяжело дыша, Миюки ухватилась за край моих боксеров. Без лишних слов я помог ей, избавившись от лишней ткани и отшвырнув её в угол комнаты.
— Теперь довольна?
— Угу... Теперь я лягу.
— В смысле «лягу»?
— Просто лягу.
— Прямо сейчас?
— Да.
Я опешил. Сначала она идет в атаку как хищница, а теперь вдруг решает, что с неё хватит и инициатива должна перейти ко мне? Судя по всему, ей стало слишком неловко доводить дело до конца самой.
Позиция «наездницы», где нужно самой направлять процесс, видимо, всё еще казалась ей слишком смелой для отличницы. Несмотря на всё её пьяное бесстрашие, старые привычки брали своё.
Впрочем, я прекрасно её понимал. До встречи со мной Миюки была бесконечно далека от мира плотских утех. Но я не собирался давать ей пойти на попятную. Она учится быстро, и сейчас ей нужен был лишь небольшой толчок.
С этой мыслью я подхватил её под бедра, не давая слезть с меня, и приподнял её ягодицы. Миюки смущенно замерла, но я лишь ободряюще кивнул ей.
Влажное касание...
Я ввел головку лишь на самую малость.
— Ах..!
Из её горла вырвался приглушенный стон. Её зрачки задрожали — она поняла: стоит мне ослабить хватку, и я войду в неё полностью.
Но это длилось лишь мгновение. Видимо, саке действительно придало ей храбрости. Она расслабила мышцы, накрыла ладонью мои глаза, словно не желая, чтобы я видел её позор, и...
Чпок!
...резко опустилась вниз, принимая меня до упора.
— А-а-ах..! Глубоко..!
Она судорожно задышала, вцепившись пальцами в мой живот, чтобы удержать равновесие. Видимо, от резкого движения ей стало немного больно, и она замерла, стиснув зубы.
Я не ожидал такой спешки и с беспокойством посмотрел на неё:
— Ты в порядке?
— .... Да... нормально...
— Точно?
— Сказала же — нормально..!
Миюки капризно дернула бедрами. Было ли это случайным движением или осознанным — неважно. Это стало искрой. Поняв, что дискомфорт ушел, она начала осторожно двигаться.
Шлеп... Слиз...
Звуки трения в тишине номера казались мне оглушительными и невероятно возбуждающими.
— М-м..!
Сначала её движения были неуклюжими — она подавалась вперед всем телом, сбивая ритм. Но уже через пару минут она освоилась, и её движения стали плавными и ритмичными.
— Ох... ах-х..!
Чем быстрее она двигалась, тем труднее ей было сдерживать стоны. Как я и думал, её натура отличницы требовала доводить любое дело до совершенства.
Любуясь ею снизу — тем, как она самозабвенно двигает бедрами, источая чистый соблазн, — я потянул за пояс её халата. Узел легко поддался, и ткань сползла с её плеч.
— Эй! Перестань..! Глупый... — пробормотала она, пытаясь прикрыться одной рукой.
Второй рукой она при этом продолжала крепко держаться за мою ногу, фиксируя своё положение. Это противоречие было просто восхитительным.
В неярком свете лампы её лицо выражало целую гамму чувств: от жгучего стыда до неконтролируемого восторга. Видеть, как моя правильная Миюки сама задает темп нашей близости, было лучшим подарком.
Сегодняшняя ночь была идеальной. Я чувствовал, что большего удовлетворения получить просто невозможно.
***
— Ха-а... ха-а...
Любуясь тем, какой активной стала Миюки, я услышал её тяжелое, прерывистое дыхание. Видимо, она выложилась на полную, двигаясь с таким рвением, и теперь силы окончательно покинули её.
Погладив её по бедру в знак признания её стараний, я дождался, пока она замрет, и приподнялся.
— Сможешь лечь?
— .... Я уста-а-ала...
— Тогда просто расслабься. Я сам.
Почувствовав, как её тело обмякло, я обхватил Миюки за талию и очень медленно опустил на футон. Мой член, на мгновение покинувший её лоно, дразняще коснулся её плоти, и, дождавшись, когда её живот мелко задрожит от предвкушения, я снова вошел внутрь.
Влажное скольжение...
Преодолевая сопротивление её тесных стенок, я чувствовал, как они жадно обхватывают меня. Приняв классическую миссионерскую позу, я начал неспешно, но глубоко изучать её изнутри.
— А-ах..!
Я не забывал наслаждаться её реакциями, время от времени нежно прикусывая маленькие соски на её вздымающейся груди.
— М-м-м..! Хык..!
Когда Миюки достигает пика, она издает такие томительные горловые звуки, что от них буквально закладывает уши. Сейчас было именно так. Она даже не пыталась смахнуть капельки пота со своего лица, полностью отдавшись процессу.
Видимо, считая свои стоны слишком «бесстыдными», она до боли закусила нижнюю губу, пытаясь сдержаться... В этой девушке прекрасно всё, от первой до последней черты.
Почувствовав, что мой предел уже близко, я позвал её низким, хриплым голосом:
— Миюки.
Она сразу поняла, что развязка близка. Слегка отвернув голову, она прошептала едва слышно:
— .... Внутрь... сделай это внутрь...
Кажется, это второй раз, когда она сама просит об этом? Если не считать тех случаев, когда я спрашивал первым — то точно. Её слова отозвались во мне мощной волной радости, и я перестал сдерживаться.
— А-а-ах..!
Миюки вскрикнула и мертвой хваткой вцепилась в мою шею. Её ноги мелко задрожали, когда она почувствовала, как я заполняю её до краев. Её голова была запрокинута, а глаза подернулись пеленой экстаза.
Я изливал в неё гораздо больше, чем обычно, покрывая поцелуями каждый сантиметр её лица.
Должно быть, чувствуя мою любовь и страсть, Миюки снова издала тот самый сладкий звук и прижала меня к себе изо всех сил.
Как только всё закончилось, она по своей привычке потянула за край одеяла, закрывая лицо.
Улыбнувшись, я посмотрел на неё. Даже в состоянии полного изнеможения она продолжала напрягать мышцы, словно не желая меня отпускать.
— Пойдем позже в душ вместе.
— .... Угу... вместе... и долго...
— Хорошо. Помассировать тебе спину?
— Не-ет... просто полежи так...
Она слабо покачала головой. Хмель еще явно бродил в её крови. «Просто полежи» на языке Миюки означало, что мы проведем в объятиях еще очень много времени.
Я начал легонько разминать её шею, прижимая к себе, пока наши тела не начали остывать.
Следующее утро.
Сладко позевывая и потягиваясь после бурной ночи, я спустился в лобби и сразу столкнулся с Миюки.
— Доброе утро.
— .....
Она вздрогнула и промолчала, делая вид, что очень занята какими-то бумагами. Видимо, вчерашняя инициатива в постели оставила в её душе глубокий след из смущения. Усмехнувшись, я подошел к ней и поправил выбивающуюся прядь на её лбу.
— Я спрашиваю: хорошо спалось?
— .... Да. А тебе, Мацуда-кун?
— Я почти не спал. Мы ведь разошлись только под утро.
— Если честно, я тоже...
— Ну так и сказала бы сразу.
— Х-хватит нести чепуху, иди завтракать..! Вот твой талон, отдашь в столовой...
— Пойдем вместе.
— Вместе..? Но я поела еще полчаса назад.
— Почему так рано?
— Нужно было раздать талоны остальным... Кто знает, когда вы соизволите проснуться...
Я заметил, как уголки её губ поползли вверх.
— Ешь не торопясь... А то подавишься.
Слова словами, но её взгляд буквально кричал: «Жду тебя через 10 минут!». Это напомнило мне времена, когда мы только начинали флиртовать. Приятное чувство.
После завтрака и коротких сборов мы загрузились в автобус, следующий до лыжной базы. Больше половины класса выглядели как живые мертвецы — видимо, вчерашние посиделки с алкоголем не прошли даром. Тетсуя не был исключением: он дрых у окна в самой нелепой позе, которую только можно представить.
Глядя на его физиономию, я почувствовал, как портится настроение. Если бы не вчерашняя ночь с Миюки, день бы начался паршиво.
Вскоре мы прибыли на место. У входа на лыжную базу было не протолкнуться. «Сколько же тут народу... Хоть бы все они провалились сквозь землю».
Сонные студенты мгновенно преобразились, предвкушая активный отдых. Классрук, понимая их настрой, собрал всех в круг и начал длинную лекцию о технике безопасности.
Затем он велел Миюки раздать снаряжение, а сам ушел обсуждать план занятий с инструктором.
— Ребята! Кто взял свои шапочки-бини — спрячьте в шкафчики! Надеваем только шлемы! Безопасность превыше всего!
Голос Миюки звучал бодро и уверенно. Приятно видеть её в «рабочем» режиме.
— Мацу다-кун, постой здесь. Зайдем внутрь последними.
Я кивнул, наблюдая, как Тетсуя, уже прихватив лыжи, ковыляет к Миюки с озадаченным видом.
— Миюки, ты пойдешь на сноуборд?
— Угу. Хочу поучить Мацуду-куна.
— Но ведь тут есть инструкторы.
«Опять он сует свой нос. Неисправимый». Подавив вздох, я вклинился в разговор:
— Я сам попросил её.
— Но ведь сегодня редкая возможность покататься, Миюки тоже должна отдохнуть и насладиться трассой, разве нет?
«Смотри-ка, как он осмелел. Остатки вчерашнего пива придают храбрости?» Захотелось проверить на прочность пару его зубов.
— Всё в порядке, Тетсуя-кун. Я сама предложила помощь Мацуде-куну, — отрезала Миюки.
Тетсуя растерянно моргнул.
— Вот как..?
— Да. Ты ведь пойдешь на трассу для среднего уровня?
— Ну... вообще-то да...
— Тогда заглядывай к нам на учебный склон позже, если будет время. Покатаемся вместе.
— Правда..? Тогда позови меня, хорошо?
— Конечно. Удачи тебе.
Не знаю, понимала ли Миюки, как она сейчас «отшила» Тетсую, но её ослепительная улыбка и машущая рука выглядели как вежливое «проваливай». Хотя она, скорее всего, действовала без задней мысли.
— Л-ладно... — Тетсуя в последний раз оглянулся на нас и поплелся ко входу. Было видно, что его грызет ревность от того, что я остаюсь с ней наедине.
«А теперь — время для нашего свидания». Я помог Миюки и Старосте закончить с раздачей инвентаря.
На самом пологом учебном склоне Миюки положила сноуборд прямо передо мной.
— Вставляй ботинки в крепления.
— Зачем?
— Настроим угол. Начни с левой ноги.
Я послушно выполнил команду. Миюки присела передо мной на корточки, внимательно изучая мои ноги и подкручивая фиксаторы.
— Перед лифтом всегда держи левую ногу встегнутой, а правой отталкивайся, чтобы ехать. Вот так...
Она продемонстрировала это, грациозно скользя на одной ноге. Выглядело это действительно круто. Сделав небольшой круг, она вернулась ко мне.
— Падать нужно правильно. На попу или на колени. Если летишь назад — приземляйся на пятую точку, если вперед — на колени... А вставать нужно вот так: хватаешься за кант и толкаешься свободной рукой от снега. Понял?
Я внимательно выслушал лекцию.
— Угу.
— Ну, давай попробуем. Начни с того, чтобы просто встать.
— Без проблем.
Я небрежно встегнул вторую ногу и попытался толкнуться от земли, как она показывала.
— Э-э-э... ой!
Моё тело резко повело вперед. Несмотря на отсутствие уклона, я чуть не пропахал носом снег сразу после подъема. Миюки, предвидев это, вовремя подхватила меня за плечи, помогая поймать баланс.
— Не толкайся так сильно, а то перелетишь через доску. Спину не гни. И не напрягай ноги так сильно. Просто чуть согни колени.
Я сделал, как она просила, и... почувствовал себя идиотом. Поза была похожа на ту, что принимают в старых деревенских туалетах. Миюки, видимо, подумала о том же и прыснула в кулак.
— Я сказала «чуть согни», а не «присядь на корточки»! Ты же говорил, что всё понял?
— Ты должна была предупредить, что это ТАК сложно.
— Я специально приберегла этот сюрприз на потом.
Тон Миюки сейчас напоминал воспитательницу в детском саду. Куда делась та застенчивая девочка из лобби? Она в своем теплом лыжном костюме выглядела такой воодушевленной.
— Давай еще раз. Медленно, вспоминая всё, что я говорила. Сначала упади.
Я послушно начал заваливаться назад, но не рассчитал силу и с грохотом приземлился на задницу.
БУМ!
Тупая боль отозвалась в позвоночнике. Пока я морщился, Миюки буквально зашлась от смеха, хлопая себя по коленям. Её ужасно забавляло, что я, такой ловкий во всем остальном, оказался полным нулем на снегу.
Кажется, я нашел область, в которой я абсолютно безнадежен. Похоже, сегодня меня ждет много «унизительных» падений...
http://erolate.org/book/1452/184909
Готово:
