В тот момент, когда это слово слетело с губ директора, блюда перед учениками наполнились всевозможными яствами. Даже Адайн, обычно остававшаяся довольно равнодушной к пышным застольям, сглотнула, накладывая себе понемногу каждого любимого блюда.
– Ого! – удивлённо вскинул брови Грэхем Монтегю, сидевший неподалёку от друзей. – Наша маленькая ведьма Ла Фэй решила подрасти и теперь налегает на еду? Смотри, а то начнёшь расти не в ту сторону.
– Ваша лучшая охотница проспала обед, а если меня и в этом году так будут называть, я кого-нибудь съем, – показала "добродушный" оскал девушка и отправила в рот первую ложку, довольно щуря глаза.
– Старосты просили передать, чтобы сегодня никто не доставал Кровавого Барона, – сообщил новый капитан команды.
– Да его и так обычно не трогают, – хмыкнул Малфой.
– А что случилось? – поднял голову от тарелки Забини.
– Кажется, Пивз что-то опять натворил. Влетел на кухню, перевернул там всё вверх дном. Домовики чуть с ума не посходили со страху.
– Похоже, из-за Пивза мы чуть было не лишились ужина! – воскликнула Адайн, накалывая на вилку кусочек мяса.
– Да. Хорошо, что это было днём, они успели всё исправить, – кивнул Монтегю.
В этот момент на улице и в потолке, имитирующем небо, снова громыхнуло, да так, что задребезжали стекла, а Адайн вздрогнула.
– Ты чего? – хмыкнул Блейз. – Грозы боишься?
– Не, – покачала в воздухе вилкой с кусочком нежнейшей сёмги в прованских травах на зубчиках. – Просто неожиданно.
Утолив первый голод, Драко стал внимательно оглядывать зал. У Адайн, случайно бросившей не него взгляд, появилось впечатление, что он ищет добычу, точно хищник. Она невольно поёжилась, но комментировать не стала.
Когда были уничтожены даже сладкие пироги, а со вновь заблестевших тарелок пропали последние крошки, Альбус Дамблдор снова поднялся со своего места. Гудение разговоров, наполнявшее Большой зал, сразу же прекратилось, так что стало слышно лишь завывание ветра и стук дождя.
– Итак, – заговорил, улыбаясь директор. – Теперь, когда мы все наелись и напились, я должен ещё раз попросить вашего внимания, чтобы сделать несколько объявлений. Мистер Филч, наш завхоз, просил меня поставить вас в известность, что список предметов, запрещённых в стенах замка, в этом году расширен и теперь включает в себя Визжащие игрушки йо-йо, Клыкастые фрисби и Безостановочно-расшибальные бумеранги. Полный список состоит из четырёхсот тридцати семи пунктов, и с ним можно ознакомиться в кабинете мистера Филча, если, конечно, кто-то пожелает.
Драко с Адайн фыркнула в унисон. Девушка знала только двух человек, которые с радостью посещали кабинет завхоза, но вовсе не затем, чтобы у него что-то уточнить. Близнецы Уизли обычно подкидывал ему свои новейшие изобретения, используя несчастного сквиба, чтобы проверить эффективность очередной вредилки.
Едва заметно усмехнувшись в усы, Дамблдор продолжил:
– Как и всегда, мне хотелось бы напомнить, что Запретный Лес называется так именно потому, что он является для студентов запретной территорией, равно как и деревня Хогсмид – её не разрешается посещать тем, кто младше третьего курса. Также для меня является неприятной обязанностью сообщить вам, что межфакультетского чемпионата по квиддичу в этом году не будет.
– Что? – ахнули Грэхем, Адайн и Драко. Игроки команд других факультетов также потрясённо уставились на директора, тщетно надеясь, что их всех сейчас одновременно постигло проклятие, лишившее возможности слышать или, по крайней мере, правильно понимать человеческую речь.
– Это связано с событиями, которые должны начаться в октябре и продолжиться весь учебный год – они потребуют от преподавателей всего их времени и энергии, но уверен, что вам это доставит истинное наслаждение. С большим удовольствием объявляю, что в этом году в Хогвартсе...
Но как раз в этот момент грянул оглушительный громовой раскат и двери Большого зала с грохотом распахнулись. На пороге стоял человек, опирающийся на длинный посох и закутанный в чёрный дорожный плащ. Все головы в зале повернулись к незнакомцу – неожиданно освещённый вспышкой молнии, он откинул капюшон, тряхнул гривой тёмных с проседью волос и пошёл к преподавательскому столу. Глухое клацанье отдавалось по всему залу при каждом его шаге. Незнакомец приблизился к профессорскому подиуму и прохромал к Дамблдору. Ещё одна молния озарила потолок.
Пэнси охнула, и было от чего. Вспышка молнии резко высветила черты лица пришельца. Таких лиц многим ещё не доводилось видеть. Оно словно было вырезано из изъеденного ветрами дерева скульптором, имевшим довольно смутное представление о том, как должно выглядеть человеческое лицо, и вдобавок скверно владевшего резцом. Каждый дюйм кожи был испещрен рубцами, рот выглядел просто как косой разрез, а изрядная часть носа отсутствовала. Но самая жуть была в глазах. Один был маленьким, тёмным и блестящим. Другой – большой, круглый как монета и ярко-голубой. Этот голубой глаз непрестанно двигался, не моргая, вращаясь вверх, вниз, из стороны в сторону, совершенно независимо от первого, нормального глаза – а кроме того, он временами полностью разворачивался, заглядывая куда-то внутрь головы, так что снаружи были видны лишь белки.
– Это же Аластор! – нахмурилась Адайн.
– Кто? – не поняли друзья, но девушка отмахнулась, сказав, что потом объяснит.
Мужчина подошёл к Дамблдору и протянул ему руку, так же, как и лицо, исполосованную шрамами. Директор пожал её, негромко сказав при этом несколько слов, которые никто из учеников не расслышал. Похоже, он что-то спросил у вошедшего – тот неулыбчиво покачал головой и тоже вполголоса что-то ответил. Дамблдор кивнул и жестом пригласил его на свободное место по правую руку от себя.
Мрачный человек сел, отбросив с лица длинные сивые патлы, и пододвинул к себе тарелку с сосисками; поднял к тому, что осталось от его носа и понюхал, после чего достал из кармана маленький нож, подцепил сосиску за конец и начал есть. Его нормальный глаз был устремлён на еду, но голубой без устали крутился в глазнице, озирая зал и студентов. Адайн показалось, что этот глаз то и дело возвращался к ней, словно изучая, исследуя. Ощущение было неприятным.
– Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от тёмных искусств, – жизнерадостно объявил Дамблдор в наступившей тишине. – Профессор Грюм.
По обычаю, новых преподавателей приветствовали аплодисментами, но в этот раз никто из профессоров или студентов не захлопал, если не считать самого Дамблдора и Хагрида и, к удивлению всех, в том числе и директора, Адайн. Многие ученики и учителя посмотрели на девушку с неподдельным изумлением... Их удары ладонью о ладонь уныло прозвучали при всеобщем молчании и скоро затихли. Всех остальных, видимо, настолько поразило необычайное появление Грюма, что они могли только смотреть на него.
– Грюм? – шепнул Блейз Забини. – Грозный Глаз Грюм? Тот самый, которого считают лучшим аврором столетия? Жуткий параноик и псих?
– Я бы не назвала его психом, но параноик – однозначно, – улыбнулась Адайн. – Он был частым… гостем у нас, когда я была маленькой. Знаю, что они регулярно ругались с отцом, но со мной Аластор Грюм никогда не был жестоким или грубым… ну, насколько он вообще может не быть грубым. У меня даже где-то до сих пор есть его подарок, – тихо рассмеялась девушка.
http://erolate.org/book/1633/197464
Готово:
