Грозный Глаз остался совершенно равнодушен к такому более чем прохладному приёму. Не обращая внимания на стоящую перед ним кружку тыквенного сока, он снова полез в плащ, вынул плоскую походную флягу и сделал из неё порядочный глоток. Пока он пил, задрав локоть, его мантия на пару дюймов приподнялась над полом и взглядам учеников открылась часть точёной деревянной ноги, заканчивающейся когтистой лапой. Дамблдор вновь прокашлялся.
– Как я и говорил, – он улыбнулся множеству студенческих лиц, все взоры которых были обращены к Грозному Глазу Грюму. – В ближайшие месяцы мы будем иметь честь принимать у себя чрезвычайно волнующее мероприятие, какого ещё не было в этом веке. С громадным удовольствием сообщаю вам, что в этом году в Хогвартсе состоится Турнир Трёх Волшебников
– Вы ШУТИТЕ! – оторопело произнёс Фред Уизли во весь голос, неожиданно разрядив то напряжение, которое охватило зал с самого появления Грозного Глаза. Все засмеялись, и даже Дамблдор понимающе хмыкнул.
– Я вовсе не шучу, мистер Уизли, – сказал он. – Хотя, если уж Вы заговорили на эту тему я этим летом слышал анекдот... словом, заходят однажды в бар тролль, ведьма и лепрекон...
Профессор МакГонагалл многозначительно кашлянула.
– Э-э-э... но, возможно, сейчас не время... н-да... – Дамблдор почесал кустистую бровь. – Так о чём бишь я? Ах да, Турнир Трёх Волшебников. Я, думаю, некоторые из вас не имеют представления о том, что это за Турнир, а те, кто знают, надеюсь, простят меня за разъяснения, и пока могут занять своё внимание чем-нибудь другим. Итак, Турнир Трёх Волшебников был основан примерно семьсот лет назад как товарищеское соревнование между тремя крупнейшими европейскими школами волшебства – Хогвартсом, Шармбатоном и Дурмстрангом. Каждую школу представлял выбранный чемпион, и эти три чемпиона состязались в трёх магических заданиях. Школы постановили проводить Турнир каждые пять лет, и было общепризнано, что это наилучший путь налаживания дружеских связей между колдовской молодёжью разных национальностей – и так шло до тех пор, пока число жертв на этих соревнованиях не возросло настолько, что Турнир пришлось прекратить.
– Жертв? – тихо переспросила Трейси, встревоженно осматриваясь, но большинство учеников в зале и не думали разделить её беспокойство, многие шепотом переговаривались. Даже Адайн сияла своими янтарными глазами точно двумя маленькими солнышками, глядя на директора со страстным предвкушением. Лишь немногие девушки, вроде самой Трейси, Пэнси и Гермионы Грейнджер с тревогой смотрели на друзей и товарищей по факультетам.
– За минувшие века было предпринято несколько попыток возродить Турнир, – продолжал Дамблдор. – Но ни одну из них нельзя назвать удачной. Тем не менее наши Департаменты магического сотрудничества и магических игр и спорта пришли к выводу, что пришло время попробовать ещё раз. Всё лето мы упорно трудились над тем, чтобы в этот раз обеспечить условия, при которых ни один из чемпионов не подвергся бы смертельной опасности.
– Так вот почему учителя провели лето в школе! – воскликнул Драко, бросив взгляд на Снейпа, который хмуро поглядывал на Грюма.
– Главы Шармбатона и Дурмстранга прибудут с окончательными списками претендентов в октябре, – продолжал вещать Альбус Дамблдор, не обращая внимания на поднявшиеся в зале шепотки. – И выборы чемпионов будут проходить в субботу, перед Днём Всех Святых. Беспристрастный судья решит, кто из студентов наиболее достоин соревноваться за Кубок Трёх Волшебников, честь своей школы и персональный приз в тысячу галлеонов.
– Я хочу в этом участвовать! – прошипел на весь зал Фред Уизли – его лицо разгорелось энтузиазмом от перспективы такой славы и богатства.
Старший близнец Уизли оказался далеко не единственным, кто, судя по всему, представил себя в роли хогвартского чемпиона. За столом каждого факультета можно было увидеть людей, с не меньшим восхищением уставившихся на Дамблдора или что-то с жаром шепчущих соседям. Адайн с Драко переглянулись с яркими улыбками, явно планируя поучаствовать в этом захватывающем действе. Но тут директор заговорил вновь, и зал опять умолк.
– Я знаю, что каждый из вас горит желанием завоевать для Хогвартса Кубок Трёх Волшебников, однако главы участвующих школ совместно с Министерством магии договорились о возрастном ограничении для претендентов этого года. Лишь студенты в возрасте – я подчёркиваю это – семнадцати лет и старше получат разрешение выдвинуть свои кандидатуры на обсуждение. Это, – Дамблдор слегка повысил голос, поскольку после таких слов поднялся возмущённый ропот – близнецы Уизли, например, сразу рассвирепели, а Адайн от злости стукнула кулачком по столу, отчего звякнула стоящая рядом посуда. – Признано необходимой мерой, поскольку задания Турнира по-прежнему остаются трудными и опасными, какие бы предосторожности мы ни предпринимали, и весьма маловероятно, чтобы студенты младше шестого и седьмого курсов сумели справиться с ними.
– Но это же нечестно! Оценивать нужно не по возрасту, а по навыкам и умениям! – возмутилась Адайн, и её поддержал ропот согласных. Однако учителя так не думали. Северус вообще посмотрел на девушку таким хмурым взглядом, что остальные бы предпочли спрятаться под стол, лишь бы его не видеть, но Адайн лишь упрямо вздёрнула голову, поджав губы. Дамблдор усмехнулся, но продолжил говорить тем же спокойным и серьёзным тоном:
– Я лично прослежу за тем, чтобы никто из студентов моложе положенного возраста при помощи какого-нибудь трюка не подсунул нашему независимому судье свою кандидатуру для выборов чемпиона, – его лучистые голубые глаза вспыхнули, скользнув по непокорным физиономиям Фреда и Джорджа. На Адайн он не взглянул. Не то был уверен, что девушка не станет нарушать правила, не то полагал, что у неё на это не хватит навыков. В любом случае, было невероятно обидно. Голубой глаз Грюма снова сосредоточился на рыжеволосой слизеринке, и Адайн показалось, что его рот изогнулся в кривой улыбке. Или это у него просто судорога?
– Поэтому настоятельно прошу – не тратьте понапрасну время на выдвижение самих себя, если вам ещё нет семнадцати, – мягко улыбнулся Дамблдор. – Делегации из Шармбатона и Дурмстранга появятся здесь в октябре и пробудут с нами большую часть этого года. Не сомневаюсь, что вы будете исключительно любезны с нашими зарубежными гостями всё то время, что они проведут у нас и что от души поддержите хогвартского чемпиона, когда он или она будет выбран. А теперь – уже поздно, и я понимаю, насколько для вас всех важно явиться на завтрашние уроки бодрыми и отдохнувшими. Пора спать! Не теряйте времени.
Дамблдор сел на место и заговорил с Грозным Глазом. С громким шумом и стуком ученики поднялись на ноги и толпой хлынули к дверям в холл.
– Так вот что имел в виду Владимир, когда говорил, что мы скоро увидимся! – хлопнула себя по лбу Адайн, когда она с остальными слизеринцами двинулась в сторону подземелья.
– Думаешь? – нахмурился Драко.
– Вероятно. Интересно, кто ещё приедет? Может быть, Локи? – её улыбка была такой радостной, что Малфой почувствовал укол ревности. В этот момент девушка шепнула: – Прикрой меня, пойду с Северусом поздороваюсь лично.
– Я с тобой, Тео с Пэнси прикроют.
Адайн кивнула, и, попросив друзей прикрыть их отсутствие, ребята поспешили в сторону кабинета зельеварения.
Не успели они зайти внутрь, как сзади раздался голос Снейпа:
– Так и знал, что вы здесь будете, – тон мужчины был холодным, но в глазах мелькали искорки.
Снейп прошёл сквозь аудиторию для зельеварения и открыл свой кабинет, жестом приглашая ребят войти. Те, усмехнувшись, поспешили преодолеть это небольшое расстояние.
http://erolate.org/book/1633/197465
Готово:
