Ко всеобщему удивлению, на очередном уроке по защите от тёмных искусств профессор Грюм объявил, что подвергнет каждого заклятию Империус – продемонстрирует его силу и проверит способность учеников к сопротивлению.
– Но, профессор, – неуверенно начала Гермиона. – Вы ведь сказали, что это нарушение закона...
Профессор молча взмахнул волшебной палочкой, парты разъехались в стороны, и в середине класса образовалось пустое место.
– ... Что к людям это заклятие применять нельзя, – закончила гриффиндорка свою мысль.
– Дамблдор хочет, чтобы вы на собственном опыте познали опасность этого заклятия, – непререкаемым тоном произнёс Грюм, его волшебный глаз впился в Гермиону и парализовал жутким немигающим взглядом. – Но если ты предпочитаешь более трудный путь – путь раба, который полностью лишён собственной воли, я не стану возражать, это твой выбор. Можешь покинуть урок, – и он указал скрюченным пальцем на дверь.
Густо покраснев, Гермиона прошептала, что имела в виду совсем другое и торопливо вернулась на своё место. Адайн усмехнулась, ведь прекрасно знала, что Гермиона скорее проглотит гной бубонтюбера, чем пропустит такой важный урок. Стоя рядом с Драко и друзьями и чувствуя на себе ненавидящие взгляды девушек, так как "их Драко" в этот момент накручивал на палец рыжий локон девушки, иногда поднося его к лицу и вдыхая аромат вереска, Адайн вполуха слушала учителя.
Грюм собирался по очереди вызывать учеников и накладывал на них чары.
– Не буду придерживаться списка, – мрачно улыбнулся Грозный Глаз. – Адайн, прошу открыть парад, – он сделал приглашающий жест рукой.
Грубо представляя, что её хотят сделать первым посмешищем, да ещё и видя многочисленные насмешливые взгляды гриффиндорок, Адайн вдруг испытала дикое желание не подчиняться! Ведь не выдаст же её тот факт, что девушка может сопротивляться заклятию Империус? В конце концов, может, у неё сильная воля?
Адайн тряхнула волосами, освобождая прядку из пальцев Драко, и подошла к профессору Грюму.
– Не переживай, если с первого раза не получится, – обманчиво мягко проговорил Грозный Глаз, хотя у самого губы явно старались не слишком кривиться в насмешливой ухмылке.
– Конечно, профессор, – спокойно улыбнулась девушка.
Мужчина прищурил свой живой глаз и, направив на неё палочку, произнёс:
– Империо!
К удивлению Адайн, которое, вероятно, отразилось на ранее равнодушном лице, девушка ощутила, как в голове появился едва слышный голосок, требующий, чтобы она начала отплясывали танец дождя, используя вместо бубна журнал предсказаний Лаванды Браун.
– Простите, профессор, но нет. Во-первых, я не знаю движений этого танца, а во-вторых, без нужды я даже близко не подойду к мисс Браун!
– Поразительно! – с искренним восхищением воскликнул Грюм. – Тебя обучали противостоять заклятию?
– Да, немного, – кивнула девушка. – Даже если Тёмный Лорд сейчас не в фаворе у госпожи Удачи, тёмных магов вокруг всё ещё достаточно.
Девушка решила сказать некую полуправду, чтобы проверить, будет ли профессор пытаться пролезть в её мысли. Это стало уже жизненной привычкой: закрывать разум, подтасовывая факты и изменяя свои воспоминания для окружающих.
Однако Грозный Глаз, стоит признать, оказался честен. Он, возможно, не использовал свою мощь на полную, однако и пытаться копаться в мозгах девушки Грюм не стал.
– Что ж, тогда с позиции… опытной жертвы, – усмехнулся Грозный Глаз. – Объясни своим одноклассникам, как следует бороться с заклятием Империус? Так сказать, из первых рук человека, находившегося по ту сторону баррикад.
Девушке показалось, что Грюм вложил в эти слова некий двоякий смысл, но подкопаться было не к чему.
– Как Вы и говорили, профессор, главное – сильная воля. Хотя, думаю, даже гриффиндорцы с лёгкостью откажутся подчиняться, если вы будете давать такие нелепые задания.
– Нелепые? Хм. Желаешь попробовать посерьёзнее? – кажется, слова девушки стали для экс-аврора чем-то вроде красной тряпки для быка.
– Нет, сэр, – покачала головой Адайн. – Просто Ваш приказ вызывает желание рассмеяться, а не подчиниться, чем лишь сильнее снижает эффективность заклятия. Хотя, конечно, я могу ошибаться.
– Нет, я думаю, ты в чём-то права, – протянул Грозный Глаз, почесывая палочкой подбородок. – Хотя я раньше об этом не задумывался. Возможно, Адайн только что указала на очень значимую для сопротивления этому непростительному заклятию, вещь.
– Боязнь стать посмешищем? – хихикнула Лаванда Браун.
– Нет, мисс Браун. Сильные эмоции. Однако такие эмоции, как, например, страх, точно не подойдут. Возможно, опять же повторюсь, только возможно, что для этого человек должен испытывать чувства, которые поддержат его дух, волю. Для гордеца, как правильно подметила мисс Браун, это действительно может стать боязнь позора. Для влюблённого – страсть или преданность партнёру. Для учёного – забота об исследованиях или погружение в работу. Что ж, Адайн, можешь уступить место другим. Думаю, ты справилась с задачей превосходно! Десять баллов Слизерину!
Когда Адайн вернулась на место, Драко шепнул:
– И как ты можешь врать, даже бровью не поведя?
– У тебя научилась! – также тихо ответила девушка, а потом они обменялись надменными хитрыми улыбками, от которых у гриффиндорцев зубы зачесались.
После выступления Адайн все решили, что сопротивляться Империусу не так уж сложно, ведь слизеринка даже не напряглась. Однако когда ученики один за другим стали выходить к Грюму и подвергаться запрещённому заклинанию, они поняли, что это вовсе не так легко, как казалось со стороны.
Чего только они не вытворяли, оказавшись в его власти. Дин Томас трижды проскакал вокруг комнаты, распевая национальный гимн. Лаванда Браун вообразила себя белкой. Невилл исполнил гимнастические упражнения, к которым сроду не был способен. Перед заклятием оказались бессильны все, становясь собой, только когда Грюм заклятие снимал.
– Малфой, – прохрипел профессор, и блондин спокойно вышел на середину класса. Его улыбка говорила о надменном и высокомерном отношении к окружающим. Молодой человек, конечно, не имел возможности потренироваться в сопротивлении этому заклинанию, как Адайн, но три года обучения окклюменции и легилименции у профессора Снейпа должны были дать ему определённое преимущество.
– Империо! – воскликнул Грюм, направляя палочку на блондина. Драко почувствовал мягкое вмешательство в поток сознания. Это отличалось от того, что на уроках делал Снейп. Отследить действия профессора зельеварения было практически невозможно. А здесь, хотя прикосновение было очень мягким, его было достаточно, чтобы насторожить. Драко нахмурился. А когда ощутил безмолвный приказ, сжал зубы и кулаки. Ему было сложнее управлять своим разумом, чем Адайн. Но парень три года дважды в неделю подвергался проверкам Северуса Снейпа, пусть здесь не шло речи о чтении мыслей, но подчиняться юноша тоже не желал.
"Пройдись по аудитории колесом", – внушал мягкий голос.
"Глупость какая…" – хотя его руки начали подниматься, а ноги сгибаться, Драко упорно сопротивлялся.
"Разве ты не хочешь произвести впечатление на красоток?"
"Только на одну, и это её точно не впечатлит, так что нет, спасибо".
"Но, может, следует попытаться?"
– Да не хочу я!!! – зло тряхнув головой, закричал Малфой.
– Потрясающе. Ты хорошо справился, – хмуро ответил Грюм.
Драко вернулся на своё место в компании слизеринцев, а вскоре профессор вызвал Поттера.
http://erolate.org/book/1633/197473
Готово:
