В дверь отчаянно забарабанили, и раздался голос Гермионы:
– Хагрид! Хагрид, открой! Ты ведь дома! Какая разница, великанша твоя мать или нет. Плюнь ты на эту писаку Скитер. Открывай, Хагрид, ты же...
Дамблдор улыбнулся, подмигнул Адайн, которая лишь тяжело вздохнула, и открыл дверь.
– Ну, вот, давно по... – Гермиона осеклась на полуслове. Действительно, она ожидала на пороге увидеть совсем другого мужчину, а тут оказался сам директор. Придав лицу равнодушное выражение, Адайн пригубила свой чай.
– Добрый день, – приветливо улыбнулся Дамблдор.
– А мы к Хагриду, – пролепетала Гермиона.
– Я так и подумал, – сказал Дамблдор, весело поблёскивая глазами. За его спиной троица ещё не разглядела другую неожиданную гостью. – Зайдёте? – поинтересовался директор.
– Зайдём... пожалуй, – согласилась Гермиона. И они все трое вошли в хижину. Клык, не медля, разлаялся как сумасшедший, кинулся на Гарри и принялся лизать ему уши. Поттер отстранил собаку и огляделся. Хагрид сидел за столом, на котором стояли две большие и одна поменьше кружки чаю. И хотя ребята переживали за великана, вид у которого, прямо сказать, был ужасный: глаза опухли, лицо в красных пятнах, а уж о волосах и говорить нечего – нечёсаные, они смахивали на огромный моток спутанной проволоки, взгляды гриффиндорцкв всё же были сосредоточены на Адайн, которая спокойно попивала чай.
Поттер опомнился первым. Переведя взгляд на великана, он проговорил:
– Привет, Хагрид.
Лесничий приподнял голову и просипел:
– А-а, привет.
– Надо бы ещё чаю, – сказал Дамблдор, достал волшебную палочку и покрутил ею в воздухе. Над столом появился поднос с чайником и чашками на блюдцах и тарелка пирожных. Дамблдор опустил поднос и пирожные на стол, все уселись и для приличия немного помолчали. Но тут уже не выдержал Рон:
– А ты что тут забыла? – прошипел рыжеволосый, игнорируя предупреждения Гермионы и наличие рядом Дамблдора.
– Хагрид, ты слышал, что кричала за дверью мисс Грейнджер? – улыбнулся Дамблдор, делая вид, что не услышал слова Уизли. Гермиона зарделась, не зная, на ком сосредоточить внимание: Адайн или директоре. – Судя по тому, как Гермиона, Гарри и Рон ломились в дверь, они по-прежнему не прочь дружить с тобой.
– Ну, конечно, Хагрид! Ты наш лучший друг! – воскликнул Гарри, старательно не смотря на Адайн. Это вызвало у девушки желание рассмеяться. Они что, пытались её выставить невидимкой? – Неужто из-за этой дрянной... простите, господин директор, – прибавил Поттер, виновато глядя на Дамблдора.
– Я не расслышал, Гарри, что ты сказал. Глухота приключилась, что ли? – ответил Дамблдор, глядя в потолок и вертя одним вокруг другого большими пальцами.
– А-а... ну да, – сконфуженно кивнул Гарри. – Я только хотел сказать... Хагрид, неужели ты подумал, будто из-за этой... репортёрши мы перестанем с тобой дружить?
Две огромные слезы выкатились из глаз Хагрида и потекли на густую бороду.
– Что ж, я вижу, что тут всё пошло на лад. Пришли лучшие друзья, так что поддержка никчёмной слизеринки более не требуется. Я пойду, спасибо за чай, директор, – Адайн поднялась и, подхватив свой плащ, направилась к выходу, чувствуя на спине взгляд пяти пар глаз. Когда девушка, накинув плащ, открывала дверь, то услышала хриплое "Спасибо", но, проигнорировав, махнула рукой и покинула хижину.
Можно было с уверенностью сказать, что скоро уроки Хагрида восстановятся.
Стоило Адайн войти в гостиную Слизерина, как чьи-то очень знакомые руки обняли её и оттащили в укромный уголок за книжными полками.
– И куда это ты бегала, пока я стремился вернуться к тебе как можно скорее? – горячее дыхание обожгло ухо и шею девушки, после чего мягкие губа скользнули по шее вниз.
– Драко! – возмущённо шепнула Адайн, пытаясь вырваться из кольца его рук, однако парень держал мягко, но крепко. – Ты прекрасно знаешь, куда я ходила. Пусти.
– Не пущу… отправила меня за какой-то ненужной фигнёй, сама пошла к Хагриду… зачем вообще?
– Я хочу, чтобы он вернулся к урокам. Пусть мне не нравятся его соплохвосты, но к Граббли-Планк у меня любви меньше, чем к ним. И, кстати, это не фигня. Купил?
– Конечно, – вздохнул блондин и, отпустив девушку, вручил ей небольшой свёрток.
Адайн проверила содержимое и, улыбнувшись, обняла парня.
– Спасибо!
– Какая же ты у меня маленькая… – вздохнул Драко, прижимая девушку к себе.
– Эй! – возмутилась Адайн, попытавшись вырваться.
– Тссс, – шепнул Малфой. – Маленькая, но умудрилась привлечь к себе внимание всех парней в Хогвартсе… и как мне теперь тебя от них отбивать?
– Ну, мне-то никто, кроме тебя не нужен, так что я сама справлюсь. Это ты за последние четыре месяца нарасхват был.
– Не дуйся, я знаю, что был дураком. Я исправлюсь, – Драко наклонился к Адайн и, приподняв её личико за подбородок, нежно поцеловал в губы. Девушка порозовела от смущения, а когда кто-то из младшекурсников прошёл по ту сторону книжных полок, за которыми они скрывались, попыталась отстраниться. Однако парень не позволил. Он лишь крепче прижал Адайн к груди одной рукой, а второй зарылся в рыжие волосы на затылке, не позволяя девушке вертеть головой. Язык Драко настойчиво скользнул между нежных губ.
Он был немного груб, требователен и нагл, но Адайн внезапно поняла, что не хочет этому напору сопротивляться. Её ладошки скользнули по шее Драко, зарываясь в шёлковые платиновые волосы, а миниатюрное тело прижались к парню, буквально ощущая, как его жар охватывает её.
Первым отстранился Драко. Тяжело дыша, он прижал Адайн к себе, положив подбородок ей на макушку. У обоих бешено колотились сердца, а чтобы восстановить дыхание, потребовалось время. Но когда Малфой опустил глаза, собираясь извиниться за порывистость, то просто проглотил вертящиеся на языке слова. Адайн, пусть и порозовела от смущения, не смотрела на него с осуждением или недовольством. Наоборот, девушка обвела язычком свои губы, ставшие ещё более пухлыми после поцелуя, словно пробуя на вкус и улыбнулась.
– Ты выглядишь как довольная и сытая кошка, – хмыкнул парень.
– Про сытость мы поговорим как-нибудь после, но мне нравится.
– Что? – Драко спросил без каких-либо посторонних мыслей, думая услышать обычный ответ, что, дескать, ей нравятся поцелуи, но Адайн проговорила совершенно неожиданные слова:
– Такие напор и… необузданность с твоей стороны. Не подумай, когда ты целуешь с нежностью, это тоже очень приятно, но от таких поцелуев у меня просто захватывает дух. Даже коленки дрожат.
– Как же мне нравятся твои честные и развёрнутые ответы, – тихо рассмеялся Драко и, наклонившись, слегка укусил за шею. По телу Адайн пробежала дрожь, и девушке пришлось закусить губы, чтобы не вскрикнуть или не застонать. – Не делай так, малышка, – шепнул он, лизнув губы возлюбленной. – Нежно покусывать их имею право только я. А ты их совсем не щадишь!
– И кто же тебе дал такие эксклюзивные права? – насмешливо выгнула брови Адайн.
– Ты, согласившись стать моей девушкой.
– Нахал, – рассмеялась Адайн. – Я хочу сходить к… дяде, – девушка старалась нигде, где её могли подслушать, не говорить то, что они пытались скрывать, так что и отцом Северуса не называла. – Пойдёшь со мной?
– Нет. Ты сказалась больной, так что идём. Полежишь у меня на коленях, пока ребята не вернутся. Дядю и завтра увидишь.
– Но…
– Без но, я очень хочу провести выходной с тобой. Если не в Хогсмиде, то хоть в гостиной факультета.
Адайн, взглянув на искреннее выражение лица Драко, улыбнулась.
– Ну, тогда у меня другая идея. Пойдём, – и, вынырнув из объятий парня, рыжеволосая поспешила к лестницам в спальни. Недолго думая, но всё же убедившись, что на неё никто не смотрит из младшекурсников в гостиной, Адайн в последний момент повернула в спальни парней.
Драко, удивлённо вскинув брови, последовал за ней. Когда дверь в его с Крэббом и Гойлом спальне закрылась, парень спросил:
– И что же нас сюда привело?
– Отсутствие посторонних взглядов.
– Хм? – блондинистая бровь взлетела вверх.
– Я смущаюсь, когда ты меня целуешь при всех. А ты явно не сидел бы со мной, уткнувшись в учебники, – девушка подошла к нему и, привстав на цыпочки, обняла за шею.
Руки Драко сомкнулись на тонкой талии, притягивая Адайн к груди.
– Ты не боишься, что я позволю себе лишнего наедине? – его голос стал тихим, вкрадчивым, от него по спине девушки побежали мурашки.
– Не боюсь, – шепнула она. – Ты не сделаешь ничего против моей воли.
– Ты обо мне слишком хорошего мнения, малышка. Это так наивно, что даже приятно… но ты не права. Я совсем не так хорош, как ты обо мне думаешь…
http://erolate.org/book/1633/197506
Готово:
