Слизеринка радостно улыбнулась и, поцеловав парня в щёку, убрала книгу и поспешила к Флёр. Хотя её изначально не очень хотели пускать, но когда француженка начала упрашивать своего директора, та милостиво позволила, и мадемуазель Делакур тут же оказалась в объятиях Адайн, которая нежно поглаживала блондинку по спине, усадив на скамейку.
– Там… там г'индилоу, и моя сест'гёнка!
– Говори на французском, не напрягайся. Всё хорошо. С ней ничегошеньки не случится, я тебе обещаю. Её вытащат целой и здоровой. Всё, не плачь, Флёр. А то ты настолько прекрасна в слезах, что все местные девушки тебе завидуют!
Блондинка выдавила из себя смешок, а Адайн увидела, как к ним пытается пробиться Клэр, но ту мадам Максим даже не замечает, пристально смотря куда-то в сторону. Настолько пристально, что Адайн была почти уверена, что директриса Шармбатона просто старается не встречаться взглядом кое с кем из Хогвартса.
Осмотревшись вокруг, девушка хмыкнула. Так и есть, Хагрид, как бы он не ерепенился, во все глаза смотрел на мадемуазель Олимпию Максим.
"Ещё одна пара для сводничества. Хорошо, что я с ними не очень близка, не придётся путаться под ногами у полувеликанов".
В этот момент кто-то всплыл и Флёр дёрнулась, но увидев, что это Седрик с Чоу, тут же без сил опустилась обратно на скамейку. Мадам Помфри с полотенцами и одеялами бросилась к хаффлпаффцу и рейвенкловке, а рыжеволосая девушка скривилась.
– Я не понимаю только одного, – вздохнула Адайн.
– Чего? – всхлипнула Флёр.
– Почему не сделать так? – слизеринка достала палочку и направила её на француженку, быстро подсушивая её волосы и одежду.
– Что это такое? – мадам Максим удивлённо уставилась на Адайн.
– Это обычный тёплый воздух, который позволяет быстрее высохнуть самому и высушить одежду. Мы же не хотим, чтобы Флёр заболела, – спокойно сказала Адайн на французском.
– Деточка, почему ты до сих пор учишься в Хогвартсе, а не в Шармбатоне? – пробормотала полувеликанша.
– Мне больше нравится учиться на Родине, спасибо, – улыбнулась слизеринка и, закончив с Флёр, спросила у блондинки: – Лучше?
– Намного! Как ты до этого додумалась?
– Мерлинова борода! Это же само собой разумеющееся действие, когда кто-то вымок до нитки! О чём тут думать и до чего догадываться? Извини меня, я на минутку.
Адайн поспешила к Седрику с Чоу, и высушила сначала его, а потом, так уж и быть, её. Мадам Помфри смотрела на рыжеволосую с удивлением и… раздражением? Но Адайн лишь презрительно кривила губы. Взрослый колдомедик, по её мнению, должен уметь делать столь элементарные вещи. В конце концов, это умение может быть очень важным в спасении жизни.
Когда появились Крам и Грейнджер, девушка даже не стала ждать, когда медичка начнёт их кутать в одеяла. Слизеринка тут же высушила сначала болгарина, а потом и гриффиндорку. Виктор от всей души поблагодарил Адайн и, взяв Гермиону под локоток, отвёл её в сторонку. Рыжеволосая, хмыкнула, посмотрела на Гермиону, которая отчаянно покраснела под этим взглядом. Вот только Адайн не было дела до смущения девушки. Она внимательно разглядывала зелёного жука в спутанных волосах Гермионы.
Поттер так и не появился, как и Рональд Уизли, как и Габриэль Делакур. Все начали нервничать, и больше всех, естественно, Флёр. И когда Адайн уже искренне хотела наложить на девушку заклятие Конфундус, над водной гладью появилось три головы: тёмная, рыжая и платиновая.
– Всё хорошо, видишь, Поттер её спас. Всё прекрасно. Не грусти. Сейчас, её вытащат на берег, я подсушу, и она будет в полном порядке, – улыбнулась Адайн, изо всех сил удерживая Флёр от того, чтобы та бросилась в воду.
Рон и Гарри вытащили девочку на берег и осмотрелись.
Мадам Помфри возилась на берегу с Гермионой, Крамом, Седриком и Чоу, заставляя их пить согревающие напитки. Дамблдор и Людо Бэгмен радостно заулыбались Гарри и Рону; Перси, который сегодня снова заменял мистера Крауча, был белее простыни и казался беспомощным подростком. Он не стал дожидался, пока Рон и Гарри доплывут до берега, и сам пошлёпал по воде им на встречу. Флёр Делакур снова забилась в истерике и вырывалась из рук мадам Адайн с криком:
– Габ'гиэль! Габ'гиэль! Она жива? Скажите мне! Жива?
– С ней всё в порядке, – пытался крикнуть Гарри, но от усталости и говорить-то мог еле-еле, не то, что кричать. Перси подхватил Рона и потащил к берегу, при этом младший Уизли кричал и отбивался:
– Да отвяжись ты, Перси! Я и сам дойду!
Дамблдор с Бэгменом поддерживали Гарри под руки, Флёр наконец вырвалась из изящных, но удивительно крепких рук слизеринки и схватила сестру в охапку.
– Там г'индилоу... они на меня напали... о моя сест'-гёнка, я уже думала... я думала... – и она разрыдалась.
– А ну-ка, иди сюда! – приказала мадам Помфри Гарри, подхватила его, подтащила к остальным, завернула в шерстяное одеяло так крепко, будто смирительную рубашку на него натянула, и влила в рот какого-то зелья, да такого горячего, что у Гарри дым из ушей пошёл.
Адайн в это время спокойно сушила Габриэль Делакур, игнорируя недовольные взгляды колдомедика.
– А почему вы сухие? – слышала девушка слова Рона за спиной. Ему ответил Седрик:
– Всё благодаря Адайн. Она додумалась использовать тёплый воздух, чтобы высушить нас и одежду! Никогда бы не подумал!
– Мадам Помфри, а можете и нас подсушить? – спросил Поттер.
– В этом нет нужды, – поджала губы женщина. – Вы не заболеете после приёма моего зелья.
– Не заболеть, конечно, не заболеем, но ходить в мокром неприятно, – пробормотал Рон, но ни он, ни Гарри не рискнули просить о помощи слизеринку. А та, сделав вид, что знать ничего не знает, не стала их сушить. Поцеловав в щёку Флёр и обняв Виктора (при этом она всё ещё пристально смотрела на голову Гермионы), девушка быстро вернулась на трибуны и тут же попала в объятия слизеринца.
– Ты бы видела лицо Помфри, когда ты стала всех сушить! Готов поспорить, что она даже знать не знает, как использовать подобную магию в быту!
– Должна признать, я тоже, – смущённо сказала Валентина. – Кажется, мне придётся потревожить тебя ещё и с уроками бытовой магии, Адайн.
– Тут ничего сложного, – рассмеялась слизеринка. – Я расскажу.
– Мне даже жалко вашего Виктора… – прервал подружек Драко.
– Ты о чём? – удивилась Валентина.
Адайн обернулась, чтобы посмотреть на ситуацию внизу и вздохнула.
– Он о Гермионе. Не ту девушку выбрал. Они могут быть в лучшем случае друзьями.
В этот момент Грейнджер что-то радостно говорила Поттеру, а Виктор Крам пытался привлечь к себе её внимание.
– Нда, дура эта Грейнджер, – решительно сказал Драко.
– Впервые за наше общение и общее с ней знакомство я не могу не согласиться. Смотри, Дамблдор разговаривает с русалкой. Выясняет, что и как было на дне.
Директор склонился у воды и беседовал с русалкой самой дикой и злобной на вид изо всего водного народа, показавшегося из воды; должно быть, она была среди своих собратьев главной. Дамблдор издавал те же резкие скрипучие звуки, что и тритоны с русалками, когда они над водой, значит, знал русалочий язык. Директор разогнулся, повернулся к остальным судьям и сказал:
– Надо бы посоветоваться перед тем, как ставить оценки, – эти слова были достаточно громкими, чтобы привлечь внимание зрителей.
Судьи собрались в кучку. Мадам Помфри отобрала Рона у Перси, подвела его к Гарри и остальным, дала ему одеяло и напоила бодрящим зельем, потом отправилась за Флёр и её сестрой. Хотя сёстры были сухими, у Флёр были исцарапаны и изрезаны лицо и руки и изодрана мантия, но ей самой было не до того, и девушка ни за что не хотела позволить мадам Помфри промыть раны.
– П'гиглядите за Габ'гиэль, – попросила она мадам Помфри, а сама подошла к Гарри.
– Смотрите-ка, сейчас Поттер будет получать геройскую награду! – рассмеялся Драко. Адайн толкнула его локтем в бок, но тоже рассмеялась.
– Ты спас мою сест'гу – восторженно сказала она. – Хотя она и не была твой пленник.
– Спас, – ответил Гарри, а сам в душе пожалел, что не оставил всех трёх девчонок привязанными к статуе. Флёр наклонилась и расцеловала Гарри в обе щеки. Было видно невооружённым взглядом, что Поттер вспыхнул, как маков цвет. Того гляди, у него сейчас снова дым из ушей повалит. А Флёр тем временем обернулась к Рону.
– И ты помогал... – сказала она.
– Да, – ответил с надеждой тот. – Помогал, немного...
Флёр быстро наклонилась и расцеловала и его. Гермиона при этом так рассердилась, что не могла и слова вымолвить от такой неслыханной дерзости.
– Хм, а меня ты никогда не целовала, когда я тебя спасал… – проворчал на ушко Адайн Драко.
– А ты меня спасал? По-моему, всю дорогу я тебя выручаю, нет?
Блондин посмотрел на девушку обиженным взглядом, на что та рассмеялась и, нежно погладив его по щеке, поцеловала во вторую.
– Потом можешь посчитать количество спасений, и я тебя за каждое отдельно расцелую, только не дуйся, а то мне тебя сразу затискать хочется.
– Я тебя за язык не тянул! – рассмеялся Драко, прижав Адайн к себе.
http://erolate.org/book/1633/197511
Готово:
