Чу Линъе вытащил меч и развернулся, клинок столкнулся с белой тенью.
Раздался резкий, звенящий металлический лязг, от удара его отбросило на три шага назад, а между большим и указательным пальцами онемела кожа.
Белая тень приземлилась на землю и обратилась в огромного тигра с абсолютно снежной шерстью. Его тело было примерно на четверть больше любого встреченного им ранее демонического зверя, а пара янтарных вертикальных зрачков холодно смотрела на него, из горла доносился низкий рокот.
Зверь-Убийца Белый Тигр… — Чу Линъе узнал это существо. В древних манускриптах Семьи Чу упоминалось, что оно использовалось для закалки боевого духа и стремления к убийству у испытателей.
Зверь-Убийца Белый Тигр бросился на него.
— Как вовремя!
Он взмахнул мечом, встречая противника, и вспышка клинка расколола воздух, словно молния.
Скорость зверя была невероятной, каждый прыжок сопровождался пронзительным свистом рассекаемого воздуха.
Чу Линъе с детства проходил обучение в клане, и тактика боя рода Белого Тигра была ему прекрасно знакома, но казалось, что эта тварь способна предугадывать его приемы.
Стоило ему сменить стойку, как зверь тут же менял направление, и когтем полоснул его по боку, разослав по швам шелковые одежды и оставив сочащуюся кровью царапину.
Чу Линъе глухо выдохнул, но не отступил, а подался вперед.
С четырнадцати лет он состоял в семейном отряде охотников и зачищал остатки Расы Демонов на западных границах, пережив бесчисленные смертельно опасные стычки.
Каким бы свирепым ни был этот зверь, он не мог сравниться с тварями, выползавшими из Бездны Демонов.
Он улучил момент, когда зверь опустился на землю после прыжка, уклонился вбок и нанес косой удар кончиком меча снизу вверх. Послышался глухой звук, и на брюхе зверя образовался длинный порез.
Белая аура убийства хлынула из раны, зверь испустил пронзительный рев и растаял клубящимся белым туманом.
Чу Линъе тяжело задышал и выпрямился, уперевшись кончиком меча в землю и опустив взгляд на рану в боку — кровь уже окрасила нижнюю одежду в красный цвет, но боль вполне можно было стерпеть.
Он только собрался сделать шаг вперед, как каменный пол под ногами внезапно задрожал.
Из-под земли проступили белые линии формации, густой сетью, похожей на кровеносные сосуды, они расползлись по каждому дюйму арены.
Вставленные в каменные стены клинки одновременно зазвенели, издав низкий гулкий резонанс, от которого заложило уши.
— Есть еще? Ну так идите сюда! — Только успел он произнести это, как воздух вокруг мгновенно застыл.
Узоры на каменном полу вспыхнули с предельной яркостью, и из центра арены в небо устремился белоснежный столб света, в котором медленно проступило гигантское изображение.
Это было… поле боя тысячелетней давности!
Разглядев происходящее, Чу Линъе сузил зрачки.
Он увидел предков Семьи Чу, стоявших на поле браи в серебряно-белых доспехах, сжимающих длинные мечи с невероятной, пронзающей душу жаждой убийства.
Перед предками простиралась армия Расы Демонов — бескрайнее темное море, уходящее за горизонт.
Позади предков лежала линия обороны, находившаяся на грани прорыва, а за ней — бесчисленные охваченные паникой простые люди.
Армия демонов надвигалась на них.
Предки не отступили. Один из них вонзил длинный меч в землю, и над ним взметнулся призрачный силуэт Белого Тигра, оглашая окрестности громовым ревом.
Белый столб света начал расширяться от него во все стороны, и все воины Расы Демонов на его пути поглощались сиянием и обращались в пепел.
Но когда световая волна докатилась до третьего круга, тело предка стало покрываться трещинами — он платил за всё собственной жизнью, сжигая себя ради силы Белого Тигра.
В последний момент предок оглянулся назад.
Чу Линъе отчетливо разглядел его выражение лица.
Это была улыбка облегчения, смешанная с кровью, слезами и капелькой тоски по оставленному позади миру.
Его губы шевельнулись, и голос, казалось, прорвавшись сквозь тысячелетия, достиг ушей Чу Линъе:
— Ни о чем не жалею.
Изображение раскололось.
Глаза Чу Линъе запылали, колени подкосились, и он сам не понял, как долго простоял на коленях.
Опираясь на рукоять меча, он поднялся, но пальцы продолжали неудержимо дрожать.
Оказывается… предок погиб столь трагично.
С самого детства он слышал от старших лишь скупые фразы:
Предки пали в бою, сразив Расу Демонов ценой собственных жизней.
В семье никто не рассказывал в подробностях ожесточенность той битвы, и старшие всегда упоминали о ней вскользь.
Но сейчас он воочию увидел это: то была не просто гибель в бою, то было жертвоприношение.
Предки отдали себя силе Белого Тигра лишь для того, чтобы выиграть чуть больше времени для тех, кто остался позади.
— Ни о чем не жалею, — хриплым голосом тихо повторил он эти три слова.
В этот момент до него кое-что дошло.
Его детская ненависть к Расе Демонов проистекала не только из семейных заветов и не только из того, что Семья Чу веками охотилась на демонов — дело было в запечатленной в крови памяти, которая безмолвно напоминала ему: его предки сгорели дотла, защищая своих потомков.
Опираясь на меч, он поднялся и вновь посмотрел на пустую арену.
— Что там еще осталось? Выходи.
Узоры формации вновь вспыхнули, но на сей раз ни один зверь не бросился на него.
Линии формации поднялись с земли, превращаясь в мириады белых световых точек, которые, подобно светлячкам, закружились вокруг него.
Чу Линъе почувствовал, что тотем Белого Тигра, дремавший в его даньтяне долгие годы, начал нагреваться — это было то самое тепло пробуждения от глубокого сна.
Сила Белого Тигра отзывалась на его зов.
Он закрыл глаза, позволяя потокам белого света хлынуть в его тело.
Картины битвы предков, отблески клинков и мечей за годы охоты Семьи Чу на демонов, души поверженных им самим демонов…
В этот мгновение всё было закалено силой Белого Тигра, устоялось и сосредоточилось на его ладони.
Когда он снова открыл глаза, арена исчезла.
Он стоял на широкой белой каменной тропе, и впереди сквозь дымку угадывалось несколько ответвлений, сходящихся к единому центру.
По обеим сторонам дорожки в тени притаились статуи Белого Тигра, провожая его взглядом.
Сделав несколько шагов, Чу Линъе внезапно замер.
Справа впереди отходила развилка, и аура, доносившаяся из ее конца, заставила его спину мгновенно напрячься.
Аура демонов!
Очень слабая, но абсолютно реальная.
Его чутье, отточенное годами тренировок с самого детства, позволяло безошибочно распознать демоническую энергию за десять чжанов.
Брови Чу Линъе сошлись на переносице, и его стопы уже развернулись в нужную сторону.
Клинок Белого Тигра запел у него в руке, словно тоже почуял эту зловещую ауру.
— Откуда в иллюзорном пространстве демоническая аура?
Он быстрым шагом направился по ответвлению, пока пелена впереди не рассеклась, открывая его взору покрытую льдом и снегом равнину.
Пронизывающий холодный ветер ударил в лицо, обжигая щеки и неся с собой крупицы ледяной крошки.
Чу Линъе на мгновение замедлил шаги.
Это был уровень Ледяной Тюрьмы Сюань У в Иллюзорном Пространстве Сисян, соответствовавший духу Сюань У.
Его собственной кровью был Белый Тигр, и по идее он вообще не должен был сюда попасть.
Но именно отсюда исходила та самая демоническая аура.
Сжав покрепче рукоять меча, он ступил на землю Ледяной Тюрьмы Сюань У.
Снег заскрипел под ногами, каждый его шаг был едва слышным, а чуткие уши улавливали малейшие шорохи вокруг.
Чем глубже он продвигался, тем явственнее становилась демоническая аура, примешиваясь к чему-то еще, чему он не мог дать определение.
Резкому, холодному, похожему на ключевую воду, тысячелетиями скованную под толщей льда.
А затем он увидел Хуа Вэйшуан.
Она стояла на выступающей из снега черной скале спиной к нему, ее плечи и спина были прямы, как лезвие клинка.
Чу Линъе почувствовал, что исходившая от нее аура демонов брала начало прямо внутри ее тела.
Кончик его меча слегка дрогнул.
Семейный завет Семьи Чу гласил: встретишь демона — уничтожь без колебаний.
Он рос под сенью этого правила с самого детства. Когда в семь лет отец впервые взял его на охоту на первого демона, он накрыл своей рукой руку сына, вонзая меч в грудь твари, и произнес:
— Запомни, впредь встречая демона, либо он умрет, либо ты. Уничтожение демонов — это то единственное, в чем тебе никогда не следует сомневаться.
За восемь лет он ни разу не усомнился в этом предписании.
Но сейчас он заколебался.
http://erolate.org/book/1651/199985
Готово:
