Они были на пороге победы, ни одна команда даже не маячила на горизонте, но рука Авы не бездействовала. Ее пальцы проскользнули мимо ширинки Джакса и резко потянули молнию вниз.
Глаза Джакса расширились. ─ Погоди, Ава! Сейчас не время. Я обещаю, когда захочешь—
Она оборвала его, ее голос был хриплым из-за вибрации машины. ─ Но я хочу прямо сейчас.
Ее взгляд впился в его член, который выпрыгнул наружу: толстый, жилистый, пульсирующий семидюймовым объемом в тусклом свете. Она облизнула губы. ─ Это просто безумие. Намного больше, чем у тех парней, с которыми меня заставляла трахаться тетя «для опыта». Жалкие веточки по сравнению с этим.
Джакс крепче сжал руль, ноги напряженно давили на педали. Трасса неслась мимо, финишная черта была в метрах. Он вздохнул, взглянув на положение в гонке. «Мы уже выиграли. Теперь это просто формальность. И, кстати, фармить очки прямо во время гонки? Гениальный ход. Пусть будет по ее», – подумал он.
Ава не стала ждать. Ее рот опустился, проглотив его целиком одним скользким движением.
Глоть.
Ее горло сжалось вокруг его ствола, язык кружил по нижней стороне, пока она глубоко опускалась.
Чавк. Чавк. Глоть.
Бедра Джакса непроизвольно дернулись. ─ А-а-а… черт. Качание машины от синхронизировалось с ее ритмом, и каждое сосание отдавалось толчком по всему телу.
[Очки Преданности +2]
Ее голова двигалась быстрее, щеки впали. Слюна капала ему на ствол, скапливаясь у основания. Она что-то мычала вокруг него, и вибрации стреляли прямо в его яйца.
[Очки Преданности +1]
Зрение Джакса на секунду затуманилось. Крики толпы смутно доносились через связь, но все, что он чувствовал, – это ее теплый, влажный рот, пожирающий его. «Черт… это рискованно. Но, блин, эти очки», – подумал он.
Через минуту Ава оторвалась со влажным *чпоком*. Она перевела дыхание, вытирая подбородок, глаза хищно блестели. ─ Мне наскучило.
Она поерзала в тесном пространстве, задирая юбку форменной одежды. Пуговицы трещали, пока она стягивала ее с бедер. За ней последовали трусики — черное кружево, насквозь мокрое, отброшенное в сторону, как мусор.
Машина слегка вильнула. Джакс выругался шепотом. ─ Ава, дорога—
─ Заткнись и веди. ─ Она перекинула ногу через его колени, оседлав рычаг переключения передач. Ее лицо нависло в паре дюймов от его, закрывая половину лобового стекла. Грудь тяжело вздымалась под полурасстегнутым топом, соски твердо проступали сквозь ткань.
Она схватила его член, скользкий от ее слюны, и направила его. Губки ее киски раздвинулись, капая горячим соком на его головку. ─ Готов к настоящей награде?
Джакс сглотнул. ─ Глоть. Ава, мы же—
Она опустилась. *Ш-ш-ш*. Ее стенки сжались, бархатный жар поглощал его дюйм за дюймом. ─ А-а-а… ч-черт, ты огромный.
Пак. Пак. Подвеска автомобиля скрипнула, когда она начала качаться, втираясь глубоко. Ее задница подпрыгивала на его бедрах, киска сжимала его, как тиски. Соки смазали его яйца, капая на сиденье.
[Очки Преданности +3]
Костяшки пальцев Джакса побелели на руле. Финишная черта маячила впереди — 200 метров. Он инстинктивно толкнулся вверх, бедра резко напряглись. ─ Нгх… тесно, чертовски тесно.
Ава застонала, наклоняясь. Ее дыхание опалило его шею. ─ Жестче. Заставь меня почувствовать это, пока ты побеждаешь. ─ Она скакала на нем грубо, ее стенки трепетали. Грудь прижималась к его торсу, одна рука вцепилась ему в плечо.
Хлоп. Хлоп. Чавк.
Ее клитор терся об его основание при каждом опускании, посылая искры вверх по позвоночнику. ─ А-а-а! Да… прямо здесь. ─ На ее коже выступил пот, топ униформы соскользнул, обнажив один сосок — розовый и просящий.
[Очки Преданности +2]
Мысли Джакса мчались. «Очки льются рекой. Эта система просто зверь». Он изогнул бедра, попадая в ту самую точку внутри нее. Ее глаза закатились. ─ О-о-о… Боже, Джакс!
Она начала скакать быстрее, киска истекала соком вокруг него. Кабина наполнилась влажными звуками — хлюпаньем ее складок, шлепками кожи. Ее бедра дрожали, обхватив его бока.
[Очки Преданности +4]
Ногти Авы впились в него. ─ Глубже… трахай меня, как будто ты владеешь этой гонкой. ─ Она намеренно сжалась, выдаивая его. Ее свободная рука проскользнула между ними, растирая клитор неистовыми кругами.
Толчок. Трение. Шлепок.
Джакс застонал, педаль оставалась устойчивой, несмотря на дурман. ─ А-а-а… ты убиваешь меня. ─ Ее стенки пульсировали, горячие и скользкие, приближая его к краю.
[Очки Преданности +3]
До черты оставалось 50 метров. Рев толпы нарастал. Стоны Авы стали отчаянными. ─ Нгх… так близко… кончи со мной. ─ Она резко опустилась, ее киска свело спазмом.
[Очки Преданности +5]
Общее количество ОП достигло отметки: 35… 40… 45…
Яйца Джакса напряглись.
─ Черт… Ава, я
─ Кончаешь? Сделай это. ─ Она скакала сильнее, грудь выпрыгнула из топа. Соски задевали его рубашку.
[Очки Преданности +2]
[Очки Преданности +3]
На HUD прозвучал сигнал: Финиш неминуем. 10 метров.
[Очков Преданности: 55]
Джакс рыкнул. ─ Черт… сейчас!
Ава почувствовала, как он набух. Она приподнялась со влажным *шлепком*, киска капала тягучими нитями ему на колени. ─ Стой — наполни мой рот. Весь.
Она опустилась на колени в нишу для ног, открыв рот. Член Джакса извергся. Струя за струей попадала ей на язык: густые, горячие веревки покрывали ее горло.
Глоть. Глоть.
─ А-а-а… горячо и сладко. Мне очень понравилось. ─ Она сглотнула, облизывая губы, не отрывая взгляда от его лица.
Джакс тяжело дышал, дрожащими руками застегивая ширинку. ─ Ты… не должна была заходить так далеко. Я—
Она оборвала его, поднимаясь с ухмылкой. ─ Я могу пойти на гораздо большие жертвы ради того, что мне нужно. Ради того, что мне нравится. И, Джакс? В последнее время ты привлек мое внимание. ─ Ее палец очертил его челюсть.
Он замер, сердце колотилось. «Что, черт возьми, это значит?» Ее взгляд горел — голодный, собственнический. В нем не было ни капли шутки.
Машина пересекла финишную черту.
Пип.
Над головой взорвались фейерверки, цвета рассыпались, как звезды. Раздался гром аплодисментов: ─ Рейн! Рейн!
Ава поправила юбку, ее форма была помята, но выглядела она грозно. ─ Время шоу.
Они распахнули люк. На них обрушился прохладный ночной воздух. Нахлынула толпа: репортеры с дронами, студенты, ведущие прямые трансляции на устройства. Вспышки слепили.
Аву считали настоящей звездой гонки.
─ Ава! Как тебе удалось провернуть этот трюк с подскоком?
Ава шагнула вперед, занимая место в центре внимания. ─ Командная работа. Но да, мы переписали правила.
Джакс остался позади, слабо улыбаясь. Вопросы сыпались: модификации машины, попытка саботажа Зиннии.
Затем:
─ А ставка! День рабства Зиннии Рид — какой план?
Джакс замолчал. «Когда фармить очки? Мне нужно это как можно скорее, но целый день? Это очень интенсивно, и мне понадобится выходной от академии». В его голове вспыхнула идея. «Выходные. Идеально: один день для Зиннии, один для ее мамы. Или в один день обе? Посмотрим».
Репортер наклонился. ─ А ее мать? Ставка Пейдж Рейн — когда вы забираете?
Толпа притихла. Джакс пожал плечами. ─ Скоро. Очень скоро.
Его взгляд метнулся к Аве. Она сияла ярче — фанаты скандировали ее имя, называя ее «гениальным инженером». «Они думают, что она мозг. Умный ход», – отметил он.
И тут он заметил: белую полоску на ее нижней губе. Его сперма, которую она не успела стереть. «Черт». Он взглянул вниз: его член пульсировал, выпячивая брюки. Заметная шишка. «Ух ты… это будет либо величайшее интервью в истории, либо худшее».
Менеджер в костюме протиснулся сквозь толпу. ─ Победители! Церемония награждения через пару часов — сейчас гоняются второкурсники, потом третьекурсники. А пока освежитесь.
Джакс выдохнул. ─ Это идеально. ─ «Хватит времени. Не хочу подниматься на сцену с членом, торчащим выше, чем трофей. А Ава… забудь об этом пока».
Он ускользнул в сторону туалетов, лавируя сквозь хаос. Фанаты хлопали его по спине, но его мысли мчались. «Тело все еще гудит. Сейчас 55 очков. Надеюсь, в Магазине есть что-нибудь стоящее для меня».
Возле служебного крыла он заметил ее: пожилую даму, сгорбившуюся над тростью. Седые волосы собраны в аккуратный пучок, морщины избороздили доброе лицо. Она покачивалась на лестнице из трех ступенек, сумочка выскальзывала из ее рук.
Шмяк.
Сумка упала. Она пошатнулась, едва не рухнув.
Джакс рванулся. ─ Ого, поймал! ─ Он подхватил сумку, придерживая ее за руку. ─ Бабушка, позвольте я понесу. Помочь вам подняться?
Она моргнула, удивление сменилось теплом. ─ Как мило с твоей стороны, дитя. Храни тебя Господь.
Он улыбнулся, направляя ее шаг за шагом. Ее рука дрожала на его локте — хрупкая, покрытая пигментными пятнами возраста. ─ Куда вы?
─ В комнату персонала. ─ Она засеменила, дыша поверхностно. ─ Ты студент?
─ Да, мэм. Я новенький здесь — посмотрите на мою форму. ─ Он крепко держал сумку.
Она тихонько хихикнула. ─ Понимаю. Значит, ты знаешь Моргану? Ах, ну… кто ее не знает? О ней говорят во всей академии, и новички, и старички.
Джакс кивнул. ─ Да, бабушка. О ней всегда говорят в академии.
Ее глаза заблестели. ─ Она заслуживает. С самого начала она была идеальной девочкой. Идеальной во всем. ─ Она засмеялась, хриплым звуком. ─ Я желаю своей девочке всяческих успехов.
Он наклонил голову. ─ Вашей девочке?
Она погладила его по щеке. ─ Твоя профессор Моргана… она моя дочь.
Мозг Джакса застыл. «Подождите — что?» Он замер на полушаге.
Она не заметила. ─ Мы пришли. Комната персонала № 6. ─ Дверь маячила перед ними, табличка блестела.
Он оцепенело передал ей сумку. Она потрепала его по волосам. ─ Ты очень славный ребенок, Джакс. Вежливый, сильный — редкость в наши дни. Мир лучше с такими мальчиками, как ты. Береги свое сердце; оно тебя далеко заведет.
Она отвернулась, входя с прощальным взмахом руки. Дверь щелкнула.
Джакс стоял там, в душе расцвело тепло. «Какая добрая дама. Единственный здравомыслящий человек в этом безумном мире. Надеюсь, все такие». Небольшая боль сжалась в груди — эмоциональная.
Он повернулся, шаги были легкими. Но через несколько шагов: Сумка. Все еще у него в руке. «Черт! Совсем забыл отдать».
Он развернулся, побежал обратно. Дверь в Комнату персонала № 6 — не заперта. Он толкнул ее.
И замер.
Увиденное сбило с ног, как грузовик.
Четверо мужчин — голые, потные, жалкие. Одного профессора он узнал по ориентации, лицо красное и расслабленное. Двое охранников, здоровенные, но сломленные. Четвертый? Размыт — какой-то сотрудник.
Они окружили центр, словно жертвоприношения. А там: бабуля. Голая. Морщинистая кожа обвисала, но глаза горели яростью, как огонь. Ее киска и задница были полностью забиты — члены глубоко закопаны, по одному в каждую дыру, вяло толкающиеся.
Хлюп. Хлюп.
Медленные, жалкие толчки.
Ее руки дергали двух других — кулаки летали вверх и вниз по их стволам, вены вздулись. Каждый дюйм ее тела был занят, кроме рта, но потом и он пошел в ход…
─ Вы, мазафаки! Таким вялым шлангом даже блоху не удовлетворишь! ─ прорычала она, голос был сиплый, но громогласный. Ее бедра резко дернулись назад, ударяясь об анальный член сильнее, чем он толкался. ─ Быстрее, вы, медлительные улиткохуи! Я масло могу сбить быстрее, чем вы меня трахаете!
Парень в ее заднице застонал. ─ Мэм… я истощен… пожалуйста…
─ Истощен? Пфф! Мой протез бедра двигается энергичнее, чем твой жалкий огрызок! ─ Она втерлась вниз, киска заметно сжалась. ─ Что, ты энергию на вязание бережешь? Долби, как будто ты что-то из себя представляешь, или я засуну эту трость тебе в задницу и заставлю танцевать!
В комнате воняло — потом, мускусом, отчаянием. Ее груди болтались при каждом самостоятельном подскоке, сероватые соски затвердели. ─ Бесполезные пиздюки! В мои времена мужики трахались до рассвета, не пискнув. А сейчас? Вы все — мокрые петарды: шипите и обмякаете!
Сумка Джакса выскользнула. Шмяк.
Ее голова резко поднялась. Глаза — острые, злые — впились в него.
А в его голове все еще звенели слова, которые он произнес раньше. «Она — самый добрый и милый человек в мире».
http://erolate.org/book/2645/276568
Готово:
