Когда я снова открыл глаза, интерфейс игры пропал. Мой взгляд стал настолько острым, что я мог разглядеть самую дальнюю часть тронного зала во всех деталях, будто смотрю через телескоп — каждую трещину в камне, каждую пылинку, кружащую в воздухе. Вот только вместе с этим на меня обрушилась новая волна ощущений, к которой я совершенно не был готов.
Разум уносило куда-то далеко, я видел, слышал и чувствовал множество вещей одновременно: биение десятков сердец, ток крови по чужим венам, чужое дыхание, чужой страх. Всё это заполняло меня настолько сильно, что я будто находился в тысяче мест сразу, и каждое из них тянуло меня к себе.
(Как же скучно.)
(Что происходит?)
(Надо поесть крови, а то что-то эта ночь весьма скудна на события.)
(Интересно, я смогу сделать это так?)
(Смертные такие жалкие.)
(Ненавижу эту стерву.)
(Заметит ли Владыка меня?)
(Лучше этой коровы.)
(Хочу поиграть с сестрёнкой.)
(О чём только думают эти дуры… Знала, что не надо было соглашаться на их идиотский план.)
(Голод, я такая голодная, когда меня покормят…)
(Интересно, что сейчас делает отец?)
(Чем бы заняться этой ночью.)
(Ещё одна скучная ночь, в этом замке почти ничего нового не происходит.)
(Хочу показать этой малявке её место, но не следует лишний раз дерзить. Всё-таки она сильней меня.)
Я слышал все эти мысли одновременно, они были разными, у каждой был свой голос, свой оттенок, своя интонация. Но они заполняли мои собственные мысли, перебивали их, глушили. Их было так много, что я уже не мог разобраться, где чужое, а где моё.
* * * * *
(От третьего лица)
В этот же момент в тронном зале Влад Цепеш Дракула неподвижно сидел на своём троне. Единственные, кто был рядом, — Арквейд Брюнстад и Август Рутвен, которые стояли по обе стороны и почти неподвижно ожидали приказов своего Хозяина. Тишина в зале была абсолютной, нарушаемой лишь едва слышным потрескиванием факелов на стенах.
Вот только произошло нечто, выходящее за пределы их понимания. Внезапно тело их владыки стало покрываться тьмой, густой и живой, а затем эта тьма начала вырываться из него наружу, расползаясь по полу чёрными щупальцами.
— Хозяин? — спросили Арквейд Брюнстад и Август Рутвен одновременно, глядя на него с беспокойством.
В следующее мгновение тьма расширилась и отбросила двух вампиров от трона. Но благодаря их высоким уровням они легко восстановили равновесие, приземлившись на ноги в нескольких метрах от своего господина.
— Хозяин?! Что с вами? Вы злы на нас? Мы что-то сделали не так? — спросил Август Рутвен с явным непониманием происходящего. Они почти ничего не делали и спокойно ожидали его воли.
— Скажите, что именно, и мы искупим свои грехи собственной жизнью! — произнесла Арквейд Брюнстад с волнением и страхом, опуская голову.
Но ответа не последовало. Тьма стала расширяться, поглощая тронный зал, и в этой тьме можно было разглядеть множество красных глаз, которые смотрели на них с явным намерением хищников, оценивающих добычу.
(Что происходит? Почему Владыка Дракула так зол? Может ли быть, что что-то произошло с ним? Но это невозможно, он ведь Прародитель вампиров, он самый могущественный. Скорее всего, он зол на нас.) — подумал Август, пытаясь оценить ситуацию и не показывать дрожи в руках.
В этот момент весь замок «Дракула» начал дрожать, и это могли ощутить все его жители. Пол, стены и потолки заходили ходуном, меняя свою форму и покрываясь тёплой, пульсирующей кровью. Замок «Дракула» реагировал на эмоции и состояние своего владельца, тоже впадая в жажду убийства. Медленно, но верно в стенах начали проступать зубы, длинные и острые, как у вампиров, а из щелей в камне высовывались языки, желая сожрать его жителей. Коридоры сжимались, потолки опускались, и весь замок превращался в одну огромную голодную пасть.
— Владыка! — кричали они оба.
Но когда уже казалось, что его гнев не усмирить, тьма и дрожь по замку остановились. Тьма, что поглощала тронный зал, стала возвращаться назад, втягиваясь в тело своего хозяина. Красные глаза, что смотрели на мир из каждой щели, начали закрываться один за другим, чтобы снова раствориться во мраке. Замок же стал возвращаться в прежнее состояние, убирая всю кровь и изменения, будто ничего и не было.
Следом Влад Цепеш Дракула открыл свои красные глаза, глядя на двух своих приближённых вампиров. Его взгляд был тяжёлым и холодным.
— Владыка… мы…
— Молчать, — приказал Влад, отчего оба замолчали, не смея возражать и даже дышать.
* * * * *
(От первого лица Влада Цепеша Дракулы)
Наконец-то я смог это остановить. Не думал, что мои расовые способности активируются сразу же, без предупреждения. Так как я являюсь Прародителем вампиров, то имею прямую связь со всеми вампирами. В игре эта механика была реализована менее сложно для игроков и скорее представляла собой управление НПС или фамильярами. Но теперь я буквально то, что было описано в моих способностях, и это ощущалось совсем иначе.
Видимо, это моё наказание за жадность. Количество способностей в моём арсенале было довольно обширным и давало мне много власти, но за власть надо платить, особенно за ту, которую ты только что приобрёл и ещё не научился контролировать.
Я чувствовал всех вампиров и мог видеть через них. Все вампиры были частью меня. Я мог вселиться в любого из них и управлять ими, как марионетками, или даже ощущать их тело как своё собственное. Но всё это требовало достаточно хорошего контроля со стороны моего разума, чтобы не сойти с ума от чужих мыслей и ощущений. Поэтому я намеренно прервал поток информации, ограничившись только двумя вампирами в моём тронном зале.
(Он зол? Неужели мы слишком много себе позволили? Неужели Дракула недоволен? Всё-таки мы зря с Арквейд начали сомневаться, у господина всё было под контролем, и он просто хотел нас наказать. Видимо, теперь он точно накажет нас более серьёзно за наглость усомниться в его намерениях.) — подумал Август, ощущая стыд и тяжесть в груди.
(Я совершила глупость. Хозяин Влад зол, зря мы с Августом кричали в его присутствии. Какая же я глупая, должна была понять, что хозяин Влад хотел нас помучить, а мы стали уворачиваться и избегать его наказания. Теперь мы будем наказаны ещё сильней.) — подумала Арквейд, чувствуя то же самое.
Я мог слышать их мысли и даже ощущать их чувства. От моего взора и разума ничего не могло быть скрыто. Это очень полезная способность, в отличие от Аинза, которому приходилось угадывать, что думают его подчинённые. Я всегда могу понять и узнать, о чём думают мои.
— Мы покинули царство мёртвых Хельхейм, — произнёс я, поднимая взгляд вверх.
В этот момент я ощутил, что оба вампира были удивлены и даже шокированы.
(Неужели господин перенёс замок за пределы Хельхейма? Что и следовало ожидать от Прародителя вампиров, его сила не имеет границ.) — подумал Август, ощущая благоговение от силы, что я якобы продемонстрировал.
(Мы покинули Хельхейм? Хозяин Влад сделал это? Ах, как же я польщена и рада служить нашему Прародителю. Не зря он сильнейший, даже переместил замок «Дракула», будто это пустяк.) — подумала Арквейд, с восхищением глядя на меня.
Я же почти не двигался и через их глаза мог видеть их благоговение. Со стороны я выглядел как настоящий Король монстров ночи на троне: в чёрных доспехах, с горящими красными глазами, а тьма скрывала моё лицо, отчего это выглядело жутко и внушительно. Что ж, хотя бы первое впечатление произвёл правильное.
Но, убрав эти мысли из головы, я решил проверить кое-что ещё. Главной особенностью моего замка было то, что он живой и я с ним связан. Поэтому я решил попробовать подключиться к нему так же, как к своим вампирам.
Когда я смог это сделать, то ощутил всё внутри замка: каждый коридор, каждую комнату, каждого обитателя. Но, не желая снова впасть в неистовство, сосредоточился на том, чтобы увидеть то, что было снаружи. А снаружи я мог видеть горы, леса и даже море, тёмное и бесконечное под ночным небом.
(Надеюсь, мы не появились где-то на необитаемом острове)
Ведь одна из слабостей вампиров — то, что они не могут пересекать реки. Эта слабость была необходима для баланса, чтобы ограничить вампиров в некоторых местах. Всё-таки с их способностями их почти невозможно остановить от проникновение в крепости и подземелья. Поэтому при переработке их баланса мне пришлось добавить эту слабость. Отдел баланса оказался очень упрям в этом вопросе.
— Призываю первородных в тронный зал, — приказал я командным тоном.
В этот момент я видел через замок, как по коридорам с огромной скоростью двигались тени, достигая главных ворот тронного зала. Своей властью над замком я открыл дверь, ведь даже несмотря на мой приказ, открывать ворота в тронный зал без моего прямого разрешения мало кто мог себе позволить. Замок не впускал никого, кого я не желал видеть.
Сразу после этого в зал начали входить восемь вампиров.
Первой шла низкая девушка с хрупким телосложением и узкими плечами. У неё были короткие светлые как золото волосы, чёлка между глазами, и красные глаза с узкими зрачками. Одета она была в короткий плащ, который едва что-то прикрывал, демонстрируя её бедра, плечи с декольте. При этом в плаще был один единственный кинжал.
Вторым шёл высокий мужчина с сухим телосложением, широкими плечами и длинной шеей. У него были чёрные прямые волосы до затылка с пробором по центру и красные глаза с узким, слегка раскосым разрезом. Одет он был в черный приталенный костюм-тройку, рубашка с красным платком с расстёгнутой верхней пуговицей, на ногах чёрные туфли.
Третьим шёл высокий мужчина с крупной выраженной мускулатурой, массивной шеей и квадратной челюстью. У него были объёмные золотисто-жёлтые волосы, зачёсанные вверх и назад, и красные глаза с чётко прорисованными нижними веками. Одет он был в жёлтый укороченный топ без рукавов с косым воротом, зелёные штаны с наколенниками, на шее и запястьях золотые браслеты-кольца.
Четвёртой шла низкая девочка с хрупким телосложением и тонкими конечностями. У неё были светло-золотистые волосы, собранные в боковой хвост слева с красным бантом на макушке, и крупные красные глаза. За спиной пара крыльев с кристаллическими подвесками. Одета она была в розово-красное платье с пышной юбкой, белый воротник-матроска, красный чепчик и туфли-мэри-джейн.
Пятой шла низкая девочка с миниатюрным телосложением. У неё были сине-серебристые короткие волосы до подбородка с прямой чёлкой и красным бантом, красные слегка прищуренные глаза, а за спиной пара небольших перепончатых крыльев тёмно-красного цвета. Одета она была в розовое платье с длинным рукавом и пышной юбкой, белый фартук поверх, красный чепчик с оборкой.
Шестой шла высокая женщина со стройной фигурой, узкой талией и прямой осанкой. У неё были длинные серебристо-белые прямые волосы до бёдер с пробором по центру и красные и голубые глаза с тёмной подводкой по верхнему веку. Кожа бледная с сероватым подтоном. Одета она была в чёрное облегающее платье-футляр до колена с высоким воротником, длинные перчатки того же цвета, на шее тонкая серебряная цепь с кулоном.
Седьмой шла низкая девушка с хрупким телосложением и узкими плечами. У неё были длинные розово-магентовые прямые волосы до пояса, косая чёлка закрывала левый глаз, красные глаза с вертикальными зрачками. Кожа очень бледная. Одета она была в чёрное платье с красной окантовкой по подолу и манжетам, корсетная шнуровка на груди, на голове маленькая чёрная корона, на ногах чёрные чулки и туфли на низком каблуке.
Восьмой шла низкая девочка с худым телосложением и тонкими конечностями. У неё были длинные светло-золотистые прямые волосы до середины спины, короткая чёлка выше бровей, красные глаза с тёмными кругами под нижними веками. Кожа бледная, почти фарфоровая. Одета она была в тёмно платье в готическом стиле с кружевным воротником, на ногах чёрные ботинки на шнуровке, на шее серебряный медальон.
— По воле Прародителя всех вампиров Влада Цепеша Дракулы мы собрались, чтобы повиноваться его воле и желаниям, — произнесли они все хором, опустившись на колени передо мной. За ними последовали Август и Арквейд, опустившись на колени впереди всех.
В своей голове я множество раз представлял эту сцену и почти был готов к ней, но, когда ты в реальности видишь, как множество всемогущих вампиров опускаются на колени перед тобой, а ты при этом чувствуешь их уважение, страсть, желания, влечение к себе — это совсем другое. Сердце, которое билось в моей груди, на мгновение замерло от тяжести этого момента.
Все в этом зале были избраны мной как те, кто считаются первородными, те, кто стоят выше истинных вампиров и единственные, за исключением меня, имеют 100 уровень. Они мои самые приближённые и сильные слуги. Конечно, я могу создать ещё первородных, но то, как это работает в рамках нового мира, сложно пока понять. Ведь в игре расу первородного можно было получить с 100 уровнем и моей кровью или с помощью «Кровавой души Каинабеля» для подобной эволюции. Поэтому стоит потом провести эксперименты. Вдруг я смогу создавать армию первородных сотого уровня.
И да, многие в этом зале, как и многие вампиры в целом, были созданы по образу и личности из аниме или игр, которые я знал или которыми восхищался, приблизительно представляя их характеры. Так или иначе они почти не отличаются от своих оригиналов, за исключением некоторых изменений, как, например, абсолютная верность мне. Ведь я для вампиров их источник силы, и против меня они не могут пойти. При этом их жизнь связана с моей очень сильно.
— Дети мои, мы покинули царство мёртвых Хельхейм. Сейчас мы оказались в неизвестном для нас мире и месте.
Снова услышав почти те же слова, все ощутили внутри удивление и благоговение передо мной. Я чувствовал, как их мысли на мгновение замерли, а затем вспыхнули восхищением.
— Август, организуй разведку и сбор информации. Я желаю знать, где мы, кто здесь правит и насколько сильны жители этих земель. Также усилить оборону вокруг замка, активируй барьер для маскировки, и пускай пока никто не покидает замок, за исключением тех, кто займётся выполнением моих и твоих приказов.
В ответ Август молчал, что вызвало у меня удивление на мгновение, а после осознание.
— Вы можете говорить, — освободил я их от своего прошлого приказа молчать.
— Как прикажете, мой хозяин, — произнёс Август, склонив голову.
— Остальные помогут тебе в этом. Первое время не вступайте в открытый конфликт и скрывайте своё присутствие, — сказал я, так как не было известно, могли ли мы попасть, к примеру, под боком у Теократии или недалеко от Платинового Лорда Драконов. Пока я не хочу торопиться и начинать битву с ними, ведь мне нужно время на освоение своей силы.
Но когда я закончу все приготовления, меня мало что сможет остановить. Возможно, только Айнз, но лишь если он применит всю силу Назарика, включая мировые предметы и даже ту НПС-жертву. Вот только Айнз слишком осторожный параноик и будет избегать прямого конфликта со мной, поэтому он, скорее всего, будет сидеть в обороне в Назарике, а там крайне проблематично сражаться.
(Потом подумаю над этим. Сейчас лучше заняться делами в своём доме.)
Хотя сейчас мне больше хочется попробовать, как я ощущаю этот мир. Всё-таки я очень много сил вложил в этот момент и мало выходил на улицу, подорвав своё здоровье ещё в той жизни.
Не теряя времени, я встал со своего места, чем удивил всех присутствующих, а затем применил свою расовую способность «Формы Прародителя», после чего обратился в рой летучих мышей, а затем в туман, покидая пределы тронного зала.
Я не стал говорить, куда иду и что хочу делать, так как хотел насладиться этим моментом в одиночку.
Ощущения от превращения были странными и необычными: тело распадалось на сотни мелких частей, каждая из которых жила своей жизнью, и при этом я сохранял полное сознание. Я мог летать и двигаться как туман, минуя все преграды, просачиваясь сквозь щели в камне, чтобы в итоге оказаться снаружи и увидеть то, что уже видел через замок. Было темно, и над замком висели тёмные облака, отчего сложно понять, какое время суток сейчас. Ведь замок «Дракула» автоматически создаёт заклинание «Управление погодой», чтобы всегда над ним были тучи и тьма, чтобы солнечные лучи не вредили жителям замка.
Затем я спустился вниз, оказавшись на склоне у моря, и принял обратно свою физическую форму. В этот момент я мог понять, что ощущения окружения у меня присутствовали, но они отличались от того, что я чувствовал, как человек. Я ощущал морской бриз, руками мог чувствовать землю и камни под пальцами, вот только ощущения были чуждыми, будто кто-то передал мне чужие чувства через фильтр.
(Видимо, это плата за то, что я вампир)
Но я не переживал из-за этого, ведь я ожидал подобного результата.
Следом я снова применил «Формы Прародителя», став летучими мышами и начав осматривать окружение, желая найти что-то интересное. Но спустя примерно час полётов я ничего не нашёл, кроме нескольких монстров, бродящих в темноте между деревьев.
Следом я полетел вверх, минуя облака и превращаясь обратно в свою физическую форму, но с крыльями летучей мыши за спиной, чтобы увидеть чистое ночное небо и ощутить его в полной мере. Ветер ударил в лицо, холодный и настоящий, и я расправил крылья, позволяя ему нести себя.
— Красиво. Как же давно я этого не видел. Ночной ветер и звёзды.
Почему я так этому рад? Потому что мир Overlord за пределами игры — это ад. Это буквально антиутопия во всей её красе. Люди живут в городах-куполах, потому что атмосфера по всему миру загрязнена. Корпорации выжимают последние соки из людей, потому что они навязывают правила. Экология планеты уничтожена. Отчего люди уже давно не видели настоящей природы, чистого неба или чистых холмов. Люди могут увидеть небо только на картинах, как и вымерших животных. Именно поэтому Момонга так был заворожён ночным небом в первые дни, когда покинул Назарик и почему он не хотел возвращаться к той жизни. Ведь я тоже всю свою жизнь прожил в похожих условиях и уже соскучился по этому.
И именно поэтому такие игры с погружением были настолько популярны среди взрослых и даже стариков. Это единственный способ для людей сбежать от гнетущей и мрачной реальности, где жизни людей это ничто. Даже для меня, который любит мрачность, это было простое отчаяние людей, которые ничего не могут изменить. Я поставил всё на то, чтобы покинуть этот ад, даже если бы не вышло, мои шансы выжить были малы. Я изрядно залез в долги, подорвал здоровье, чтобы подготовиться к этому моменту. И вот я здесь, и небо надо мной настоящее.
Когда я вдоволь насладился, то вернулся обратно в замок, в котором уже мог почувствовать, что вампиры стали активно действовать: они покидали главные ворота, чтобы заняться сбором информации. При этом замок начал исчезать для внешнего мира, растворяясь в воздухе. Подобный барьер крайне затратно поддерживать для такого строения, как замок «Дракула», но у меня были приобретены магические предметы для подобного, отчего затраты не имели значения. Поэтому найти замок «Дракула», не зная, где искать, крайне сложно, не будучи вампиром.
Правда, тучи всегда будут в этом месте, пока замок здесь.
(Хм… смогу ли я поглотить замок в свои тени?) — спрашивал я себя, так как в игре такое реализовать невозможно чисто из-за механики и ограничений. Подземелья и постройки были привязаны к тому месту, где находились. Исключением были лишь несколько построек вроде «Демонического храма измерений» или «Небесного города», но они были лишь особыми случаями, тем более у них были проработаны маршруты и место спавна.
По логике, своими тенями я могу поглотить всё, что угодно, ведь его я использую для хранения душ, а у меня их довольно много.
— Попробую как-нибудь в другой раз. Не хочу случайно сломать свой дом из-за самоуверенности. Нужно будет провести эксперименты на чём-нибудь, — сказал я с мимолётной улыбкой, заходя обратно внутрь через террасу замка прямо в свои личные покои, которые я лично обустраивал как свой второй дом, где были собраны все необходимые для меня предметы.
Но самые ценные предметы я хранил в своём инвентаре, ведь боялся, что замок может не переместиться со мной. Поэтому заранее поместил в него самое дорогое. Первым была склянка с красной каплей внутри, которая называлась «Кровь Бога Вампиров Каинабеля». По механике игры она могла дать любому вампиру, выпившему эту каплю, сильный бафф по всем статистикам на короткое время, но после будут сильные дебаффы. Но вот описание гласило, что выпивший эту кровь встанет на путь Бога-вампиров Каинабеля, только если он имеет достаточно высокую квалификацию как вампир. Этот предмет был редким, и я специально его создал в игре.
Ведь главная сила нового мира в том, что все описания предметов, заклинаний, титулов, способностей и мировых предметов могли стать реальностью. Даже тот «Рог генерала гоблинов» в описании гласил, что им можно призвать армию гоблинов, но по механике игры ты мог призвать лишь небольшой отряд. Подобное встречается во многих играх, где разработчики дают красивые названия и описания, но механика не позволяет реализовать это в полной мере.
Поэтому моим главным козырем в новом мире были предметы, которые должны были решить многие мои проблемы.
Следом я достал из инвентаря «Святой Труп Мученика Валериана». Он являлся скорее небольшим баффом, чем чем-то по-настоящему полезным. Игроки-вампиры могли разделить его и съесть, чтобы на время поднять своё HP и на месяц уменьшить эффект безумия. Но вот в описании я сделал так, чтобы он мог навсегда увеличить жизненную силу, которая была HP, сверх того, что я мог получить в механике игры. Ведь как вампир мои способности потребляют много HP и лишь некую долю MP.
Потом я достал «Язык Утопленницы из Чёрной Заводи». По сути, это был язык женщины, которую вампир утопил, и её язык — единственное, что не подверглось разложению. В игре он был полезным предметом, так как на время убирал слабость вампиров перед рекой. В описании этот предмет может полностью лишить меня слабости перед реками. И такого у меня было достаточно много, чтобы лишить себя навсегда большинства слабостей и увеличить свою силу. А ещё вернуть некоторые чувства и желания как человека, как, например, ощущения жизни, а также вожделение и многое другое.
Момонга, наверное, свыкся легко со своей участью быть скелетом, потеряв ощущения при жизни. Но я не хочу отказываться от того, ради чего я всё это делал. Даже оригинальный Дракула хотел бы вернуть частицу своей человеческой сущности.
— Правда, не стоит торопиться. Вдруг моё тело может не выдержать стольких изменений. Поэтому стоит по чуть-чуть. У меня полно времени, если только мы не оказались слишком близко к врагам, — произнёс я, беря первым делом «Святой Труп Мученика Валериана», так как «Кровь Бога Вампиров Каинабеля» может истощить меня или ещё что-то, ведь я встаю на путь Бога-вампиров.
В «Иггдрасиле» нельзя было стать Богом, как бы ты ни качался. Этого звания или расы могли быть удостоены лишь боссы и несколько квестовых НПС. Поэтому я использовал эту лазейку, чтобы стать Богом, и катализатором стала кровь Бога.
— Ха-ха-ха-ха-ха! Чувствую себя почти злобным гением, — произнёс я, злобно смеясь, как Дракула в свои лучшие годы.
Конечно, можно подумать, что я мог бы просто прописать себе титул Бога, так как работал в отделе вампиров. Но мне не давали таких прав. Подобные права были лишь у программистов, тестеров и других отделов, которые должны взаимодействовать с игрой, имея особые полномочия. Даже под конец игры у меня не было и близко прав на добавление или изменение чего-то в коде. Компания была крайне дотошна и не хотела, чтобы я лез в код только из-за того, что сервера всё равно закрывают.
http://erolate.org/book/285/33957
Готово:
