В неизвестном месте среди королевств людей, в огромном замке, окружённом священниками и паладинами, что охраняли периметр и следили за каждым движением вокруг этого места. Но не только на земле — также в воздухе летали грифоны, на которых сидели всадники, патрулировавшие небо, будто ожидая встретить дракона. При этом в радиусе ста километров можно было едва увидеть огромные слои барьеров, окружавших центр, в котором находился этот замок.
Но этот замок больше напоминал своим видом святилище, которое испускало сильную святую силу, способную одним своим присутствием заставить вампира, нежить или другие порождения зла умереть лишь от стояния рядом с этим местом.
Причина такой защиты и безопасности — неспроста, а в людях, что были внутри. В самом огромном зале сидели на тронах, высеченных в колоннах. Каждый из них испускал необычную и давящую ауру, при этом сидели они перед огромным каменным столом, который был кругообразным, но в центре было пустое пространство, в котором стоял мужчина с седыми волосами и бородой, с большой шляпой на голове.
— Уважаемые предводители людских королевств, империй и других стран. Рад, что вы откликнулись на мой зов и прибыли в столь далёкое место для какого-то, чтобы услышать слова этого старика.
— Не нужно любезничать, верховный патриарх, ибо время любезностей ушло. Нам нужны ответы, — потребовал мужской голос со стороны трона, принадлежащий высокому мужчине с короткими тёмно-зелёными волосами и бородой, облачённому в чёрный наряд с красным плащом.
— Император Тейгу Кромус, моя просьба о встрече не была пустыми словами.
— Просьба? Разве это не было требованием от Высшей церкви? Не держите нас за дураков, верховный патриарх. Вы использовали своё влияние и давили на нас, чтобы мы пришли все сюда. Вы заставили многих здесь прекратить войны, угрожая нам. Ваши действия какие угодно, но никак не просьбы, — заявил другой мужчина с короткими золотистыми волосами и голубыми глазами, облачённый в красивый голубоватый наряд с золотой отделкой и красно-синим плащом.
— Король Утер Пендрагон, я понимаю ваше недовольство, но мне пришлось пойти на это ради общего блага человечества. Я использовал все ресурсы церкви ради этой встречи.
— И зачем? Многие в этом зале враги и только во снах могли бы быть в одном зале дольше секунды. Ваши мотивы нам отчасти понятны. Вы желаете объединить человечество, но мы не обычные крестьяне, что слепо верят в такую наивную чушь. Мы короли и знаем, как люди думают и действуют. Объединить людей под одним знаменем невозможно, на время ещё вероятно, но лишь на время. Рано или поздно мы вонзим друг в друга нож, — объяснил мужчина с почти такими же золотистыми волосами и голубыми глазами, одетый в бело-синий наряд.
— Король Джарван Деманисс, ваши слова полны мудрости и проницательности. И вы правы: в обычных обстоятельствах всё вышеперечисленное было бы правдой. Даже я, верный человечеству, знаю темноту людского сердца достаточно глубоко, чтобы быть реалистом и в то же время верить в людской свет, который всегда стремится к нашему Высшему Богу-творцу.
— Так что же изменилось? Неужели Бог-творец вам что-то сказал или снизошло пророчество о великой битве добра со злом? — уточнил молодой мужчина в необычной шёлковой одежде чёрно-красного цвета с чёрными волосами и красными глазами.
— Сёгун Токугава Тоуши, и, да и нет.
— К чему вы клоните? — спросил Токугава Тоуши, приподнимая бровь.
— Клоню я к тому, что мне была дарована миссия.
— От кого? И что за миссия? — спросил Утер, приподнимая бровь от услышанного.
— От нашего всеми уважаемого и великого Бога-творца. Он даровал мне возможность поговорить с ним и получить миссию, — громко с улыбкой заявил верховный патриарх, глядя вверх, будто просветлённый.
— Что за миссия? Что он сказал вам? — снова спросил уже другой мужчина в бело-золотистых одеяниях с белыми волосами и бородой, с золотыми, как солнце, глазами. Этим мужчиной был король Рима по имени Август Домитиан Верул.
— Я уже её исполнил. Эта миссия создание всей этой встречи великих людей, что объединяют в себе всех, кто за ними следует, должны прибыть в одно место, чтобы вместе объединиться против всеобщего зла.
— Всеобщего зла?! Что за всеобщее зло?! — потребовал мужчина с короткими чёрными волосами в жёлтом халате, в чёрном одеянии под ним с узором золотого дракона и на голове высокая шляпа.
— Уважаемый император Ли Цзюньъань, этого я сказать не смогу, ибо это мне не ведомо. Но цель моя исполнена. Теперь пришло время для великого совета лидеров людей, — произнёс верховный патриарх, поднимая листок бумаги, напоминающий игральную карту с узором фигуры мужчины с короткими белыми волосами и белоснежными крыльями. Следом карта стала излучать золотой божественный свет.
— Эта карта…
— Неужели это…
— Сам…
— Приди же на мой зов, о Великий и Чистейший из творений света после своего создателя. Архангел Михаил! — провозгласил верховный патриарх, после чего его тело стало испускать золотой свет, а затем золотой свет стал падать сверху, будто свет солнца смог проникнуть глубоко в закрытый зал.
Следом зал стал заполняться ярким светом, который полностью разгонял всю тьму и тени, что могли быть. А люди в зале ощутили странное чувство облегчения, теплоты и спокойствия. И затем из сияющего света стала появляться фигура со множеством белоснежных крыльев, облачённая в золотистый нагрудник и чёрные брюки. У него были короткие белоснежные волосы и голубые, как ясное небо, глаза. Его тело испускало божественный свет, от которого глаза не слепли, а могли ясно смотреть на него.
— Архангел Михаил! — воскликнули короли и императоры, узнав эту фигуру, чьи образы были известны каждому, кто читал Библию Бога-творца, где он был буквально правой рукой и самым верным и сильным среди всех архангелов нынешних.
Фигура опустилась на землю, оказавшись прямо перед верховным патриархом. На его лице была добрая улыбка, от которой любая девушка и даже мужчина ощутили мощное очарование.
— Ох… великий господин архангел Михаил… ах… вы…
— Тише, дитя Отца. Ты хорошо справился со своей миссией. Бог-творец доволен твоей работой. Теперь можешь отдохнуть. Ты заслужил, — сказал Михаил, положив руку на плечо пожилого патриарха, который от этих слов ощутил, будто тяжёлый груз, что он нёс так долго, как только получил эту миссию, наконец-то исчез.
— Я… рад помочь Богу-творцу.
— Знаю, — добавил он, после чего убрал руку с плеча и посмотрел на других людей в зале. — Творения Бога-творца, рад, что вы все здесь.
Многие в зале короли и императоры по завету должны были поклониться Михаилу, но их гордость мешала осуществить такую, казалось, простую вещь. И в то же время они не могли даже подумать о чём-то плохом в адрес Михаила, так как его репутация и сила говорили сами за себя. Более великую фигуру в их религии сложно найти, за исключением Бога-творца и его дитя Иисуса.
— Господин архангел Михаил… что вас привело сюда? — спросил мужчина с короткими светлыми волосами и глазами, облачённый в золотистый наряд и зелёный плащ. Этим мужчиной был король королевства Фиоре по имени Треймос Е. Фиорус.
— Не нужно почтения при мне. Вы такие же дети Бога-творца, как и я, что пришёл сюда с важной миссией и не желаю говорить с вами как с кем-то не родным, ведь в будущем нам всем придётся быть едиными ради блага мира от всеобщего зла.
— Но как мы можем…
— Я настаиваю, — попросил с вежливой улыбкой Михаил, от чего никто не мог отказать.
— Раз того желает сам Михаил, мы не будем противиться. Тогда ответьте нам, смертным, что это за всеобщее зло?
— Тогда услышьте, дети Творца, ибо я несу слова Творца, — величественно и элегантно заявил Михаил, начав парить над землёй, освещая себя золотым светом, раскрывая свои белые, как снег, крылья. — Слова нашего общего Бога и Создателя таковы: судьба человечества близка к концу, и чтобы пережить свой ужасный конец, человечество должно объединиться, чтобы противостоять великому злу в лице всех нечеловеческих рас, ибо они несут конец всем людям, — объявил во всеуслышание Михаил.
В этот момент зал погрузился в мёртвую тишину. Мало кто мог сомневаться в словах Михаила, ибо такая мысль сама по себе была глупой. Королей и императоров повергло в шок сама информация о скором конце человечества.
— Подождите! Это какая-то ошибка! — заявил мужчина с длинными чёрными волосами, завязанными в длинный хвост, и такими же глазами. Он был в более откровенной одежде, показывая свои татуировки на туловище.
— Янь Цин, лидер Ионии. Мне ведомы причины вашего недовольства всё-таки Иония духовная страна, что имеет тесную связь с духами и живёт с некоторыми мифическими существами бок о бок, — заявил Михаил, показывая обычную добрую улыбку, глядя на, казалось, молодого лидера. Даже многие старые короли и императоры смотрели на лидера Ионии как на молодого юнца слабой страны.
— Тогда вы должны понимать, что мы не видим ничего ужасного в других расах. Конечно, среди них есть подлецы и зло, которое нужно уничтожить, но всему нужен баланс. Поэтому подобные слова для меня и моего народа неприемлемы.
— Хахаха, похоже, Иония о себе много возомнила, — заявил Утер Пендрагон со смехом, глядя на Янь Цина с надменным выражением.
— Слабая морская страна, что существует по милости моря, что защищает её от вторжения извне. Даже удивительно, что вы смогли сюда прийти, — заявил император Тейгу Кромус.
— Мой народ знает о потустороннем достаточно, чтобы видеть мир точно. Хоть мы поддерживаем религию и взгляды церкви Бога-творца, это не значит, что мы слепы.
— Ваши слова мне понятны. Вы правы: среди полулюдей и других существ, что не созданы нашим Творцом, есть как плохие, так и хорошие. Но, к сожалению, зло не скрыто только в них. Зло придёт за всеми, но проблема человечества в том, что оно может исчезнуть или стать слишком слабым к тому моменту. Это зло хочет поглотить мир в бесконечную тьму и мрак.
— Что это за всеобщее зло такое? Вы ведь говорили, что это все нечеловеческие расы, — спросил Янь Цин.
— Верно. Зло набирает силу. Оно растёт, как гнилой корень или даже сорняк, оскверняя души. Постепенно все нечеловеческие расы погрузятся во тьму и станут распространять зло. Лишь существа Бога-творца избегут его влияния, но… если вы исчезните, Бог-творец останется в меньшинстве. Поэтому человечество должно выжить. И для этого вы должны объединиться ради борьбы против всех нечеловеческих рас. Вы должны сплотиться, забыть старые обиды, принять единство и единым фронтом победить всех нелюдей, — заявил Михаил торжественно и уверенно, давая каждому слову проникнуть в разум лидеров людей.
— Михаил прав. Ради блага человечества мы должны объединиться. — заявил Король Джарван.
— Вы так говорите, Джарван, потому что ваша страна сама не переносит всего магического и нечеловеческого, — заявил мужчина с короткими чёрными волосами и глазами, одетый в довольно приземлённый наряд, который был сочетанием белой рубашки и чёрного пальто с красной банданой на поясе.
— Слышать это от жалкого пирата отрадно. У меня больше всего вопросов: что здесь забыл бывший крестьянин, который грабил и убивал обычных и благородных людей! — заявил Джарван, указывая пальцем на мужчину.
— Хахаха. Жалко слышать это от мальчишки, что родился с серебряной ложкой во рту и добился лишь того, что много болтает, а дел мало.
— Вы оскорбляете меня? — спросил Джарван, напрягая плечи.
— Хахаха, испугался? Я в твои жалкие пять лет уже зарабатывал и убивал. Так что заткни свою варежку, из которой сочится моча, — с ухмылкой заявил мужчина.
— Ты поплатишься за это! — крикнул Джарван, принимая близко к сердцу оскорбления: если бы он их просто проигнорировал, то потерял бы лицо перед другими королями и императорами. Ему, как королю маленькой страны, надо было показывать силу Демасии.
— Успокойтесь, сыновья Творца. Не гоже вам поднимать руки друг на друга. Кровь у вас одна, а принципы разные, как и опыт жизни, иной, — сказал Михаил, положив руку на плечо Джарвана.
— Но Михаил, он не достоин стоять среди нас. Он жалкий пират, получивший власть, убив прошлого. Он отброс, который предаст нас при первой возможности.
— Хоть он и король пиратов и Билджвотера, он вправе представлять свой народ.
— Вот именно! За моей спиной все пираты свободного Билджвотера! Я король пиратов Кроули Чёрный, — уверенно заявил Кроули с наглой ухмылкой. — Так что заруби себе на носу, чтобы не пытаться тут что-то из себя представлять.
— Жалкий пират, пустить бы тебя на плаху, — заявил Джарван.
— Хахаха.
— Кроули не зло. Его сердце полно пороков, но он человек, который ведёт за собой людей, что выбрали иной путь. Не всем дано благородство, в чьих сердцах не меньше пороков и грехов, чем у тех, кто живёт свободно душой и телом, но не скрывают этого, — сказал Михаил.
— Вы правы, Михаил.
— Твой путь сложен и тернист был, Кроули Чёрный, но ты всё ещё человек, и твой путь человека будет продолжаться до конца твоих дней.
— Что это значит? — спросил он, приподнимая бровь.
— Ты не зло и не добро. Ты человек, идущий своим путём.
— Я знаю это без ваших слов! — воскликнул Кроули, чем вызвал недовольство у королей и императоров за такую дерзость в словах в адрес Михаила.
— Хоть мне не дарован дар видеть души, как моему брату или сыну Адама, я много времени наблюдал за людьми и знаю, что они из себя представляют. Хоть ты суров и жесток, но у тебя свои принципы и устои, которым ты предан. Человеку нужно что-то, чтобы сохранять себя на пути своей короткой смертной жизни, чтобы наполнить её смыслом.
— Звучит, как будто вы смотрите свысока на людей.
— Я лишь говорю истину, которую люди не всегда принимают.
— Звучит как оскорбление.
— Неужели? Буду знать. Но я хочу знать: готовы ли вы объединиться?
— Михаил, мы хотели бы, но столь сложно осуществить, ибо людская природа полна сложных особенностей, не позволяющих им объединиться.
— Даже если мы скажем нашему народу, будут недовольные. Те, чьи близкие были отняты другими людьми.
— Единство давно утрачено в сердцах людского рода.
— И лишь сила способна что-то сделать для этого.
— Не верно. Сила не даст нам единство, а лишь создаст страх и сомнением, — заявил Михаил.
— Вы говорите красиво и сильно, Михаил, но людское сердце полно зла, — заявил новый голос среди королей и императоров. Это был пожилой мужчина с седыми волосами и длинной бородой, красными глазами, облачённый в красно-чёрный наряд.
— Император Ноксуса Амфрест Корминус? — спросил Михаил странной интонацией.
— Вы все обмануты красивыми речами этого посланника, короли и императоры! Людям не суждено объединиться. Они никогда не будут едины. Лишь ненависть скрепит крепче любого слова. Но даже так: как вы можете забыть свои обиды? Британия, напавшая на империю Цин и Демасию, уничтожившая их деревни и города. Королевство Клевер и королевство Рим и ваши вечная вражда за территории. Или нападение Тейгу на Рим. Вы забыли эту ненависть? — каждое слово императора Ноксуса вызывало гнев и недовольство на лицах королей и императоров, ибо они были правдивы: каждый в этом зале связан долгой историей борьбы за территории или старыми обидами своих семей.
— Довольно, Амфрест Корминус, — сказал Михаил.
— А может быть, напомнить экспансии Японии на Ионию? Неужели вы так просто отпустите это? — продолжил император Амфрест.
— Я сказал: хватит, — повторил Михаил.
— Или то, как Билджвотер грабил и убивал невинных людей на территориях Ионии и Японии? Неужели вы все так наивны и просты?
— Довольно! — потребовал Михаил более угрожающим тоном, от чего зал и всё пространство вздрогнуло.
— Хахаха. Или вы простите Ноксус? Неужели вы забыли, как Ноксус напал на ваши земли? Убивал ваших жителей и грабил? Даже вы, Демасия? Напомните: кто погиб в масштабном вторжении Ноксуса? Ваш предшественник?
От этих слов Джарван сжал свои кулаки и уже хотел сделать рывок, чтобы убить императора, даже наплевав на все правила. Но его опередили.
— Кстати, Михаил, вы простили Люцифера? Агрх! Угхъ! — внезапно голос императора пропал, и он стал будто задыхаться, хватая ртом воздух.
В этот момент тело Михаила стало сиять, как солнце, освещая весь зал, но не вызывая дискомфорта от света, а вызывая тепло и безопасность.
— Я просил по-хорошему, но ты не оставил мне выбора. Я терпел тебя достаточно, ведьма.
— Угрх… убьёте меня? Хахаха!
— Тот, кто уже мёртв, не нуждается в этом, ведьма.
— О чём вы, Михаил? — не понял король Джарван.
— Пред вами стоит не живой человек, а лишь мёртвая марионетка, которой управляет другой.
— Что?! — удивились все присутствующие.
— Стража! — воскликнул верховный патриарх.
В этот момент в зал вошла стража в золотых доспехах с копьями и алебардами. Они окружили сидящего на троне императора Ноксуса.
— Хахаха, что и следовало ожидать от Михаила. Ты смог увидеть через мою ложь.
В этот момент Михаил протянул руку в сторону императора Ноксуса, и та стала сиять золотым светом.
Следом Михаил оказался в бесконечной тьме, но так было недолго, пока его собственный свет не стал отгонять вечную тьму, будто туман ветром.
— Нашёл, — заявил Михаил, и свет, что он испускал, стал следовать лучом прямо в его недра, чтобы в конечном итоге в этой тьме увидеть тёмную фигуру со светящимися жёлтыми глазами, но даже эта маскировка стала исчезать, показывая женщину с черными волосами и жёлтыми глазами держа в руках посох. Носила она черный плащ с вырезами на плечах, груди и бедрами. А воротник был словно золотым зеркалом.
Михаил оказался рядом с фигурой и стал испускать свет, который стал уничтожать всю тьму, что могла быть рядом.
— Аграаааа! — прокричала тёмная фигура, показывая свой истинный облик.
— В этом мире ничто не скроется от меня, и любая тьма не сможет мне противостоять. Как клинок и солнце Творца, я очищу твою тьму, ведьма.
— Ааааа! — кричала женская фигура, после чего стиснула зубы, взмахнула руками, чтобы исчезнуть, но Михаил догадался об этом и схватил её за руку, но та отрубила её другой рукой, благодаря чему смогла раствориться во тьме и сбежать.
Следом Михаил открыл глаза вернувшись в зал с королями и императорами, открывая свои глаза.
— Сбежала.
— Сбежала? Вы нашли её? — спросил Утер Пендрагон не заметив, что Михаил пропал.
— Да. Но, к сожалению, ведьма пожертвовала рукой, чтобы сбежать, — сказал Михаил, держа в руках кусок женской руки.
— Чтобы сбежать от вас, это, видимо, очень могущественная ведьма, — заявил Кромус Тейгу.
— Она довольно искусна в тёмной магии, но не более.
Само же тело императора Ноксуса не подавало признаков жизни, что подтверждало, что он мёртв или, точнее, им больше не управляли.
— Нам нужно найти эту ведьму и наказать.
— Если она управляла императором Ноксуса, значит, она там. Нужно собрать наши силы и уничтожить Ноксус.
— Не следует. Судьба Ноксуса предрешена. Ведьма лишь пытается отсрочить неизбежное. Нам нужно заняться объединением. Она пыталась помешать всему этому, создав раздор и конфликт между вами. Она жаждет, чтобы вы объединились в общей ненависти к ней. Но этот путь ошибочен: он будет подобен яду, что уничтожит союз и гармонию в ваших сердцах, — заявил Михаил.
— Простите нас, Михаил, но мы не можем быть едины. У нас слишком много противоречий. Нам будет крайне сложно быть вместе. Все мы короли и императоры, мы привыкли править и не можем принять чью-то власть, за исключением Бога-творца, который для нас как Бог и Создатель.
— Я понимаю ваши сомнения. Мне ведомы ваши чувства и нерешительность.
— Простите за дерзость, сэр Михаил, но я сомневаюсь, что вы понимаете. Среди нас много обид, и мы не готовы их просто так простить. У кого-то это семейные обиды, а у кого-то обиды на почве владения земель или чего-то иного, — заявил Утер Пендрагон.
— Верно, просто так простить мы не можем друг друга. Я никогда не прощу империю Цин! Ваша империя напала на нас и забрала у нас наши земли! — заявил Джарван.
— Наша страна тоже не может просто забыть свои претензии на Билджвотер и Ионию, они часть нашей страны и должны вернуться назад, — заявил Токугава Тоуши.
Споры и гнев стали заполнять зал между королями и императорами, давая понять, что компромисса они не потерпят. Каждый преследовал свои интересы и не хотел уходить на уступки просто так.
— Довольно, — произнёс Михаил, и все сразу же замолчали, не желая провоцировать его.
— Я понимаю, что вам будет сложно объединиться, и это требует времени, но времени на споры не поможет. Воля Бога-творца такова, что вы должны объединиться, иначе вы не выживете.
— Но мы не можем.
— Можете.
— Но как?!
— Вам нужно время и решимость.
— Но времени у нас нет ведь.
— Верно. Поэтому я, своим именем архангела Солнца Михаил, заявляю, что с этого момента границы всех империй и королевств людей отныне исчезнут между вами. Отныне человечество будет называться «Империей людей».
— Вы не можете решать за нас! — заявил Кроули Чёрный.
— Вы против? — спросил Михаил.
— Я… — Кроули не знал, что сказать, потому что был человеком и понимал, что не ровня сильнейшему архангелу.
— Те, кто против, выйдите вперёд. Я не накажу вас. Те же, кто не против, ничего не делайте.
В ответ никто ничего не сделал, но этого было достаточно, чтобы показать, что все согласны с волей Михаила. Хотя внутри многие были против, но ничего сделать не могли: они не были глупы, чтобы противиться воле самого Михаила и даже Бога-творца. Если они желают единства людей, выбора у королей и императоров людей нет.
— Но Михаил, как будет существовать эта Империя людей? Неужели кто-то из присутствующих будет главным? Или форма правления будет в формате совета для распределения власти, но это вызовет проблемы в управлении. Нам необходим единый лидер, — заявил Кромус.
— И этим человеком должны стать вы? — спросил Утер, глядя на императора Тейгу с подозрением.
— Я такого не говорил, но нам нужен лидер. Только если сам Михаил не захочет возглавить нас.
— Если нас поведёт Михаил, никто не будет против, — заявил Треймос Е. Фиорус.
— Я не буду вашим лидером. Потому что людей может вести только человек, — заявил Михаил.
— Тогда…
— Кандидат уже выбран.
— Кто?
— Этот человек выбран Богом-творцом и долгое время шел сюда.
— И где он?
— Он уже здесь, — сказал Михаил и обернулся к главным дверям в зал, которые стали медленно открываться, пока не открылись полностью, и через них прошёл молодой человек с короткими чёрными колючими волосами и голубыми глазами. Одет он был в рваную и грязную одежду. А его внешний вид был удручающий.
— Кто этот… человек?
— Ты прибыл, — сказал Михаил, идя навстречу человеку, который шёл спокойным шагом, будто в трансе.
— Как он сюда прошёл? — спросил с подозрением Токугава Тоуши.
— Назови себя, дитя.
— Моё имя… имя… Ноктис Люцис Кэлум…
— Люцис Кэлум? — переспросил Август Домитиан Верул, вспоминая подобную фамилию в истоках истории.
— Твой путь был труден и долог. Но пришло время пробудиться.
— Я слышал голос. Он вёл меня сюда. Он сказал, что пришло время, — сказал Ноктис, глядя снизу вверх на Михаила, который был выше его на голову.
— Верно. Я Михаил, творение моего Отца, Бога-творца, и он пробудил тебя из сна, чтобы возглавить человечество в час нужды. Ты избранный Богом-творцом, чтобы вести людей. Ты выбрал быть первым императором людей.
— Что?! — удивились все, включая самого Ноктиса.
— Почему я?
— Мне это неведомо, но пути Отца неисповедимы. Но я уверен, что это не просто так. Ты последний житель Вавилонского города.
— Вавилон?! — воскликнули все короли и императоры от этой новости.
Вавилон считался величайшим городом первых людей, где жили люди, чья кровь была ближе всех к Адаму и Еве, от чего их срок жизни был дольше, а сила и способности выше. Можно сказать, что Вавилон был центром самых могущественных представителей людей. Сейчас мало осталось людей с чистой кровью первых людей, из-за чего люди стали слабы. Те, чья кровь ближе к первым людям, обычно являются царями.
Но, к большому сожалению, город Вавилон был уничтожен, и все его жители тоже погибли. Неизвестно, как это произошло, но после этого кровь первых людей стала ослабевать, как и само человечество.
— Он правда потомок первых людей?
— Пред вами стоит Ноктис Люцис Кэлум последний человек с чистой кровью Сифа от первых людей Адама и Евы, — заявил Михаил.
Сиф был третьим ребёнком Адама и Евы после убийства Авеля Каином. В основном многие люди потомки Сифа, и многое определяет то, насколько ваша кровь близка к нему. То, что ты потомок первых людей, приближает к Сифу, а уже от него к Адаму и Еве.
— Я не могу, — заявил Ноктис.
— Ты сможешь, — сказал Михаил, положив руку на плечо в знак поддержки.
— Я не хочу. Пускай кто-то из них, — сказал Ноктис, указывая на королей и императоров, которые точно справились бы с такой задачей.
— Мы все должны делать то, чего не хотим, но всё это ради великого блага. Бог-творец выбрал тебя, потому что ты сможешь это сделать. Ты избран быть героем и светом людей. Все люди будут верить в тебя.
— Но… это слишком для меня.
— Будь сильным. Так хотел бы твой отец.
— Отец… — в этот момент Ноктис вспомнил последние слова отца перед тем, как всё было уничтожено.
(Будь сильным, сын мой. Ты сильней, чем можешь себе представить. Никогда не сдавайся.)
— Я… буду светом человечества, — сказал Ноктис.
— Вот и хорошо. Этот день знаменует начало новой эпохи людей. Этот день станет днём, когда люди обрели своего первого императора, и днём, когда начнётся подготовка к великой святой войне против всех нечеловеческих рас, чтобы уничтожить всеобщее зло! Встаньте, люди, и идите к свету, — заявил Михаил, освещая зал своим светом, а следом всю крепость и за её пределами, чтобы каждый мог ощутить это как знак к чему-то лучшему и новому для людей.
— — — — —
— — — — —
В другом месте, в самой Империи Ноксуса, в самых глубинах столичного замка, куда мало кто мог проникнуть, в белом просторном зале на диване сидела женщина с длинными чёрными волосами и жёлтыми, как золото, глазами. Однако её внешний вид был крайне ужасающим: часть тела была сожжена, покрыта пузырями, а одной руки не хватало вовсе. Едва можно было сказать, жива ли она или нет. Но слабое дыхание подтверждало — да, она ещё жива.
Рядом с ней стоял молодой и красивый мужчина с короткими белыми волосами, красными глазами и бледной кожей, облачённый в красно-чёрный наряд.
— Похоже, твой план провалился, Ле Блан, — сказал он, делая перевязку и исцеляя женщину, манипулируя кровью, чтобы снизить температуру и облегчить её состояние.
— Спасибо за пояснение, бледная очевидность, — ответила раненая Ле Блан, лёжа на диване.
— Стоило ли так провоцировать самого Михаила? Тем более что он тебе явно не соперник.
— Я переоценила свои возможности. Не думала, что даже в моём домене он сможет меня найти — и тем более подавить светом солнца. И ведь это был лишь жар солнца, а не вся его сила.
— Не зря он сильнейший архангел Бога-творца и воплощение солнца. Наверное, только Бог-творец и горстка богов могут победить его в этом мире.
— Не только. Есть ещё Люцифер.
— Но ведь Люцифер проиграла.
— Она проиграла, потому что сражалась против Михаила и Бога-творца.
— И к чему ты это? Люцифер была низвергнута в Ад на вечность. Да и вряд ли дьяволица поможет нам, даже если мы каким-то чудом вызовем её в этот мир.
— Сейчас никак. Но всему нужно время и подготовка. Открыть врата в Ад, чтобы победить Михаила, не составит труда.
— Может, просто переждём всю эту бурю? Зачем тебе и нам в принципе конфликтовать с Михаилом и другими слугами Бога-творца?
— Потому что они рано или поздно нас остановят. Мой план может окончательно разрушиться, если план Творца исполнится.
— Но даже если ты каким-то чудом вызовешь Люцифер, есть и другие архангелы.
— Ты недооцениваешь ту, кто носила титул сильнейшего архангела. Люцифер точно не откажется от возможности отомстить небесам и Богу-творцу.
— Звучит сомнительно. Как и многие твои идеи.
— И они работают.
— Это очень опасная авантюра. Как и то, что ты сделала недавно. Ведь не будь я рядом, ты бы погибла от ранений.
— Не преувеличивай, Владимир. Я бы сама справилась. Ты просто облегчил процесс.
— Судя по потерянной руке, ты использовала жертвоприношение.
— Иначе бы не вышло сбежать. Рука всё равно отрастёт со временем.
— Но всё равно это провал. Соседние государства точно развалят Ноксус, когда у него не будет лидера.
— Сейчас они будут заняты объединением. Михаил точно сможет их убедить. Но моя провокация вынудит их объединиться против Ноксуса. Тогда Ноксус будет уничтожен или захвачен — так или иначе, это станет семенем раздора в будущем. Первое, что сделают объединённые люди, — уничтожат Ноксус, государство людей. Медленно, но верно, это станет причиной новых конфликтов. Один такой прецедент — начало будущих войн.
— А с учётом того, что ты потеряла свою марионетку, власть в Ноксусе скоро будет утеряна для тебя. Когда об этом узнают аристократы, министры и недовольные офицеры, нас ждёт гражданская война за власть, — объяснил Владимир.
— Не стоит преувеличивать такие пустяки. Это всё было частью моего плана. Просто теперь процесс ускорится — но лишь при условии, насколько быстро об этом узнают все. Информация о том, что император Ноксуса был марионеткой или вовсе не вернулся с совета, задержится как минимум на неделю.
— Так что будет дальше?
— Дальше ты должен сообщить шпионам Северуса Снейпа о том, что случилось с императором Ноксуса. А затем передать ему список всех моих подельников среди дворян вместе с доказательствами их коррупции и преступлений, — сказала Ле Блан, создавая в свободной руке книгу и бросая её Владимиру.
— Зачем всё это? Разве ты не хотела ликвидировать Северуса Снейпа?
— Нет. Восстание и раскол неизбежны в любой империи. Ноксус должен переродиться под новой властью, чтобы стать сильнее. Так уже было — и будет всегда.
— Но тогда ты потеряешь свою власть. Своих слуг и помощников.
— Власть приходит и уходит. Моим планам это не мешает. Тем более эти слуги и помощники утратили свою пользу — они лишь поглощают ресурсы, но ничего не приносят взамен. А теперь используй книгу. В ней вся нужная Снейпу информация.
— Если я так легко передам ему такую ценную информацию, он что-то заподозрит.
— Тогда предоставь её так, чтобы он поверил. Используй моих слуг и членов «Чёрной розы», чтобы всё прошло удачно. Покажи, что ты полезен.
— Какая же ты злая сегодня, Ле Блан.
— Не хочу слушать это от тебя, кровосос.
— Но Снейпу понадобится твоя голова, иначе он продолжит мешать тебе.
— Будь я в лучшей форме, смогла бы его обмануть. Но придётся прибегнуть к гомункулу.
— Вряд ли сработает.
— Хм… скорее всего… Тогда использую ту послушницу, похожую на меня. Прикажи моим послушницам изменить её внешность ритуалом, чтобы она стала ещё ближе ко мне.
— Хорошо. Но сколько времени тебе нужно, чтобы восстановиться?
— Пять лет.
— Затруднительно. Значит, придётся терпеть грязную работу, — сказал Владимир, направляясь к выходу с книгой в руках.
Когда Ле Блан осталась одна, она прижала руку к обгоревшей части своей плоти.
— Он не только обжёг меня, но первым делом сжёг тьму внутри меня, а после начал очищать от последствий множества ритуалов. Сила этого солнца поражает своей точностью и контролем. Благодаря этому я освободилась от влияния негативных последствий ритуалов… Но… поражает сила Михаила. Неужели он хотел очистить меня и вернуть к свету? Какой наивный. Его решимость действовать говорит об уверенности или о страхе? Но он терпелив, знал ведь, что император ненастоящий. Весьма проблемный противник. — произнесла Ле Блан, глядя в белый потолок своего убежища.
В этот момент она начала вспоминать далёкое прошлое, когда ещё была обычной девушкой.
— Вавилон… — прошептала она имя города, мелькнувшего в воспоминаниях.
http://erolate.org/book/294/34235
Готово:
