Мир Людей, Япония, Киото, подпространство Ёкаев.
— Что ж, пожалуй, я отнесу Аяме куда-нибудь отдохнуть, — произнес Джеймс, поднимая потерявшую сознание девушку на руки.
— Куно, милая, не могла бы ты проводить Джеймса в гостевые комнаты? — попросила Ясака свою дочь. — Заодно почему бы тебе не показать ему окрестности?
— Хорошо! — взволнованно согласилась девочка, вставая со своего места. — Давай, они-чан, пойдем, пойдем!
Улыбаясь энергичной девочке-лисице, парень прижал к себе Аяме и последовал за Куно, когда та вышла из комнаты.
— Лансер, пожалуй, тебе стоит пойти с ними, — улыбнулась Леона.
— А? — в замешательстве воскликнул Кухулин.
— Думаю, сейчас самое время поговорить в девчачьей компании, — продолжила улыбаться женщина, в ее глазах мелькнул намек на озорство, — если только ты не хочешь принять участие.
Увидев озорство в ее глазах и почувствовав, как взгляды дам впились в него, Кухулин судорожно покачал головой и поспешил вслед за ушедшими.
Как только Джеймс, Сетанта и Куно ушли, атмосфера в комнате изменилась. Медленно Леона потеряла свою улыбку, пробежавшись взглядом по трем женщинам, которых она только что встретила сегодня. Несмотря на то, что Ясака и Шион были сильнее Леоны, они обе почувствовали беспокойство от ее взгляда.
— Теперь можно и к делу приступить, — произнесла Леона, положив локти на стол и сцепив пальцы, на которые положила подбородок, — итак, леди Ясака, не возражаете, если я спрошу, зачем вы привели этих двоих на встречу с моим сыном?
Ясака, впечатленная тем, что ее так быстро раскусили, чувствовала себя немного неловко от того, как Леона разговаривала с ней. Однако она также понимала всю тяжесть материнской любви. Возможно, она сама была бы даже еще более властной, если бы узнала, что у кого-то есть скрытые мотивы в отношении ее дочери. И нельзя было отрицать, что за желанием Шуны и Шион встретиться с Джеймсом стояли скрытые мотивы.
Шуна тоже чувствовала себя неуютно под этим взглядом. Ей казалось, что ее видят насквозь. Как будто вся ложь будет раскрыта. Как принцессу расы Ёкаев, ее учили не раскрывать всего, независимо от ситуации. Однако инстинкты подсказывали ей, что сохранение секретов в данной ситуации ничем хорошим для нее не закончится. Шион, напротив, все больше злилась на неуважительный тон, которым женщина, стоявшая перед ней, разговаривала с ее принцессой.
— Леона-сан, я могу заверить вас, что нет... — попыталась разрядить обстановку Ясака, однако не успела она далеко зайти, как Шион достигла предела своего терпения.
— Как ты смеешь так неуважительно обращаться к принцессе, простолюдинка?! — воскликнула та, вставая со своего места.
— О, — произнесла Леона без особого интереса, — ты имеешь в виду принцессу народа, все боевые силы которого все еще живы, потому что мой сын позволил им это?
От ее слов гнев Шион лишь усилился. Заметив это, Леона наконец-то посмотрела в ее сторону.
— Я бы посоветовала тебе сесть и не делать глупостей, — спокойно сказала она, — я пришла сюда не с враждебными намерениями.
— Шион, сядь, — спокойно приказала ей Шуна, — все, что сказала Леона-сама, правда. Даже если это неприятно слышать.
— Но, принцесса, она... — женщина попыталась возразить, но была прервана.
— Шион, хватит, — приказала принцесса, но уже немного грубее.
Та неохотно закрыла рот и снова села на свое место. Тем временем, Мизори, Мока и Флора были ошеломлены переменой отношения Леоны. Не говоря уже о давлении, которое они чувствовали от нее, даже если оно не было направлено на них.
— Это настоящая тетя Леона, да? — спросила Мизори, глядя на ту с благоговением в глазах.
— Я... думаю, да? — неуверенно ответила Флора.
— Это еще более безумно, чем то, что Джеймс рассказывал нам раньше, — сказала Мока с замешательством.
— Точно... — согласилась Флора с недоверием в своем тоне, — я бы никогда не подумала, что все будет так, когда ее переключатель щелкнул.
— Да, рассказы Джеймса совсем не оправдали надежд, — сказала Мизори, медленно покачивая головой и криво улыбаясь.
В этот момент Леона посмотрела в сторону шепчущихся девушек. Как только она опустила глаза на троицу, атмосфера снова изменилась, она вновь вернула ту обычно веселую, дразнящую манеру поведения.
— Что случилось, девочки? — спросила Леона с широкой улыбкой и озорством в глазах.
— — — Ничего. Совсем ничего.
«Это нереально, — одновременно подумали три девушки, — кто же тетя Леона на самом деле?»
Мать Джеймса снова обратила свое внимание на Ясаку, Шуну и Шион. Ее атмосфера снова стала такой же безразличной, как и мгновение назад.
— Итак, не могли бы вы ответить на мой первый вопрос, не слишком ли много я прошу? — сузила она глаза.
— Ха-а, правда в том, что... — Ясака решила просто сказать правду, однако ее опять прервали.
— Леди Ясака, думаю, будет лучше, если я все объясню, — спокойно вклинилась Шуна с улыбкой на лице.
Алаверус перевела взгляд в сторону принцессы и подняла бровь, увидев спокойную улыбку на лице той. По какой-то причине та испытывала... облегчение. Излишне говорить, что Леоне было любопытно узнать причину этого.
— Пожалуйста, продолжайте, — сказала Леона, жестом показывая продолжать.
— По правде говоря, после того, как я услышала, что Джеймс-сама и его спутники были теми, кто победил мятежников под руководством Котенгу, мне стало любопытно, — спокойно рассказала принцесса, сделав глоток чая, поставив чашку обратно на блюдце, она продолжила, — потом, когда я услышала, что он также приказал пощадить как можно больше повстанцев, и я захотела присоединиться к его Свите, чтобы отплатить за милость пощадить мой народ.
Прежде чем Шуна смогла продолжить объяснения, ее прервала Шион, хлопнув ладонью по столу.
— Принцесса, почему вы добровольно подчиняете себя другому?! — гневно воскликнула она. — Вы принцесса гордого племени Они!
— Гордого племени Они, у которого более семидесяти процентов боевой силы было побеждено одним человеком, — сказала Шуна, опровергая слова своего телохранителя, — и я в последний раз тебе говорю, Шион, сядь.
Удрученная женщина снова села.
— По такой причине Джеймс никогда бы не принял вас в свою Свиту, — спокойно сообщила Леона, не обращая внимания на вспышку гнева другой женщины Они.
Шуна кивнула головой в знак согласия.
— Честно говоря, будь он из тех, кто принимает подобные причины, я бы, скорее всего, отказалась от своего предложения, — с милой улыбкой сказала Шуна, поднеся руку к щеке, — но после встречи с ним я поняла, что он другой.
— О? — Леона заинтересованно подняла бровь. — Вы поняли это за то короткое время, что наша группа общалась с вами?
— Я не уверена, как много вы знаете о Ёкаях, — принцесса не стала прямо отвечать на вопрос, — точнее, о тех, кто использует Сендзюцу.
— Признаюсь, не очень много. Я не так долго была частью сверхъестественного мира, поэтому большинство из того, что я знаю, связано в основном с Обществом Дьяволов.
— Понимаю, — Шуна понимающе кивнула, — ну, одна из способностей, которую получают пользователи Сендзюцу, — способность чувствовать эмоции окружающих. И я была удивлена жизнерадостной аурой Джеймса-сама. Странно так описывать Дьявола, но он похож на лучик солнца.
— Ну, Джеймс только наполовину Дьявол, но я понимаю, что вы имеете в виду, — на лице Леоны появилась легкая улыбка.
Улыбнувшись в ответ, Шуна продолжила.
— Кроме того, когда я узнала о его Свите, я почувствовала, что как лидер он кажется особенным, — Шуна сказала это с улыбкой, которая переросла в выражение решимости, — это заставило меня почувствовать, что Джеймс-сама — тот, за кем стоит следовать.
— Вы хорошо разобрались в его характере, — ослепительно улыбнулась Алаверус.
Мизори, Мока и Флора кивнули в знак согласия.
— Я этого не допущу! — гневно крикнула Шион. — Как личный охранник принцессы, я не позволю ей подчинить себя кому-то другому!
— И кто ты такая, чтобы решать за нее? — язвительно произнесла Леона. — Как телохранитель, твоя работа — защищать ее, а не решать за нее, я удивлена, что твоя голова все еще на твоих плечах, учитывая сколько раз ты переступала границы.
От понимания, что сказанное этой женщиной — истина, гнев Шион снова усилился. Не желая признавать свою вину, она направила на Леону свое убийственное намерение. Удивительно, но та была невозмутима. Однако прежде, чем Шион смогла сделать хоть какое-то движение, она замерла. Почему? Потому что на ее правом плече лежала катана Джеймса, Очиру Сакура.
— Я бы посоветовал вам успокоиться, дама Шион, — Джеймс сказал это самым холодным тоном из всех, что присутствующие когда-либо слышали от него.
Затем, как и у Леоны до этого, его поведение изменилось на обычное веселое, когда его внимание обратилось к матери.
— Мам, что случилось?
«Да, они действительно мать и сын.» — подумали все, увидев быструю смену выражения лица.
— Ну, если коротко, то принцесса Шуна хочет присоединиться к твоей Свите, — рассказала Леона, жестом указывая на удивленную Шуну, после, жестом указав на Шион, продолжила, — а ее телохранитель против этого.
— О, понимаю, — произнес парень, сохраняя улыбку, — а почему она направила свое убийственное намерение на тебя, мама?
— Потому что она была не рада услышать от меня правду, — ответила та, пожав плечами.
Шион опустила голову, все больше злясь, потому что не могла опровергнуть эти слова.
— Значит, она – недотрога, — произнес Джеймс, убирая меч в ножны.
Мгновение спустя в приемную вошли Куно и Кухулин. Видя напряженную ситуацию, они были в замешательстве, однако спокойно заняли свои места.
— Итак, почему вы так против того, чтобы принцесса Шуна присоединилась к моей Свите, дама Шион? — с любопытством спросил Джеймс, также заняв свое место.
— Потому что она против того, чтобы клясться в верности другому, — Шуна ответила вместо той, — она не желает делать другого своей целью для защиты. Она намеревалась последовать за мной в вашу Свиту, если я вступлю в неё.
На это Леона усмехнулась.
— Эта женщина слишком много думает, — не стала она щадить чувства Шион, — ты действительно думаешь, что сможешь защитить Джеймса от того, с чем он не сможет справиться сам?
И снова, хотя это было неприятно слышать, ее слова оказались правдой. Джеймс, существо продвинутого уровня, высшего ранга, превосходил Шион, существо продвинутого уровня, высокого ранга, на целый ранг.
— Кроме того, похоже, ты что-то недопонимаешь насчет моего сына, — улыбнулась Леона, — он не нуждается в твоей верности. Хотя он не мог не получить её от Аяме.
— Мама права, — согласился Джеймс с улыбкой, — хотя вам придется отказаться от клятвы принцессе Шуне, нет причин, по которым она не могла бы оставаться вашей главной целью для защиты.
Шион широко раскрыла глаза.
— Но почему я должна отказываться от своей клятвы, если я не обязана присягать тебе на верность? — в замешательстве спросила она.
— Потому что мои приказы все равно должны выполняться лучше, чем ее, — Джеймс пожал плечами, отвечая на вопрос женщины Они, — как [Король], я являюсь лидером или командиром Свиты. Поэтому у меня не может быть противоречивых приказов среди моих подчиненных.
Шион, кивнув в знак понимания, еще раз обдумала решение Шуны.
— Но вы совершили еще одну ошибку.
Шион в замешательстве подняла голову и посмотрела на него.
— Вы просто предположили, что я приму вас обеих в свою Свиту, — сказал парень, глядя на принцессу и ее телохранителя с невозмутимым видом, — почему мне кажется, что вы решили присоединиться к моей Свите, а не попросили меня принять вас в нее?
В этот момент Они замерли. Шуна, как член королевской семьи племени Они, привыкла, что все вокруг выполняют ее желания. А Шион, которая защищала Шуну последние десять лет, никогда не думала, что кто-то может отказать той в ее просьбе. Поэтому им обеим и в голову не приходила мысль о том, что Алаверус может не принять их в свою Свиту.
*Хлоп!*
— Ты не посмеешь... — заговорила Шион, хлопнув ладонью по столу и вставая, однако, она была вынуждена остановиться.
Джеймс, сузив глаза, выпустил свою ауру. Когда его аура полностью высвободилась, на левой руке парня появилась красная броня текку с золотыми акцентами и зеленым драгоценным камнем, украшающим тыльную сторону кисти.
[Усиление!]
— Поверь мне, когда я говорю это, — произнес он с некоторой холодностью в своем тоне, — я, Джеймс Алаверус, Красный Император Драконов, мало чего не смею делать. И, к несчастью для вас, отказ в просьбе принцессы из племени существ, которых я могу уничтожить в одиночку, не относится к этой категории.
Увидев его выступление, Ясака была потрясена. Куно считала Джеймса крутым, хотя и немного пугающим. Леона гордилась тем, как вырос ее ребенок. Кухулин чувствовал себя так, словно он еще больше отстал, а Мизори, Мока и Флора были взволнованы. Шуна и Шион, однако, были в ужасе. Особенно последняя — она наконец поняла, что не может позволить себе разгневать существо, стоящее перед ней. А откровение о том, что Джеймс был Красным Императором Драконов этого поколения, сделало ситуацию еще хуже.
Затем Джеймс втянул свою ауру, развеял [Усиливающий Механизм] и дружелюбно улыбнулся.
— Кроме того, моя Свита для меня больше, чем просто подчиненные. Они — моя семья. Я почти ничего о вас не знаю, так с чего я вообще должен принимать вас в свою семью?
Остановившись на мгновение, он продолжил с немного обескураженным выражением лица.
— И пока никто не упомянул Аяме, она была довольно странным исключением.
В то же самое время в одной из гостевых комнат резиденции Ясаки бессознательная Аяме вздрогнула, и ее лицо покраснело.
http://erolate.org/book/3357/315592
Готово:
