Вернувшись в свою комнату, я решил сразу же позвонить в Беркхэмстед, чтобы узнать, приняли ли они мою заявку на возвращение товара.
Когда я дозвонился, там не было никого благоразумного, и охранник просто сказал, что мое сообщение будет передано. Мне ничего не оставалось делать, кроме как ждать, и в сотый раз просматривать журналы с моим мотоциклом.
---------------------------------------------------------------
Отец позвал меня в свой кабинет, когда через час вернулся домой. Хотя это была теплая уютная комната, уставленная книгами и полна интересных мелочей, это было далеко не мое любимое место. Там нас уже ждал мой воротничок. Его улыбка была такой же вежливой, как обычно, но я подозревал, что меня ждет неприятная беседа. К счастью, он сразу же приступил к делу, вместо того чтобы ходить вокруг да около.
«Мне только что звонили из школы для девочек в Беркхэмстеде,» мрачно объявил он. «Очевидно, мы собираемся вернуть служанку за деньги.» Черт возьми, почему они позвонили ему, а не мне?
«Да, но она моя, и ты не сможешь меня остановить.» Я уже был готов к ссоре.
«Конечно, это твоя прерогатива,» улыбнулся он, как всегда скользко. «Ты не возражаешь, если я спрошу, что ты собираешься делать с деньгами? Ведь это очень большая сума для молодого парня.»
«Не глупи, я собираюсь купить мотоцикл, который вы отказались покупать мне.» "Ну вот, сейчас начнётся," подумал я. Слишком опасно, слишком шумно, негде его держать — вот и все причины, по которым мне не дадут его купить. Ну, мы еще посмотрим.
«Но будет ли этих денег достаточно? У меня сложилось впечатление, судя по тем брошюрам, которые кое-кто пораскидывал по всему дому, что такой мотоцикл потребует больше средств, чем будет тебе доступно?» Он сделал паузу, и взглянул на меня, оценивая эффект своих слов.
Я чувствовал, как жар заливает мои щеки, и как я теряю контроль над собой. Стиснув зубы, я проглотил ответную реплику, пришедшую мне на ум. "Давай, помни, не злись, поквитайся." Я отвернулся от него и уставился на фотографию на стене, ожидая, когда "класс 73" перестанет двоить в моих глаза. Когда море лиц сфокусировалось, я повернулся к нему и покачал головой.
«Папа, прекращай нести это дерьмо и скажи мне, что происходит.» Его потрясла не ругань (хотя мы были семьей, свободной от ненормативной лексики). Это было слово на букву "П". Он уставился на меня так, словно видел впервые.
Он кивнул, словно придя к какому-то выводу. «Садись,» пригласил он, и сам сел за стол. Он на мгновение опустил голову на руки, чтобы собраться с мыслями. Внезапно он стал выглядеть постаревшим- хотя, нет, скорее уставшим.
Его антикварное кресло заскрипело, когда он откинулся назад, чтобы посмотреть на меня. «Итак. Возможно, ты этого не знаешь, но я все эти годы поддерживал школу в Беркхэмстеде.»
Я пожал плечами.
«Сестры там хорошие люди. В отличие от некоторых, они настаивают на правильном уходе за воротничками, и я считаю, что это следует поощрять. Но когда школа следует этому, то ей становиться удивительно трудно заработать деньги на воспитании и продаже воротничков. Я полагаю, что со всем дешевым импортом вокруг, не многие люди хотят платить больше за знание того, что их слуги были должным образом обучены и ухожены.»
«Во всяком случае, когда мы с твоей мамой решили, что должны купить тебе одну ... (я промолчал даже на этом) — они были очевидными выбором для этого. Но, к сожалению, мой бюджет был всего десять тысяч, и мы просто не могли купить ничего достаточно хорошего на этом уровне. До тех пор…»
Он замолчал и посмотрел на воротничка, которая стояла понурив плечи и опустив голову, из-за чего я не видел выражения ее лица.
«У них была одна воспитанница, с которой случился небольшой инцидент. К сожалению, она была незаконно использована для секса, с полным проникновением. Что сразу же снижает ее ценность, конечно, если они не были готовы сделать небольшую коррекционную операцию и много лгать. Поэтому они предложили мне ее в качестве выгодной сделки. Я торговался с ними, начиная с их цены и заканчивая десятью тысячами.» Он вздохнул и посмотрел мне прямо в глаза. «Смотри, она красивая. Для тебя это не имело бы никакого значения - да, я должен был сказать тебя, но в обстоятельствах вчерашнего дня...»
Он замолчал и снова откинулся на спинку стула. «Конечно, они смогут вернуть тебе только девять тысяч. Но дело не только в деньгах — это принцип. У меня есть на них некоторое влияние, поэтому они оказали мне услугу. В то же время и я оказал им услугу.» Он сложил пальцы вместе, размышляя. «Влияние человека - это его капитал. И его нужно с умом вкладывать, а не растрачивать, иначе в конце концов у него ничего не останется. Теперь это все испортит и оставит неприятный привкус во рту, как и нарушит мир с твоей матерью...»
Он на мгновение задумался. «Как насчет этого. Потерпи еще несколько дней — скажем, до вечера воскресенья - и тогда решай. Ты берешь ее с собой, и используешь, как захочешь; но ты должен держать ее при себе и заботиться о ней. Тогда, если ты захочешь оставить ее, то на этом будет конец проблемы. Если ты к тому времени все еще будешь хотеть вернуть ее то, я позабочусь об этом, не вовлекаю школу, и я компенсирую разницу, чтобы ты мог купить этот проклятый мотоцикл.»
Я был ошеломлен, не зная, что чувствовать. Отвращение. Гнев. И... надежду. Ладно, он всучил мне подарок, который я не хотел, и к тому же испорченный товар, но все равно это было довольно щедрое предложение. Все это будет стоить мне только моей гордости. Еще день назад я бы сказал ему, чтобы он избавился от нее, и сломал бы дверь, выходя отсюда. Сейчас...
«Ты сказал, что если я не захочу ее оставлять у себя, то ты позаботишься о ней, ты ведь не позволишь, чтобы ей причинили боль, не так ли?»
Он странно посмотрел на меня и открыл было рот, чтобы заговорить, но потом передумал. Наконец он просто покачал головой и сказал: «У тебя есть время до воскресенья. Присмотри за ней, пока думаешь.»
Я решил убраться отсюда. «Пошли,» окликнул я воротничка, как бы запоздало, когда добрался до двери. Она последовала за мной из комнаты и поднялась наверх.
http://erolate.org/book/3387/319697
Готово:
