Услышав шум, Цзян Лин поднял голову:
— А, Санъецао, ты вернулась.
Хэтао тоже пришла в себя и поспешно отвела взгляд от лица Цзян Лина, обращаясь к вошедшей:
— Санъецао, с возвращением.
— Санъецао, у меня для тебя отличная новость, — подхватил Цзян Лин. — Только что Хэтао присоединилась к нашей колонии.
— Хм? — Санъецао на мгновение замерла, переводя взгляд с Цзян Лина на Хэтао и обратно.
Хэтао кивнула и с улыбкой произнесла:
— Санъецао, прошу, позаботься обо мне.
— «А, колония… Значит, у нас пополнение?», — Санъецао наконец осознала происходящее, и холод в ее глазах по отношению к Хэтао заметно поутих. — Прошу, позаботься обо мне.
Это можно было считать официальным признанием.
Хэтао втайне облегченно вздохнула – в конце концов, такие представители крысиной расы, как Санъецао, не слишком охотно принимают чужаков. Если бы та воспротивилась ее вступлению в колонию, Хэтао и впрямь не знала бы, как быть.
Впрочем, ее опасения были совершенно излишними. Нынешняя Санъецао слушала только Цзян Лина: стоило ему кивнуть, как любые ее возражения исчезали сами собой.
Когда формальности были улажены, Цзян Лин принялся объяснять Санъецао:
— Я тут пытаюсь приготовить сахар-рафинад.
— Делаешь сахар-рафинад? — Санъецао невольно посмотрела на кукурузный початок, брошенный Цзян Лином к ногам. — Тогда почему ты это выбрасываешь?
— Чтобы зимой печь топить, — ответил он как нечто само собой разумеющееся.
Санъецао наклонила голову:
— Но я видела, как другие крысолюди делают сахар-рафинад – они измельчают початки и добавляют их в общую массу.
Цзян Лин замер.
«Проклятье, я все-таки слишком совестливый!»
Он тут же подобрал початок, принялся его крошить и смешивать с кукурузной мукой.
Хэтао, наблюдавшая за этим, тоже притихла. При мысли о том, что сахар-рафинад, о котором она так грезила, делается из обычных кукурузных початков, Хэтао внезапно почувствовала себя невероятно глупой.
Добавить воды, развести огонь…
Следуя этапам производства, указанным в системном чертеже, Цзян Лин мимоходом спросил:
— Санъецао, так ты уже видела, как готовят сладости?
Та слегка вздрогнула, взгляд ее на мгновение стал рассеянным. Она уклончиво пробормотала:
— Случайно… видела пару раз.
«Похоже, ей все еще есть что скрывать», – подумал Цзян Лин, но не стал торопить события. Он верил: пока они вместе, рано или поздно Санъецао сама все ему расскажет.
Вскоре сахарная основа была готова.
Цзян Лин положил руку на получившуюся массу и сосредоточился. В тот же миг яркий белый свет окутал заготовку.
Впервые увидев способности Цзян Лина, Хэтао не смогла скрыть изумления в глазах.
«И вправду, какой таинственный человек…»
Когда сияние рассеялось, перед глазами троицы предстал крупный брусок сахара-рафинада – белого, с легким желтоватым оттенком.
Санъецао, никогда не пробовавшая сладостей, лишь с любопытством разглядывала результат, а вот Хэтао невольно сглотнула слюну.
Этот сахар-рафинад выглядел… кажется, куда аппетитнее того кусочка, что ей доводилось пробовать раньше! Хотя в составе и были те самые кукурузные початки…
Цзян Лин взвесил брусок на ладони. «Граммов сто? Значит, целая тысяча серебра! Хватит на две штурмовые винтовки».
Положив брусок на разделочную доску, он снова активировал разложение, и сахар-рафинад распался на множество ровных мелких кубиков. Цзян Лин взял один и протянул Хэтао.
— Спасибо! — Она тут же приняла угощение и, не в силах больше терпеть, отправила его в рот.
Стоило сладости расцвести на вкусовых рецепторах, как глаза Хэтао блаженно прищурились, а крысиные ушки часто-часто задрожали. С выражением абсолютного восторга на лице она издала протяжный звук:
— М-м-м-м…
Глядя на ее реакцию, Санъецао удивленно захлопала глазами. Эта сцена напомнила ей о том, как некоторые колонисты-наркоманы ведут себя, приняв яйо-порошок.
Цзян Лин протянул кусочек Санъецао:
— Санъецао, ты тоже попробуй.
С этими словами он и сам отправил кубик в рот. Да, действительно очень сладко. Хорошая вещь: съешь такой кусочек на досуге – и настроение сразу поднимается.
Санъецао взяла сахар и некоторое время в нерешительности разглядывала его. Видя, что Цзян Лин ест без опаски, она тоже положила его в рот. В следующий миг ее золотистые глаза широко распахнулись:
— Как сладко!
Цзян Лин, наблюдая за ними, почувствовал легкое недоумение. «Сладко, конечно, но чтобы настолько? Неужели сладости в Крайнем Мире – такая редкость? Или эта штука обладает особым эффектом именно против крысиной расы?»
Поразмыслив, он взял еще один кусочек и направился к хибаре Лукии.
Проводив его взглядом, Санъецао и Хэтао переглянулись, а затем синхронно уставились на горку сахара на разделочной доске. Тонкие хвосты за их спинами мерно покачивались из стороны в сторону.
Тем временем Цзян Лин, войдя в лачугу, с воодушевлением подошел к Лукии и поднес сахар к ее губам:
— Лукия, попробуй-ка вот это.
Глядя на белый кубик в его руке, Лукия нахмурилась:
— Что это? Только не говори, что какой-то наркотик. Я не стану принимать подобную дрянь.
Почему-то ей внезапно показалось, что Цзян Лин решил использовать ее в качестве подопытной крысы.
— Это не наркотик, я к таким вещам и близко не подхожу. Это сахар-рафинад, только что приготовил. Попробуй.
— Сахар? — Лукия с недоверием приоткрыла рот и проглотила предложенное угощение.
По мере того как кубик таял на языке, ее сурово сведенные брови разгладились:
— Ох… как сладко. Недурно. Самое то, когда занимаешься исследованиями.
«Ну, видно, что Лукии понравилось, но реакция далеко не такая бурная, как у Санъецао и Хэтао. Значит, это и вправду „спецэффект“ против мышек?»
Закрыв глаза и смакуя послевкусие, Лукия спустя мгновение вновь посмотрела на Цзян Лина:
— Из чего ты сделал этот сахар?
То ли дело было в съеденной сладости, то ли еще в чем, но голос ее звучал заметно мягче обычного.
— Из Кукурузы.
— Из той Натуральной Кукурузы, что ты вырастил?
— Именно, — Цзян Лин сдержанно улыбнулся. — Я не планирую продавать Натуральную Кукурузу в чистом виде, но вполне могу продавать продукты ее переработки.
— Хорошая мысль.
Лукия одобрила его подход. Для строительства колонии внешняя торговля и запасы серебра были жизненно необходимы.
— Сладости – большая редкость во всем Крайнем Мире. Где бы ты ни выставил этот сахар на продажу, он везде будет пользоваться спросом.
«Что ж, если верить Лукии, то целевая аудитория не ограничивается одними лишь крысолюдьми. Хотя они, очевидно, любят сладкое куда больше остальных».
О конкретных способах продажи стоило расспросить Синьжэнь и остальных, когда те вернутся.
— Кроме того, у нас в колонии пополнение, — добавил Цзян Лин.
— Хм-м. — Лукия ничуть не удивилась, словно для нее было бы странным скорее то, что Цзян Лин никого не нашел. — Приятная новость.
— Я хочу вас познакомить, — продолжал он.
В конце концов, им предстояло жить под одной крышей, и скрывать это вечно было невозможно, но он все же решил сперва узнать мнение Лукии.
Та лишь безразлично пожала плечами:
— Если ты ей доверяешь, то я не против.
Цзян Лин улыбнулся:
— Она кажется очень заботливой, к тому же она тоже девушка. Было бы кстати, если бы она присматривала за тобой.
— «Позволить другой женщине ухаживать за мной?», — Если бы это предложили ей пару дней назад, Лукия согласилась бы не раздумывая. Но сейчас…
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://erolate.org/book/3482/326690
Готово:
