После того как мы расправились с теми людьми из Красных Скорпионов, члены каравана Зейна стали относиться ко мне и Кари с куда большим почтением и дружелюбием. Полагаю, всё дело в том, что мы доказали своё умение сражаться. А может, они просто осознали, что мы – спиритуалисты. Эта пустыня была суровым и беспощадным местом: те, кому недоставало силы, быстро погибали.
Зейн решил нанять нас в качестве телохранителей. Мы согласились поработать на него, по крайней мере, на время. Никто из нас не планировал задерживаться здесь надолго. Нам вовсе не улыбалось остаться в этих песках навсегда, но в данный момент мы не знали, как выжить в одиночку, и уж тем более – как отсюда выбраться. Бесконечная Пустыня была огромна. Можно было прошагать сотни километров и так и не достичь её края. Зейн даже выразил удивление тем, что нам двоим удалось зайти так далеко вглубь и при этом не расстаться с жизнью.
Солнечный свет обрушивался на землю, словно плеть суровой госпожи, но мы с Кари уже нашли способ избежать ожогов. Помогла Духовная Сила. Пропуская её через свои тела и окутывая кожу тонким, похожим на пленку слоем, мы защищались от солнца. В то же время наша Духовная Сила неуклонно росла от постоянной практики. Мы убивали двух демонических зверей одной Духовной Техникой.
— Впереди оазис, — произнес Зейн, когда мы поравнялись с караваном. Песок уходил из-под ног, но на наших сапогах были специальные зацепы на подошвах, помогавшие держаться увереннее. — Дадим нашим страутам отдохнуть и напиться. Заодно пополним запасы воды.
Услышав это, я лишь неопределенно кивнул.
Страуты были странными существами, похожими на птиц, которые тянули повозки. Это разновидность неагрессивных демонических зверей D-ранга, обитающих в пустыне. Я мало что о них знал, но, по словам Зейна, в Бесконечной Пустыне многие жили тем, что разводили их. Те, что были в караване, были куплены у одного из таких тренеров страутов несколько лет назад.
— Но нам всё равно нужно быть начеку, верно? — Спросила Кари.
Мы избавились от доспехов почти сразу, как вошли в пустыню. Здесь стояла такая испепеляющая жара, что любая сталь становилась невыносимой. Один из наших спутников-спиритуалистов фактически погиб из-за того, что броня зажарила её заживо.
Кари всё еще носила свою старую одежду – местами порванную, но всё еще пригодную. Моя была не лучше. Когда мы доберемся до Алаба, нам обоим придется обзавестись новыми вещами. Интересно, какова мода в Бесконечной Пустыне…
— Да, — Зейн кивнул с серьезным видом. — Хоть это и редкость, есть большая вероятность встретить в этом оазисе ламию. Они невероятно свирепы, и каждая способна использовать мощные Духовные Техники. Даже вам двоим придется быть осторожными, если мы наткнемся на одну из них.
Мы согласились с его словами и продолжили путь медленнее. Вскоре показался оазис. Сначала он выглядел расплывчатым из-за волн жара, искажавших воздух, но постепенно мой взгляд сфокусировался, и я понял, почему это место так называли.
Там был небольшой водоем, примерно десять на двадцать метров – больше, чем я ожидал. Вокруг него раскинулся пышный ковер из травы, кустарников и деревьев с перистыми зелеными листьями. Кажется, их называли вайями. В Неварии ничего подобного не росло.
— Всем собрать бочки и наполнить их, пока страуты отдыхают! — Скомандовал Зейн.
Люди работали слаженно: стаскивали бочки с повозок и несли их к воде. Выбивали пробки, погружали бочки в пруд, а затем, запечатав, тащили обратно. Всего было шестнадцать бочек, каждая вмещала по 18 литров. Погрузка должна была занять несколько часов, особенно учитывая, какими тяжелыми они становились, когда наполнялись.
Мы с Кари выполняли роль охраны. Напившись вдоволь прямо из оазиса, мы патрулировали территорию на случай нападения. Однако казалось, что здесь никого, кроме нас, нет…
— Ой!
Ногу дернуло от резкой, пронзительной боли. Я посмотрел вниз и увидел на щиколотке две колотые ранки, из которых сочилась кровь. Где-то неподалеку раздалось шипение. Я попытался найти источник звука, но заметил лишь кончик хвоста, скрывающийся в кустах.
— Ты в порядке? — Спросила Кари. — Что случилось?
— Меня что-то укусило, — пробормотал я. — Наверное, змея.
— Тебя нужно проверить на яд, — сказала она. — Я слышала, что все змеи в Бесконечной Пустыне ядовиты.
В пустыне водилось множество ядовитых тварей, так что я понимал справедливость её слов. Мы уже собирались вернуться к каравану, где были противоядия от многих видов токсинов, как вдруг резкий крик заставил нас обоих вздрогнуть.
Вскинув головы, мы увидели несколько фигур, вырастающих на гребнях песчаных дюн. Верхняя часть их тел напоминала мужскую или женскую, но ниже бедер они были змеями. Кожа в районе талии сменялась чешуей, переходя в восьми – или девятиметровый хвост. У всех была темная кожа, темные волосы, и они не носили одежды. Их нагие тела отличались либо жесткими мускулами (у мужчин), либо мягкими изгибами (у женщин). И хотя одежды на них не было, они были вооружены копьями и хопешами – серповидными мечами длиной около 60 сантиметров с крюком на конце.
— Это ламии! — Закричал один из караванщиков. — Они нападают!
Ламии и впрямь бросились в атаку на караван, но мы с Кари перехватили их. В мгновение ока мы оказались перед полудюжиной змеелюдей. Те замерли, вытаращив на нас глаза, но мы уже начали действовать.
Кари прыгнула вперед, целясь рансёром в ближайшую ламию. Тот уклонился, странно изогнув тело. Это не остановило Кари: она стремительно развернулась на носках, превращая колющий выпад в быстрый рубящий удар. Её рансёр с громким лязгом встретился с хопешем ламии-самца. Посыпались искры, когда металл заскрежетал о металл.
— Хе-хе, — ламия оскалился, и его язык мелькнул между губ. — А ты миленькая. Никогда не видел женщин с такой светлой кожей. Пожалуй, заберу тебя с собой и сделаю своей зверушкой.
— Прости, — ледяным тоном ответила Кари, — но ты не в моем вкусе.
Прежде чем ламия успел что-то возразить, Кари топнула ногой, сделала два шага вперед и направила свою Духовную Силу. На острие её рансёра вспыхнул огонек. Кари закружилась в танце. Пока она вращала копье, свет разделился на шесть сфер, зависших в воздухе. Еще один взмах рансёра – и сферы метнулись вперед, врезаясь в ламию прежде, чем тот успел отпрянуть. Шесть дыр зияли на его груди, руках, плечах и голове. Его тело покачнулось и рухнуло на песок, чтобы больше никогда не подняться.
Смерть сородича, похоже, привела их в ярость. Несколько ламий-женщин скользнули к Кари, но я преградил им путь. Оружия у меня не было. Однако, пропустив Духовную Силу через тело, я выбросил кулак вперед и выпустил разряд молнии, который ударил в одного из змеелюдей. Громкий крик вырвался из горла женщины, когда моя молния испепелила её изнутри. Дуги бледно-голубой энергии трещали по всему её телу, пробегая по плоти.
Пока она была парализована, я создал копье и приготовился к броску, но другая ламия преградила мне путь. Она сделала выпад копьем, заставив меня уклониться. К тому моменту мое копье уже сформировалось, и я метнул его в нападавшую. Эта оказалась сообразительной: она предпочла увернуться, а не принимать удар на себя. Однако те драгоценные секунды, что она потратила на маневр, я использовал для следующего хода.
Я едва коснулся ногой земли. Духовная Сила прилила к стопам, запуская меня вперед. Я прищурился, двигаясь стремительно, стараясь контролировать поток силы и не перенапрягаться. Моей целью была ламия, напавшая на меня. Впрочем, в итоге я проскочил мимо цели.
Несмотря на промах, я оказался прямо перед другой ламией. Прежде чем она успела осознать мое присутствие, я вонзил молниевое копье ей в грудь. Существо вскрикнуло в агонии. Молнии вспыхнули вокруг него, из ушей повалил дым и хлынула кровь – его внутренности были уничтожены. Когда молниевое копье исчезло, истратив энергию, в центре груди убитой ламии зияла огромная дыра. Тело с глухим стуком упало навзничь.
Осталось всего четверо ламий. Двое мужчин и две женщины. Все они выглядели крайне потрясенными тем, как легко мы с Кари расправились с двумя их бойцами.
— Не жалейте их! — Прошипел один из ламий, молодой самец с крепким торсом. — Они спиритуалисты!
Эти слова подействовали на остальных. Все они разом открыли рты и выплюнули какую-то странную жидкость, которая зашипела, коснувшись земли. Мы понимали, что подставляться под эти плевки нельзя: эта дрянь явно могла прожечь плоть и, вероятно, даже кости.
Теперь они нападали парами, наваливаясь на нас с Кари по двое, пока караван в спешке готовился к отбытию. Я лавировал между многочисленными ударами мечей и копий. Однако, как выяснилось, это было не единственное, о чем стоило беспокоиться.
— Ого!
Пораженный возглас вырвался у меня, когда из руки ламии, с которой я сражался, вылетела призрачная зеленая змея. Она бросилась на меня, широко разинув пасть, но я уклонился, шагнув в сторону, и ударил кулаком по её телу. Моя рука была окутана молниями. Прямой удар пришелся точно в призрачную змею, заставив её разлететься на куски. Но и это была не последняя Духовная Техника, которой стоило опасаться.
Еще несколько призрачных змей выскочили из окружающих песков. Должно быть, они были созданы, пока я не видел. Каждая атаковала с неистовством, но я продолжал кружить в танце, уничтожая их точными и мощными ударами. Слой молний на моих кулаках помогал разносить их в прах.
Бросив взгляд на Кари, я увидел, что у неё тоже всё в порядке. На самом деле, она справлялась даже лучше меня. Она вращала рансёр вокруг себя, изгибаясь так, словно танцевала. Там, где проходило её оружие, оставались остаточные изображения. Призрачные змеи и прочие атаки просто рассекались под её натиском.
Я решил перейти в контратаку. Повторив прежний маневр, я уперся ногой в землю и направил в неё Духовную Силу… или попытался это сделать. По какой-то причине моя Духовная Сила стала вялой и непослушной. Я сделал шаг вперед, намереваясь ударить, но внезапно конечности налились свинцом. Я несколько раз моргнул, когда зрение затуманилось. Мне показалось, я увидел, как одна из змееженщин улыбается.
— Похоже, яд начал действовать, — сказала одна из них. — Раз уж мы потеряли двоих, нельзя уходить с пустыми руками. Забираем самца и уходим.
Две ламии оказались передо мной и нанесли удар своими мощными хвостами. С онемевшим телом и застывшей Духовной Силой я не смог уклониться, и удар пришелся прямо в грудь. Короткая, но острая боль пронзила меня. Кажется, я слышал чей-то крик. Затем я рухнул на песок, и всё погрузилось во тьму.
***
Пот стекал по моему телу густыми струями, впитываясь в утяжеленную одежду. Дыхание было тяжелым. Каждый выдох вырывался из груди хриплым стоном, плечи тяжело вздымались. Несмотря на изнеможение и ноющую боль в мышцах, пока я на бешеной скорости наносил серию ударов руками и ногами, я не останавливался ни на секунду.
Шел день после успешного аукциона. В библиотеке мне нужно было быть только ближе к вечеру – у меня была закрывающая смена. Солнце стояло высоко, показывая, что сейчас середина дня, а значит, времени у меня было предостаточно.
Я провел на этой поляне весь день – на той самой поляне, где мы тренировались с Фэй. Пот летел с моих кулаков, когда я выбрасывал серию ударов, одновременно выталкивая воздух из легких и разворачивая корпус, вкладывая весь вес в каждый выпад.
Я переместился на два шага вперед, нанес удар рукой, затем ногой, представляя на месте противника собственную тень. Я слышал, что это называют «боем с тенью», хотя и не помнил, от кого. Мои ноги шаркали по земле, сдвигая гравий и рисуя узоры в пыли. Я вскинул левую ногу, развернулся и нанес удар пяткой по воображаемому врагу.
С силой вернув ногу на землю, я сделал два шага вперед, прижал локти к туловищу и резко выбросил ладони перед собой. Воздух вырвался из моих рук, разгоняя пыль и поднятые с земли листья. Это не была Духовная Сила. Просто сочетание невероятного веса на моих руках и моей собственной физической мощи.
Глубоко вдохнув, я выпрямился и опустил руки. Тяжело дыша, я взглянул на солнце и понял, что оно опустилось гораздо ниже, чем когда я проверял в последний раз.
— Уф… я пробыл здесь дольше, чем следовало. Едва успею помыться и добежать до библиотеки.
В нескольких минутах ходьбы отсюда был небольшой пруд. Не бог весть что, но я мог хотя бы смыть пот, прежде чем переодеться в обычную одежду. Я бросил последний взгляд на пустую поляну и поспешил к воде.
Фэй сегодня не пришла.
Я не был удивлен её отсутствием после того, что произошло на днях. Честно говоря, я этого и ожидал. Несмотря на то, что я сказал чистую правду, на душе всё равно было паршиво. Вполне возможно, что своими черствыми словами я разрушил нашу дружбу.
Умывшись и одевшись, я зашагал к библиотеке, гадая про себя, мог ли я как-то избежать вчерашней ситуации. Ничего не приходило в голову. В тот момент, когда Стелис открыл рот, чтобы заговорить о нашей с Фэй женитьбе, выбор был сделан за меня. Я обязан был открыть им истину. Давать Фэй ложную надежду было бы неоправданно жестоко. Лучше причинить ей боль сейчас, чем подпитывать её ожидания и обрекать на еще большие страдания в будущем.
Я вздохнул и потер грудь. Боль, которую я чувствовал, не была физической, но ощущалась именно так.
Добравшись до библиотеки и сменив госпожу Надин, я с головой ушел в работу, лишь бы не вспоминать то безнадежное выражение, что застыло на лице Фэй, когда я признался ей, что люблю другую. Я расставлял тома по полкам, помогал посетителям с поиском, чистил и оттирал всё вокруг, даже когда в том не было нужды. Пока я занят делом, мне не придется об этом думать.
— Эрик? — Раздался голос у меня за спиной.
Я замер лишь на мгновение, прежде чем обернуться.
На Кари было нежно-розовое платье с открытыми плечами, поверх которого она набросила плащ. Подол платья едва доходил до середины бедер, но белые чулки скрывали ноги, оставляя лишь узкую полоску фарфоровой кожи. Довершали наряд сапожки на шнуровке.
— Кари…
— Что-то случилось? — Спросила Кари, внимательно глядя на меня и склонив голову набок.
— Да так, ничего…
— Вовсе не «ничего». — Кари прервала меня, и на её губах заиграла улыбка. — Кажется, я знаю тебя достаточно долго, чтобы понять, когда тебя что-то гложет. Я звала тебя целых шесть минут, а ты не отвечал. То, что тебя расстроило, – это не пустяк. — Её взгляд смягчился. — Расскажешь мне?
Я колебался. Рассказать ей о своих тревогах означало, скорее всего, раскрыть мои чувства. Мы прекрасно ладили, мы определенно были друзьями, но я не знал, как она отреагирует на признание в любви. Когда Кари влюбилась в меня в первый раз? Я не знал. Тогда, когда она рассказала мне о своем замужестве, я сорвался и поцеловал её, и тогда я уже точно знал, что она любит меня, – но это случилось после шести месяцев знакомства. Сейчас же прошло едва ли полтора месяца. Питает ли она ко мне чувства теперь, или стоит подождать, пока я не буду уверен во взаимности?
— Я…
— Если это слишком трудно, я не против подождать, пока ты не будешь готов, — сказала Кари, видя мои мучения. — Но… я надеюсь, что когда-нибудь ты доверишься мне. Ты так много для меня сделал. Мне бы хотелось тоже сделать что-то для тебя.
Когда она смотрела на меня с этим нежным выражением в искренних голубых глазах, я почувствовал, как моя воля к сопротивлению рушится. Оставалось только вздохнуть про себя. Никогда еще не было дня, когда я мог бы сказать Кари «нет»… а я ведь честно пытался, разок или два.
— Мы можем поговорить наверху, — тихо произнес я.
Глаза Кари расширились, но она кивнула, схватила меня за руку и под взглядами присутствующих потащила к лестнице. Она привела меня к длинному столу в глубине второго этажа. Надавив мне на плечи, чтобы я сел, она поправила плащ и платье, после чего пристроилась рядом.
— Так что именно тебя беспокоит? — Спросила Кари.
Возможно, мне это лишь казалось, но Кари выглядела чересчур воодушевленной, готовясь выслушать мои печали. Не то чтобы я собирался жаловаться. Я был тронут. Правда.
Я тяжело выдохнул. — Отец моей подруги недавно предложил нам пожениться.
— ЧТО?! — Выкрикнула Кари, вскакивая и с силой хлопая ладонями по столу. Я уставился на девушку: её лицо залилось краской, а глаза округлились от шока. Похоже, она осознала, что потеряла самообладание. Кашлянув в кулак, она села на место, попыталась взять себя в руки и уже гораздо тише произнесла:
— Я хочу сказать… я и понятия не имела, что есть кто-то, на ком ты собираешься жениться.
— Никого нет, — ровным голосом отрезал я. — Это предложил её отец, а не я.
— О… вот как. — Прелестное лицо Кари стало светло-розовым. — Значит, ты не хочешь на ней жениться?
Покачав головой, я потратил секунду на то, чтобы собраться с мыслями. — Дело не в том, что она мне не нравится или что я бы никогда на ней не женился. Думаю… если бы обстоятельства сложились иначе, я бы, вероятно, принял предложение. Она замечательный человек, привлекательная, я искренне восхищаюсь ею и уважаю её… но я не могу на ней жениться.
— Почему? — Спросила Кари, закусив губу и комкая пальцами платье.
— Потому что я люблю другую. — Я гадал, не совершаю ли ошибку, так пристально глядя на неё, но когда я признавался в этой тайне, мой взгляд, устремленный в глаза Кари, был тверд. Её собственные глаза широко распахнулись.
— О-ох…
— Да. — Я выдавил безрадостную, самоироничную улыбку. — Моя подруга сейчас переживает трудные времена. Кое-кто пытается заставить её семью выдать её замуж в качестве второй жены за наследника их рода. Думаю, её отец предложил это, потому что знал о её симпатии ко мне. Если бы мы обручились, он смог бы оградить её от давления, никого не оскорбив. Но я не могу так поступить. Если мы поженимся, это будет лишь обмен одного брака без любви на другой.
Я замолчал, представляя, что было бы, если бы мы с Фэй поженились. Это было бы ничуть не лучше её союза с Грантом Лойхтом. Мысль о том, чтобы позволить Фэй выйти за человека, который не разделяет её чувств, вызывала у меня отвращение – и, возможно, еще сильнее оттого, что этим человеком в моих мыслях был я сам. Я просто… не мог так с ней поступить.
— Ты… и вправду совсем не любишь эту девушку? — Спросила Кари.
Нахмурившись, я уже открыл рот, чтобы подтвердить, что, конечно же, не люблю Фэй, но слова застряли в горле. Медленно закрыв рот, я засомневался в собственных чувствах. Кари молча наблюдала за мной с какой-то сиротливой улыбкой.
— Даже если бы у меня были к ней чувства, я всё равно не смог бы быть с ней. — Я говорил медленно, тщательно взвешивая каждое слово. Это было важно. — Суть в том, что независимо от моих чувств к ней, есть та, кого я люблю гораздо сильнее. — Я снова смотрел на Кари. — Я люблю эту девушку больше самой Жизни. Без неё моя жизнь не будет полной, поэтому, даже если я что-то и чувствую, я не могу ответить на чувства подруги взаимностью.
Кари смотрела на меня, и на её лице отразилось прозрение. Я говорил очень серьезно и ни на миг не отводил взгляда, так что, уверен, она наконец поняла, о ком именно идет речь.
Опустив голову к столу, Кари на мгновение замолкла, а её щеки вспыхнули так ярко, словно она применила Духовную Технику Огня. Мне хотелось отвернуться, но я сдержался. Хотя я и боялся её реакции, того, что она может сказать, я продолжал смотреть на Кари, не позволяя взгляду блуждать.
— Эта девушка, которую ты так любишь… какая она? — Спросила Кари.
— Она потрясающе красива, у неё светлые волосы, похожие на золотые нити, и самые чистые голубые глаза, что я видел, — начал я, подыгрывая ей. — Что бы она ни надела – будь то плащ, скрывающий всё тело, или сверкающее платье из золотой парчи, — у меня всегда перехватывает дыхание. — Кари, казалось, была готова спрятаться в собственный воротник. Я продолжал:
— Она обожает книги о приключениях и мечтает путешествовать по миру, исследовать руины и искать что-то новое. Однако её семья очень строга и не выпускает её из Неварии. Мне нравится обсуждать с ней истории и приключения. А еще… — я замялся. — Она очень сильная. Сильнее всех, кого я знаю.
Я понимал, что перегибаю палку, изливая чувства так густо. Но я не мог больше держать их в себе. Я делал это больше девяноста дней. Полтора месяца молчания были мучительны, и теперь, когда мы дошли до этой точки, я не мог сдерживаться ни секунды дольше.
— Я… я не думаю, что эта девушка, которая тебе нравится, такая уж сильная, — пробормотала Кари, и её уши запылали. — Будь она такой, она бы давным-давно сбежала от семьи навстречу приключениям.
— Это не так. — Набравшись смелости, я протянул руку и накрыл её изящную бледную ладонь, лежащую на столе. Кари вздрогнула от неожиданности, но не отняла руки. — Она очень сильная, гораздо сильнее, чем сама считает. Она еще не осознала свою мощь, но однажды это случится, и когда этот день придет, я планирую отправиться вместе с ней исследовать руины и искать приключения.
— Э-Эрик… — Глаза Кари сияли, когда она смотрела в мои. Я часто сравнивал её глаза с драгоценными камнями, потому что всякий раз, когда она испытывала сильные эмоции, они становились яркими и искрились.
— Я не… не собираюсь просить тебя о взаимности, — сказал я, поймав себя на том, что окончательно очарован. Я отвел взгляд, понимая, что иначе не смогу продолжать. — Я просто хотел, чтобы ты знала о моих чувствах.
Кари посмотрела на мое лицо, затем на мою руку, всё еще накрывавшую её ладонь. Прошла секунда. Затем она подняла вторую руку и положила её поверх моей.
— Не думаю, что тебе стоит беспокоиться о том, что я не отвечу взаимностью, — призналась она робким голосом, будто эти слова смущали её до глубины души.
В груди разлилось мощное тепло. Оно зародилось у самого сердца и разошлось по всему телу, мгновенно окутав меня ощущением, которого я не испытывал десятилетиями. В то же время, вместе с этим неописуемым счастьем пришло чувство вины. Оно грызло меня изнутри. Но я ничего не мог с этим поделать. Полагаю, это просто то, с чем мне придется жить.
Когда Кари снова посмотрела на меня с робкой улыбкой, я улыбнулся в ответ – и тут заметил несколько человек, прячущихся у лестницы.
— Вам что, заняться больше нечем?! — Рявкнул я, заставив Кари обернуться. Едва увидев шпионов, она пискнула и вырвала свои руки из моих. К несчастью, она потянула слишком сильно, отчего соскользнула со скамьи прямо на пол. Всё произошло так быстро, что я даже не успел её подхватить.
Бум!
— Ой-ой-ой!
Я взглянул на Кари: она держалась за затылок и жалобно стонала. Шпионы мгновенно разбежались – я слышал топот их ног, когда они неслись вниз по лестнице. В тот же миг Кари вскочила на ноги. Её лицо было настолько красным, что я удивился, как оно еще не вспыхнуло пламенем.
— Я… я пойду! — Прежде чем я успел промолвить хоть слово, она бросилась к лестнице. Однако перед самым уходом она замерла, обернулась и улыбнулась мне. — Увидимся завтра!
С этими словами она сбежала вниз. Я смотрел на пустое место, где она только что стояла. Интересно, выглядел ли я со стороны таким же растерянным, каким себя чувствовал?
Этот разговор… ведь всё прошло хорошо, верно?
***
Стелис сверлил взглядом дверь, ведущую в спальню дочери. Он хмурился, пытаясь решить, что же делать. Стук не помог – он уже пробовал, но ответа не последовало. Означало ли это, что пора выламывать дверь?
— Фэй? — Позвал он. — Ты там?
… Тишина. Разумеется. Он уже звал её несколько раз с тем же успехом.
Он глухо зарычал:
— Фэй, если ты не отзовешься, клянусь могилами предков, я выломаю эту чертову дверь.
Сначала ничего не происходило, и как раз когда он уже готов был исполнить угрозу, по ту сторону раздался глухой топот ног по ковру. Тихий щелчок возвестил о том, что замок открыт. Через секунду дверь распахнулась, явив его дочь.
Фэй выглядела не лучшим образом. Глаза покраснели, нос припух от постоянного вытирания, рыжие волосы спутались, и, судя по всему, она так и не сняла ночную рубашку со вчерашнего вечера. Она не выходила из комнаты с тех пор, как они вернулись домой. Она пропустила вчерашний ужин, сегодняшний завтрак и обед.
— Ты что, весь день провалялась в постели? — Спросил Стелис.
— Может быть. — Фэй пожала плечами. — Какая разница?
Стелис закатил глаза. — Хватит мне тут. Послушай, мне жаль, что я ляпнул лишнего, но не стоит так из-за этого убиваться. Если ты впадаешь в депрессию оттого, что Эрик один раз тебе отказал, как ты собираешься завоевывать его расположение?
— Что значит «завоевывать»? — Спросила Фэй. — Ты разве его не слышал? Он сказал, что любит другую. Кем бы ни была эта девушка, она, должно быть, необыкновенная. Иначе он бы её не любил. Я провела с ним больше месяца и знаю, насколько он преданный человек. Я никогда не смогу заменить её в его сердце.
— А кто сказал, что ты должна её заменять? — Стелис пожал плечами. — Никто не говорил, что ты должна вытеснить ту девицу, которая ему так дорога. Кроме того, ты действительно готова вот так просто его отпустить? Если да – дело твое. Но если он значит для тебя так мало, что ты даже не готова за него бороться, тогда нечего киснуть в комнате целыми днями.
Уголки губ Фэй опустились. У Стелиса защемило сердце. Эта её гримаса была так похожа на ту, что бывала у её матери, что он невольно почувствовал боль в груди. Эта задача – утешать Фэй, страдающую из-за мальчишки, – должна была лечь на плечи Стеллы.
— В общем… — он неловко поскреб затылок. — Это всё, что я хотел сказать. Скоро ужин, так что приведи себя в порядок и спускайся к остальным. Аукцион Духовной Техники А-ранга и алхимических пилюль прошел успешно, так что вся семья будет праздновать.
Стелису хотелось бы сказать что-то еще, что-то более глубокое, что помогло бы дочери выбраться из этой ямы. Так должен поступать родитель. Но он никогда не претендовал на звание лучшего отца. Он не знал, что говорить в такие моменты. Вне дел он умел разве что махать топором.
— …Я скоро спущусь, — тихо отозвалась Фэй.
Не зная, нужно ли добавить что-то еще, Стелис кивнул и направился к лестнице. Он замер лишь на секунду, чтобы оглянуться на Фэй, всё еще стоявшую в дверях своей спальни. Это затравленное выражение лица в последнее время появлялось у неё слишком часто, но никогда еще оно так не ранило его, как сейчас. Он отвернулся и пошел вниз.
«Как думаешь, Стелла, я дал ей хороший совет?»
http://erolate.org/book/4151/385095
Готово:
