Новая секретарша Фан Чи была дамой лет сорока и выглядела дружелюбной и заслуживающей доверия. Проводив Гао Чжуна в кабинет, секретарь Ли кивнула Фан Чи и закрыла дверь.
«Доктор», - поприветствовал его Гао Чжун. Несмотря на то, что он избегал зрительного контакта с Фан Чи, в уголках его губ то и дело мелькал намёк на улыбку, которую он не мог сдержать.
Естественно, Фан Чи обратил на это внимание.
«Похоже, Вы сегодня в хорошем настроении», - прокомментировал он, тепло улыбаясь в ответ, как будто они были давними приятелями.
Улыбка Гао Чжуна стала явственнее.
«Приходить снова на консультации… Это делает меня очень счастливым», - Гао Чжун слегка покраснел словно застенчивый ребёнок, при этом изо всех сил стараясь держать выражение своего лица под контролем. Чем больше ему хотелось улыбнуться, тем сильнее он пытался обуздать свои чувства. Такие дети всегда легко дёргали за сердечные струны любого, кто их встречал.
Фан Чи также заметил, что на Гао Чжуна больше не действовала закрытая дверь: он не потел и не выказывал никаких признаков паники.
«Пожалуйста, присаживайтесь, - сказал он, подходя со своими письменными принадлежностями. - Сегодня, как я уже упоминал на нашей предыдущей сессии, давайте попробуем некоторые упражнения, которые включают физический контакт».
Однако вместо того, чтобы сесть, Гао Чжун глубоко вздохнул и положил дрожащие руки на пуговицы пиджака.
«Что Вы сделали тогда… с кондиционером… Я думаю, Вы были правы».
Повернувшись лицом к Фан Чи, он начал расстёгивать пиджак – пуговицу за пуговицей, – и ткань распахнулась, открыв широкую грудь и линию талии, плотно обтянутую рубашкой. Пока Гао Чжун, полный решимости, боролся с дрожащими пальцами, у Фан Чи, наблюдавшего за этим, внезапного сдавило горло, и он невольно сглотнул.
Несмотря на то, что он прекрасно понимал, что такое неожиданное и неестественное поведение Гао Чжуна было не более чем попыткой угодить ему, Фан Чи ничего не сделал, чтобы остановить его. Он продолжал наблюдать, как Гао Чжун осторожно повесил свой всё ещё тёплый пиджак на спинку стула и медленно, но решительно поднял руку к галстуку. Сегодня на нём был со вкусом пошитый чёрно-белый галстук в стиле аскот. Гао Чжун просунул пальцы в узел и осторожно потянул его. Мягкий шёлковый галстук развязался и послушно упал ему на грудь.
«Я следовал Вашим инструкциям и в соответствии с ними практиковался. Это приемлемо?»
Боже милостивый! Фан Чи пребывал в полной растерянности. За всю жизнь Фан Чи ещё ни разу ни один мужчина не устраивал такого представления, лишь для него снимая с себя пиджак и галстук. И ещё никогда при виде раздевающегося мужчины он не чувствовал себя таким смущённым.
«Господин Гао... - начал было он, но сделал короткую паузу, чтобы прочистить горло. - Вы очень хорошо справились… Могу я узнать, о чём Вы думаете, когда выполняете эти упражнения дома?»
«Я думаю о Вас, - ответил Гао Чжун деловитым тоном, сжимая галстук в руке. - Перед собой я представляю Вас, точно так же, как сейчас Вы передо мной сидите. И я представляю, как Вы меня подбадриваете, давая мне силу продолжать».
Фан Чи покачал головой: «Это неправильно. Вы не должны ничего делать ради меня. Вместо этого Вы должны делать это для себя. Например, когда Вы снимаете галстук, Вы должны думать о своей свободе, а не о том, как я был бы доволен Вашими стараниями».
Гао Чжун напрягся, внезапно не зная, что делать со своей рукой и зажатым в ней галстуком. Когда Фан Чи увидел, что Гао Чжун, похоже, подумывает надеть его снова, он немедленно схватил его за руку.
«Всё в порядке, - мягко сказал он, - не спешите».
Они были так близко, что могли ясно разглядеть свои отражения в глазах друг друга, и Фан Чи был поражён тем, что он в них увидел. В глазах Гао Чжуна его отражение казалось таким нетерпеливым, таким честным и искренним… Он даже не подозревал, что именно таким Гао Чжун всё это время его видел.
Он снова шагнул вперёд, и их лица почти соприкоснулись.
«А так для Вас нормально?»
Гао Чжун опустил голову.
«Это… Это действительно странно», - ответил он с лёгким смехом в голосе, как будто он просто отвечал на игривую щекотку друга. Фан Чи воспринял это как знак того, что перед ним Гао Чжун полностью ослабил свою защиту.
«Теперь мои движения могут стать более агрессивными, - предупредил Фан Чи, делая ещё один шаг вперёд. Но на этот раз Гао Чжун отступил. - Почему Вы убегаете? Прошлой ночью мы зашли достаточно далеко, чтобы обнять друг друга. Почему сейчас Вы боитесь?»
«Я… Я не знаю, - в Гао Чжуне нарастало волнение, и его дыхание участилось. - Ночью… Я не мог видеть ночью Вашего лица, но сейчас…»
Фан Чи снова шагнул вперёд, и Гао Чжун с покрасневшими глазами сделал ещё один шаг назад. Фан Чи видел, что он изо всех сил пытается привыкнуть к его близости. Он также знал, что это расстояние между ними было далеко за пределами того, что было приемлемо между двумя мужчинами. И всё же он не мог заставить себя остановиться – он не хотел останавливаться. Он распознал в себе слабое садистское желание и решил дать ему волю.
Прижатый к стене Гао Чжун наконец оказался в ловушке. Фан Чи стоял перед ним, всего в нескольких миллиметрах, и его тёплое дыхание касалось лба Гао Чжуна. Думая, что Фан Чи будет продолжать приближаться к нему, Гао Чжун закрыл глаза.
Но, вопреки его ожиданиям, вместо этого Фан Чи отступил и мягко произнёс: «Далее мы вместе попробуем некоторые формы физического контакта».
Однако выбор точек соприкосновения был непростой задачей. Ранее лечивший пациентов с ПТСР Фан Чи был знаком с этой особенной формой терапии. Основываясь на прошлом опыте, он знал, что область плеча будет разумной стартовой точкой. Но человек перед ним был не просто каким-то пациентом, он был Гао Чжуном. Для него Фан Чи в этот раз хотел попробовать что-то другое.
«Господин Гао, когда речь идёт о человеческом теле, области между грудью и коленями считаются наиболее уязвимыми. Итак... - прежде чем продолжить, он поднял руку и помахал пальцами перед глазами Гао Чжуна. - Могу я коснуться Вашего лица?»
Это движение успешно захватило внимание Гао Чжуна. Это была обычная техника, используемая для усиления чувствительности пациентов к физическому контакту и повышения их восприятия физических ощущений.
Глаза Гао Чжуна метались между Фан Чи и его пальцами, и на его лице появилось выражение тревоги: «Если это просто прикосновение…»
«А что же ещё, Вы думаете, я могу сделать?» - рассмеялся Фан Чи.
Гао Чжун замер, неестественно опустив голову и вжав её в плечи. Фан Чи осторожно коснулся рукой лба Гао Чжуна, пальцами ощутив, что на его висках выступил пот, и почувствовал, насколько нервничает этот человек.
«Расслабьтесь... Если Вам это неприятно, просто представьте, что я женщина».
Гао Чжун молчал, упрямо заставляя себя терпеть прикосновения Фан Чи, а тот начал опускать руку ниже. Он провёл пальцем по переносице Гао Чжуна и легонько постучал по кончику носа. Затем, опустившись ниже, палец на мгновение задержался на мягкой, нежной ямке над верхней губой Гао Чжуна, скользнул по чуть припухлым губам и слегка надавил на выемку под нижней губой. Проведя руками по подбородку Гао Чжуна, Фан Чи продолжил двигаться ниже, скользя по его Адамову яблоку и воротнику рубашки, почувствовав, как быстро вздымается и опадает его грудь, и провёл рукой по напряжённым мышцам его живота.
Дойдя до металлической пряжки ремня Гао Чжуна от Versace, он остановился.
«Теперь я перехожу к Вашим рукам», - сказал он, скользя ладонями по талии Гао Чжуна, и снова двинулся вверх вдоль линии рёбер.
Когда Фан Чи добрался до подмышек Гао Чжуна, тот – возможно, чувствуя себя неловко или боясь щекотки – задрожал и сильно прикусил нижнюю губу.
«Не надо», - сказал Фан Чи, протянув руку и нежно коснувшись губ Гао Чжуна.
«Пожалуйста… Пожалуйста, прекратите, - просил Гао Чжун, глядя на него с мольбой в глазах, - это слишком странно…»
«Просто потерпите ещё немного», - уговаривал Фан Чи, не останавливая своих движений.
Он провёл руками по плечам Гао Чжуна, по всей длине его рук, чтобы на мгновение обхватить запястья, прежде чем развернуть его руки, сжав их ладони вместе.
Когда он это сделал, Гао Чжун внезапно бросил на него странный взгляд. И Фан Чи это заметил. Однако, пока Фан Чи ломал голову над выражением его лица, пальцы Гао Чжуна зашевелились. Прежде чем кто-либо из них понял, что происходит, пальцы Гао Чжуна проскользнули между пальцами Фан Чи и крепко сцепили их руки вместе.
Оба были поражены картиной своих сплетённых вместе пальцев.
«П... Простите!» - выпалил Гао Чжун, и, когда он поспешно отдёрнул руку, безудержный румянец вспыхнул на его щеках.
Фан Чи задумчиво наморщил лоб, словно его поразила какая-то смутная догадка.
Гао Чжун поспешил объясниться: «Я... Мне очень жаль! Прошло много времени с тех пор, как я держал кого-либо за руку, и я слишком нервничаю…»
«Ш-ш... - успокаивал его Фан Чи. - Всё в порядке. Когда Вы со мной, Вы вольны поступать так, как Вам заблагорассудится. Вы можете делать всё, что захотите».
Гао Чжун бросил на него несколько обвиняющий взгляд, словно молча умоляя его остановиться, но Фан Чи отказывался сдаваться.
«Я перехожу к Вашим ногам, - сказал он, присаживаясь на корточки. Чтобы разрядить накалённую атмосферу, он в шутку добавил. - Не пинайте меня, хорошо?»
Но Гао Чжун не засмеялся. Опустившись перед ним, Фан Чи почувствовал явное напряжение, пробежавшее по телу Гао Чжуна. Несмотря на то, что Гао Чжун сжал ноги вместе, Фан Чи протянул руку и обхватил его красивые мускулистые бёдра.
«Не раздвинете ли Вы немного ноги?» - спросил он.
http://erolate.org/book/4954/496256
