Готовый перевод Domineering Evil Young Master, Fairy Please Behave Yourself / Деспотичный молодой господин: Феи, ведите себя прилично!: Глава 9: «Незнающие страха смерти»

Цзи Уя отдал деньги, расписался в квитанции и бросил беглый взгляд на арену.

Схватка как раз подошла к концу.

Огромный здоряк буквально втаптывал в настил полуживого противника, с которого потоком сочилась алая кровь. Рефери даже не думал вмешиваться – лишь молча наблюдал, пока рев толпы вокруг становился все оглушительнее и безумнее.

— Убей его!

— Забей насмерть!

Крики накатывали волна за волной. Те самые люди, что в повседневной жизни носили маски благородства и утонченности, сейчас скалились, искаженные дикой, животной похотью к чужой крови.

Служащий окинул сцену беглым взглядом и со смешком свистнул:

— А этот здоровяк хорош! Уже девять боев подряд забрал. Ему остался всего один выигрыш до десяти миллионов. Эй, зелень, ты смотри, на рожон не лезь! Найди себе кого потише, поразвлекись и хватит с тебя!

В его глазах читалась нескрываемая насмешка – он явно принял Цзи Уя за очередного глупца, пришедшего сдать взнос. И правда: боец на ринге словно свалился с гор – массивный, с мускулами, завитыми в тугие узлы, он напоминал свирепого бурого медведя. Рядом с ним Цзи Уя выглядел не более чем беспомощным ощипанным цыпленком.

Но в следующий миг служащий шокированно вытаращился – парень, даже не повернув головы, уверенно шагнул прямо на помост.

Здоровый боец, разгоряченный ревом трибун, сначала обомлел от такой дерзости, а затем захохотал:

— Что, следующим прислали этого заморыша? Да я тебя одной ладонью в блин размажу!

Молчавший доселе рефери нахмурился и сквозь зубы рябкнул:

— Слезь! Твоя очередь еще не подошла!

В душе судья уже проклинал все на свете. Чтобы не отдавать куш в десять миллионов, на десятый бой казино всегда выставляло подставного, невероятно сильного бойца. А этот сопляк выскочил раньше времени – только всю схему ломает!

Цзи Уя даже не шелохнулся. Заложив руки за спину, он спокойно окинул ринг взглядом и непринужденно произнес:

— Нет, ждать слишком долго, а я спешу. Пусть выходят все оставшиеся. И те, кого выставило ваше казино, тоже – выходите все вместе.

Безграничное, звенящее высокомерие!

Бешеный гвалт вокруг на секунду затих, а затем взорвался с новой, неудержимой силой:

— Сотри его в порошок!

— Совсем страх потерял?! Решил один против всех выйти?!

Из толпы доносился взрывной хохот и издевательские выкрики:

— Это чей сопляк из дома сбежал?

— Вали к мамке, сиську сосать!

Шум стоял такой, что закладывало уши, но Цзи Уя сохранял ледяное спокойствие. На его уровне духовного развития лаянье этой своры не трогало его ни сокрушало. Он смотрел на них как на сборище дешевых паяцев, пытающихся развлечь сами себя.

Гигант напротив тоже оскалился, пренебрежительно махнув огромной пятерней:

— Мелкий, мне даже лень пачкать руки о такую мелюзгу. Если жить охота – падай на колени, обхватывай башку руками и катись отсюда колобком. Дед сегодня добрый, так и быть, отпустит.

Цзи Уя не разозлился – лишь уголок его губ тронула едва заметная усмешка:

— Будешь чесать языком и дальше – потом и ударить не успеешь.

— Ты че ляпнул, сука?! — Рокот хохота в глотке здоряка мгновенно оборвался. — Ну раз сам на рожон лезешь – я тебе башку-то сверну!

В глазах гиганта блеснула лютая злоба. Он сделал стремительный шаг вперед – тяжелая туша с такой силой обрушилась на настил, что весь ринг ощутимо вздрогнул. В долю секунды он оказался вплотную к Цзи Уя и наотмашь выбросил тяжеленный, как кувалда, кулак, метя прямо в лицо!

Зрители уже предвкушали развязку с глумливыми ухмылками. Никто не верил в юношу – даже при коэффициенте один к двадцати никто не рискнул поставить на него ни гроша. Как может какой-то заморыш выстоять против этой горы мышц?

— Сдохни! — победоносно взревел амбал.

Удар рванул воздух с тяжелым гулом. Кулак был уже в каком-то сантиметре от кончика носа Цзи Уя, когда тот наконец шевельнулся.

Его рука взвилась подобно молнии – легкое, почти невесомое движение, и ладонь просто встретила мчащийся кулак.

Бум!

Раздался глухой, плотный звук удара.

Здоровяк опешил. Ему показалось, будто он со всей дури вмазал не в мягкую плоть, а в монолитную гранитную скалу.

— Ах ты тварь! — выплюнул он и обрушил град сокрушительных ударов, но Цзи Уя лениво и без малейшего труда отбивал каждый из них.

Толпа мгновенно замолкла. Губительная тишина повисла над ареной. Каждому стало очевидно: этот парень – вовсе не так прост!

— Теперь моя очередь, — произнес Цзи Уя. Голос его был холоден как лед.

Не успел эхо его слов утихнуть, как его пальцы стальной хваткой впились в горло гиганта.

Карач!

Хрящ кадыка разлетелся в труху. Здоровяк рухнул мертвым грузом, не успев даже осознать свою смерть.

Лицо Цзи Уя оставалось безучастным. Он видел, во что этот монстр превратил своего предыдущего соперника. К тем, кто бездумно и жестоко играл чужими жизнями, у него не было ни капли жалости.

Брезгливо отбросив тушу в сторону, Цзи Уя перевел взгляд вниз, на длинный диван у подножия ринга, где восседали остальные претенденты с жетонами участников.

После того как юноша с одного движения уложил насмерть местного фаворита, бойцы смотрели на него с гаммой самых сложных чувств. Вступать с ним в поединок один на один теперь не хотел никто.

Но последующие слова Цзи Уя окончательно взорвали обстановку:

— Нападайте все вместе.

Такое дерзкое пренебрежение мгновенно задело за живое опытное воротило подпольных боев. Каждый из них прошел суровую школу и считал себя мастером!

— Валим его скопом!

— Пусть он хоть трижды монстр, против всех сразу не устоит!

— Сам напросился – завалим гада!

С яростным ревом несколько бойцов одновременно рванули на помост, атакую Цзи Уя со всех сторон.

— Медленно… Слишком медленно, — покачал головой юноша, произнося это скорее самому себе.

Слишком слабы. Этим наемникам не хватало мастерства настоящих головорезов, а главное – у них не было той отчаянной решимости и готовности переступить через грань жизни и смерти.

Бум! Бум! Бум!

Никто из зрителей даже не успел разглядеть его движений. Произошла лишь вспышка – и нападавшие, словно сорванные бурей листья, разлетелись в разные стороны, с грохотом вывалившись за пределы ринга. Все они без чувств растянулись на полу.

— Ты выиграл, — рефери долгим, тяжелым взглядом окинул Цзи Уя. Среди поверженных были двое лучших бойцов, нанятых самим заведением, но и они не смогли выдержать даже одного удара этого юноши. — Хозяин хочет видеть тебя.

С этими словами рефери развернулся и пошел к лестнице. Цзи Уя лишь усмехнулся и проследовал за ним, оставляя за спиной глухой рокот потрясенной толпы.

На втором этаже рефери подвел его к тяжелой двери и застыл у входа молчаливым стражем. Судя по его подтянутой фигуре и въевшейся в поворот плеч выправке убийцы, он и сам был первоклассным бойцом.

Оценив его беглым взглядом, Цзи Уя толкнул дверь и шагнул внутрь.

В просторном кабинете, вальяжно развалившись в кресле, сидел молодой мужчина. Он лениво потягивал дорогую сигару, выдувая к потолку сизые кольца дыма.

— А ты дерзкий сопляк, — процедил он через губу. — Знаешь вообще, с кем имеешь дело? Думал, так просто заберешь мои десять миллионов?

Цзи Уя молчал. Он лишь с иронией подумал, что банальный грабеж и бандитизм процветают абсолютно везде.

— Хех, запоминай, щегол: мое имя – Цяо Дун, а мой старший брат – хозяин всего Западного района! — Цяо Дун нагло оскалился. Видя, что гость молчит, он решил, что тот окончательно струсил, и продолжал:

— Дам тебе шанс. Остаешься работать на меня бойцом на этом ринге – и так и быть, забирай свои десять миллионов. Но если откажешься… — Цяо Дун запустил руку в выдвижной ящик стола и в следующее мгновение выхватил вороненый пистолет, направив дуло прямо в лицо юноше. — …тогда я прямо отсюда отправлю тебя к предкам!

— Что ж, тогда и я дам тебе один шанс, — спокойно отозвался Цзи Уя.

Его щелчок пальцами был едва уловим. Металлическая пуговица, сорвавшаяся с рукава, стремительной тенью метнулась вперед и со сминающей кости силой врезалась в запястье Цяо Дуна.

От резкой, пронизывающей боли тот взвыл, и оружие выпало из его онемевших пальцев.

«Черт!», – в ужасе мельком подумал Цяо Дун, пытаясь второй рукой перехватить пистолет, но было поздно.

В то же мгновение, когда оружие полетело вниз, стальные пальцы Цзи Уя мертвой хваткой сжали его горло и легко оторвали грузное тело от пола.

— Передай главе семьи Нань: у него есть ровно три дня, чтобы приползти сюда вместе со всеми своими родичами, встать на колени и молить о прощении, — в голосе Цзи Уя звучал смертельный металл. — Иначе пусть готовится собирать по частям своего сынка Нань Шаочжуна… да и всю свою семейку заодно.

— Ты… кхе-кхе… ты совсем сдурел… — с трудом прохрипел Цяо Дун. Кислород стремительно кончался, дикая боль распирала шею, а перед глазами поплыли кровавые круги. Ужас близости кончины полностью сломал его – ноги судорожно дернулись, и по брюкам поползло темное расплывающееся пятно с резким запахом.

Он от страха обмочился!

Цзи Уя чуть ослабил хватку, давая ему возможность дышать, и Цяо Дун тут же запричитал:

— Я все передам! Передам, я согласен!

Губы его дрожали, а глазки судорожно бегали из стороны в сторону. Цзи Уя не стал вникать в его крысиные мысли – он просто брезгливо швырнул обмякшее тело в угол и направился к выходу.

— Если через три дня они не явятся – расплатишься своей собственной жизнью!

Это было его первое официальное объявление войны семье Нань.

http://erolate.org/book/4976/498151