Готовый перевод Will Independent Musicians Encounter Girl Band Members? / Музыкальный барыга: рокер стал заложником девичьих групп: Глава 16: Каждому свой путь

В шумной суете, смехе и сбивчивых разговорах подростки встретили свой выпускной из средней школы.

Ну… почти все. За исключением одной строптивой кошки, которая сбежала в один из тихих улочек Токио и вовсю бренчала на гитаре для местной дворовой мурки.

В этот день скромный домик Бэкуя в Симокитадзаве принимал гостей.

— Ну а вы… какие у вас планы на старшую школу? — Соё нервно перебирала пальцы, сцепив ладони в замок и не находя себе места.

— Я, скорее всего, останусь учиться здесь же, в Симокитадзаве, — без колебаний отозвался Бэкуя. — Просто поступлю в местную старшую школу.

К слову, несмотря на то что львиную долю времени и сил Бэкуя отдавал музыке, его успеваемость ничуть не пострадала. Для человека, в прошлой жизни штурмовавшего Токийский университет, программа японской средней школы казалась детской забавой.

— А я… всё так же в Ханеоку, — тихо проронила Такамацу Томо, не отрываясь от своего блокнота, где что-то увлеченно вырисовывала.

Никто из присутствующих даже не удивился. Мысли Томо всегда были прозрачны и просты, как на ладони.

И тут все взоры устремились на Анон.

— Э-э… Вы чего на меня так уставились? — Анон виновато опустила глаза, почувствовав подвох.

— Да мы уже всё знаем, Анон. Насчет твоей учебы в Англии… — начал было Бэкуя, но девушку словно ужалило: она мгновенно подскочила и зажала ему рот ладошкой.

Впрочем, Бэкуя был прав. Он уже давным-давно проболтался Соё и Томо обо всём, что узнал от мамы Анон. Так что эта судорожная попытка заставить его замолчать выглядела скорее как капризная детская ласка.

— А-тян… ты правда уезжаешь от нас? — Томо подняла глаза, глядя на подругу со щемящей, жалостливой тоской.

Под этим умоляющим, детским взглядом Анон окончательно пала. Не выдержав пытки виной, она выложила всю правду без остатка.

А началось всё в конце прошлого года, во время ничем не примечательной болтовни с одноклассницами из Цукимори…

«Президент Чихая, а вы куда собираетесь после выпуска? Тоже остаетесь в Цукимори?»

Тогда Анон даже не подумала о последствиях. Гордыня и тщеславие начисто отключили мозг, и фраза сорвалась с губ раньше, чем она успела её осознать: «Я? Ну… я, пожалуй, поеду учиться в Англию».

«Суго-о-ой! Вот это да! Как и ожидалось от нашего президента! Вы с легкостью делаете то, о чем мы даже мечтать не смеем!»

Купаясь в лучах чужого восхищения, Анон окончательно потеряла землю под ногами.

«Я освою дизайн в Англии, а потом основаю собственный международный бренд модной одежды!», – громко объявляла она во всеуслышание.

И снова последовал шквал восторженных вздохов.

Когда же Анон наконец опомнилась, отступать было уже поздно. Мосты сгорели. Забрать слова обратно и признаться, что это была лишь глупая хвастовство? Да лучше сквозь землю провалиться от стыда!

— У-у-у, Ё-ё… Я так не хочу расставаться с тобой насовсем! — Анон с фальшивыми всхлипываниями попыталась броситься Бэкуе на шею.

Парень мягко, но уверенно упёрся ладонью ей в лоб, не подпуская ближе:

— Сама заварила эту кашу – сама и расхлебывай. А вообще, кто знает? Вдруг в Англии из тебя и правда выйдет толк? — Утешил он её, правда, довольно мягко.

Хотя про себя Бэкуя прекрасно понимал: с нынешним уровнем английского у Анон поездка за границу рискует обернуться лишь еще большим позором.

— А-тян… А почему ты ничего не рассказала нам, перед тем как принять такое решение? Мы ведь… «семья», разве нет? — Голос Соё неожиданно зазвучал с той самой сладкой, безупречной, но оттого лишь более жуткой интонацией, присущей воспитанницам элитной академии Цукимори.

Анон почувствовала, как по спине пробежал холодок. Дело дрянь.

— Прости-прости, Соё-тян! Я больше никогда так не буду, честное слово! — С причитаниями запричитала Анон и тут же уткнулась Соё лицом в грудь, ища спасения.

— Эх-х… — Соё лишь тяжело вздохнула, понимая, что дальше устраивать допрос бесполезно. — Ладно уж. Когда окажешься в Англии, береги себя. Если соскучишься – сразу звони, можно по видеосвязи.

Уткнувшись в Соё, Анон приоткрыла один глаз и, убедившись, что та ничего не замечает, лукаво подмигнула Бэкуе. Похоже, она досконально изучила повадки подруги: стоит немного покапризничать и приластиться, как строгость Соё тает без следа.

— А-тян, держись! Ты справишься! — Томо, так и не поняв тонкостей женской дипломатии, искренне поддержала подругу.

Пусть мысль о разлуке отозвалась в её душе тихой грустью, Томо искренне радовалась, что Анон смогла найти путь, к которому стремится её сердце.

— Что ж, желаю удачи, Анон. Если станет совсем невмоготу – возвращайся. Мы всегда будем ждать тебя здесь, в Токио, — подвел итог Бэкуя. Раз уж поездка в Англию – дело решенное, оставалось лишь поддержать её.

Учеба в Англии начиналась в апреле. Бэкуя про себя лишь надеялся, что бесконечные туманные дожди и специфическая местная кухня не заставят Анон сбежать домой через пару недель.

Что же касалось учебы и социализации… В этом плане Бэкуя был в ней уверен. В конце концов, не может же всё сложиться так скверно, чтобы Анон и в коллектив не влилась, и по учебе скатилась, правда? (Хотя… кто знает).

***

Кафе «Хазава».

— Муцуми, я больше не смогу учиться в Цукимори. Причины ты знаешь сама, — Сакико аккуратно опустила фарфоровую чашку на блюдце и строго посмотрела на подругу. — Если в академии что-нибудь случится, обращайся за помощью к Соё.

Муцуми же с громким «С-с-срп!» продолжала увлеченно тянуть манговый сок через трубочку. — Я поняла, — коротко роздался её голос.

— Я перевожусь в Ханеоку. Там выплачивают солидную стипендию, — с гордой решимостью продолжение озвучила Сакико. — Если удастся её получить, я смогу меньше времени тратить на подработки.

Вот так. Пережив полгода изнурительного труда и забот о спивающемся отце, Сакико так и не вернулась под крыло семьи Тогава. Бэкуя наверняка отказался бы это понимать: какому нормальному человеку сойдет с ума добровольно выбирать путь страданий?

Муцуми же считала просто: раз Сакико так поступает, значит, у неё есть свои причины. Хотя не исключено, что той просто нравилось тешить собственное эго, воображая себя «одиноким странником, несущим свой крест во тьме».

Самой Муцуми было глубоко всё равно, где учиться. Какая разница? Всё равно после уроков делать нечего, кроме как сбегать в Симокитадзаву и пилить на гитаре. В Цукимори хотя бы всё знакомо, да и в саду при клубе садоводства можно спокойно выращивать огурцы, не занимая место дома.

Подумав об этом, Вакаба Муцуми сделала еще один глубокий «С-с-срп!» из стакана.

В нескольких столиках от них за этой парочкой наблюдовала Хазава Цугуми. На её лице застыла теплая, почти материнская улыбка.

«Как же это прекрасно… искренняя девичья дружба», – умилялась про себя Цугуми.

***

Дом Нидзики.

— Рё! Ты снова сожрала мой пудинг! — Нидзика мертвой хваткой вцепилась в загривок пытавшейся удрать Ямады Рё.

— Гоменнасай! — Без тени стыда согнулась в поклоне Рё. Выглядело бы это куда убедительнее, если бы она при этом судорожно не доедала ложкой тот самый пудинг.

— Мы уже почти старшеклассницы! Я еле-еле помогла тебе раздать долги за среднюю школу! Смотри у меня, в старшей чтоб больше ни у кого не занимала! — Строго наставляла подругу Нидзика.

— Чавк-чавк… Я всьо поняла, — промямлила Рё с набитым ртом.

— Не жри, когда я с тобой разговариваю! — Не выдержав, Нидзика прописала ей звонкий ребром ладони по макушке.

***

— Таки-чан, а почему ты не хочешь остаться в Ханеоке? — Поинтересовалась Шиина Маки.

— …Просто мне кажется, что Ханасакигава подходит мне больше. К тому же там учатся мои старшие по группе, — буркнула Шиина Таки, отводя взгляд. Естественно, признаться в том, что она просто бежит от тени собственной идеальной сестры, было выше её сил.

Маки посмотрела на младшую сестренку и ласково закинула удочку снова:

— Но ведь твои любимые Afterglow учатся как раз в Ханеоке? Вдруг получилось бы взять у них автограф?

— Не твоё дело!

— Ах, какая же ты всё-таки предсказуемая, малышка Таки, — с нарастающим удовольствием произнесла Маки, глядя на то, как сестренка с пунцовыми щеками скрывается в своей комнате.

Она прекрасно знала настоящую причину. Но дразнить Таки было слишком приятным удовольствием, чтобы от него отказаться.

***

Наступил апрель – пора новых начинаний и школьных линейок.

Бэкуя вошел на территорию старшей школы Симокитадзава. За последние годы лица вокруг него менялись калейдоскопом, но двое оставались неизменными спутниками.

— Ой, доброе утро, Нидзика! — Окликнул он девушку, заметив знакомый ярко-жёлтый хохолок, задорно торчащий над её головой.

— Доброе утро, Бэкуя-кун! Надо же, мы снова в одном классе! Я сегодня утром хотела зайти за тобой, но ты, похоже, ещё дрых без задних ног, — лучезарно улыбнулась Нидзика.

Тем временем синеволосая тень уже бесшумно подкрадывалась к рюкзаку Бэкуи. Ямада Рё точно знала: где-то в глубине этого портфеля прячется заветный матча-пудинг.

И пока цель близка, сегодняшний обед у нее считай уже в кармане.

http://erolate.org/book/4978/498541