Через час гостиная нашего дома утопала в отблесках вспышек от яркого экрана и глубоких басах танцевальных ритмов, вырывающихся из мощных динамиков премиальной аудиосистемы.
Тут и там мелькали улыбающиеся лица. Сверкали бликами бокалы с напитками. Ослепляли светодиодные стики всевозможных цветов. А над головами в такт музыке двигались руки танцующих гостей, которых набралось целых шестнадцать человек.
Я даже не успел толком познакомиться с некоторыми из них. Кирилла Романова, парня Катюхи, и по совместительству старшего брата Платона, я уже знал. Юлиану, Софию и Дарью, бывавших у нас в гостях, — тоже. Все они приехали со своими парнями, и с ними мы быстро нашли общий язык. Жека и Макс, Катины сокурсники, тоже явились на вечеринку со своими подругами. А вот Тимоха, ещё один приятель сестры, и те самые её подружки пришли поодиночке.
— Привет! Ты чего такой кислый? Я Аня. — Перекрикивая музыку, ко мне подошла одна из гостий, и я одновременно почувствовал чьи-то ладошки на своих плечах.
— А я Тома. Помнишь меня?
Обернувшись, я мельком оглядел высокую темноволосую девушку в узкой юбке.
— Ты была на дне рождения сестры. Помню, конечно! — откликнулся я и заметил в руке Тамары два пустых бокала. — Ищете, чего бы выпить?
— Угу. Поможешь выбрать? А то глаза разбегаются! Ха-ха! — Аня подошла ещё ближе.
Её ладошка коснулась моей груди, скользнула ниже, и пальчики вонзились между рубахой и поясом брюк. Лучше налью-ка им чего-нибудь, да побыстрее.
Отыскав на столе бутылку мохито, я наполнил бокалы девушек. Плеснул немного себе, и мы разговорились.
А когда наши бокалы опустели, девчонки вдруг заскучали.
— Не хочешь потанцевать? Давай! — спросила меня Аня, переключая внимание с подруги на себя.
Она вырвала из моих рук стеклянный бокал. Не дожидаясь ответа, схватила мою ладонь и, виляя бёдрами, потянула в сторону большого экрана. А Тома, заливисто смеясь, принялась подталкивать меня сзади под поясницу и даже не постеснялась пощупать мою задницу.
Не знаю, к счастью или нет, но обе девушки оказались весьма симпатичными, в меру раскованными. Только уж слишком активными. И, полагаю, не совсем по своей воле.
Спустя мгновение мы влились в толпу и начали танцевать.
Появившийся по соседству чуть позже Тимоха сумел привлечь Аню и увёл её в сторону. А Тома плотно занялась мной. Эротично двигаясь рядом, она прижималась ко мне ягодицами, тёрлась упругой грудью, обдавая меня резким запахом дорогих духов. И раз за разом возвращала мои руки на свою талию, но я тут же убирал их, ища глазами Алису.
— Лекс! Ты не проводишь меня попудрить носик? — Устав танцевать, она прильнула ко мне спиной и опустила голову на плечо. — Катя не успела мне показать, куда идти.
— Хорошо. Давай за мной, — согласился помочь я.
Тома взяла меня за руку, и я потянул её к выходу из шумной комнаты. Мои глаза бегали по мелькающим лицам, но нигде я не видел Алисы. И что самое гадкое, не видел Платона.
Я довёл девушку до санузла на первом этаже, включил внутри свет. Но когда протянул руку, чтобы открыть дверь, Тома толкнула меня, заставляя прижаться спиной к прохладной стене. Прильнула всем телом, и её горячие губы впились в мои. А я… Я не сразу нашёл в себе силы остановиться.
Разорвал поцелуй и деликатно отстранил от себя соблазнительную девушку.
— Что ты делаешь? — задал я глупый вопрос и вытер свои губы тыльной стороной ладони.
— Что делаю я?! Пытаюсь поднять тебе настроение, — мило ответила Тома и снова прижалась ко мне грудью. В нос ударил резкий, дурманящий аромат её элитного парфюма. — Ты такой классный, но такой грустный… Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо. — Она вновь потянулась за поцелуем, однако в этот раз я не позволил ей этого сделать. — Лекс, в чём дело? Я тебе больше не нравлюсь? — ласково спросила она, но в голосе прозвучала обида и непонимание.
Грохот музыки внезапно стих, а через мгновение в гостиной зажёгся свет, осветив полумрак коридора.
— Дело не в тебе, Том. Ты офигенная. Но… Я не могу. Прости, — проговорил я, освободился из плена девушки и пошёл назад в сторону гостиной.
— Итак, дамы и господа. Мы начинаем нашу первую игру! Прошу всех собраться у стола! — громко произнесла Катерина в микрофон и взялась пересчитывать гостей. — Евгений, Максим, отлично. Лекс. У тебя на щеке помада… Выше, ага, вот тут, — подсказала сестра и оглядела присутствующих. — Все здесь? Аня, Тимофей. А где Тома? Лекс, где ты потерял свою девушку?! — вновь обратила на меня внимание сестра.
Ну вот зачем она это делает, а? Зачем так? Специально же, да?
Я заметил, как из другого входа в гостиную вернулась Алиса в сопровождении Кирилла. Её поникший взгляд отыскал в толпе меня, но тут же убежал в сторону. Конечно, она всё слышала.
И они что, выходили поговорить? О чём? Какие у Алисы могут быть дела со вторым Романовым?
— Тома сейчас придёт, — негромко ответил я, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание, не уточнив, где именно застряла Тамара.
— Ладно. Тогда слушайте правила…
За следующую минуту Катерина объяснила нам суть игры: каждая пара вытягивает жетон с номером одной из гостевых комнат. Там сразу за дверью лежит письмо, внутри которого находится текст задания. Та пара, что выполнит своё задание быстрее всех, получит приз, а также право провести ночь в лучшей спальне нашего особняка. Была у нас таковая для особых гостей.
И когда все пары вытянули из тканевого мешочка свои случайные номерки, Катя занялась оставшимися гостями без пары:
— Лекс, Тимофей, Аня и Тома. Подойдите!
Первыми номерки вытянули девушки, а затем уже я с Тимохой.
— Ну-ка… — Катя поглядела на наши жетоны. — Прекрасно! У нас есть две последние пары! Аня и Лекс, Тимофей и Тамара! Так будет ещё веселее. Игра начнётся через пять минут. А сейчас для всех прозвучит замечательная песня от талантливой Леди Гага! — воодушевлённо договорила сестра.
Перед тем как в гостиной погас свет, мы с Тимофеем недоумённо переглянулись. Зачем Кате понадобилось перетасовывать наши пары? Случайность? Я пожал плечами, и тогда Тимоха приобнял Аню, но та вывернулась и направилась ко мне.
Заиграл знакомый атмосферный мотив саундтрека из фильма «Топ Ган: Мэверик». Парни стали разбирать девушек. А Тимофей, не теряя времени зря, рванул к Томе. И пока она думала, соглашаться ей или нет на его приглашение, я ускользнул от Аньки и отыскал Алису.
Оттолкнул Платона, вцепившегося в неё обеими руками, словно голодный клещ, и на ухо спросил девушку:
— Ты потанцуешь со мной?
Она подняла взгляд и замерла в нерешительности. Время будто застыло, превратившись в тягучий кисель.
Мы смотрели друг другу в глаза.
Мелодия становилась отчётливей.
Звучали слова куплета, но я всё ещё ждал.
А потом Алиса перестала жевать губы, улыбнулась и шагнула ко мне. Я обнял её, и, не говоря ни слова, мы начали неторопливо кружить в медленном танце.
Весь мир сжался до небольшого клочка комнаты, где мы с Алисой, обнявшись, делились теплом друг с другом.
Немного погодя я убрал свою руку с талии девушки, сжал её ладонь. И в этот момент Леди Гага запела припев (вольный перевод песни Hold My Hand):
So, cry tonight, / Пусть плач омрачит эту ночь,
But don’t you let go of my hand! / Но не отпускай моей руки!
Я крепче прижал к себе Алису. Её рука обвила мою шею. Нежный, словно хрустальный, аромат ландыша, а, может, фрезии, исходящий от девушки, стал ярче. А позже я ощутил, как моего плеча коснулась её влажная щека.
— Ты плачешь? — взволнованно спросил я.
Но Алиса ничего не ответила. Я не видел её лица и не понимал, что происходит. Возможно, мелодия заставила её о чём-то таком вспомнить. Это случается. Хотя… То, как я держал руку Алисы, очень резонировало со словами самой песни, в которой пелось о том, что нельзя отпускать, что бы ни случилось. О том, что ночь может быть полна слёз, но кому-то очень нужно чувствовать твоё тепло и знать, что он не один.
Рядом с нами танцевали Тимоха и Тома. Аня и Платон в одиночестве стояли у стены по разные стороны стола.
Мы кружили под сентиментальную лирику Леди Гага, когда мои глаза наткнулись на разгневанный взгляд Катерины, танцующей с Кириллом около нас. Она укоризненно покачала головой и прошипела что-то про мои извинения.
Я никак не отреагировал, и тогда Катя отправила своего кавалера освежиться. Песня ещё не закончилась, но сестра положила ладонь на моё плечо и решительно заявила:
— Алиса, мне нужно поговорить с моим братом. Немедленно!
Я не хотел отпускать девушку, но она шумно вдохнула через нос, вырвалась из моих объятий, и Катерина тут же оттащила меня в сторону.
— Ты охренел?! — начала с наезда она. — Какого чёрта, Лекс?! Я же просила, не лезь! Ты не понимаешь! Алиса… — шипела она от негодования.
Но я не слушал. Смотрел, как в полумраке гостиной Алиса обходит стороной Платона с выставленной вперёд ладошкой и поворачивает к столу. Как наливает в пустой стакан сок из графина.
Рядом с ней внезапно появился силуэт Ани. Та о чём-то спросила, заставляя Алису обернуться, и у стола снова мелькнуло лицо Платона.
Блики от вспышек экрана и яркие полосы светодиодных стиков искажали картинку. Но мне показалось, будто жидкость в стакане Алисы качнулась, и что-то белое стало погружаться на дно, оставляя за собой шлейф из мелких пузырьков.
— Ты меня слушаешь?! Лекс! — словно в тумане продолжала о чём-то вещать сестра.
Её пальцы коснулись моей щеки, заставляя меня повернуть голову, и я уже почти перевёл взгляд на Катерину. Но в последний момент заметил, как Анна кивнула и развернулась, а Алиса медленно подняла свой стакан и собралась утолить жажду.
Меня вдруг накрыло осознание: Платон что-то подбросил в её напиток!
Вот же, мать его, сукин сын!
http://erolate.org/book/4981/498679
Готово:
