Действуя на рефлексах и адреналине, через мгновение я уже стоял рядом с Алисой.
— Алиса, не пей!!! — крикнул я, стараясь перекричать голос певицы. Накрыл стакан ладонью левой руки, обхватил его пальцами правой вместе с кистью девушки и мягко отвёл вниз. — Не пей! — повторил я чуть спокойнее и обернулся на спину быстро удаляющегося от стола Платона. — Просто подержи! Я мигом!
Дёрнулся в его сторону. Догнал. Схватил за шкирку и резко, рывком, потянул на себя. Уложил спиной на пол прямо под ноги ничего не понимающих и не подозревающих пар, что танцевали с нами рядом.
Достал из кармана смартфон, открыл камеру. Включил запись видео и сразу же протянул Алисе гаджет с ярким фонариком.
— Снимай! Снимай всё! — крикнул я и забрал у девушки стакан сока.
Надавил туфлей на грудь Платона, заставляя его лечь обратно на пол. Затем перешагнул через него, опустился на колени и надёжно обездвижил ногами обе его руки.
Наклонился. Зажал пальцами одной руки его нос, запрокидывая голову, и стал без всякой жалости вливать сок в раскрывшийся рот Платона.
— Пей, сучёныш!!! — злобно приказал я.
Он захлёбывался, плевался и дёргался, пытаясь скинуть меня с себя. Жидкость булькала в его раскрытом рту, стекала по щекам и шее, заливая рубашку, но медленно и неотвратимо наполняла его желудок.
— Не нравится, да?! Пей, сука! До дна пей! До последней капли! — продолжал рычать я.
За моей спиной кто-то уже кричал, звал на помощь.
Но я не остановился, пока стакан не опустел.
В гостиной зажёгся яркий свет, музыка внезапно оборвалась, и на смену ей пришёл громкий гомон гостей. Кто-то поспешил объяснить остальным, что «этот псих», то есть я, ни с того ни с сего накинулся на бедного парнишку, несколько раз ударил его кулаком, а потом заставил что-то пить. Хотя я его не бил.
Платон кашлял, пытаясь отдышаться. Его голова лежала в луже бледно-розового сока, что источал приторный вишнёвый аромат.
Я оценил размер лужи. Ну, хотя бы половина точно попала ему внутрь. Эффект будет.
Мой взгляд поднялся на перепуганную Алису, которая продолжала дрожащими руками снимать всё происходящее.
— Ты снимаешь? Алиса, он что-то подбросил в твой сок! — громко сказал я, чтобы камера зафиксировала мои слова. — Именно поэтому я заставил Платона его выпить. — Я снова уставился на мерзавца и схватил его за грудки. — Что ты ей подкинул? Отвечай!
Но вместо слов Платон извергал только невнятное мычание и хрипы. И тогда я решил обыскать его карманы.
Через четверть минуты перед камерой появился прозрачный пакетик с зип-застёжкой, внутри которого лежали несколько белых таблеток. Сжимая его двумя пальцами, я покрутил улику перед камерой.
— Вот это ты ей подкинул? Говори! Что это? Сукин ты сын! Говори!!! — требовал я, потряхивая подонка второй рукой.
Пока внезапно подкравшийся Кирилл не выхватил пакет из моих рук.
Алиса, заснявшая это, приподняла камеру и предусмотрительно отошла на шаг назад.
А Кирилл, завладев уликой, тут же её спрятал. Поднял руки в примирительном жесте и принялся успокаивать гостей Катерины.
— Придурок! Это просто мятные конфеты… — прохрипел Платон, изображая из себя невинную жертву. — Мой отец тебя засудит.
— Это мы ещё посмотрим, кто кого здесь засудит, — уверенно парировал я.
— В задницу! Я сваливаю с этой вечеринки! — расстроенно крикнул кто-то из гостей.
Кажется, это была Тамара.
И в то же мгновение в гостиную с визгом ворвалась хозяйка вечеринки. Видимо, Катерина готовила игру и поэтому не сразу узнала о случившемся. Сперва она тоже начала призывать всех успокоиться, но потом заметила причину переполоха и смолкла.
И пока она быстро к нам шла, Кирилл наклонился к Платону.
— Сейчас лучше заткнись, идиот! — сквозь зубы выплюнул он и легонько пнул брата по ноге.
— Лекс! Ты что натворил?! — разоралась Катюха. — Ты решил испортить мне вечеринку?! Немедленно отпусти его! Отпусти, я сказала!!! — принялась она истерично дёргать меня за локоть.
— Кхм… Лекс, давай отойдём на пару слов, — требовательно произнёс следом Кирилл и потянул меня за другую руку. Платон дёрнулся, освободил свою конечность и оттолкнул меня, вынуждая подняться. — Алиса, прошу тебя, выключи камеру! Это обычное недоразумение, — изображая спокойствие и уверенность, обратился старший сын Романовых к девушке, но та лишь помотала головой.
— Алиса, он врёт! В том стакане точно была та таблетка. И это была вовсе не мята! — сказал я.
— Так! Давайте-ка все успокоимся! — вклинилась Катерина. — О чём вы вообще? Лекс, ты что, пьян?!
За нашими спинами вновь погас свет, и заиграла музыка. А сестра, похоже, вообще не пыталась ни в чём разобраться.
Мне стало кристально ясно. Романовы явно попытаются замять конфликт. Но какого чёрта Катя заодно с ними?
Я увидел, как она протягивает руки к Алисе, собираясь отобрать у неё мой смартфон. Кулаком ударил Кирилла. Вырвался из его цепкой хватки, опередил сестру, и гаджет нырнул в карман моих брюк.
— Катя, одумайся! — успел крикнуть я перед тем, как сестра подхватила Алису под локоть и спешно увела в неизвестном направлении.
В ответ на мой удар Кирилл грубо толкнул меня в плечо, заставляя развернуться к нему лицом. А перед моими глазами стояла картинка, на которой Алиса не спускает с меня тревожного взгляда.
Романов пнул ногой дверь. Щёлкнула собачка замка, и мы начали вынужденный разговор.
Сперва он сравнительно вежливо просил удалить видео. Потом убеждал. А после пытался давить и даже угрожать.
— Кирилл, запись всё ещё идёт. Ты ведь это понимаешь? Да, телефон в кармане, картинки не будет. Но он пишет всё, что ты говоришь, — объяснил я, использовав последний аргумент.
На пару секунд Романов старший притих. Быстро прикинул, что музыка слишком громкая, и вряд ли на записи можно будет что-либо разобрать. Оскалился, но сделал шаг назад.
Дальше он говорил тише и был предельно осторожен. Однако продавить меня ему, естественно, не удалось. Тогда он сменил тактику и стал вдруг извиняться за поведение брата. А ещё позже — апеллировать к тому, что, мол, Алиса сама попросила об этом Платона. Но я не питал иллюзий по поводу лживости этого заявления.
— Нет! — категорически отрезал я. — Эта запись останется у меня. Обещаю, если твой брат извинится перед Алисой и перестанет её преследовать, то видео никто и никогда не увидит. Я своё слово держу. Так что в твоих интересах образумить Платона. — Я дал ему время на размышления. Но, не видя его желания идти на мировую, добавил: — Или прямо сейчас я звоню нашему адвокату, полиция берёт остатки сока на экспертизу, свидетели дают показания, и дело предаётся огласке. Что? Не хочется?
Молча поиграв желваками, Кирилл сдался. Едва заметно кивнул и, наконец, оставил меня в покое.
Я тут же вынул телефон из кармана. Остановил запись и отправил её Алексею Владимировичу, нашему адвокату. Следом добавил лаконичный комментарий, объясняющий произошедшее и то, что предшествовало сцене расправы с Платоном. А затем позвонил.
Неприятно, что пришлось испортить вечер хорошему человеку. Но сейчас это важно.
Я был абсолютно уверен, что Алексею Владимировичу можно доверять, и эта запись никуда не уйдёт, поэтому подстраховался. Мало ли как теперь себя поведут Романовы. Слова словами, но верить им я не намерен.
Вернувшись в гостиную, я первым делом начал искать Алису. И не нашёл.
Зато встретил Катю и сразу же вывел её в коридор. Сестра затаила на меня смертельную обиду за то, что я чуть не сорвал её вечеринку. Вообще не хотела со мной разговаривать. Но потом призналась, что ей с огромным трудом удалось уговорить гостей остаться и продолжить веселиться. Даже игру пришлось отложить.
— Да мне плевать! Я здесь ни при чём. И ты прекрасно это знаешь, — перебил я Катюху и ещё раз потребовал ответа на главный вопрос: — Где Алиса?
http://erolate.org/book/4981/498680
Готово:
