Утром Каджа разбудил осторожный и, можно даже сказать, деликатный стук в дверь. С трудом открыв глаза с мыслью узнать, кого принесла нелегкая, он увидел, что Лестия, прикрытая только короткой ночной рубашкой, уже открывает дверь. “Ну, хоть так” – вяло подумалось ему. После того раза, как суккуб открыл дверь работнику гостиницы в чем мать родила и услышал чувства Каджа по этому поводу, то пообещал исправиться и больше так не делать. Видимо, с точки зрения Лестии это и было исправлением.
Быстро осмотревшись и обнаружив, что в комнате больше никого нет, Кадж уже хотел чернить глаз, чтобы поискать ауры своих девочек, но сразу же передумал, увидев положение Тайроса в небе и посчитав, что все, скорее всего, завтракают в обеденном зале.
Полностью дверь суккуб не открывал, и Кадж с кровати не видел пришедшего, но судя по поведению Лестии, враждебных чувств гость не испытывал. Разговор начался с небольшой паузы и, учитывая длительность молчания гостя, одной ночнушки оказалось недостаточно. Однако голос за дверью все-таки зазвучал, и он был мужским. Судя по услышанному, Каджа приглашали в гильдию для беседы с главой. Подавив вздох, он кивнул Лестии, что повернула голову в его сторону. Сказав служащему, что глава группы в скором времени прибудет в гильдию, суккуб попрощался и закрыл дверь. За то время, что Лестия шла к кровати, у Каджа в голове калейдоскопом пролетели события вчерашнего вечера.
Как ни странно – они успели к закрытию врат. Причем Нэйя несла его на руках всю дорогу к городу, в то время как Лестия несла Рику. Добравшись до гостиницы, демоница заставила Каджа выпить еще один кроветворный эликсир и после чуть ли не силой уложила спать, сказав, что сама позаботится обо всем остальном. Решив, что утро вечера мудренее, Кадж подчинился без особых возражений и, едва оказавшись в кровати, уснул.
Сейчас же он чувствовал себя почти идеально – только страшно хотелось есть.
«Все как раз завтракают» - сказала Лестия, сев на край кровати возле него и спросила – «Пойдем?» Кадж кивнул и, когда суккуб поднялся, вылез из-под одеяла, намереваясь одеться.
«Если что – ты сам оставил Нэйю старшей, так что я не виновата» - вдруг выпалила Лестия, заставив его насторожиться.
«Объясни» - попросил он, предчувствуя неладное.
«Рике было совсем нехорошо. Она, конечно, не показывала чувств, но я-то все видела… А когда Нэйя дала ей эликсир спокойствия, Рика отказалась его пить, солгав, что все в порядке. Поэтому, чтобы не случилось чего, я ее зачаровала и заставила выпить эликсир. Но это Нэйя приказала! Я помню, что ты запретил мне так делать и сама бы никогда…»
«Ладно» - перебил Кадж суккуба и, вздохнув, сказал – «я знаю, что ты честна, так что больше не волнуйся об этом». Он понимал мотивацию Нэйи и не осуждал ее за подобное решение, как понимал и то, что любви и взаимопонимания между этой троицей подобный поступок не прибавит. “Посмотрим по настроению Рики” – решил Кадж и, одевшись, направился к выходу.
Поскольку их комнаты находились ближе к той лестнице, что вела к стойке регистрации, то и спустились они на первый этаж этим путем, и после пошли ко входу в обеденный зал. Стоило Каджу переступить порог столовой, он сразу же наткнулся на внимательный взгляд Нэйи, что сидела лицом ко входу. Ну и все остальные, проследив за взглядом демоницы, тоже заметили главу.
Группы Вока в зале не было, из чего Кадж сделал вывод, что они, скорее всего, еще спят. Взяв себе завтрак и направившись к столу, он быстро прошелся по выражениям лиц и цифрам состояний своей группы. В целом – все было хорошо. Хотя цифры Рики были слегка тревожными. Совсем слегка... Правда, судя по другим цифрам, она уже немного заложила за воротник[1], потому существовало опасение, что до этого ее настроение могло быть хуже.
Решив заняться Рикой после визита в гильдию, Кадж, поздоровавшись со всеми, сел за стол. Краем глаза видя озадаченный взгляд Элси, что был направлен на его макушку, Кадж в первое мгновение удивился, но потом все понял. “Я же снова лысый как колено” – огорченно подумал он, и, почему-то вспомнив Дэссу, также мысленно уточнил – “колено человека”.
«Ты же не в первый раз видишь у меня такую прическу» - сказал он, улыбнувшись элите, и сразу затем, не дав времени как-то отреагировать, спросил – «или считаешь, что с волосами лучше?»
«Н-ну… да» - запнувшись, ответила Элси – «это только мое мнение, глава, но с волосами… и с бровями - все-таки лучше».
«Спасибо, учту» - с серьезным лицом ответил Кадж.
Немного пообщавшись со всеми, он сообщил, что сразу после завтрака отправится в гильдию. Нэйя, несмотря на его легкий тон, явно все поняла по чувствам и сразу же захотела составить компанию. Лестия, видимо, понимая, что из-за необходимости охранять Рику ей поехать не светит, не стала даже спрашивать об этом.
Сказав остальным ждать в гостинице, Кадж с Нэйей направился к повозке. Такой медленный способ перемещения был нужен ему, чтобы, во-первых, немного прийти в себя и обдумать сложившуюся ситуацию, и, во-вторых, обсудить с демоницей все случившееся.
«Держи» - протянула Нэйя пузырек, едва они подошли к лошадям – «хоть, судя по чувствам, у тебя все восстановилось, но лучше выпей». Кадж не стал спорить и, откупорив пробку, залпом выпил содержимое. Затем, ответив на вопрос демоницы, что надевать доспехи сегодня нет нужды, он с грустью вспомнил, что ему самому надевать нечего. “Надо сегодня заказать комплект брони. А лучше – сразу два-три комплекта” - сделал он себе пометку. После случившегося в Сардисе Кадж уже не переживал, что из-за кожи черных птиц к нему снова нагрянет Леда или кто-то еще.
Подготовив повозку, демоница села на место возницы, а Кадж расположился рядом. Выехав с заднего двора, они направились в сторону гильдии.
По дороге Кадж рассказал Нэйе о визите служащего. В глазах демоницы появилось беспокойство, и она сказала, что, скорее всего, гильдия уже знает, что это они причастны к вчерашнему пожару.
«Как бы нам заслуги не сняли, и платить за ущерб не заставили» - мрачно выдала она.
«Думаешь, они заметили тот пожар?» - поднял бровь Кадж. Он, конечно, на обратном пути даже сокрытием не пользовался, так что пройти по следам аур служащим магам не составило бы труда, но... Лестия с Нэйей довольно быстро все потушили, да и вряд ли этот пожар заметили аж из города, который находился в четырех часах езды от логова. Хотя, если там было достаточно много дыма …
«Пожар?» - подняла бровь уже Нэйя, но потом, пробормотав “а… ты же не мог видеть”, объяснила – «“глаз Тайроса” точно был виден за много километров». “Тогда понятно…” – подумал Кадж и уточнил – “понятно, что дело дрянь”. Значит, вчера гильдия сильно продлила рабочий день – возможно даже до утра. Ведь если потратить четыре часа в одну сторону, а потом столько же в другую…
«Ладно, нет смысла переживать раньше времени» - произнес он, что бы успокоить демоницу – «если что – денег у меня много, а заслуги можно быстро заработать». “Главное, чтобы с нее класс не сняли” – подумал он про Нэйю – “хотя вроде не должны – все-таки это из-за меня лес загорелся. Она, наоборот, тушила его”.
Еще Кадж хотел узнать про вчерашние события, что произошли после его отхода ко сну. Из важного, по словам демоницы (не считая казуса с Рикой), был только разговор с Дэссой про отмену утренней охоты. Еще Нэйя, как ранее Лестия, тоже попыталась объяснить, что боялась возможного срыва Рики, но Кадж махнул рукой, сказав, что все понимает.
«С Рикой я сам поговорю и после решу, как лучше поступить, так что не волнуйся» - попытался успокоить он демоницу, но та, зная его чувства, лишь скривила губы и покачала головой.
Подъехав к гильдии, Кадж попросил Нэйю просмотреть доску на предмет интересных и денежных заданий. Увидев ее кивок, он спрыгнул на землю и направился к парадной двери.
Зайдя в зал ожидания, Кадж двинулся к стойке, чтобы узнать, у себя ли Лакос и можно ли к нему зайти. Однако, идя к служащей, он быстро понял, что что-то не так. Поскольку было утро – зал был почти полон. И естественно, тут было довольно шумно. Вернее – было секунду назад. Но едва он зашел в здание, в зале наступила мертвая тишина. Идя к стойке, Кадж снова чувствовал, что большинство взглядов направлено прямо на него. И это несмотря на то, что те наемники, кто находился в поле его зрения, смотрели куда угодно, только не в его сторону. “Да какого хрена?!” – мысленно выругался он, не сбавляя шага.
Узнав у перепуганной служащей, что глава свободен, Кадж быстро поднялся наверх, скрывшись, таким образом, от всех пялящихся в него глаз. Ненадолго остановившись, он медленно выдохнул и только после этого пошел к кабинету главы.
«Доброе утро, присаживайся» - сказал Лакос со своего кресла, едва Кадж переступил порог его кабинета. Ответив на приветствие, он сел на стул и вопросительно посмотрел на главу. Лакос, смотря на стол, немного помолчал, будто бы собираясь с мыслями, а потом, подняв глаза на Каджа, сказал - «Ты устроил нам очень долгую рабочую смену». “Все-таки Нэйя была права” – подумал тот и осторожно спросил – «Мне уже можно начинать переживать?» Лакос усмехнулся, хотя улыбка выглядела усталой. Ну, если учитывать, что он на работе со вчерашнего утра и впереди еще целый день, то такая реакция, на взгляд Каджа, была неудивительной.
«Сначала я хотел бы узнать у тебя некоторые подробности» - сказал Лакос, доставая чистый пергамент из ящика стола. Вынув перо из чернильницы, глава поднял глаза на Каджа и спросил – «Расскажешь?»
Поскольку по пути в гильдию Кадж успел обсудить с Нэйей и такую ситуацию, то сейчас просто спокойно кивнул. “Главное, чтобы он не спросил, как я нашел логово, а остальное неважно” – мелькнуло у него в голове. Слушая рассказ, Лакос время от времени кивал, делая пометки в пергаменте.
«…а когда я почувствовал огромную силу, идущую снизу, то понял, что уйти оттуда не смогу, так что отбежал почти до барьера, навесил защиту и просто ждал, когда заклятье сработает» - закончил Кадж свой рассказ. Лакос некоторое время молча смотрел на него, а потом, словно сам себе не веря, спросил – «И ты… пережил “глаз Тайроса”?»
«Ну… я же сижу тут» - поднял Кадж отсутствующую бровь. После этих слов глава чуть ли не бессознательно посмотрел на кристалл правды, лежащий на столе, и через секунду, взглянув на Каджа, произнес – «Слушай… это не приказ. И ты, безусловно, можешь отказаться…» Снова глянув на кристалл, Лакос продолжил – «Но гильдия оценит, если ты подтвердишь это на кристалле». И быстро уточнил – «Я имею в виду только свой последний вопрос». Кадж согласился и, положив руку на кристалл, сказал, что попал под действие того уничтожившего логово заклятья и пережил его.
«Б-благодарю» - запнулся Лакос, увидев синюю вспышку. Спрятав пергамент в стол, глава, безуспешно пытаясь скрыть удивление (если не потрясение) на лице, поднял взгляд на Каджа. Едва открыв рот, Лакос снова его закрыл. Опустив глаза и помолчав немного, глава вернул себе самообладание
«Учитывая твои заслуги и то, что пожар был потушен силами твоих соратников… В наказание за ущерб я лишь повешу на твою группу одно безотказное внеклассовое задание» - огласил он приговор. Видя легкое непонимание в глазах Каджа, Лакос объяснил, что теперь гильдия имеет право дать задание, от которого он не может отказаться, если хочет и дальше быть наемником. А “внеклассовое” означало, что класс задания может быть любым, но не выше класса проштрафившегося главы группы. “Фух! Легко отделался” – с облечением подумал Кадж и кивнул, давая понять, что наказание принял и возражений не имеет.
«А могу я узнать, как вы так быстро все поняли?» - спросил он в свою очередь, потому как во время рассказа видел, что для Лакоса почти все сказанное не было новостью. Глава гильдии Лура улыбнулся и, сказав, “конечно”, начал рассказ.
Так Кадж узнал, что вчера вечером, когда вдалеке на мгновение вспыхнул ярко-оранжевый шар, стража врат уведомила старшего смены, а уже тот – свое начальство. Ну а потом поставили в известность и гильдию.
Отряд, состоящий из городских стражников и наемников, отправился туда, где была замечена вспышка. И добравшись, они, само собой, нашли следы аур нескольких разумных.
«Лично я не был уверен, что это на самом деле был “глаз”» - продолжал Лакос – «но если все-таки там был он – остаться не должно было вообще ничего. Ведь заклятье подобной силы уничтожает не только все следы аур в области действия, но даже кристаллы в рабских ошейниках. И в этом случае мы шли туда только для того, чтобы потушить пожар и убедиться, что в поле действия “глаза” не осталось даже пыли – не то, что тел». Почти незаметно покачав головой, глава хмыкнул и произнес - «А когда я добрался до ямы, то очень удивился, увидев, что к ее центру идет один след, а назад идут уже два следа». “Ясно” – подумал Кадж – “заклятье стерло мой след. И когда Нэйя забежала внутрь воронки, а потом вышла оттуда, то оставила, таким образом, два своих следа. А вот мой след был только один, когда она несла меня назад. Так они и поняли, что кто-то смог пережить тот ад”.
«Убедившись, что пожар потушен, мы пошли по следам аур и вышли к гостинице “Пушистый хвост”» - произнес тем временем Лакос – «и тут мне окончательно стало ясно, что случилось и кто зачинщик». Слегка покачав головой, он продолжил – «Но и тогда я не верил, что это возможно, чтобы кто-то смог выжить». Открыв ящик стола, глава достал пергамент и, развернув его, сказал – «У меня тут даже есть сделанная служащим выписка. Вот, послушай: “Глаз Тайроса” это сверхранговое составное заклятье, состоящее из Средних и Больших рун. Для успешного применения требуется владение магией огня и воздуха на 10-м ранге. Средний мгновенный урон равняется урону от заклятья 18-го ранга. Имеет также побочный урон в виде ослепления и воспламенения. Изобретено демонами огня». Закончив читать, Лакос положил пергамент на стол.
«Поскольку исследователи, все всяких сомнений, вызвали это заклятье с помощью ритуала, то его сила могла бы быть и меньше, если им, например, не хватило рабов для наполнения круга. Но, учитывая, что даже магические кристаллы были полностью уничтожены – вызванная ритуалом магия была не ниже 15-го ранга».
«Я правильно понимаю, что это каким-то образом стало известно всем?» - спросил Кадж, вспомнив атмосферу в зале ожидания гильдии. Лакос, вернув пергамент на место, вздохнул и сказал – «Видишь, какое дело… когда мы вернулись в город и пошли по следу аур твоей группы, стражники, что были с нами, естественно, вернулись в казармы. Ну и, конечно, не могли не поделиться с остальными свежими новостями». “Твою мать” – мысленно выругался Кадж – “теперь джинна в бутылку уже не загнать”.
«И вот заходишь ты в гильдию - без доспеха, волос и даже бровей» - размеренно продолжал Лакос – «сам понимаешь, поздно говорить, что это был кто-то другой – никто просто не поверит».
«Вы не представляете, как я этому рад» - мрачно ответил Кадж. Лакос сочувствующе кивнул, однако добавил - «Попробуй посмотреть с хорошей стороны. Теперь некроманты или Орден вряд ли решатся напасть на твою группу. Да и, возможно, не только на твою». “Хорошо бы если так” – подумал Кадж, не слишком, впрочем, на это рассчитывая.
«Да, насчет вспышек…» - во избежание вопросов, он, конечно, не мог сообщить Лакосу о том, что видел черными глазами, но о нескольких десятках вспышек силы все же рассказал – «как такое вообще можно провернуть? Я имею в виду, они же не могли принести в жертву больше тридцати магов».
«В принципе - могли» - не согласился Лакос – «но я думаю, исследователи использовали кристаллы». Попросив рассказать подробнее, Кадж узнал, что в один кристалл нужного размера и формы можно поместить два заклятья – одно, чтобы повредить тело раба, а другое - запустить магию в следующем кристалле. И тогда нужен всего один маг, чтобы запустить всю эту цепочку, в которой может быть и несколько сотен звеньев.
После этих слов пазл в голове Каджа полностью сложился. “Выходит, они взяли достаточно большой кристалл и поместили туда заклятье воздушной тюрьмы. После чего спрятали кристалл в земле, и тот маг воды просто активировал его, когда понял, кто я такой” – подумал он, понимая, что опять наступил на те же грабли из-за отсутствия знаний. А самым отстойным, в глазах Каджа, было то, что такой кристалл не заметить, пока он не активируется. Ведь если смотреть черными глазами - увидишь только контуры чего-то, похожего на камень (разве что необычная форма сможет привлечь внимание). И теперь это предстояло учитывать, так как в следующем логове сюрприз может быть еще страшнее.
«Правда, если у исследователей есть такие кристаллы – значит, они либо создали подземелье для их добычи, либо сотрудничают с кем-то очень влиятельным» - подытожил глава, и, почти сразу добавил - «да - все это тоже не подлежит разглашению». Кадж понимающе кивнул. Затем, задав еще пару вопросов и решив, что пора уже и честь знать, он поднялся, чтобы уйти, когда Лакос неожиданно сказал – «Имей в виду – после вчерашнего гильдия повесит тебя на доску».
«Что вы имеете в виду?» - насторожился Кадж. И глава объяснил, что у гильдии есть такой обычай: особо отметившегося наемника могут сделать местной знаменитостью.
«Ты же видел доску с изображениями в зале ожидания?» - спросил он. Кадж, конечно, видел – хотя такой стенд был не в каждом здании гильдии, где ему довелось побывать (в маленьких городах, вроде Риэса, такой доски не наблюдалось). Другое дело, что Каджа особо не интересовало, чьи “фото” там находятся. (Правда, один раз, в Аданате, он подошел посмотреть, так как Нэйя сказала, что на доске, в том числе, висит изображение главы всей гильдии, то бишь самого Несокрушимого Тагора).
Эта доска была разделена на три части: левый квадрат, правый квадрат и нижний прямоугольник. Схема расположения лиц была следующей. В левой части в самом верху посередине было изображение Тагора. Ниже находились главы гильдий других городов. Причем, насколько понял Кадж, в первом ряду шли главы самых крупных городов, ниже – средних, потом – небольших, ну а еще ниже – захолустных.
В правой части доски находились герои Короны, что одновременно были и наемниками высоких классов, вроде Леды. А в третью часть могли попасть те из наемников, кто сделал что-то запоминающееся для жителей города. Естественно, в разных отделениях гильдии внизу доски были разные изображения, потому что и “знаменитости” были разные. Что еще было интересным – чтобы туда попасть, поступок необязательно должен был быть хорошим и полезным! Последнее как раз и объяснил Каджу Лакос. И сразу следом глава рассказал, каким образом принимается решение повесить туда кого-либо.
«На ближайшем к доске подоконнике стоит большая ваза» - рассказывал он – «и, когда случается событие, удивившее всех или многих, то наемники – кто сам хочет – бросают туда клочок пергамента с именем претендента и своим именем. Это один голос. И если таких кусков наберется определенное количество… да, у нас записано, сколько голосов собрал каждый, висящий внизу доски. Так вот, если новый, гм, соискатель наберет больше, чем тот на доске, у кого наименьшее количество голосов, то изображение заменяют».
«И вы сейчас хотите сказать…» - медленно начал Кадж, но Лакос, даже не дослушав, кивнул и сразу ответил – «Хотя еще только утро, но мне примерно полчаса назад сообщили, что ты уже набрал достаточно. Поздравляю».
«Счастье-то какое» - кисло пробормотал Кадж, думая, не уехать ли прямо сегодня? В другом городе ведь не будет его физиономии на доске. По крайней мере, пока. Наверное, если бы не чувство ответственности за группу Вока, он бы уехал еще до обеда. “Хотя, еще Рику надо привести в норму” – вспомнил он – “и на ферму кэсли сходить. Обещал ведь”.
«Это же никак не отразится на мне?» - на всякий случай уточнил он – «Ну, в плане новых обязанностей или чего другого». Лакос с усмешкой заверил, что ничего такого не будет, разве что внимание наемников может возрасти, и, возможно, кто-то захочет вступить к нему в группу. “Внимание – это не очень хорошо, а желающих вступить можно просто сразу отшивать[2]” – сделал для себя вывод Кадж. Завершив на этом беседу, они распрощались.
Спускаясь по лестнице в зал ожидания, Кадж стиснул зубы, надеясь, что Нэйя по его чувствам сразу все поймет и не станет звать к доске, чтобы обсудить разные задания. К его огромной радости, демоница не сплоховала, и они довольно быстро покинули здание гильдии.
«Надо же, ты настолько сильно не переносишь внимание» - удивленно сказала Нэйя, когда они шли к повозке – «и я так понимаю, разговор с главой тебя тоже не обрадовал».
«Поехали на рынок» - пробормотал Кадж и, запрыгнув на скамью возницы, добавил – «я все расскажу по дороге».
Правда, новости не огорчили демоницу, а наоборот - повысили ей настроение.
«Нам здорово повезло, что даже заслуг не сняли» - сказала она – «ну а доска… если не нравиться – можем просто сменить город».
«Так оно и будет» - сказал Кадж, смотря на лавки, мимо которых они ехали – «только дела доделаю – и уедем». Нэйя сочувственно улыбнулась - «Могу сразу сказать, что это мало поможет. Новости по гильдии разлетаются быстро, несмотря на запрет о разглашении. И я тут еще подумала… в Аданате тебя тоже могли повесить на доску. Логово, дробильщик… Должно пройти время, чтобы об этом узнало большинство наемников, и чтобы они собрали голоса. Тут-то просто сразу стало известно, что уничтожил логово и выжил под “глазом” именно ты».
«В Аданат возвращаться я пока не собираюсь» - быстро ответил он. Демоница сочувственно улыбнулась и добила - «А еще у нас элита в группе, что шлет сведенья в столицу. А в столице Леда, что дралась с тобой. Так что в Актосе среди элиты ты, скорее всего, уже известен».
«Ну, туда сейчас тоже ехать необязательно» - ответил он, задумавшись.
«А куда тогда?»
«Может, в деревню Танаты» - выдал Кадж первое, что пришло в голову. В ответ демоница лишь задумчиво хмыкнула.
Добравшись до рынка и оставив повозку около въезда, они отправились вглубь рыночной площади. Найдя оружейника (это был горный гном), Кадж дал ему необходимое количество кожи, попросив сделать три комплекта доспехов. Когда мастер, выполнив необходимые замеры, огласил цену, Кадж лишь кивнул. Но, едва гном сообщил, сколько времени это займет… “Десять дней” – скрипнул зубами Кадж, думая, не пойти ли к другому оружейнику. Но, узнав у Нэйи, что подобную работу вряд ли кто-то сумеет выполнить быстрее, а в деревне Танаты может просто не найтись нужного мастера, Кадж, скрепя сердце, согласился на два комплекта и шесть дней ожидания.
Еще немного побродив по рынку, они зашли в лавку с одеждой и Кадж, посмотрев на одно из платьев, сказал Нэйе, что оно бы ей пошло. Да, он знал, что демоница всегда воротит нос от подобной одежды, но не мог не сделать этой попытки. Вдруг упрямая спутница все-таки сдастся и решит хотя бы примерить эту красоту? Но Нэйя лишь надула губы, сказав, что штаны удобнее и лучше защитят при нападении. Вздохнув, Кадж посмотрел на лавочника, что был уже готов к торгам, и с грустью покачал головой.
Покинув рыночную площадь, они уже подходили к стоящей возле выхода веренице повозок, когда Нэйя, схватив Каджа за руку, произнесла, что возле их лошадей кто-то стоит и его рисунок чувств показывает страх, напряжение и почти отчаянную решимость. “Забавно, что и у животных есть рисунки чувств, и Нэйя всегда может отличить наших лошадок от чужих” – мимолетом подумал Кадж. Уточнив у демоницы, что хозяин рисунка не собирается нападать, он проверил черным глазом ауру ожидающего и, увидев, что это не маг, даже не стал навешивать защиту. Хотя, будь тот волшебником, Кадж обязательно навесил бы заклятье, помня о том, как исследователи с помощью слабеньких магов и кристаллов едва к Вейре его не отправили.
Стоящий возле повозки имел карие глаза и темные волосы до плеч, но, тем не менее, был полукровкой – уши выдавали его. Одетый в белую рубашку, темно-синий пиджак и такого же цвета штаны, он сильно выделялся на общем фоне. Светло-коричневые туфли, трость и большой золотой перстень с зеленым камнем на безымянном пальце левой руки довершали картину. “Только галстука не хватает и какой-нибудь дурацкой заколки на отвороте” - подумал Кадж, смотря на местного модника.
Выглядел полукровка, конечно, молодо, но цифровой глаз ему было не обмануть, и возраст в 52 года сразу давал понять, что это, как минимум чемпион. А остальные цифры подтвердили, что этот франт преодолел пределы скорости и выносливости.
«Я так понимаю, ты хочешь поговорить» - сказал Кадж без вопросительной интонации, остановившись в паре метров от полукровки. Он не стал использовать вежливое “вы”, так как вспомнил одно из описаний, что дал старший убийц в Аданате перед смертью.
«Я пришел сказать, что совершил большую ошибку, взяв заказ на одного из ваших соратников» - размерено и внешне спокойно отвечал полукровка – «и хотел бы за это извиниться и заверить, что ни в коей мере не собираюсь даже пытаться его выполнить». Кадж, чувствуя, как растет гнев, вдруг ощутил руку Нэйи в своей и, глубоко вздохнув, подавил свою злость.
«Скажи еще раз, что не собираешься вредить мне или моей группе, сейчас или в будущем» - сказал он, глядя убийце в глаза. Полукровка послушно все повторил, и цифры показали, что он не врет. Переведя взгляд на Нэйю и увидев ее кивок, Кадж сказал – «Что ж, твое благоразумие спасло тебя». Сказав “благодарю вас”, убийца слегка поклонился и, повернувшись, быстрым шагом пошел прочь.
«Жженый смрад…» - ошеломленно произнесла Нэйя, смотря в спину удаляющемуся полукровке – «это надо же!» Кадж, в целом, понимал ее чувства. Подумать только – убийца сам их нашел, чтобы извиниться и пообещать, что больше так не будет. Было от чего прийти в изумление! Вспомнив слова Лакоса, он усмехнулся и сказал - «Вот бы исследователи также пришли и разъяснили, что все случившееся было огромным недоразумением, и больше они Рику трогать не будут». Поняв по чувствам Каджа, что тот шутит, Нэйя криво улыбнулась, но все же ответила, что это вряд ли. Хотя она тоже была бы не против такого развития событий.
«Ну что, поехали обратно?» - сказал Кадж, запрыгивая на сиденье возницы. Кивнув, демоница тоже забралась туда и, взяв вожжи, направила лошадей в сторону гостиницы.
[1] Заложить за воротник – распивать спиртные напитки, напиться.
[2] Отшива́ть – (перен. разг.) прогонять, отваживать от себя.
http://erolate.org/book/5028/508865
Готово:
