Готовый перевод Дополнительная жизнь в подарок: Глава 5 - Встреча с прошлым (I)

Город Тэрако́с, столица королевства Тэра́к, располагался не в центре королевства, а в северной его части. А город Садо́л находился настолько севернее (и немного восточнее) столицы, что если использовать повозку с лошадьми, до королевства Аларо можно было добраться всего за пару недель. Не так уж и давно означенное поселение было одним из перевалочных пунктов для тех, кто направлялся в Аларо или же временно покидал его. Речь здесь, в основном, о торговцах или наемниках, хотя, конечно, существовали и другие причины, кроме заработка или поиска острых ощущений, по которым всякие путешественники решались пересечь границу двух человеческих королевств. А вот в нынешнее время Садол утратил свою функцию перевалочного пункта. Причина была очень проста: во время войны Аларо и Царства огня, демоны уничтожили почти все крупные и средние поселения в южной части королевства людей. В результате, сейчас только два тракта соединяли эти человеческие страны: на западном побережье и на крайнем востоке.

Город Риэс, уцелевший лишь по той причине, что огненные не стали сразу идти на запад, решив сначала захватить столицу – это поселение и взяло на себя функцию западного приграничного перевалочного пункта. На востоке же ближайшим к границе большим городом являлся Урос, оставленный демонами умышленно, чтобы и дальше удерживать распространение заразы. По понятным причинам, путешественники не испытывали большого желания использовать Урос в качестве перевалочного пункта, и Корона Аларо построила для этих нужд небольшой городок Нава́т.

Забавно, но бо́льшая часть путешественников выбирала именно этот маршрут, а не дорогу через Риэс. Объяснение тут было простое: несмотря на то, что Риэс был больше размером, лучше развит, и не имел серой области поблизости – путь в столицу Аларо через маленький Нават занимал в 3-4 раза меньше времени.

Утратив свою основную роль, Садол сначала понемногу приходил в упадок: часть жителей перебралась в более перспективные места, торговля ослабла, общее качество жизни понизилось. Но потом градоправитель, после получения разрешения от владеющего этими землями аристократа, стал развивать сельское хозяйство (раз уж полезных ископаемых поблизости не наблюдалось, а создать подземелье не представлялось возможным в виду недостатка сил и средств). В итоге, Садол превратился в поставщика некоторых сельскохозяйственных культур, сохранив свою значимость и даже частично вернув утраченное торговое влияние.

Что же до представителей знати, то большая их часть не особо горела желанием селиться тут - только те, кто спокойную размеренную жизнь предпочитал всяким интригам, чувствовали себя здесь на своем месте. Именно сюда и сбежало семейство Ренгни́р после впадения в немилость, поскольку в Садо́ле было одно из принадлежащих главе рода имений. Обладая титулом “као́н”, отец Каурики находился на самой низшей ступени среднего сословия аристократии, и его решение переселиться подальше от столицы было, в целом верным, так как действительно могло смягчить гнев нового короля. К сожалению, от врагов в лице семейства Лантэй данная предосторожность не защитила.

Появившись в тени дерева, растущего примерно в ста метрах от поместья, Кадж навесил на себя и Рику сокрытие, после чего, зачернив глаза, начал осматриваться. Когда его спутница согласилась посетить “родные пенаты”, миф Аларо не стал терять времени: разузнав расположение особняка, он сразу переместился в Садол, после чего на воздушной пластине под сокрытием долетел до указанного места. Выяснив всю необходимую информацию (расположение, план здания, количество обитателей и уровень силы каждого), Кадж вернулся домой, разрабатывая план визита и ожидая назначенного часа. Когда же Рика “созрела”, чтобы встретиться с ее недоброжелателями, у ее любимого для этого уже все было готово.

«Ну что, пойдем?» - спросил он спутницу, после чего перевел взгляд на трехметровый каменный забор, закрывающий двор и сам особняк от любопытных глаз. Девушка кивнула, и первая двинулась к родному дому. Слушая, как скрипит снег под ногами, Кадж смотрел на цифры состояния любимой, гадая, стоит ли предложить эликсир спокойствия. “Ладно, пока ее стресс в пределах нормы” – решил он и не стал ничего говорить.

Они шли к особняку, совершенно не торопясь – Кадж подстроился под походку Рики, а та, судя по всему, не горела желанием поскорее оказаться внутри ограды. Выражение лица девушки было довольно сложным: там читались радость, неуверенность, обида, злость… “Стоит ли мне сейчас влезать?” – задумался Кадж, держась от спутницы на расстоянии пяти метров – именно такая дистанция позволяла той совершенно не чувствовать его ауры. “Кстати об ауре!” – осенило мифа и он, посмотрев на Рику, предложил – «Слушай, я понимаю – сейчас не лучшее время, но…» Девушка медленно, будто с трудом выныривая из собственных мыслей, посмотрела на любимого, состроив вопросительное выражение на лице.

«Я сейчас подойду к тебе, а ты скажешь, уменьшилось ли мое давление, ладно?» - спросил Кадж и, едва увидев слабый кивок, быстро сократил дистанцию до метра, а после этого убрал всю ману вокруг своего тела.

«Да» - удивленно произнесла Рика, прислушиваясь к своим ощущениям – «сейчас твоя аура примерно как у Нэйи… что ты сделал?»

«Образно говоря, запихнул всю торчащую ману обратно в туловище» - довольно ответил миф, думая при этом, что если у Нэйи, с ее двумя рабочими магическими центрами, сила ауры примерно как у него без магического компонента, то это, скорее всего, из-за их разнице в скорости и выносливости. Выходило, что мощь дополнительных рангов выносливости и скорости Каджа добавляла примерно столько же силы в ауру, сколько демонице давала ее магия.

«Теперь нам больше не придется сторониться тебя» - с этими словами Рика едва заметно улыбнулась.

«Ну-у-у…» - протянул Кадж, думая, как бы попроще объяснить – «видишь ли, постоянно так сдерживать ауру не получится. Это примерно как… вот представь, что ты начнешь ходить с втянутым животом. Некоторое время все будет хорошо, но потом тебе захочется расслабиться».

«”Все время и не нужно, лишь бы на кровать хватило” – сказала бы Лестия. И тут я с ней полностью согласна» - ответила Рика, улыбаясь немного более живо, чем минуту назад.

«Ну, тогда вопрос, можно сказать, решен» - довольно подытожил Кадж и, видя, что каменная ограда уже в двадцати метрах, добавил – «Да, на всякий случай, повторю снова: я буду рядом и приму любое твое решение. Так что делай все, что считаешь нужным и правильным».

«Спасибо» - тихо ответила девушка, улыбнувшись застенчивой, благодарной и робкой улыбкой, посещавшей ее губы настолько редко, что Кадж каждый раз радовался так, будто видел это чудо впервые.

«Ну что ж…» - бодро начал он, готовя заклятье – «если у тебя нет никаких мыслей по изменению моего плана, тогда приступим». Златовласка кивнула, и Кадж сначала применил заклятье, после чего подошел к зеленым металлическим вратам и, взявшись за одну из створок, потянул на себя, открывая, таким образом, проход во двор. Рика удивилась лишь на мгновение, пока не заметила, что засов, запирающий ворота, отсутствует. “Он поместил его в свою бездонную сумку” – поняла девушка.

Сразу за воротами, справа от вошедших, находилась небольшая “сторожка”, в которой обычно сидели привратники. Правда, сейчас там было абсолютно тихо: никто не пытался ни выйти, ни, тем более, напасть на незваных гостей. И Рика, зная план любимого в общих чертах, совершено не удивилась этому обстоятельству: примененное ранее заклятье окружило стражников магическим барьером, чтобы те, почувствовав уменьшение магической силы, не смогли побежать в особняк.

«Здесь всего один маг шестого ранга и шесть чемпионов средних рангов» - говорил Кадж, идя прямо к расположенному в сорока́ метрах особняку – «лишившись маны, все будут “отдыхать”, по меньшей мере, пару часов. Сейчас в обеденной зале за столом находится лишь одна аура. Наверняка это и есть тот, за кем мы пришли».

«Гарт Лантэ́й» - сквозь зубы процедила Рика имя того, за кого ее должны были выдать замуж, и кто, в итоге, продал ее исследователям.

Подойдя к оббитой металлом двери (цвета латуни), Кадж обратил внимание на выполненный в виде барелье́фа герб нынешнего хозяина дома: оплетенный лозами шестиугольник с похожим на тюльпан цветком внутри. “Интересно, а какой герб был у семейства Ренгни́р?” – заинтересовался он, открывая дверь и говоря – «После вас, госпожа». Рика, услышав подобное, едва удержалась от фырканья, но ничего говорить не стала, а просто переступила порог своего бывшего временного пристанища. “А здесь поскромнее, чем в моем особняке” – отметил миф, осматривая внутреннее убранство. Дело было не только в том, что стены, пол, портреты и мебель выглядели менее дорогими - цифровой глаз услужливо показал более дешевую породу дерева, менее качественную краску, бо́льшую изношенность досок пола… Хотя, справедливости ради, самому Каджу досталось имение от аристократа из наивысшей ступени среднего сословия знати, так что сравнивать было просто неприлично.

Учитывая общую длину здания в тридцать метров и расположение парадного входа в центре, Кадж, не сходя с места, имел возможность лишить маны всех обитателей этого дома, чем с удовольствием и воспользовался, не тронув лишь хозяина особняка.

«Все готово» - сообщил он спутнице, одновременно с этим снимая сокрытие. Златовласка, кивнув, направилась в обеденный зал, который здесь находился на первом этаже.

Немного обогнав Рику и зайдя в нужную комнату первым, Кадж увидел молодого человека с черными волосами и серыми глазами, который, встав из-за стола, растерянно смотрел на двух лежащих на полу служанок. На аристократе была лишь пижама темно-синего цвета, а девушки носили форму горничных, похожих на форму служанок Каджа, но не синего, а черного цвета. Судя по почти нетронутым блюдам на столе, хозяин поместья едва-едва успел приступить к завтраку.

«Что… Кто ты?!…» - начал было он, заметив Каджа, но тут его взгляд переместился на входящую в комнату Рику, и на целых несколько секунд в зале воцарилась абсолютная тишина. Девушка тоже хранила молчание, не сводя полного боли и гнева взгляда с лица того, кто разрушил ей жизнь.

«Ты… как ты тут оказалась?!» - Гарт довольно быстро обрел дар речи – «И где стража?!»

«Твоя стража нам не помешает» - холодно ответила девушка, медленно направляясь к столу.

«Стой! Так ты жива?!.» - взгляд владельца дома забегал по комнате, словно в поисках оружия или пути для бегства – «Мне сообщили, что ты погибла! Я… я был в отчаянье!» “Актер из него так себе” – подумал Кадж, наблюдая, как пальцы знатного отпрыска схватили и судорожно сжали столовый нож.

«Уже забыл, как продал меня исследователям?» - спросила Рика, обходя стол и приближаясь к Гарту.

«Я же… я н-не хотел так п-поступать» - заикающимся голосом отвечал тот, бросая полные страха взгляды то на Рику, то на Каджа – «Я с-сразу… да! Я сразу п-понял, что доп-пустил ошибку и послал за тобой… но мне с-сказали, что ты мертва!»

«Он врет» - произнес Кадж, наблюдая за бесполезными метаниями молодого вельможи с мрачным злорадством.

«А ты еще кто такой?!» - Гарт переключился на мифа – «Очередной очарованный ей приспешник?!»

«Тебе неизвестно, что я жива, но о моей магии разума ты наслышан» - сказала Рика, подойдя к Гарту почти вплотную.

«Мне сообщили о магии, но не о том, что ты жива» - отвечал мужчина, лоб которого уже успел покрыться крупными каплями пота – «я… я сделал все возможное, чтобы исправить свою ошибку! Я…»

«Убил моих родителей!!» - выкрикнула Рика, хватая врага за ночную рубашку у самого горла. Видимо, в этот момент у Гарта сдали нервы, потому что он, с исказившимся от страха и злости лицом, ударил девушку ножом в шею. Прошла секунда, затем вторая, третья, четвертая… а нынешний хозяин дома с выпученными глазами смотрел на абсолютно неповрежденную лезвием ножа кожу Рики. Это, действительно, вызывало удивление, потому что если бы девушка была защищена магией – оружие не коснулось бы ее. Сейчас же нож не просто коснулся, а даже немного вдавил кожу на шее. Объяснение тут было простым: в большинстве случаев, обычный смертный без помощи магии был не в состоянии пробить кожу чемпиона силы последнего ранга даже колющим оружием. Гарт, надо отдать ему должное, очень быстро все понял. А то, что Рика одной рукой подняла мужчину в воздух, лишь убедило того в правильности собственной догадки.

«Ты… чемпион силы» - нож выпал из ослабевшей руки Гарта – «Прости! Я лишь… это не моя вина! Не я принимал решение убить твоих родителей. Я был против!»

«Он снова соврал» - произнес Кадж, лицо которого потемнело от сдерживаемого гнева. Хоть миф и знал, что это ничтожество не сможет нанести его спутнице какой-либо вред, удар ножом все равно едва не заставил ауру глубин вырваться наружу. С нынешней силой Каджа, существовала неслабая вероятность, что знатный отпрыск просто сойдет с ума от подобного. Не то что бы мифа волновала целостность психики этого отброса, просто у Рики имелись кое-какие вопросы, ответы на которые она хотела получить.

«Отвечай, кто добавил яд в пищу?!» - спросила девушка, продолжая удерживать врага на весу. Если аристократа среднего сословия удалось отравить, то было почти очевидным, что яд подсыпал кто-то из слуг. Рике хотелось знать имена всех виновных.

«Это был… старший прислуги» - ответил Гарт, перед этим мельком глянув на Каджа.

«Снова ложь» - прокомментировал миф, уже с трудом сдерживаясь, чтобы не подойти ближе и не дать ощутить этому разумному свою ауру в полной мере.

«Я не лгу… это был… Ай!!!» - вскрикнул мужчина, когда свободная рука девушки сжала ему правое предплечье настолько сильно, что обе кости, лучевая и локтевая, сломались практически одновременно. Согнув сломанную руку почти под прямым углом, чтобы еще больше усилить боль, девушка подождала, когда крик молодого наследника семьи Лантэй немного утихнет, после чего спросила снова - «Кто?!» - слегка морщась от того, что кровь из разорванной кусками костей кожи Гарта быстро пропитала рукав его ночной рубашки и сейчас затекала в рукав ее кожаной куртки.

«Новый!! Новый слуга!..» - лицо человека было бледным, глаза выпучились от боли и ужаса – «Его… наняли последним! Я… не помню имя!!»

«А́док» - произнесла девушка, вспомнив молодого жизнерадостного парня, взятого на работу взамен старого слуги, который уже не мог выполнять свои обязанности.

«Да!! Он… это сделал!» - кричал Гарт, делая резкие вдохи чуть ли не после каждого произнесенного слова.

«Выходит, ты его подкупил…» - Рика медленно поставила мужчину на пол, но сломанную руку не отпускала – «и где Адок сейчас?»

«Мертв!» - дрожа, ответил Гарт, при этом боя́сь лишний раз дернуться от боли, чтобы не пострадать от хватки девушки еще сильнее.

«Он говорит правду» - сообщил Кадж, думая – “Неудивительно - предателей никто не любит. Так что если ты решил кого-то предать, будь готов, что собственные наниматели точно так же спишут в расход и тебя. Неужели в мире настолько много идиотов, которые не понимают таких очевидных вещей?”

«Кто-то еще из прислуги был в этом замешан?» - задала Рика следующий вопрос.

«Нет!.. Больше… никто» - ответил Гарт, продолжая трястись от боли. Увидев подтверждающий кивок Каджа, девушка отпустила предплечье мужчины, и, запустив чистую от крови руку в поясную сумку, достала флакон с жидкостью ядовито-фиолетового цвета. Видя, как меняется лицо владельца дома, девушка спросила – «Тебе известно это зелье?»

«Я… я заплачу́. Мой отец… все тебе вернет» - мямлил знатный отпрыск, с ужасом смотря на яд в руке Рики – «он сейчас… намного… намного влиятельнее, чем был раньше!»

«Я пришла сюда ради торжества справедливости» - произнесла Рика и, лицо Гарта побледнело еще сильнее. Кадж (благодаря своей спутнице) уже знал, что в королевстве Тэрак словосочетание “ради торжества справедливости” являлось не просто пафосным заявлением – это был самый настоящий фразеологизм[1], который, по сути, означал следующее: “Я отберу у тебя то, что ты у меня отобрал, и тогда мы будем в расчете”. Причем, если говорить о любых восполняемых ресурсах, вроде денег, драгоценностей или каком-либо другом имуществе, то здесь все было достаточно просто: присвоивший чужое добро должен был вернуть все, что отнял или же возместить стоимость украденных вещей (если, к примеру, сами вещи уже проданы, утеряны или разрушены).

Но вот что касается восстановления справедливости в случае загубленных жизней, то тут все было уже не так просто. Если обобщить, то в ситуации, когда одна знатная семья, прямо или косвенно, лишала жизни членов другой семьи, то те из пострадавшего семейства, кто хотел “восстановить справедливость” (или, попросту, отомстить), имели право выбрать один из двух общепринятых способов. Первый метод гласил следующее: справедливость требует равного количества пролитой крови. Те, кто выбирал этот способ, убивали ровно столько членов виновной семьи, сколько потеряли в результате действий последних.

Второй метод мести можно описать выражением “Равное соотношение”. Здесь логика была уже другая и ее лучше всего рассмотреть на примере. Допустим, некая семья-захватчик ради достижения своих целей (земля, влияние или какие другие ценности) напала на семью-жертву и убила жену главы семейства, а также его единственного ребенка. Тогда пострадавшая семья, решившая восстановить справедливость (при условии, что у оставшейся части выживших хватит для этого сил), должна оставить такое же соотношение родственников в семье-захватчике, какое из-за их действий теперь наблюдается у нее. То есть, если глава пострадавших имел одну жену и лишился ее – напавший тоже должен стать полным вдовцом. И если у главы семьи-агрессора несколько жен – умереть должны все. То же и с детьми: раз пострадавший аристократ лишился всех детей, то и напавший должен лишиться всех, даже если тот, кто приказал убить одного ребенка, сам имеет десять детей.

Самым здесь важным является то, что все это “восстановление справедливости” в королевстве Тэрак являлось совершенно законным делом. То есть тот, кому удастся отомстить, не понесет никакого наказания перед законом. Зная это, те аристократы, кто хотел прибрать к рукам ресурсы какой-либо семьи, всегда старались убивать всех, чтобы потом (иногда через много лет) самим не получить возмездие.

Именно поэтому ужас проступил на лице Гарта, едва он услышал от Рики про торжество справедливости, ведь независимо от способа, который выберет пострадавшая, ему самому точно не жить… как и его родителям. Правда, если наследница рода Ренгни́р решит пойти по “равному соотношению”, тогда все будет еще хуже, потому что у главы семейства Лантэй было трое детей.

«Если выпьешь сам» - Рика протянула зелье Гарту – «я пойду по первому пути. Если же откажешься…» Она не стала заканчивать фразу, но знатный отпрыск все понял и так. Трясущейся здоровой рукой взяв флакон, он с мольбой в глазах посмотрел на девушку и тихо произнес - «Именем хранительницы, прошу… пощади моих брата и сестру».

«Вейра - свидетель моих слов: если выпьешь зелье, они не пострадают» - ответила девушка. Гарт, медленно переведя взгляд с лица Рики на пузырек с ядом, несколько секунд просто смотрел на него, а после этого зубами откупорил и, выплюнув пробку, одним глотком выпил содержимое.

Сопровождаемая криками агония длилась дольше минуты, и Рика все это время не сводила глаз с корчившегося на полу тела Гарта. Да, ей было очень неприятно смотреть на нечто подобное, но, как наследница семьи Ренгнир, она достойно выполнила свой долг, который требовал быть свидетелем мести и не отводить взгляда, пока враг не умрет.

«Готово» - Рика повернулась в сторону Каджа, и тот увидел у нее на лице две тонкие бороздки от слез.

«Если согласна потерпеть мою ауру, могу обнять и немного утешить» - произнес миф настолько мягко, насколько мог.

«Давай потом, когда закончим со всем» - отказалась девушка с грустью в голосе.

«Не вопрос» - Кадж подошел ближе, и, посмотрев на синюшное лицо Гарта с выпученными глазами и хлопьями пены вокруг рта, брезгливо скривился, а затем поместил труп в инвентарь. Переведя взгляд на спутницу, он спросил – «Что теперь? Идем за папа́шкой покойного или ты сперва хочешь переговорить со слугами?»

«Знаешь» - в глазах девушки, обращенных к любимому, стояла глубокая тоска – «мне подумалось… ничего, если я немного побуду здесь?» “Хочешь поностальгировать” – понимающе подумал миф и ответил – «Конечно, времени у нас много». Поразмыслив немного, он решил – «Сделаем так. Сейчас я повторно вытяну всю ману из разумных, а сам отправлюсь в город. У тебя будет около часа – за это время никто из жильцов точно не встанет. А даже если и встанет… хотя, ради большей безопасности, не хотелось бы делать их свидетелями произошедшего. Так что я вернусь, скажем, через сорок минут». Достав из инвентаря мифриловый браслет с кристаллом и свиток с заклятьем, он протянул все это девушке со словами – «Если вдруг что – вызови меня. Заклятье записано внутри свитка. Хорошо?» Рика, взяв предложенные вещи, кивнула, и Кадж, вытянув ману обитателей дома, после этого сотворил перемещение и исчез.

Появившись недалеко от центра города в узкой улочке, совершенно свободной от разумных, миф Аларо сначала осмотрелся, а затем задумался, куда лучше сейчас пойти, чтобы своей аурой не создавать окружающим большого стресса. Хотелось посетить местную гильдию… нет, не наемников. Рика упоминала, что здесь охотой на монстров занимается гильдия охотников, а доставкой писем и посылок – гильдия торговцев. Узнав это, Кадж захотел пойти посмотреть, что у гильдии охотников похожего с наемниками, а что разного. Проблема состояла лишь в том, что в помещении шанс столкнуться с другими разумными был очень большим и аура, которую никак не получалось спрятать полностью, выдала бы его с головой. “В принципе, в такое раннее время, да еще и зимой, вряд ли там будет кто-то кроме служащего” – подумал Кадж и направился в сторону гильдии, которая располагалась всего в трех кварталах отсюда….

Так как миф не ускорялся, и, вдобавок, осматривал местную архитектуру, то путь к гильдии охотников у него занял около двенадцати минут. Добравшись до нужного места, Кадж увидел достаточно старое, хоть и добротное, двухэтажное деревянное строение, где вывеска была выполнена в виде большого составного лука, лежащего горизонтально и тетивой вниз. На левом плече лука было написано слово “Гильдия”, а на правом плече - “охотников”. “Прикольно” – оценил Кадж, после чего быстро осмотрел почти пустую улицу – в пределах видимости находилась только одна разумная человеческой расы: рыжеволосая сероглазая девушка 14-ти лет, которая стояла возле парадного входа в здание гильдии. Двигаясь к ней, Кадж закрыл один глаз и, зачернив его, убедился, что на первом этаже здания находится всего одна аура разумного. Можно было смело заходить… если бы не эта мелкая дверная стражница на пути. “Зачем она здесь стоит?” – недоумевал миф, более внимательно осматривая девчонку, которая тоже с интересом смотрела на него.

Старые, видавшие виды, серые сапожки на три размера больше, чем нужно; порванные в паре мест черные колготы; темно-коричневая юбка, не доходящая до колен; тонкий серый свитер – вот и вся одежда для “комфортного” стояния на свежем воздухе в пяти градусный мороз. “Она что, бездомная?” – мог бы сделать вывод Кадж, если бы не видел на шее девочки старый и явно очень дешевый рабский ошейник. Что здесь делать рабыне, да еще и на улице, а не в помещении? Будь в здании гильдии несколько аур, тогда существовала бы вероятность, что хозяин рабыни зашел внутрь по делам, а девочку оставил снаружи в качестве, например, наказания за какой-либо проступок. Да, это, по мнению мифа Аларо, было крайне тупо, ведь в случае болезни, владельцу рабыни придется тратиться на ее лечение, но мало ли… не все же хозяева умные… или добрые. “Сказать, чтобы отошла?” – задумался Кадж, но принять решение не успел, так как девочка заговорила с ним первая – «Эй, обая́шка, тебе помощь не нужна?» “Ого, какая смелая для рабыни” – удивился миф и ответил - «Честно говоря, ты бы очень помогла, отойдя от двери хотя бы на шесть метров». Такого ответа девочка явно не ожидала, потому что в первое мгновение даже рот приоткрыла от удивления, но быстро опомнилась и разочарованно протянула - «И это все-е?» Хитро посмотрев, она утвердительно произнесла – «Ты же с Аларо и, поди, первый раз тут. А я - рабыня владельца города, так что могу задешево показать всякое… и не только разные домики». “Видимо, из-за формы наемника она поняла, что я не отсюда” – думал Кадж, ускорив личное время – “а задешево мне покажут то, что под юбкой. Странная рабыня… или это хозяин дал ей такое задание?”

«Слушай, мне ничего не нужно, просто отойди от двери на указанное расстояние» - начал было миф, но тут в его памяти всплыл последний разговор с Лилией и он, уже видя, как девочка с разочарованным выражением лица отходит в сторону, спросил – «А у тебя, случаем, нет знакомого моро́та?»

[1] Фразеологи́зм - устойчивый оборот речи; идиома.

http://erolate.org/book/5028/508947