Спустя несколько дней после собрания пяти великих кланов в Сейрейтее царила напряжённая тишина, нарушаемая лишь отчётами о потерях и пересчётом пойманных преступников. Большинство из них оказались марионетками клана Цунаяширо — бездушными созданиями, чьи тела были искусно сконструированы для выполнения приказов своего господина. Сам же глава клана, Тай Цунаяширо, избежал суда Совета 46 и был заключён под временную стражу в поместье клана Кучики, где его охранял капитан Кенсей Мугурума, чьё присутствие гарантировало невозможность побега.
Члены великого клана Цунаяширо были арестованы поголовно, их владения — бизнес, ресурсы, земли — конфискованы под юрисдикцию оставшихся четырёх великих кланов. Всё происходило под личным контролем кланов Шихоин и Кучики, без участия Готея 13, чьи офицеры могли лишь наблюдать за происходящим, молча закрывая глаза на аресты некоторых личностей, которых формально следовало бы передать в руки правосудия совета 46.
Единственным местом, которое оставалось вне досягаемости, была главная резиденция клана Цунаяширо — тщательно скрытая и защищённая мощным барьером. Переговоры с Таем о раскрытии её местоположения ни к чему не привели: он упорно отказывался сотрудничать, заставляя остальных продолжать поиски и конфискацию имущества клана по всему Обществу Душ.
Тем временем, глубокой ночью, в самой резиденции царила странная тишина. Замок был наполовину пуст — Тай редко кому доверял, поэтому слуги и даже члены побочной ветви семьи жили в отдельном здании по соседству, занимаясь лишь поддержанием порядка на территории. Главные покои оставались закрыты для всех, кроме избранных.
Именно оттуда доносились странные звуки: слабая тряска стен, вспышки зелёного света, пробивающиеся сквозь витражные окна главного зала. Причиной была лаборатория Тая — огромное помещение с высокими сводчатыми потолками, где воздух был пропитан запахом химикатов. В центре зала возвышалась стеклянная капсула, заполненная голубой жидкостью, в которой плавало человекоподобное существо с бледной кожей и закрытыми глазами. Вокруг него двигались марионетки, выполняя заложенные в них инструкции от Тая на случай неудачи в убийстве остальных глав великих кланов.
Среди них выделялась одна — девушка с короткими чёрно-белыми волосами и неестественными красно-зелёными глазами. Её тело было одето в короткое чёрное платье, перевязанное верёвкой на поясе и красные перчатки.
Внезапно все марионетки одновременно повернули головы к главному входу. Тяжёлые двери медленно распахнулись, и на пороге появился мужчина в форме синигами, на лице которого была маска красного огня. В руках он нес окутанное белыми тканями тело, размеры которого явно указывали на принадлежность к взрослому человеку.
— Вижу, у вас здесь весьма интересно, — с лёгкой усмешкой произнёс Айзен, снимая маску и поправляя очки, которые тут же скрыли его истинные намерения.
Марионетка-девушка сделала шаг вперёд.
— Ты… тот, кто должен был принести тело? — её голос звучал ровно, без малейших эмоций.
— Если вы имеете в виду капитана Сейгена Сузунами, то да, — Айзен улыбнулся, но в его глазах не было ни капли тепла.
— Он жив?
— Разумеется. Я заблокировал его духовную силу, — Айзен слегка наклонил голову, изучая реакцию марионетки. Всё-таки поймать живого капитана это весьма сложный процесс не будь капитан ослаблен тем туманом и битвой, а Айзен не имел способность обманывать все пять чувств и сам не знал бы куда ударить мечом, то не смог бы даже и близко нанести такой глубокий удар, чтобы заблокировать его силу. И даже так брать капитана живым крайне редкая просьба со стороны Тая, которая долго мучила ум Айзена.
Марионетка молча смотрела на него, её красно-зелёные глаза не выдавали ни малейшего интереса к объяснениям.
— Знать тебе этого не нужно, — наконец произнесла она.
В следующее мгновение вокруг Айзена возник прозрачный барьер, который начал сжимать его со всех сторон, сковывая его движения и духовную силу. Одновременно с этим десятки марионеток ринулись вперёд, их руки превратились в острые лезвия, готовые разорвать незваного гостя на части.
— Ожидаемо, — с ухмылкой произнёс Айзен, быстро обнажая свой занпакто. — «Разбейся», Кьёка Суйгецу.
Мгновение и пространство вокруг него наполнилось сверкающими клинками и кунаями, летящими со всех сторон. Айзен пытался блокировать удары, уворачиваться, но давление барьера сковывало каждое движение. Кунаи вонзились в его тело, один за другим, пронзая плоть и вытекая с другой стороны. Кровь окрасила белую ткань, в которой было завёрнуто тело капитана.
— Умри, — холодно заявила марионетка-девушка.
— Я облегчу вам эту задачу лично, — раздался голос позади Айзена, от которого марионетка впервые за всё время проявила что-то похожее на удивление.
Меч пронзил тело Айзена сзади, выйдя между рёбер. На его лице появилось выражение шока, и он медленно обернулся, чтобы увидеть стоящего за ним Тая Цунаяширо, чьи глаза холодно сверкали в полумраке зала.
— Ты… но ведь…
— Твои услуги мне больше не нужны, — Тай вырвал меч, и тело Айзена рухнуло на пол с последним судорожным вздохом.
— Господин! — воскликнула марионетка-девушка, бросившись к упавшему телу и опустившись на колени. Остальные марионетки последовали её примеру, склонив головы в знак уважения.
Тай спокойно обошёл тело, его взгляд скользнул по лаборатории, оценивая происходящее.
— Похоже, вы все в работе, — произнёс он без каких-либо эмоций.
— Да! Мы выполняем ваш приказ на случай неудачи, — ответила марионетка-девушка, поднимая голову.
— Напомни мне, что именно я приказывал? Меня подводит память, — Тай скрестил руки на груди, ожидая ответа.
— Вы приказали завершить эксперимент под названием «Сёгун». Для этого мы начали собирать всё необходимое. Объект почти готов, оболочка создана — ей осталось лишь получить силу, которой, по вашему приказу, должен стать капитан.
— Понятно. Продолжайте, — Тай кивнул, его взгляд снова упал на тело Айзена.
— Будет исполнено, — марионетки одновременно поднялись и вернулись к своим обязанностям.
— Напомни, какое у тебя имя? — спросил Тай, обращаясь к девушке-марионетке.
— Вы даровали мне имя Кашин Кодзё, — она ответила без малейшего колебания.
— Кашин… хорошая работа, — Тай улыбнулся, впервые за долгое время его лицо озарило что-то похожее на удовлетворение.
— Рада служить, — Кашин едва заметно улыбнулась в ответ, хотя внутри её механизма что-то щёлкнуло крошечная искра гордости за признание верной службы.
— Собери все марионетки в замке и объяви, что отныне я главный, — приказал Тай, поворачиваясь к выходу.
— Будет исполнено, — Кашин кивнула, не задавая лишних вопросов. Тай специально создал их послушными, от чего они не видели причин сомневаться в его словах, ведь перед ними стоял их создатель, тот, кому они обязаны служить всем своим существованием.
Айзен, всё ещё притворявшийся мёртвым, с облегчением отметил эту особенность созданий Тая. Их абсолютная верность открывала перед ним множество возможностей для управления.
Когда все марионетки собрались в главном зале, Айзен провёл над ними ту же манипуляцию своим занпакто, заставив их воспринимать его как Тая. Тело Сейгена Сузунами освободили от верёвок, оставив лишь сдерживающие кидо, которые надёжно сковывали его силу.
— Напомни мне, Кашин, что именно вы делаете сейчас? — спросил Айзен, изучая лабораторию.
— Мы начинаем процесс переноса. Для этого тело капитана необходимо поместить в сосуд для переноса души в новую оболочку.
— То есть он окажется внутри этой «марионетки»?
— Лишь его сила. Остальное личность, воспоминания — погибнет вместе с телом.
— Интересно… — Айзен задумчиво потеребил подбородок. — А если бы капитана не было? Что на этот счёт я вам говорил?
— Вы приказали в таком случае захватить нескольких офицеров Готея 13. Или использовать тела всех живых членов клана Цунаяширо. В крайнем случае обычных жителей Руконгая или Пустых.
— Компенсировать качество количеством… — Айзен медленно кивнул. Это показывало, что Тай не был уверен в успехе операции по поимке капитана.
— Сколько займёт подготовка?
— Обычно перенос души в новый сосуд занимает день. Но с учётом силы капитана…
— Больше дня. Возможно, неделя. Ожидаемо, — Айзен повернулся к Кашин. — Покажи мне библиотеку и принеси мои записи. Хочу освежить память.
— Будет исполнено, — Кашин поклонилась и направилась к выходу, ведя Айзена по коридорам замка.
Пока они шли, Айзен чувствовал присутствие других марионеток, перемещающихся по тайным ходам замка — их движения были настолько бесшумными, что лишь его острое восприятие позволяло улавливать их присутствие. Они двигались как настоящие ниндзя, оставаясь в тени и не попадаясь на глаза, но всегда готовые выполнить приказ своего господина.
Стоило Айзену приблизиться к массивным дверям библиотеки, как в воздухе возникла едва заметная пульсация в лице печати клана Цунаяширо, чей символ переливался кроваво-красным светом. Она была совсем другой, чем те примитивные барьеры, с которыми он сталкивался ранее. Здесь чувствовалась рука мастера, многослойная конструкция, сплетённая из десятков заклинаний.
— Господин, вам нужна помощь? — Кашин склонила голову, её красно-зелёные глаза с любопытством изучали неподвижную фигуру Айзена.
— Не нужно, — произнёс он спокойно, и дверь бесшумно распахнулась.
Но на самом деле это были иллюзией и в реальности он остался перед закрытыми дверями, погрузившись в изучение структуры печати. Это было нужно, чтобы убрать даже мелкие сомнения для Кишин.
Печать клана Курогане была устаревшей защитой, рассчитанной лишь на задержку нарушителя. Но здесь — совсем другое дело. Перед Айзеном была многоуровневая система «Кидо», где каждый слой был связан с предыдущим через принцип «Рейши-резонанса». Анализируя потоки духовной энергии, Айзен быстро понял: печать реагировала исключительно на кровь рода Цунаяширо через структуру «идентификации», встроенный в саму структуру барьера.
Обычному взлому она не поддавалась — лишь переписыванию условий с нуля. Требовалось не просто знание кидо, а глубокое понимание самой сути барьеров, включая работу с «Конпаку» — ядром духовной энергии, из которого черпает силу любая печать.
В течение семи ночей Айзен методично разбирал каждый слой защиты. Он начал с анализа «Рейши-потока» — невидимых нитей духовной энергии, которые питали печать. Таким образом он узнал печать была привязана не только к крови, но и к определённой частоте «Тамаши» — уникальной духовной подписи рода Цунаяширо.
Используя свои обширные знания в области «Кидо пути возвращения» и принципов работы с «духовными цепями», Айзен начал переписывать условия печати. Он создал искусственный «Рейши-резонанс», имитирующий частоту рода, а затем внедрил собственную кровь в систему идентификации через микроскопические «духовные нити», которые связали его «Конпаку» с ядром барьера.
Это был рискованный эксперимент — любая ошибка могла привести к коллапсу всей структуры и даже вызвать взрыв, который был встроен как мера защиты. Но Айзен действовал с хирургической точностью, используя принципы, которые он изучал в библиотеке Готея 13 и Академии. Он знал: печать, основанная на условии, всегда может быть переписана — в отличие от простого блокирующего барьера, который можно лишь разрушить.
К счастью, именно этим Айзен и обладал — гениальным пониманием природы духовной энергии и способностью манипулировать ею на высоком уровне, благодаря своим очень долгим тренировкам по контролю.
Внутри библиотеки воздух был густым от запаха старинных свитков и пыли веков. Тысячи полок тянулись до самого потолка, уходя в темноту потолка. Айзен провёл пальцами по корешку ближайшей книги.
Его губы тронула редкая для него улыбка. Радость, которую он испытывал в этот момент, была чистой и искренней — жажда знаний, наконец удовлетворяемая без ограничений.
Однако стоило ему снять с полки первый том и раскрыть его, как снаружи раздался голос:
— Господин, всё готово, — Кашин стояла у входа, её чёрное платье сливалось с тенями коридора.
— Отлично. Мои записи собраны?
— Да. Все ваши записи из лаборатории.
— Отлично. Прикажи доставить их сюда и оставить у входа.
— Как прикажете, — Кашин поклонилась и исчезла в глубине коридора.
Айзен с лёгким раздражением закрыл книгу. Время — ресурс, который нельзя тратить попусту. Но он также хотел увидеть результаты последнего шанса Тая на месть. Ведь создать таких созданий, как живые марионетки, очень сложно, и лишь настоящий гений на такое способен. Именно поэтому ему было интересно увидеть результат его последнего творения.
Главный зал лаборатории встретил его знакомой картиной: стеклянная капсула в центре помещения, вокруг — десятки марионеток, методично выполняющих последние приготовления. Воздух вибрировал от концентрации духовной энергии, а в самом сердце конструкции покоилось тело капитана Сейгена Сузунами, опутанное тонкими нитями света, каждая из которых была подключена к определённой точке на его теле — Хакусуй, Сакецу и другим критическим узлам духовной структуры.
Процесс переноса души был невероятно сложен. Одна ошибка в расчётах — и вместо нового сосуда получится лишь безжизненная оболочка. Требовалось идеальное понимание структуры души, точное знание каждого её слоя и умение переплетать их в новом теле. Айзен наблюдал за работой марионеток с профессиональным интересом — даже он не мог бы повторить подобное без предварительной подготовки.
(Тай использовал метод «духовного переплетения», где каждая нить света соответствует определённому слою души. Основная нить подключена к Хакусуй — «Сну души», где хранится вся духовная сила. Вторичные нити идут к Сакецу — «Звену цепи», контролирующему поток Рейреку. Интересно, он также создал искусственный Спрайт-слой, который обычно отвечает за стремления и воспоминания. Но без Тамаши — бессмертной сути — это лишь копия, лишённая настоящей жизни.)
Айзен внимательно изучал конструкцию. Перед ним была сложнейшая система, где каждая деталь имела своё предназначение. Капсула была заполнена специальной жидкостью, которая, судя по всему, имитировала условия Рейтай — духовного тела, позволяя душе адаптироваться к новому сосуду постепенно, а не мгновенно.
(Гениально. Он создал искусственный процесс реинкарнации, минуя естественный цикл. Обычно душа проходит через Тамаши, перерождаясь заново, но здесь он заставил её перескочить напрямую в новый сосуд, сохранив лишь силу, но не личность. Это требует понимания не только структуры души, но и законов её циркуляции.)
Внезапно в зале вспыхнула волна духовной энергии, заставившая стены задрожать. Стеклянная колба раскрылась с тихим шипением, и на пол выпала фигура женщины. Её длинные фиолетовые волосы рассыпались по полу, а глаза пустые, лишённые каких-либо эмоций уставились на Айзена.
Он тут же использовал Рейкаку, сканируя её сущность. Результат был неутешительным: духовная сила составляла лишь треть от того, что имел Сейген в форме банкая. Но более интересным было внутреннее строение — искусственный Хакусуй был создан из комбинации материалов, что позволяло ему удерживать огромное количество Рейреку. Однако Сакецу был нестабилен — видимо, Тай не смог полностью воссоздать механизм ускорения потоков.
— Неужели произошла ошибка или дефект? — Айзен произнёс это вслух, его брови слегка нахмурились.
(Похоже, перенять силу капитана намного сложнее, чем кого-то уровня лейтенанта. Духовная структура капитана слишком сложна из-за огромной силы. Тай, видимо, не ожидал, что процесс потребует его личного присутствия для тонкой настройки. Возможно, он и сам не знал исхода эксперимента, оставив лишь слабую надежду на месть.)
Айзен мысленно оценил ситуацию. Перед ним было нечто среднее между марионеткой и искусственным синигами — сила лейтенанта, но с потенциалом капитана. Искусственный Рейтай был создан из специального материала, способного адаптироваться и расти, но без настоящего Тамаши он оставался лишь оболочкой.
(Тай почти достиг совершенства, но упустил один ключевой момент — без бессмертной сути души, без Тамаши, это создание никогда не станет настоящим синигами или настоящей душей. Оно будет лишь инструментом, пусть и очень мощным. Но для мести этого, возможно, достаточно.)
Девушка молча поднялась на ноги, не обращая внимания на свою наготу.
И внезапно она рванулась вперёд.
Кулак, направленный в лицо Айзена, рассёк воздух с едва слышным свистом. Однако удар перехватила Кашин с помощью нитей, которые вырвались из её пальцев и очень крепко обхватили её руку.
Девушка не остановилась. Второй кулак взметнулся вверх, целясь в горло, но в этот момент её охватили другие марионетки их пальцы впились в плечи, руки и ноги, сковывая каждое движение. Воздух наполнился тихим шелестом тканей и металлическим скрежетом суставов. Вместе с этим нити Кишины ещё крепче охватили тело девушки.
— Похоже, ты считаешь меня своим врагом, — Айзен спокойно обнажил занпакто, и сталь мягко заскрипела в ножнах. — Видимо, Тай заранее вложил в тебя приказы для своей мести.
— Господин, позвольте нам уничтожить эту неудачу, — Кашин прижала кунай к горлу пленницы, её красно-зелёные глаза холодно блестели в полумраке лаборатории. — Она подняла на вас руку.
Айзен на мгновение задумался, изучая странное существо перед собой.
(Интересно... в ней есть что-то от синигами, но и от искусственного создания. Тай создал нечто среднее — гибридную конструкцию, где душа капитана была пересажена в новую оболочку.)
— Нет нужды, — произнёс он, поднимая меч. — «Разбейся», Кьёка Суйгецу.
Перед глазами девушки его облик мгновенно изменился — теперь она видела Тая Цунаяширо. Сопротивление прекратилось так же резко, как и началось. Её тело обмякло, а в пустых глазах появилось что-то похожее на осознание.
— Назови, кто я для тебя?
— Вы мой господин, — её голос был ровным, лишённым каких-либо эмоций.
— Отпустите её.
Марионетки немедленно повиновались. Девушка опустилась на колени, склонив голову в знак признания власти. Её фиолетовые волосы рассыпались по полу.
— Каковы твои инструкции?
— После пробуждения — копить силу и использовать все ресурсы Цунаяширо для уничтожения Общества Душ. Чтобы все навсегда запомнили имя нашего клана.
— Как именно ты собиралась копить силу?
— Мне необходимо вступить в ряды Готея 13 и продвигаться по службе до капитана. Затем начать уничтожение организации изнутри.
Айзен задумчиво потеребил подбородок, его глаза сузились.
— Вот оно как, — произнёс он вслух. — Похоже, план Тая имел шансы на успех. Кто ты по сути? Марионетка? Или синигами?
— Мне неизвестно, господин, — она подняла на него пустые глаза, в которых не было ни страха, ни сомнения.
— Что же, тогда пока оденься и приведи себя в порядок. А я займусь своими делами. Остальные охраняйте резиденцию и барьер. Сообщайте о любых нарушителях немедленно.
— Как прикажете, господин, — ответили марионетки хором и девушка.
Девушка с фиолетовыми волосами поднялась с пола и направилась к ближайшему шкафу, где нашла простое белое кимоно.
Айзен тем временем покинул лабораторию, его шаги эхом отдавались в пустых коридорах замка.
Библиотека встретила его знакомым запахом старых пергаментов и древесины. Айзен прошёл к центральному столу, где уже были разложены личные записи Тая — толстые тетради с аккуратным почерком и многочисленными схемами.
(Тай был методичен, как настоящий ученый. Каждый эксперимент и ошибка всё было записано. За это я люблю методичных личностей.)
Первая тетрадь содержала подробные записи о структуре души и её компонентах. Айзен быстро пробежал глазами страницы, где Тай описывал работу с «Тамаши» — бессмертной сутью, которую он пытался извлечь из души. Далее шли схемы «Спрайт-слоя» — оболочки, содержащей стремления и воспоминания. Тай писал о том, как искусственно создавал «Спрайт» для своих марионеток, вкладывая в них лишь необходимые инструкции и лояльность к своему создателю.
(Интересно. Он не пытался создать настоящую душу — лишь её имитацию. Искусственный «Спрайт», связанный с механическим телом через «духовные нити». Но без настоящего «Тамаши» это лишь кукла, пусть и очень сложная.)
Следующие страницы были посвящены «Рейтаю» — духовному телу. Тай подробно описывал, как создавал искусственные оболочки из специального материала, способного удерживать огромное количество «Рейреку». Он использовал частицы душегуба, что позволяло его созданиям накапливать духовную силу, подобно настоящим синигами.
Айзен перевернул страницу и наткнулся на схему «Хакусуй» — «Сна души», где хранилась основная духовная сила. Тай создавал искусственные «Хакусуй» для своих марионеток, но они были нестабильны — без настоящего «Тамаши» они не могли полностью функционировать.
Последняя тетрадь была посвящена эксперименту «Сёгун». Здесь записей было значительно меньше. Но кое-что Айзен смог выяснить.
Тай пытался создать нечто среднее между марионеткой и настоящим синигами. Он планировал пересадить «Хакусуй» капитана в новую оболочку, но без «Тамаши» и большей части «Спрайт-слоя». В результате получилось существо с силой лейтенанта, но без личности и воспоминаний оригинала.
Айзен закрыл последнюю тетрадь и откинулся на спинку кресла. Его пальцы барабанили по столу, пока он обдумывал прочитанное.
— Теперь мне понятно, чего ты пытался добиться, создавая таких марионеток, — произнёс он вслух, его голос эхом разнёсся по библиотеке.
Тай был гением, замкнутым в своём мире. Он создал себе окружение, которое никогда не предаст его, никогда не задаст глупых вопросов и всегда будет выполнять приказы. Его марионетки были его спасением в мире, где его никто не понимал.
Но одна вещь оставалась загадкой.
— Даже если он уничтожил бы четыре великих клана, Король Душ всё равно остался бы главным, — задумчиво произнёс Айзен. — Он бы не смог править обществом душ пока есть Король душ. В его действиях нет логики. Или... смысл есть, но я его не вижу? А он видел что-то иное?
Айзен поднялся со стула, его пальцы неторопливо скользнули по корешкам книг, выстроившихся в бесконечные ряды на полках. Библиотека клана Цунаяширо была сокровищница, где каждая страница хранила тайны, скрытые от посторонних глаз на протяжении веков. Его взгляд упал на дальнюю секцию, скрытую за массивными колоннами.
Перед ним лежали тома, возраст которых исчислялся тысячелетиями: «Основание мира», «Правда мира», «Хроники Короля Душ».
Взяв эти книги, Айзен сел обратно на стол и открыл первую из них.
«Мир был единым. Живые и мёртвые ходили бок о бок, не зная границ между жизнью и смертью. Прогресс сменялся регрессом, смерть — жизнью, и всё это было частью великого цикла, не имеющего начала и конца. Но затем пришли пустые. Сначала единицы, затем десятки, сотни... Они пожирали души, становясь частью цикла, пока однажды не собрались в первого Менос Гранде. Существо, чья сила превосходила понимание всех, кто жил в то время. Оно буйствовало по миру, сея хаос и разрушение, пока не явился «он» Аданай — первый из людей, будто рождённый самим миром, чтобы отвергнуть это «зло». Он уничтожил Менос Гранде, распылив его Рейши, и цикл вновь пришёл в движение. Но победа имела свою цену. Со временем начали появляться такие же как он люди с необычными способностями, но никто не мог сравниться с Аданаем, ибо его сила была источником всех их сил и выходила за рамки нашего понимания и самого мира. Само присутствие Аданая приносило хаос — его сила была настолько велика, что любая форма порядка разрушалась в его окрестностях. Даже если он уничтожал пустых и пытался защищать людей, это было невозможно. И тогда мы, пятеро, поняли: мир больше не может оставаться единым.»
Айзен на мгновение оторвал взгляд от пергамента, его глаза сузились в задумчивости. Он представил себе тот единый мир, где границы между жизнью и смертью были размыты, где живые и мёртвые сосуществовали в вечном цикле. Айзен перевернул страницу, и перед ним предстали имена тех, кто изменил ход истории.
«Я, основатель клана Цунаяширо, видел в Аданае угрозу. Его сила была непостижима, и я боялся, что однажды он обратит её против нас и будет править как диктатор. Я не хотел жить в мире, где один человек может держать всех в страхе.»
«Основатель клана Кучики говорил о новом порядке — он верил, что только строгие законы и иерархия смогут укрепить мир и предотвратить хаос.»
«Основатель клана Шихоин видел застой — мир, остановившийся на одном месте, нуждался в перемене, в движении вперёд.»
«Основатель клана Шиба верил в очищение — он говорил, что даже пустые имеют сердце, и их нужно очищать, а не уничтожать до основания души.»
«Основатель клана Ода думал о будущем — он чувствовал необходимость создать мир, который послужит прикрытием для мира «Явы».»
«Мы сошлись во мнении: единый мир должен быть разделён. Мир порядка — Общество Душ. Мир осуществления — мир живых. И Песчаный рай — Уэко Мундо, где будут обитать пустые. Три мира, три царства, три закона.»
«Но для осуществления этого плана была необходима огромная сила, за пределами наших возможностей. И только одно существо имело на тот момент подобную силу — Аданай, который превзошёл всё. Именно я предложил его использовать и предоставил все необходимые доводы. Меня поддержали Кучики, Ода и Шихоин, но Шиба пытался меня переубедить или изменить решение. Он даже предлагал самого себя для этого, считая, что сила Аданая послужит миру намного больше, чем для подобного деяния. Но его мольбы были проигнорированы, и тогда мы все пятеро решили запечатать Аданая и использовать его силу для нового порядка и мира.»
Он перевернул страницу, и перед ним предстали новые строки.
«К счастью, мы смогли собрать всё необходимое для запечатывания Аданая. Мы нашли самые прочные материалы и создали могущественный кристалл, способный концентрировать огромное количество силы, испускаемой Аданаем, и преобразовывать её для разделения миров. Потребовалось много работы всех пятерых из нас, чтобы достичь такого результата, но мы справились с этой задачей.»
(Кристалл... интересно. Возможно, это был первый в истории пример использования душегуба в таких масштабах. Материал, способный удерживать силу, превосходящую понимание обычных синигами. Или это мог быть совсем другой материал, насколько я слышал цепи Ада тоже созданы из неизвестного материала)
«Поймать Аданая было крайне просто. Когда мы пришли к нему и пытались захватить, вместе с другими обладателями способностей, то, к большому нашему удивлению, Аданай сам сдался и добровольно позволил себя запечатать. Тогда же я мог наблюдать, как мир меняется прямо на моих глазах. Мы создали новые правила цикла реинкарнации и перемещения душ между мирами. Как основатели этого нового мира, мы решили остаться в мире Порядка, где и держали Аданая в печати.»
«Но я не мог верить, что всё было так просто, и подозревал, что Аданай сбежит. Внутри я хотел, чтобы такой монстр был убит, но также понимал, что без него не может существовать новый мир. Поэтому я смог убедить остальных принять меры предосторожности и лишить Аданая части его возможностей, чтобы он, даже освободившись, не смог представлять угрозу для меня и будущего моего клана.»
«Для начала мы оторвали у него правую руку «Стагнации» и левую руку «Развития». Затем мы вырвали у него сердце и все внутренние органы. Затем отрезали обе ноги. Таким образом, даже если Аданай когда-нибудь освободится, то не сможет ничего сделать, ибо мы сделали его калекой, не способным ни на что, кроме как поддерживать наш новый мировой порядок. Позже мы решили использовать Аданая как символ власти и порядка мира, чтобы создать иллюзию порядка в лице могущественного существа, способного на всё что угодно. Мы создали мёртвого Бога, или, точнее, «Короля Душ», чья задача — быть символом страха и порядка для обычных душ.»
Он перевернул последнюю страницу, и перед ним предстали заключительные строки.
«Охранять Аданая, Короля Душ, мы поручили самому сильному и преданному нашему делу обладателю похожих на его способностей по имени Ичибей Хёсубе. Он послушно исполнил нашу волю и не позволял никому его тревожить, сохраняя образ Бога этого нового порядка. Таким образом и был сотворён этот мир. Если мои потомки это читают, знайте правду и наслаждайтесь тем самым миром, что я создал для вас. Но я до сих пор остерегаюсь Аданая, ибо он был способен видеть будущее и возможно был готов к такому исходу. Но я подозреваю, что Ичибей Хёсубе может нас предать или наших потомков. Его мотивы туманны для меня, поэтому будьте бдительны и не доверяйте его словам. Даже если он предан нашим кланам, это не значит, что однажды он не изменит своё решение.»
Айзен закрыл книгу и положил её на стол. Его пальцы слегка дрожали, но не от страха, а от возбуждения, которое он не испытывал уже много лет. Теперь он мог понять истину этого мира, и, честно говоря, для него это было тяжёлое чувство осознания — мир, в котором он живёт, был создан искусственно. Вся эта система существует исключительно на воле пятерых личностей, которые запечатали могущественное существо и превратили его в труп на троне.
— Значит, этот мир — лишь одна сплошная ложь, — произнёс он тихим голосом. — Вот какую правду знал Тай. Теперь понятно, чего он пытался добиться.
Айзен улыбнулся впервые за долгое время его улыбка была искренней.
— Он хотел стать единственным Богом этого мира. Для этого он хотел убить других богов, — Айзен покачал головой. — Но эти боги... они просто и близко не достойны такого имени.
Всё вокруг лишь ложь. Мир, сотканный из лжи. Где на вершине — труп, которому все поклоняются и считают своим королём. Система, построенная на страхе и обмане. Пять кланов, которые считают себя богами, но на самом деле — лишь тюремщики, охраняющие клетку, которую сами же и создали.
— Ха... хаха... хахахах... ХАХАХАХАХАХ!!!
Смех Айзена эхом разнёсся по библиотеке, отражаясь от высоких полок с книгами. Он смеялся не от радости или безумия, а от осознания абсурдности всего происходящего. Весь его путь, все его усилия, всё его стремление к силе и знаниям всё это было направлено на понимание мира и поиска в нем своего места, который оказался гигантской театральной постановкой, где чтобы он не выбрал будет просто марионеткой этой системы лжи.
Айзен вытер слёзы с глаз, которые он даже не заметил, как они появились. Его смех постепенно стих, оставив после себя странное чувство в душе. Теперь он смотрел на мир иначе, чем до этого. Теперь он понял многое об этом мире. Правда, которую он открыл, была слишком опасна и в то же время давала ему сделать нужный выбор в своей жизни.
— Похоже, ты понял, насколько ложь может быть болезненной. Хотя тебя скорее печалит осознание, что даже твоя жизнь до этого была лишь ложью, — прозвучал женский голос из сознания Айзена.
— Верно. Я желал понять этот мир и найти в нём своё место. Для этого мне нужна была сила. Я стремился подняться и использовал любые средства. Но...
— Но ты что-то понял?
— Да. Если в этом мире нет живого Бога, то никогда не поздно это исправить.
— Почему ты решил, что ты сможешь? Это масштабный заговор всего сущего мира.
— Потому что я не хочу жить в таком мире. Не хочу жить в мире, созданном из ложи и ложных богов. В мире, где твоя жизнь лишь часть их царства, где твоё существование незначительное. Я хочу изменить этот мир и сделать его реальностью.
— Реальностью? Но ведь этот мир тоже живой. Он не иллюзия.
— Этот мир гниёт изнутри, Кьёка Суйгецу. Система власти Общества Душ превратилась в инструмент угнетения тех, кто не входит в круг избранных. Аристократические кланы держат власть уже тысячи лет, и за это время ничего не изменилось. Они боятся перемен больше, чем смерти. Посмотри на Руконгай. Миллионы душ живут в нищете, в вечной борьбе за выживание. А те, кто пытается выбраться из этого ада, становятся синигами — лишь для того, чтобы служить тем же самым кланам, которые создали эту систему. Где справедливость? Где прогресс?
— Ты говоришь о социальном неравенстве.
— Это лишь верхушка проблемы. Система уничтожает любых, кто осмеливается мыслить иначе. Гениев, которые могли бы изменить мир к лучшему, убивают или подчиняют. Их идеи заглушают, их потенциал растрачивают на охрану статус-кво. Всё из страха — страха перед переменами, перед новыми идеями, перед теми, кто может быть сильнее установленного порядка. Общество Душ застыло во времени. Технологии, магия, кидо — всё развивается с черепашьей скоростью. Почему? Потому что те, кто у власти, не хотят, чтобы кто-то стал сильнее их. Они предпочитают контролируемую слабость масс, чем риск потерять свою привилегированную позицию.
— Ты хочешь сказать, что система подавляет прогресс?
— Именно. Каждый потенциальный гений, каждая новая идея — это угроза для существующего порядка. И система безжалостно уничтожает эти угрозы. Я не хочу жить в мире, где твоя судьба определяется не твоими способностями, а твоим происхождением. Где твои идеи заглушаются не потому, что они плохи, а потому, что они опасны для тех, кто сидит на вершине. Где правда скрыта под слоями лжи, созданной пятью тысячелетий назад. Я не хочу подчиняться трупу и тратить свою жизнь на исполнение воли ложных богов, что возомнили себя настоящими. Тай был таким. Он возомнил себя Богом и проиграл. Ложный Бог, восставший против себе подобных. Как забавно. Но в отличие от него, я достигну своей цели.
— Каким образом? У него были всевозможные ресурсы и влияние. У тебя и близко нет таких масштабов.
— Пока нет, но всему своё время. Тай был недостаточно сильным. Поэтому мне надо стать сильней всех моих врагов. Я должен достичь более высокого уровня силы, чтобы противостоять небесам, — заявил Айзен с ухмылкой.
— Тай проиграл, потому что был один, окружённый марионетками. В одиночку нельзя изменить мир. Даже эти пять великих кланов смогли это сделать вместе.
— Возможно... ты права. Мне нужны союзники. Но мои планы крайне опасны. И нужны очень преданные люди, желающие изменить этот мир или готовые исполнить мою волю без вопросов, — задумчиво произнёс Айзен.
— Айзен, я буду следовать за тобой до конца. Но не стоит окружать себя куклами, как Тай. Его путь был обречён на провал из-за того, что никто не мог ему возразить и помочь.
— Я думаю над этим.
http://erolate.org/book/5345/532898
Готово:
