А именно, тот факт, что для контакта с Гораном потребуется кто-то, имеющий хорошую связь с обширным европейским подпольем. Изоляционистское отношение британских волшебников и ведьм, как правило, ограничивало возможности богатой социальной элиты, с которой она была хорошо знакома благодаря своему хобби. Если сопоставить это со списком тех, кто придерживался более сомнительных моральных убеждений, то список действительно становился очень коротким. Если снова сопоставить его со списком тех, кто мог получить наибольшую выгоду, и вспомнить об инциденте на Чемпионате мира по квиддичу, то одно конкретное имя вдруг становилось намного выше всех остальных в списке кандидатов.
Воистину, Люциус Малфой слишком привык к тому, сколько вольностей даровало ему его золото. Он не был таким уж скрытным, каким сам себя считал, и не только у него одного были связи.
— Но ты не скажешь мне, пока я не соглашусь стать твоим спутником на этой вечеринке? — кисло заключил Гарри.
— Интеллект — очень привлекательная черта в мужчине, — промурлыкала Адрастия вместо подтверждения.
Гарри провёл рукой по лицу. Ему очень не хотелось идти на эту вечеринку, и он не желал ещё больше впутываться в дела с Адрастией, но не мог игнорировать тот факт, что кто-то пытается его убить. В конце концов, им это удастся, и она это знала. Ох уж эта сексуальная сучка.
— Когда вечеринка? — спросил он, признавая поражение.
— На Рождество, — ответила она, ярко улыбаясь. — Тебе не нужно ни о чём волноваться, я обеспечу и одежду, в которой ты будешь, и транспорт.
— Хорошо, — угрюмо согласился Гарри, глядя на свой пустой стакан, будто тот только что бросил оскорбительный упрёк в сторону его происхождения. Ему было интересно, в чём заключался подвох этой вечеринки, потому что он нисколечко не верил, что всё было так просто, как она утверждала.
— Ну же, не надо так, — проронила Адрастия, сексуально надув губки. — Тебе понравится, я обещаю.
— Как скажешь, — хмыкнул Гарри, не очень-то ей веря. — Просто скажи мне, кто пытается меня убить.
— Люциус Малфой.
Брови Гарри от удивления взметнулись вверх, практически достигнув начала линии роста волос. Но с другой стороны...
— Похоже, я понял почему. Я, вроде как, весь этот год издевался над его сыном, — и этот человек уже проявил свой мелочный характер, когда отомстил Пенни за то, что она вынесла наказание его тупому отродью.
Адрастия в отчаянии закатила глаза.
— Глупенький, он не стал бы пытаться убить тебя из-за какой-то потасовки на школьном дворе. Если уж на то пошло, то он был бы очень разочарован в своём сыне, не способном справиться с этим самостоятельно. Нет, он пытается убить тебя, потому что ты представляешь угрозу его планам.
— Каким же планам я угрожаю? — в замешательстве спросил Гарри. — Я пока не могу серьёзно заниматься политикой, даже если бы захотел.
Адрастия вздохнула в разочаровании от того, насколько бестолковым он был. Возможно, ей следовало ожидать этого, учитывая, каким был его крёстный отец, но она почему-то полагала, что Гарри не будет настолько невежественным в этом вопросе.
— Не этим планам. Сириус ведь сделал тебя наследником семьи Блэк, так?
— Да, — осторожно кивнул Гарри.
— А Нарцисса Малфой — кузина Сириуса, так?
— Верно.
— Это сделало бы Драко Малфоя единственным возможным наследником семьи Блэк, пока не появился ты и не узурпировал его положение. Люциус вряд ли обрадовался, когда Сириус был признан невиновным и это благо для его семьи было отнято столь нетривиальным событием.
— А, эта херня, — раздражённо сказал Гарри. Портреты его бабушки и дедушки хотели просветить его в вопросах политики между выдающимися семьями Британии, но он отмахнулся от них, совершенно не интересуясь этим чистокровным мусором, кроме тех случаев, когда это имело непосредственное отношение к делу. Они были раздосадованы, поскольку его отец, очевидно, тоже отмахнулся от них, но они были всего лишь портретами и не могли устроить какую-то серьёзную ссору. Возможно, Гарри не следовало так делать, но это казалось такой пустой тратой времени, когда он мог бы заняться чем-то более интересным.
По крайней мере, наконец-то нашлось объяснение, почему Малфой-старший пытался пойти с ним на встречу к Амелии Боунс. Он намеревался использовать Фаджа, чтобы не дать очистить имя Сириуса.
— У тебя есть доказательства? — спросил Гарри.
— Ничего, что могло бы тебе пригодиться, — ответила Адрастия. Малфой достаточно хорошо замёл следы.
— Тогда ты можешь ошибаться, — заметил парень.
— Возможно, — допустила дама, — но это не так. Люциус Малфой — единственный волшебник в Соединённом Королевстве, у которого есть и средства, и приемлемый мотив, чтобы организовать это покушение. И если говорить прямо, то он также единственный в своём социальном кругу, кто действительно действует, а не только лишь реагирует.
— Для человека, не выходца из Британии, ты чересчур уж уверена в этом, — цинично заметил Гарри.
— Знаешь, я вообще-то несколько лет здесь прожила, — парировала Адрастия. — Женщине с моими особыми вкусами и образом жизни следует знать, кто из овец стремится стать волком.
Гарри не смог удержаться, чтобы не фыркнуть.
— Даже если ты права, догадки не позволят мне ничего с ним сделать.
«И просто так прийти в Малфой-Мэнор и убить его я тоже не могу».
— И правда, — с улыбкой согласилась Адрастия.
Гарри погрузился в молчание, обдумывая положение. Малфой, без сомнений, должен был умереть, от него было слишком много проблем, и любое другое решение не помогло бы избавиться от них. Но как это сделать? Ему бы очень хотелось сойтись с белокурым павлином в публичной дуэли на смерть, как он хотел сделать с Амбридж. Это был бы идеальный момент, чтобы продемонстрировать своё мастерство в беспалочковой магии, напугать всех потенциальных интриганов и заставить их десять раз подумать, прежде чем действовать. Но, чтобы устроить что-то подобное, ему нужна была причина, а не простое «я хочу его убить».
— Тебе нужна помощь? — предложила Адрастия куда более весёлым голосом.
Гарри бросил на неё кислый взгляд. Она же восприняла это как «да».
— Тебе нужно ударить его туда, где ему действительно будет больно. Люциус Малфой из тех, кто одержим своей фамилией. Запятнай её грязью, и он приложит все усилия, чтобы защитить свою честь.
— И как же мне это сделать? — спросил Гарри с саркастически поднятой бровью. — Даже публично назвав его Пожирателем Смерти, я буду выглядеть как ребёнок.
— Тебе действительно следует изучить политику Благородных Домов, — посоветовала Адрастия. — Ты рассматриваешь ситуацию с точки зрения Гарри Поттера как личности, а не как будущего Лорда Блэка. Как только ты в глазах закона станешь совершеннолетним, и Сириус откажется от своего титула, ты получишь определённый контроль над женой и сыном Малфоя, которые являются Блэками по рождению. Так как Арктурус Блэк придерживался старых традиций — а он, как известно, был убеждённым традиционалистом — ты сможешь с лёгкость придумать причину для расторжения брака между Люциусом и Нарциссой, а также изгнать из семьи и её, и Драко. По сути, это сделает его жену никем и сильно ударит по престижу Люциуса, поскольку он сам не принадлежит к знати. У него не будет другого выбора, кроме как оспорить твоё решение.
— И я смогу предложить вариант в виде честной дуэли, — закончил Гарри, понимая, к чему клонит Вдова.
— Именно.
— И я не могу рассказать об этом Сириусу, потому что он, вероятно, попытается сделать это сам из-за ошибочной убеждённости в том, что это именно он должен меня защищать, — это также означало необходимость дождаться лета и, вполне вероятно, подарить Малфою ещё один шанс, хотя, скорее всего, у того не будет возможности убить его нигде, кроме как на третьем задании.
— Возможно.
— Почему каждый раз, когда ты появляешься рядом, я оказываюсь в дурацкой проигрышной ситуации?
— Но посмотри на это с хорошей стороны, Гарри. Ты теперь пойдёшь со мной на вечеринку.
— Поправочка, это проигрышная ситуация с ещё одним дополнительным проигрышем.
— Такой негативный! Стоит ли теперь удивляться, что Нимфадора тебя бросила?
Гарри бросил взгляд на улыбающуюся женщину. Он знал, что она не виновата в том, что он оказался в этой ситуации с Малфоем, так же, как и той неразберихе с Дорой и «Соединением». В конце концов, она лишь избавила его от невежества. Но он не знал, во что она играет, и не доверял ей.
— Кто именно этот твой друг, который устраивает вечеринку? — спросил он подозрительно.
— А этого я сказать не могу, — поддразнила Адрастия.
— Вообще-то в этом нет смысла, — язвительно ответил Гарри.
— Секреты — это часть женского очарования, — высокомерно отмахнулась от ответа Чёрная вдова.
— Ты такая же очаровательная, как богомол в дорогой одежде и размером с человека, — проворчал парень.
Адрастия разразилась неожиданным смехом, не удержавшись из-за такого сравнения.
Гарри наблюдал, как эта прекрасная ведьма продолжает весело смеяться, и заметил, что его собственные предательские губы против воли скривились в улыбке. То, что он сказал, конечно же, было неправдой. Адрастия была очаровательна, и даже очень. В этом и заключалась вся ебучая проблема. Она бы не была так опасна, если бы не нравилась людям.
Прошло больше минуты, прежде чем её смех утих, и она вновь обрела самообладание.
— О боже, я давно так не смеялась. Если ты и дальше продолжишь в том же духе, то мне придётся почаще к тебе наведываться.
— Я бы предпочёл, чтобы ты этого не делала.
— Ну же, Гарри, не будь таким занудой. Мы же друзья, не так ли?
— Нет.
Адрастия игриво обиделась в ответ на категоричный отказ, ничуть не обескураженная им. Может, они и начали не с той ноги, но она знала, что с ней Гарри гораздо лучше, чем со всеми остальными людьми. Вечеринка, на которую они вместе пойдут, также должна была смягчить его нрав.
http://erolate.org/book/5346/533082
Готово:
