— Значит, всё кончено? — спросил Дэвид.
— В целом, да, — кивнул Гарри. — Фрагменты его души могут в будущем вселиться в какого-нибудь бедного ублюдка, но в этом случае справиться с ними будет достаточно легко.
— Полагаю, я тебе больше не понадоблюсь? — спросил бывший солдат.
Гарри нравилось это в Дэвиде. Он сразу переходил к делу.
— Конечно, понадобишься, — ответил Гарри с небольшой ухмылкой на устах. — Магия раскрыта, и теперь всё мировое зло направлено против нас. Войско Ворона ещё долго не будет испытывать недостатка в работе, и их нужно будет тренировать.
— Тебе стоит поменьше драматизировать, — фыркнул Дэвид.
— Так уж у колдунов заведено, — усмехнулся Гарри. — Так ты в деле или нет?
— В деле, чёрт бы тебя побрал. Может, сукин сын ты и жуткий, но я-то знаю, что бабы эти держат тебя на достаточно коротком поводке.
— Единственные цепи, которые я когда-либо буду любить, — согласился Гарри, проводя рукой по трём браслетам на левом предплечье.
***
18 февраля 2019 года. Спеллхейвен.
— Множество людей испытает огромное облегчение, узнав, что этого товарища Волдеморта больше нет, — сказала Лора, как только камера была выключена.
Гарри только что закончил давать объяснения по поводу событий в Чехии и того, что с Тёмным Лордом удалось разобраться. Он ничего не сказал о том, что с Волдемортом ещё не полностью покончили.
— Я рад, что его больше нет, — шумно выдохнул Гарри. — У нас и без этого чокнутого на повестке дня хватает проблем.
— И не поспоришь, — согласилась она и тут же очень явно сменила тему. — Я слышала, что вы уже назначили дату свадьбы?
— Да, мы решили, раз уж один из самых насущных вопросов решён, то откладывать больше не стоит, — он пожал плечами, а затем усмехнулся: — Не говоря уже о том, что Флёр и Дора, скорее всего, шкуру бы с меня спустили, откладывай я это дело ещё дольше.
Лора слегка хихикнула.
— Полагаю, событие выйдет масштабным? Большой праздник, много важных гостей?
— Сама церемония будет достаточно скромной, так как браки в магическом мире — дело сугубо семейное, а вот последующее празднование, как по мне, выйдет по-настоящему излишним, — Гарри вздохнул и закатил глаза. — Я бы предпочёл что-нибудь более сдержанное, но Нарцисса довольно жёстко указала на то, что я слишком важная персона, чтобы оставить это дело без внимания. Лично я думаю, что она просто хочет получить повод для большой шумихи, но война со всеми желающими устроить пышное свадебное торжество женщинами, скорее всего, обернётся делом куда более трудозатратным, нежели чем простое согласие, вот я и согласился.
— Очень прагматично с твоей стороны, — весело уточнила репортёрша.
— Спасибо, — саркастически фыркнул Гарри, вызвав у неё очередной смех.
Они помолчали минуту, пока шли по шато к комнате Лоры, прежде чем она снова заговорила:
— Так, будет ли это мероприятие освещаться в прессе? — довольно прозрачно намекнула женщина.
Гарри бросил на неё весёлый взгляд.
— Ты хочешь освещать наше свадебное торжество?
— Конечно, хочу, — не веря своим ушам, ответила она.
— Просто это как-то немного... таблоидно.
— Наверное, да, — призналась Лора. — Но люди любят такие вещи, да и не всё же должно посвящаться глубоким философским темам.
— Я думал, тебе нравятся наши глубокие философские беседы, — поддразнил он.
— Мне нравятся! — поспешила она с заверениями. — И пока я не забыла, мы получили несколько предложений устроить дебаты с некоторыми людьми.
Гарри вздохнул. У него уже появилось такое чувство, что он знает, к чему она клонит.
— Религиозными людьми?
— ...да.
— Проблема дебатов со сторонниками религии похожа на то, как если бы два математика пытались решить одну и ту же задачу одновременно, но один из них будет использовать только базовые шесть чисел, независимо от того, требует того задача или нет, откажется признавать, что существуют числа больше пяти, и не будет слушать тех, кто говорит об обратном, — саркастически ответил Гарри. — Религиозный спорщик строит всё на предположении, что его религия истинна, и никакие доводы или доказательства не сдвинут его с этой позиции, что делает разговор с ним бессмысленным.
Гарри действительно в это верил, но у него имелась и ещё одна очень веская причина, по которой он не хотел вступать в дискуссию с религиозными людьми: появится слишком сильное искушение вырвать им язык за то, что они распространяют глупости, а для пиара такое не годилось.
— Не обязательно пытаться убедить их в своей правоте, ты будешь аргументировано опровергать их точку зрения и общаться со зрителями, — убеждала его Лора. — Подобные передачи всегда имеют большие рейтинги, и обычно, по другую сторону оказываются одни лишь атеисты. А у тебя совершенно иная точка зрения, и ты мог бы аргументировать под новым углом.
— Выслушивать разглагольствования фанатиков-выскочек очень утомительно, — хмыкнул Гарри, но всё же задумался над предложением. С помощью тонкой Легилименции и нескольких заклинаний он мог с лёгкостью уничтожить любого дурака, которого они найдут и выставят против него. Но с какой целью? Победа в подобном споре не принесёт особой пользы. Ему стоит послушать мнение со стороны. — Я потом дам тебе ответ.
— Отлично, спасибо! — засияла Лора. — Интерес проявляется ещё и с другой стороны. Всевозможные технические специалисты хотят поговорить с тобой о возможности слияния магии с технологиями. Я знаю, ты говорил, что они несовместимы, но многие люди хотят отыскать обходной путь или хотя бы ограниченный способ их одновременного использования. Особенно много шума вызывает идея о том, что волшебники помогут удешевить космическую программу и сделать её более реальной.
— Космические путешествия, значит? — пробормотал Гарри. — Ну, попробовать можно, но я бы на твоём месте сильно на это не надеялся.
— Что? Почему нет? — удивлённо спросила Лора.
— Я уже объяснял тебе, что такое души и как они работают...
— Да, но как это связано с использованием чар уменьшения веса, чтобы сделать космические корабли легче, или чар расширения пространства, чтобы дать им больше топлива?
— Лора, как каждое дерево является частью души своего леса, и каждый микроб в твоём теле является частью твоей души, так и всё человечество является частью души нашего мира. Ключевое различие между магами и обычными людьми заключается в том, что, в то время как ваши души глухи к голосам окружающего мира, мы их слышим всегда. Слушать учатся лишь немногие, но слышим их мы все. Если отправить мага на орбиту, то тишина Бездны в одно мгновение сведёт его с ума или того хуже. По этой же причине я не думаю, что наши заклинания продержатся долго, если их лишить защиты планеты.
— Оу, — проронила Лора, выглядя одновременно разочарованной, ошеломлённой и растерянной. Гарри знал, что ей очень трудно понять некоторые духовные концепции, о которых он иногда говорил. Она пыталась, но в этом плане до неё доходило с трудом.
— Не переживай, — слегка усмехнулся парень и наклонился к ней, сказав неожиданно хриплым голосом: — Мы всё равно можем попробовать, не так ли?
У Лоры перехватило дыхание, и она, наверное, только сейчас заметила, что они уже некоторое время просто стоят перед дверью в её комнату.
— Да, наверное, можем.
— Ты хочешь попробовать, Лора? — мягко сказал он, входя в её личное пространство и проводя пальцами по её щеке. И они уже точно больше не говорили о волшебных космических кораблях.
— Мы не можем, — слабо запротестовала она. — Ты скоро женишься.
— Это совсем не такой брак, — усмехнулся он и подошёл ближе.
Последний месяц он неторопливо с ней работал и даже послал ей через свой Палантир несколько шаловливых снов. И сейчас она была готова лечь с ним в постель — он видел это по её глазам.
— Я не хочу становиться для тебя очередной любовницей, — тихо проронила она, но не отстранилась и не оттолкнула Гарри.
— Ты и не станешь, — улыбнулся тот, стараясь, чтобы это не показалось насмешкой. Как будто он вообще стал бы делать из неё любовницу.
— А кем же тогда я стану? — их губы уже почти соприкоснулись, а её голос превратился в едва слышный шёпот.
«Средством достижения цели, — подумал Гарри, но так ничего и не сказал. Вместо этого он сократил оставшееся расстояние и яростно поцеловал её. Как и ожидалось, сопротивляться она не стала. Не стала она и требовать ответа.
3 марта 2019 года. Спеллхейвен.
Андромеда вытерла глаза и всхлипнула носом. Она пообещала себе, что не будет плакать, но Нимфадора выглядела такой красивой и счастливой. Разительно отличалась от той решительной и временами даже мрачной ведьмы, какой она была во время противостояния Волдеморту.
Невозможно описать то облегчение, которое Андромеда испытала, узнав, что с этим монстром покончено. Страх, что её дочь погибнет, сражаясь с ним и находясь в самой гуще событий, лишал её сна.
Но теперь всё закончилось, её дочь прошла через всё это, став сильнее, чем когда-либо, и теперь она выходит замуж, так как Гарри, наконец-то, сделал ей предложение.
Андромеда не распространялась и, если бы её спросили, всячески бы отрицала, но она просто обожала счастливые концы. А этот конец действительно стал очень счастливым.
Церемония вышла скромной, как это и было принято в старых магических семьях. Присутствовали только родственники и близкие друзья: она сама и Тед со стороны Нимфадоры и довольно внушительное сборище вейл и их наиболее постоянных мужчин со с стороны Флёр. Со стороны Луны не нашлось никого, но все остальные давали ей понять, что она — член семьи. Андромеда радовалась, видя счастливо улыбающуюся им без малейших признаков печали девушку. Собственная свадьба — не место для того, чтобы вспоминать горести прошлого.
Из друзей были только Септима, Пенелопа и, конечно же, Этал. Андромеда надеялась, что теперь, когда эта четвёрка уже не занята войной с Тёмным Лордом, у них появится больше друзей. По крайней мере, у Нимфадоры, Флёр и Луны, ибо у Гарри теперь не осталось причин требовать, чтобы они тратили 75% своего времени в попытках стать более могущественными. Но особых надежд на то, что Гарри сам начнёт заводить друзей, она не питала.
Нарцисса, конечно, тоже здесь присутствовала, но не в качестве гостьи. Она вела церемонию бракосочетания.
К счастью, в магическом мире браки считались делом сугубо семейным, так как Андромеда была уверена, что Гарри никогда не согласился бы, чтобы право объявить его женатым отдали какому-то постороннему человеку.
Она подозревала, что он позволил Нарциссе сделать это только потому, что она выступала в качестве его доверенного лица. Обычно брак заключал сам глава семьи, но Гарри вряд ли мог возложить на себя такую обязанность, поэтому это должен был сделать самый высокопоставленный член семьи от его имени. Технически это место должна была занять Андромеда, как старшая сестра, раз уж она-таки позволила уломать себя на восстановление в Блэках. Но она позволила Цисси сделать это вместо неё. Такое как раз в её духе. Небольшое нарушение традиций, но никого это не волновало.
Кроме того, такое нарушение выглядело совсем незначительным по сравнению с другими.
Наличие нескольких супругов не считалось чем-то неслыханным, и на этот случай даже существовал соответствующий протокол, но вот данная церемония вышла необычной в плане, что жёны венчались не только с мужем, но и друг с другом.
Поскольку брак был внутренним делом семьи и сводился к скреплению нескольких родов с помощью детей, однополые браки никогда не считались здесь проблемой. Люди с подобными наклонностями обычно просто жили вместе, а все вопросы вежливо избегали.
Одного этого нарушения протокола оказалось бы достаточно, чтобы заставить старых Блэков брызгать слюной, но на этом отступлении от традиций Гарри не остановился.
Он решил отказаться от фамилии Поттер и стать Гарри Блэком, мотивируя это тем, что род Блэков считался самым старшим из тех, главой которых он являлся, и что от Поттеров, кроме него, ничего не осталось, а у Блэков ещё есть она и Нарцисса. Он отказался разделять два рода, мотивируя это тем, что британское магическое общество и так движется к забвению, и в конечном итоге разделение лишь создаст дополнительные проблемы.
Пока Гарри это всем объяснял, Нимфадора нарочито громко прошептала: «он просто считает, что фамилия Блэк звучит круче, чем Поттер».
И опять же, предыдущие поколения семьи Блэк пришли бы от такого просто в ужас. Позволить роду твоего собственного отца вымереть, когда его можно так легко спасти, казалось немыслимым, особенно из-за такой мелочи как «крутизна».
На этом Гарри не остановился. Он также совершил величайшую бестактность, изменив герб Дома. Основная форма герба и осталась прежней — золотая рука скелета, сжимающая палочку на усыпанном звёздами поле темно-оранжевого цвета, — но была заменена рунами Кеназ и Дагаз. Первая символизировала знание, наблюдательность и ясность мысли, вторая — просветление, пробуждение и концептуальную реализацию. Три ворона, сидевшие на бежевом фоне под гербом, а также золотой череп с лавровым венком над ним ему, видимо, очень нравились, и он оставил их нетронутыми, а вот кредо семьи не одобрил.
Теперь вместо хвастливо-фанатичного «Всегда Чисты» на гербе красовалось несколько шаблонное «Знание — Сила».
Под руководством Гарри Дом Блэков поднялся на небывалую высоту, однако сейчас он едва ли походил на то, чем был раньше. Его главой стал полукровка, с усмешкой относившийся ко всем, кто хотя бы вскользь упоминал о кровном статусе, и женился на полукровке, дочери некогда изгнанного члена семьи, вейле и ещё одной ведьме, которую предыдущие поколения на за что бы не одобрили. Старый герб и ценности Блэков отброшены, а родовое гнездо её предков в Британии заброшено.
Андромеду это очень забавляло, и она даже себе представить не могла большего оскорбления для семьи, которая изгнала её за то, что она хотела сделать свой собственный выбор. Новой же семьёй она могла только гордиться, тем более что её дочь была замужем за её главой.
***
Орели была безмерно довольна собой.
После того как рано утром её внучка вышла замуж, наступило время долгожданного празднования этого события. Над его организацией трудились она, Нарцисса, Андромеда и Аполлин, и иногда помогали Флёр, Нимфадора и Луна, а также другие люди. Гарри внёс лишь минимальный вклад, но никто на него за это не обижался. Он уже пообещал улыбаться и участвовать, а не прятаться где-нибудь в углу.
Все эти усилия принесли свои плоды — праздник удался на славу. Он проходил на территории недавно получившего своё название Шато Блэк, которого было более чем достаточно, чтобы вместить практически весь Спеллхейвен. И, судя по всему, большая часть населения острова действительно сюда явилась.
Но у Орели имелись более серьёзные цели, чем просто отпраздновать свадьбу внучки, каким бы счастливым ни было это событие. Оно должно было послужить началом долгой и продуманной деятельности по созданию уголка для вейл в пока ещё зарождающейся культуре Спеллхейвена.
Флёр рассказала ей о том, что Гарри недавно узнал о состоянии мира и о планах некоего древнего вампира. Нетрудно было догадаться, что вейлам в этом мире места не найдётся, так что пора было заняться его обеспечением.
После долгих и порой непростых переговоров между ней, Флёр, Гарри и этой не в меру хищной женщиной, Адрастией, они выработали некий план.
Хотя Орели и не нравилась идея ограничивать природу своих соплеменниц, она была вынуждена признать, что их неконтролируемое поведение однозначно не способствовало стабильности общества. Глупо думать, что они смогут вечно делать всё, что им заблагорассудится, только потому, что они близки с Гарри.
Тем не менее он оказался гораздо разумнее, чем Министерство Магии. Им не нужно будет притворяться людьми только для того, чтобы люди терпели присутствие.
Основа для этого уже была заложена — многие вейлы уже жили рядом с людьми, а не прятались в своих полусекретных коммунах, как это происходило на материковой Европе.
Следующий шаг — подружиться с ведьмами острова. Они являлись ключом к тому, чтобы вейл приняли в обществе. Зависть всегда оставалась главной причиной, удерживавшей их на задворках, и с этим стоило разобраться. Совместные — и, для магического мира, необычайно спортивные — игры, организованные на этом празднике, уже, похоже, приносили свои плоды.
В идеале наличие в семье вейлы-любовницы со временем должно стать нормой и даже желанным событием как для мужчины, так и для женщины. Сами вейлы не будут беспокоиться о своём, казалось бы, низшем положении, не заботясь о фамилиях и официальных парах.
Но это бы вышло слишком амбициозно. Ведь бисексуальных ведьм на свете не так уж и много. Или тех, кто готов терпеть, когда другая, более красивая женщина, спит с их мужем.
Наиболее вероятной социальной схемой, способной привести к успеху, станет превращение вейл в тех, кто знакомит молодых ведьм и волшебников с прекрасным миром секса. Они бы с лёгкостью могли показать, что да как, а затем откланяться, когда люди начнут завязывать серьёзные отношения, и их проводникам покажется, что те не хотят заводить вейлу-любовницу. Многие за это время непременно забеременеют и смогут либо уйти с призом в животе, либо подтолкнуть своих «учеников» к браку.
Коварное влияние «Соединения» могло как вызвать некоторые осложнения, так и решить некие проблемы, но им придётся с этим смириться. Возможно, у Гарри и были какие-то смутные амбиции научить как можно большее количество людей осознавать свою магию, но не было ни малейшего шанса, что это когда-нибудь станет действительно распространено.
Эта схема, безусловно, встретит некое сопротивление, даже если людям никогда не скажут, какова её конечная цель, поэтому имелись и планы по их смягчению.
Гарри согласился с тем, чтобы сегодняшние игры стали проводиться чаще, а также с тем, чтобы со временем их расширить. Смысл заключался в том, чтобы вейлы потихоньку начинали походить на очень дружелюбных соседей, а не на сексуальных хищников. В один прекрасный день одна из вейл-победительниц попросит Гарри её обрюхатить, и с этого момента и зародится эта традиция. Увидев, что повелитель этих земель поступает подобным образом, все остальные начнут куда теплее относиться к этой идее.
Орели надеялась, что это также привлечёт на Спеллхейвен больше вейл с материка. Так уж исторически сложилось, что они не собирались вместе в большом количестве, чтобы не перегружать местное магическое население, но если всё пойдёт так, как задумали вампиры, то, кроме как под защитой Гарри, безопасно больше нигде не останется.
Но это дело на будущее. Пока же достаточно было видеть, как её сородичи радуются этому дню, хихикают вместе с ведьмами, наблюдают за совместными играми их детей и сплетничают о том, как по-плутовски красив жених в своей изысканной одежде, контрастирующей с его шрамами.
Последняя часть показалась Орели очень забавной. Она не сомневалась, что, не будь он богат и влиятелен, его шрамы сочли бы уродливыми и страшными. Люди иногда бывали такими поверхностным — и обычные, и вейлы. Но, по крайней мере, у них нашлось нечто общее.
http://erolate.org/book/5346/533348
Готово:
