Минуты две я баюкал на руках хрупкое, словно кукольное, тело Джуэл. Она всё ещё не пришла в себя после моей импровизации. Я знал: когда моя рука проходит сквозь её голову, она испытывает блаженство, почти неотличимое от оргазма, причём это чувство разносится эхом по значительной части Улья. Я вовсе не собирался доводить её до такого состояния. Мне лишь хотелось, чтобы она почувствовала больше удовольствия, ведь я так сильно её любил.
— А... Аполлон, — в моей псионической связи раздался знакомый, но какой-то хриплый голос.
— Орхидея! — я в панике резко обернулся и увидел её в совершенно растрёпанном виде. Казалось, она ползла сюда на четвереньках, оставляя за собой след прозрачной жидкости.
— Орхидея, что произошло? Ты в порядке? С Джуэл всё хорошо? — засыпал я её вопросами, поддаваясь панике теперь, когда увидел кого-то близкого.
— С Орхидеей всё хорошо, мой суженый. И с королевой тоже. Ей пришлось отступить из этого тела в предыдущее из-за псионической перегрузки, которую вызвала твоя рука. Тебе... тебе и правда стоило предупредить её, прежде чем вот так касаться открытого канала связи, Аполлон-любовь моя. Наслаждение, которое мы испытали, было настолько невероятным, что Орхидея чувствует его до сих пор.
Услышав объяснение Орхидеи, я издал долгий, протяжный вздох облегчения. Похоже, моё прикосновение к связи не нанесло вреда и не ранило Улей; просто второе тело не смогло переварить такой поток ощущений, одновременно поддерживая работу всего Роя.
Поняв, что теперь она в безопасности, я осторожно опустил тело Джуэл на пол и подошёл к Орхидее.
— Ты уверена, что с тобой всё нормально? Ты даже стоять не можешь. Давай я помогу, — сказал я, подхватывая её на руки.
— М-м-м, Орхидее становится лучше с каждым мгновением. А станет ещё лучше, когда она поймёт, что теперь может беспрепятственно предаваться любви со своим Аполлоном.
Я тихо усмехнулся и поцеловал её в лоб. — Тебе везёт, дорогая, что со мной нет палки. Ты тут нежишься в общем блаженстве со всем местным Ульем, а единственное, о чём думаешь — когда же настанет твоя очередь. Ты невероятна.
— Ощущать, как твоя рука касается самой сути Орхидеи через псионический мозг королевы в её втором теле, и по-настоящему сойтись с тобой — это совсем разные вещи. Хоть это и было приятно, Орхидея хочет почувствовать тебя сама, — проговорила она, воровато потянувшись рукой к моему достоинству.
Видя, что существо, известное как Орхидея, снова ведёт себя как обычно, я ещё раз негромко рассмеялся и позволил ей встать самостоятельно.
— Идём, милая. Не стоит оставлять Джуэл в холодном зале. Перенесём её в мою комнату, чтобы ей было уютно, когда она вернётся.
Орхидея надулась, но спорить не стала. Пока она смотрела, как я поднимаю Джуэл, её взгляд зацепился за что-то на полу. Похоже, часть семени, что я посеял, вытекла из Джуэл после нашей близости и теперь пачкала разбитые плиты пола.
— Ты идёшь, Орхидея? — спросил я, заметив, что она застыла в оцепенении.
— Ах, да, мой Аполлон. Орхидея сейчас придёт. Ей только нужно приказать трутням прибраться в комнате.
Я не увидел в этом ничего странного, ведь она постоянно присматривает за трутнями, поэтому я пошёл вперёд, оставив её заниматься делами.
Как только Аполлон скрылся из виду, Орхидея снова перевела взгляд на пятна на полу. Её глаза округлились, а во рту скопилась слюна. «Маленький перекус не повредит, прежде чем я вернусь», — невинно подумала она.
Перенеся Джуэл в свою комнату, я с удобством устроил её на кровати и укрыл своим постельным жуком для пущего комфорта. Орхидея пришла через несколько минут с очень довольным видом; она вошла летящей походкой, сделала глубокий глоток и уселась ко мне на колени.
Я не стал спрашивать, что так подняло ей настроение: интуиция подсказывала, что ответ мне не понравится. Так что какое-то время мы просто сидели в тишине.
Сидя рядом с Орхидеей, я обдумывал ситуацию. Моя первая близость с Джуэл не казалась чем-то, что требует бурных празднований. Во многих историях, что я помнил, потерю девственности воспринимали как некое великое испытание, вызывающее бурю восторга и счастья. Для меня же это ощущалось естественным явлением — будто нам с Джуэл самой судьбой было предначертано сблизиться именно так. И само участие в этом процессе, хоть и было чертовски приятным, казалось просто нормальным ходом вещей.
Мои мысли метались между всякой чепухой и лёгким беспокойством за Джуэл. Хотя я и знал, что она в порядке и сейчас бодрствует в другом теле, сердце было не унять. Орхидея, как всегда, почуяла моё душевное смятение и принялась тереться о мои чресла, якобы «отвлекая», а на деле, скорее всего, просто пытаясь склонить к соитию уже с ней.
Когда эти танцы на коленях мне порядком надоели, я наконец обратился к существу, устроившемуся на мне.
— Ладно, Орхидея, завязывай. Я сейчас не в том настроении. С Джуэл всё вышло очень органично; просто настал подходящий момент. Как тогда у нас в бассейнах на планете — всё случилось само собой.
Орхидея на миг погрустнела, но тут же улыбнулась мне. — Конечно, мой дорогой Аполлон. Орхидея прождёт хоть тысячелетие, если потребуется. Просто тот жар, что охватил королеву в миг, когда твоя рука коснулась нас через её разум, передался каждой биоформе. И он до сих пор не утих.
Обхватив её за талию, я снял её со своих колен и поднялся сам.
— В таком случае, раз уж Джуэл не торопится, давай устроим быструю тренировку, чтобы развеяться.
Почувствовав моё намерение, Циркон, последние пару дней лениво парившая в комнате, торпедой метнулась ко мне, едва не пронзив Орхидею по пути.
— Похоже, твой клинок сегодня жаждет крови, раз пытается вот так проткнуть твою Орхидею сзади. Неудивительно, что мы сожрали ту никчёмную королеву с её предсказуемыми атаками, — игриво заметила Орхидея, подначивая Циркон.
Дол Циркон на мгновение вспыхнул красным, но тут же вернулся к холодному синему сиянию — так быстро, что ни я, ни Орхидея этого не заметили.
— Не стоит недооценивать меня и мой меч; в битве мы показали себя отлично. Правда ведь? — сказал я, поглаживая дол клинка с такой нежностью, что Орхидея слегка заревновала. — А теперь бери свои мечи, и пойдём в другой зал. Там места побольше.
Придя в зал, я наконец-то натянул штаны — не хотелось, чтобы моё «хозяйство» моталось туда-сюда во время боя. И хотя для кого-то это могло стать отличным отвлекающим манёвром, Орхидея, несмотря на свой характер, относилась к нашим спаррингам на удивление серьёзно. Она бы и глазом не повела в сторону моих чресл, даже если бы я исполнил «вертолётик»... не то чтобы я когда-либо собирался так делать.
Я решил не надевать силовую броню для этого поединка. Во-первых, я никогда не использовал её против Орхидеи раньше, так как доступа к ней не было. Во-вторых, Орхидея была поистине гениальным фехтовальщиком для бывшего пятиметрового жука-убийцы. Все раны, что она наносила мне на тренировках, лишь слегка задевали кожу — настолько безупречно она контролировала оружие. А благодаря моей усиленной регенерации такие царапины заживали мгновенно.
Сама же Орхидея облачилась в полное боевое снаряжение, буквально слившееся с её телом. Все эти годы она наставляла меня сражаться так, словно я действительно хочу её убить — по её словам, это лучший способ обучения. «Целься в мишень, а не в её оружие», — так можно было описать её подход. И всё же, максимум, чего я добился — это самоубийственная атака, которой я сумел проткнуть ей живот. В настоящем бою она бы выжила, ведь клинок вошёл всего на пять сантиметров, а я бы уже остался без головы.
Сделав быструю разминку, чтобы разогнать кровь, я подошёл к Орхидее и мимоходом поцеловал её на удачу, пока она ещё пребывала в своём обычном обличье, прежде чем превратиться в того боевого демона, которого я знал. В памяти на миг всплыл образ Орхидеи, покрытой ошмётками плоти после битвы с Кер'мин. Я слегка вздрогнул, должным образом выровнял дыхание и встал в стойку.
— Я готов, дорогая. Нападай.
http://erolate.org/book/5388/536077
Готово:
