Готовый перевод A step into the past / Шаг в прошлое: Глава 5. Отпор врагам у реки

[прим. пер: в данной главе (как и в предыдущих) в исходном тексте ошибочно (по крайней мере, я так думаю) используются футы в качестве меры длины, хотя по смыслу больше подходят метры (либо неведомые китайские меры длины). Пока что в переводе оставляю оригинальные футы]

Сян Шаолун и сотня людей У Чжо с мощными луками залегли в густом лесу в ста шагах от лагеря. Они наблюдали за медленно уходящими воинским отрядом под постепенно светлевшим небом.

Когда полностью рассвело, люди Чэн Сюя скрылись за изгибом реки вниз по течению.

Через мгновение раздались звуки копыт и человеческая речь на обоих берегах реки.

Из леса вверх по течению выехало примерно 400 конокрадов, в то время как на другом берегу реки показалась большая группа удивлённых разбойников. Один из них, с волнистой пышной серой бородой, сидел верхом на лошади. Это был самый известный разбойник в Чжао — Хуэй Ху.

От бешенства глаза у него едва не выскакивали из орбит. Он погонял своих людей быстрее садиться на плоты и переправляться через реку, чтобы броситься в погоню. Они явно были растеряны.

Звуки копыт приближались, конокрады скакали галопом вдоль берега реки.

Сян Шаолун украдкой взглянул на У Чжо и убедился, что даже в такой опасной и напряжённой ситуации он остаётся хладнокровным и сдержанным.

Двадцать деревянных плотов спустились на воду, неся на себе лошадей и прочую амуницию.

Переправив примерно 400 боевых лошадей и продовольствие, люди Хуэй Ху начали форсировать реку сами.

Хуэй Ху был на одном из этих плотов.

Сейчас на этом берегу было около 60-ти разбойников, которые перегоняли лошадей с берега на равнину и не допускали даже мысли, что за ними могут следить.

Сян Шаолун дал знак и сидящая в засаде сотня лучников пустила стрелы. Среди конокрадов начался переполох, больше половины из них повалились на землю.

Хуэй Ху и остальные разбойники запаниковали. Они быстро наложили стрелы на тетивы и приготовились стрелять. Небольшая группа солдат на берегу криками разбежалась во всех направлениях.

Сян Шаолун и его люди к этому времени переместились за скалу рядом с берегом. Стрелы, как саранча, посыпались на разбойников на плотах. Они не могли ни прикрыться, ни убежать. Полилась кровь. Плоты и река окрасились в красный.

Хуэй Ху отдал приказ отступать на противоположный берег.

Все целились в него, туча стрел полетела в эту очевидную мишень.

Конокрады пытались прикрыться вёслами, однако это плохо спасало от сотни сыпавшихся на их головы стрел. Разбойники падали один за другим.

Хуэй Ху понял, что ситуация критическая, поэтому со злобным рёвом прыгнул в воду и спрятался под плотом.

Остальные последовали его примеру и тоже прыгнули в воду.

На другом берегу оставалось порядка 200 конокрадов, но кроме как кричать и топать ногами, они ничего не могли сделать.

Стрелы били по воде, отчего поверхность реки всплывали красные пятна крови, а следом показывались тела. Жестокое зрелище.

Убивай или сам умрёшь — такова суровая правда любой войны!

Обломки плотов уносило вниз по течению.

Сян Шаолун волновался по поводу ситуации у Чэн Сюя, поэтому отдал приказ к отступлению, не намереваясь выяснять, погиб ли Хуэй Ху или выжил. Они оседлали украденных боевых коней и погнали гружёных продовольствием лошадей вдоль реки вниз по течению.

К тому времени, когда они добрались до места, сражение на стороны Чэн Сюя уже подходило к концу. Они обнаружили приставленные друг к другу повозки, выполняющие роль линии обороны, а также 400 воинов во главе с Чжа Юаньюем, которые рассредоточились в густом лесу в ожидании разбойников.

Четыреста конокрадов мчались по берегу. И как только они повернули за изгиб реки, то встретили ожидающих их солдат Чжао. Но к тому времени разбойники уже оказались в зоне поражения и пока они в растерянности решали, отступать им или нападать, солдаты Чжао пустили залп стрел.

Оставшиеся в живых конокрады не отступили вовремя и решили обогнуть ряд повозок сбоку по берегу. Тут-то спрятавшиеся Чжа Юаньюй и его люди начали стрелять в них, внося ещё больший хаос в их ряды.

Когда же конокрады, наконец, отступили, то столкнулись с подкреплением Сян Шаолуна, что опять застало их врасплох. Бросив лошадей и амуницию, примерно 50-ти разбойникам удалось сбежать в лес рядом с рекой.

Это была чистая победа. Солдаты Чжао ликовали. Даже воины семьи Пинъюань поддались всеобщей атмосфере веселья.

Со стороны Сян Шаолуна было легко ранено всего 40 человек и никто серьёзно. Это был потрясающий исход битвы, что в очередной раз подтвердило военный гений Сян Шаолуна, а также его гибкие и эффективные способы ведения боя.

Сян Шаолун отправил 20 человек и 300 трофейных боевых лошадей в Чжао, однако оружие и продовольствие оставил для собственных нужд. Разобравшись с ранеными, они продолжили своё путешествие на запад вдоль реки.

На закате Шаолун разбил лагерь. Они были всего в 2,5 днях пути от внутренней реки.

Из-за трудной дороги и стычки с разбойниками, и люди и лошади сильно устали. Все хотели как следует отдохнуть, поэтому всю ночь никто не вёл досужих разговоров. Ранним утром поездка продолжилась.

Пейзаж снова изменился. Вдалеке вырастали и опускались горы, деревья и трава стали пышнее, вся природа выглядела необыкновенно свежо и живописно. Текущие меж гор реки низвергались водопадами, очаровывая глаз.

В стороне виднелся огромный первобытный лес с гигантскими деревьями, чьи стволы не обхватят даже несколько взявшихся за руки мужчин.

Голоса животных и треск насекомых доносились из леса. Солдаты Чжао по пути ловили лисиц и кроликов себе на обед.

Иногда они взбирались на возвышенность, откуда открывались потрясающие виды на бесконечные леса и равнины.

Как-то раз в высокой траве они увидели одинокую то ли деревушку, то ли ферму. Сян Шаолуну всё вокруг казалось раем. Он не мог понять, зачем люди продолжают сражаться и сетовал на их жадность и злую натуру.

Но несмотря на красивые пейзажи, поездка была трудной. Мало того, что они вручную прокладывали путь, много раз им приходилось валить деревья, чтобы переправиться через ручьи.

За день они проходили не больше 10-ти ли, а под конец дня разбивали лагерь где-нибудь на возвышенности.

Несмотря на усталость, солдаты пребывали в хорошем настроении и охотно выполняли приказы Сян Шаолуна.

Красавицы всегда будут любить героев. Леди Я стала ещё больше уступчивой по отношению к нему, позволяя ему наслаждаться мягкостью её превосходного тела.

С того разговора через окошко кареты Чжао Цянь сознательно избегала его. Он не мог найти выход из этой патовой ситуации, поэтому, кроме как продолжать путешествие, другого выбора у него не было.

После еды пришёл человек Леди Пинъюань и сказал, что она желает с ним встретиться, так как ей нужно кое-что обсудить.

Сян Шаолуну было интересно узнать её текущее отношение к нему, поэтому он поспешил к ней в палатку.

Однако его ждало сильное разочарование, так как у входа в палатку Леди стояли двое фамильных воинов. Все его озорные мысли тотчас же выветрились из головы.

Его отношения с Леди Пинъюань напоминали битву между полами. Это навевало чувство чего-то неправильного, отчего его волнение только росло.

Кроме того, какому мужчине не понравится что-то новое, тем более такому, как Сян Шаолун.

Леди Пинъюань сидела на коврике, внутри также находились стражники. Пригласив его присесть, она уставилась на него сердитым взглядом и сказала:

— На этот раз мы будем разговаривать как полагается!

Естественно, Сян Шаолун понял о чём она. Это раздражало, однако снаружи он оставался спокойным.

— Леди, пожалуйста, жду ваших указаний! — произнёс Шаолун уважительно.

Леди Пинъюань сверлила его наполненным любовью и ненавистью взглядом, но вслух холодно произнесла:

— Теперь, когда мы далеко от главной дороги, куда мы направляемся на самом деле?

— Путешествие было тяжёлым. Леди, должно быть, претерпела большие муки. Сначала мы направимся к заливу, затем пойдём вдоль реки в Далян, — ответил Сян Шаолун.

Леди вдруг вздохнула и слегка наклонилась вперёд.

— Если вы... Я могу приказать им уйти, — сказала она тихо.

Сян Шаолун обрадовался и согласно кивнул.

Леди Пинъюань отпустила обоих стражников. Она внимательно посмотрела на Шаолуна и, после недолгого раздумья, произнесла:

— У вас и в самом деле крайне редкий талант. Сейчас никому и в голову не придёт сомневаться в том, что вам когда-то удалось справиться с 800 конокрадами Хуэй Ху, имея в своём распоряжении всего 50 человек.

Сян Шаолун улыбнулся.

— Конокрады всего лишь разношёрстное сборище разбойников, их легко победить.

Леди Пинъюань покачала головой.

— Некоторые люди рождаются лидерами. Они не только ведут воинов за собой, но также одерживают победы в битвах и никогда не проигрывают. Вы один из таких людей.

Сян Шаолун понятия не имел, что она снова замышляет, поэтому застенчиво согласился с похвалой.

На лице Леди Пинъюань внезапно проступил румянец. Она опустила голову и сказала:

— Пройдя залив, примерно через 20 ли на юго-восток вы доберётесь до Пушуя. Если продолжать двигаться на юг вдоль реки, то через 10 дней покажется Фэнцю. Это город генерала Гуань По, моего человека. Мы будем в безопасности, как только достигнем этого места.

— Ваш слуга будет в точности следовать вашим инструкциям, — ответил Сян Шаолун. Затем добавил с любопытством: — Почему Леди так внезапно и привлекательно покраснела?

Теперь у неё покраснела даже шея.

— Вы опять взялись за старое? Убирайтесь.

Сян Шаолун заметил её смущение и ощутил радость. Он поднялся с ухмылкой на лице, поклонился и сказал:

— Тогда позвольте откланяться вашему покорному слуге.

Однако ноги его, казалось, приросли к полу. Сян Шаолун стоял не шелохнувшись.

Конечно, Леди Пинъюань на самом деле не хотела прогонять его. Видя, что он стоит на месте и уходить не собирается, она спросила радостно:

— Почему же вы ещё не ушли?

На лице Сян Шаолуна появилась развратная улыбка.

— Разве Леди не собирается дать небольшую награду своему покорному слуге?

Леди Пинъюань окончательно смутилась, посмотрела на него недолго и опустила своё милое личико.

Сян Шаолун подошёл и опустился на колени позади неё. Коснувшись её рукой, он слегка потянул Леди Пинъюань на себя и она без сопротивления упала в его объятия. И он снова насладился её сладкими губками.

На этот раз Сян Шаолун зашёл чуточку дальше. Его руки начали ласкать грудь Леди Пинъюань.

Тело Леди ощутимо затрепетало. Она вцепилась мёртвой хваткой в его бесстыжие руки и слабо простонала:

— Сян Шаолун!

Сян Шаолун очень хорошо понимал, что самая ценная вещь та, которой ты не можешь обладать. Соблазнять её шаг за шагом — это лучший способ растопить её сердце, чтобы по прибытию в Далян ей и в голову не могло прийти причинить ему вред. Поэтому он остановился и, крепко поцеловав её на прощание, вышел из палатки, оставив эту красивую женщину проводить ночь в одиночестве.

В последующие 20 дней они продолжали двигаться на восток, пересекли внутреннюю и западную реки. Они прошли, не заходя в него, один из самых больших городов в царстве Вэй — Пуян. От Пуяна они шли на юг по главной дороге, ведущей в Пушуй.

Все эти дни их путешествие было тихим и спокойным. Однажды наткнулись на следы вражеских разведчиков. Это заставило осознать, что опасность снова нависла над их головами.

У них много лошадей и повозок, которые часто ломались и их приходилось ремонтировать, а это ещё больше замедляло скорость передвижения. Они не могли сбить врага со следа, поэтому оставалось только молиться, что эти безымянные враги не окажутся такими грозными, как банда Хуэй Ху.

По мере приближения к Далян на главной дороге встречалось много официальных остановок и каждые 10 ли или около того они видели Вэй’ские казармы.

Отношение солдат Вэй было странным. Посмотрев их документы, они не чинили препятствий, но отказывались выделить отряд для сопровождения. Так что, когда они добрались до конца главной дороги, у них не осталось другого выбора, кроме как направиться на восток в Пушуй.

Три дня они двигались по горной тропе, пока не вышли к огромной зелёной равнине, что к западу от Пушуя, однако до самого города оставалось ещё два дня пути.

Большая процессия остановилась на краю зелёной травянистой равнины.

Сян Шаолун, У Чжо, Чэн Сюй и Чжа Юаньюй отошли в сторонку поговорить. Лица у всех были мрачные.

У Чжо сказал:

— Теперь врагу известен наш маршрут и боевая мощь, однако о них мы не знаем ничего. Мы на открытой местности, а они могут напасть в темноте в любой момент. Это самый крупный недочёт в военном деле.

Чэн Сюй подхватил:

— Если враг собирается напасть, то сделает это в ближайшие два дня, потому что на этой равнине легко атаковать, но сложно защищаться. Противник ни за что не упустит такую хорошую возможность.

На его лице появилась горькая улыбка, после чего он продолжил:

— Больше всего я боюсь, что Правитель Вэй прикажет своим солдатам замаскироваться под разбойников и напасть на нас. И тогда у нас будут большие проблемы.

Сян Шаолун нахмурился и после глубокого размышления сказал:

— Эта возможность, о которой поведал Чэн Сюй, может легко воплотиться в реальность. Поэтому мы не можем просто сидеть и покорно ждать смерти.

Все трое навострили уши, ожидая услышать чудодейственный план этого блистательного стратега, который спасёт их.

Сян Шаолун сказал тихо:

— Думаю, мы могли бы отыскать здесь надёжное место на возвышенности, прикрытое горами. Установить палатки, выкопать ров. Охотясь на местную фауну, запастись продовольствием, набрать родниковой водой и оставаться здесь полмесяца или около того. Вместе с тем, мы отправим в Фэнцю самых быстрых всадников и попросим у генерала Гуань По подкрепление. Таким образом, даже если у Правителя Вэй есть иной подлый план, он всё равно ничего не сможет сделать.

После глубокого раздумья все признали это лучшим планом в текущей отчаянной ситуации.

Закончив с обсуждением, Сян Шаолун сразу же подошёл к карете Леди Пинъюань и через бамбуковые занавески поведал ей о текущем плане.

— У вас больше опыта в этой области, так что решать вам, — сказала Леди Пинъюань тихо.

Сян Шаолун отметил, что раньше она не разговаривала с ним так нежно и послушно, как сейчас, и ощутил как в нём начала подниматься волна желания.

— Леди не будет против визита сегодня вечером? — спросил он.

Леди Пинъюань вздохнула.

— Можем мы поговорить об этом, когда прибудем в Далян? Мой сын и так уже крайне несчастлив от того, что я несколько раз уединялась с вами. Теперь он стал выздоравливать медленнее и я не хочу ещё больше расстраивать его.

Сян Шаолун подумал о Принце Шаоюане и его настроение испортилось. Он отошёл от кареты и направился к Леди Я, сообщить о плане и сказать ей, чтобы передала эту новость Чжао Цянь.

Полдня они рыскали по округе, пока, наконец, не нашли ровное место на возвышенности, упирающееся в горы, и с рекой поблизости, после чего приступили к установке лагеря. Все были заняты делами.

Одновременно с этим они отправили 20 всадников в Фэнцю 10-ю разными маршрутами, чтобы передать письмо с просьбой о помощи, с печатью Леди Пинъюань и написанное ей же собственноручно. [одно письмо или 10 писем?]

Процесс установки лагеря сейчас сильно отличался от прошлых раз. Они рыли канаву в качестве основной формы защиты.

По периметру возвышенности они вырыли ров шириной пять футов и глубиной один фут. Выкопанную землю навалили перед канавой, а сверху натаскали камней . Получилась небольшая, но вполне прочная стена из грязи в полфута высотой и с бойницами для луков. Затем они выставили телеги по внутреннему кругу стены, тем самым ещё больше усилив защиту. [прим. пер.: и снова как в предыдущих главах либо автор, либо англ. переводчик что-то напутал с футами, ибо фут = 30,48см. Можете представить себе высоту стены или глубину рва? Такую стену даже поребриком не назовёшь. Метры здесь выглядят более уместными, однако для смеха пока оставляю оригинальные футы]

Склон снаружи стены был утыкан заострёнными палками, а также вырыты ямы-ловушки для лошадей. По сути, опасность будет поджидать атакующих на каждом шагу.

Вся растительность вокруг лагеря была вырублена, чтобы враг не мог скрытно подобраться к ним.

Сам лагерь был установлен в форме полумесяца. Главные палатки стояли в середине, остальная часть войска была размещена по бокам, сформировав полукруг, выступающей частью наружу. Лагерь и невысокая стена находились более чем в трёх футах друг от друга, и пока враг не преодолел стену, лагерь будет вне зоны поражения снарядов противника.

После 3 дней усердной работы они превратили лагерь в мощное укрепление с рвом и крепостным валом по периметру, а также с заострёнными палками и ямами снаружи стены.

[прим. пер.: В общем, получилось что-то отдалённо напоминающее это http://shagau.ru/wp-content/uploads/2011/08/z_7eba3246.jpg]

На случай если враг будет пользоваться огнём во время атаки, был вырыт канал к реке за лагерем. Когда все приготовления были завершены, прошло уже 5 дней.

В тот день Сян Шаолун проинструктировал своих людей отложить в сторону камни, собранные со склона, когда прибыли разведчики. Они сообщили, что разбойники численностью приблизительно в 10 000 человек скакали по равнине в их сторону.

Все поняли, что, скорее всего, это и есть их враги, которым надоело без толку ждать их на равнине, поэтому они сами пришли сюда.

И это только подтверждало их догадку. Теперь никто не поверит, что в приближающемся войске нет солдат Вэй.

Они знали, что это правда, однако всё равно до конца не понимали, зачем Правитель Вэй прибегнул к такой жестокости. Единственное объяснение этому то, что Принц Синьлин представлял собой серьёзную угрозу для Правителя Вэй и таким образом он задумал испортить отношения Принца Синьлина и Чжао. Других причин они не видели. Но Правитель Вэй хорошо известен своей бестолковостью, поэтому никто не нашёл его поступок странным и глупым.

Ночь прошла спокойно. На следующий день Сян Шаолун приказал всем солдатам, кроме тех кто стоял в карауле, как следует отдохнуть и копить силы перед предстоящей битвой.

К счастью, благодаря Хуэй Ху у них было много оружия, продовольствия и стрел, чтобы спокойно выдерживать осаду в течение полумесяца.

Другое их преимущество заключалось в том, что враг не ожидает натолкнуться на баррикады. То есть разбойники не принесут с собой осадные орудия, что намного облегчит им работу по обороне.

Вечером разбойники показались на равнине и даже разбили лагерь. Намечалось противостояние двух армий.

Сян Шаолун пристально вглядывался в войско врага.

— Смотрите! Разве это не Хуэй Ху? — воскликнул он.

Напряжённые взгляды устремились в сторону противника. Впереди группы разбойников, что были ближе всего к ним, скакал Хуэй Ху. Несомненно, это был он.

Чэн Сюй воскликнул в ярости:

— Что я вижу! Хуэй Ху в самом деле работает на Правителя Вэй, а эти конокрады, по сути, переодетые солдаты Вэй. Их задача нарушить финансовую и политическую стабильность государства. Вэй крайне коварны!

Чжа Юаньюй помотал головой и сказал со вздохом:

— Не понимаю, зачем Его Величество хочет отдать замуж за Вэй нашу прекрасную принцессу.

— Будь осторожен с такими словами. Если они достигнут ушей Его Величества, у тебя и у твоего клана будут большие проблемы, — предостерёг его Чэн Сюй.

— Давай поговорим об этом, когда и если мы переживём эту ночь! — горько улыбнулся Чжа Юаньюй.

Сян Шаолун отлично видел, что этих так называемых конокрадов почти в десять раз больше. Он испугался. Из этого он мог сделать вывод, что остальные чувствуют то же самое, что в свою очередь повлияет на боевой дух. Сян Шаолун нахмурился и придумал план.

— Приготовь огненные стрелы, сегодня ночью они могут мне пригодиться, — сказал он Чэн Сюю.

Сказав это, Шаолун вернулся в свою палатку, не обращая внимания на недоуменные взгляды. Он собрал свои приспособления и направился в заднюю часть лагеря.

На участке между лагерем и горой мулы и лошади, отгороженные друг от друга большим деревянным забором, лениво попивали чистую горную воду и пощипывали зелёную травку.

К счастью, зима ещё не наступила, иначе во время бурана у этих животных были бы большие проблемы.

Подняв голову, он внимательно изучил скалы и ближайшие горы. При помощи металлического крюка он начал с лёгкостью взбираться наверх. Вбивая молотком кольца, которые Го Чжун сделал для него, в удобные для этого места, он добрался к соседней горе и прикрепил верёвку, после чего вернулся в лагерь. До тех пор, пока у него есть возможность взбираться на соседнюю гору, он, пользуясь этим «секретным маршрутом», что находится на высоте в 12 футов над равниной, сможет продолжить выполнение своей тайной миссии.

По возвращении в свою палатку к нему подбежал Чэн Сюй и сказал с тревогой в голосе:

— Это нужно увидеть, пойдёмте быстрее!

Подойдя к передовой, Шаолун увидел, как разбойники внизу над чем-то трудились. Рубили деревья и складывали в ряд заострённые колья длиной примерно в фут.

У Чжо спросил нахмурившись:

— Что они делают?

У Сян Шаолуна была догадка, что бы это могло быть. Он сказал:

— Они сооружают инструменты для нападения на наш грязевой городок. Они просто выставят эти стержни в ряд на склоне, чтобы не бояться наших стрел и камней.

Чжа Юаньюй воскликнул:

— Очень действенный ход! Понадобится всего по три таких ряда спереди и сзади, и им будут нипочём даже катящиеся камни. К тому же мы не будем видеть, что они делают и замышляют.

У Чжо холодно рассмеялся:

— Если они хотят победить при помощи этих штуковин, им придётся сначала заплатить страшную цену.

Затем он добавил со вздохом:

— Если бы только их было в два раза меньше.

Он имел в виду, что даже если они положат кучу врагов, оставшихся всё равно будет вполне достаточно, чтобы прорваться сквозь баррикады.

Сян Шаолун засмеялся.

— Не волнуйтесь! Враг сделал очень большую ошибку, а именно недооценил своего противника. Посмотрите на их лагерь. Он же совершенно без защиты. Лошади и продовольствие просто оставлены позади. Если нам удастся принести туда немного огня, то на выражения их лиц будет очень интересно смотреть.

У Чжо и остальные нахмурились, смотря на снующих разбойников и подумали каждый про себя, что недооценивание противника, это точно не про них. Однако даже крысе будет трудно проскользнуть во вражеский лагерь и устроить пожар.

Сян Шаолун только улыбался и нечего не говорил. Он вернулся в свою палатку, чтобы отдохнуть.

Он проспал четыре часа и когда проснулся, уже было темно. Леди Я тихонько ожидала его, чтобы вместе отужинать.

Сян Шаолун чувствовал себя отдохнувшим и полным сил. Умывшись, он съел 3 больших миски риса.

Леди Я смотрела на него с любопытством.

— Ты кажешься очень уверенным в себе, иначе ты бы не был в таком приподнятом настроении. Однако я не могу понять, почему ты даже сейчас так уверен в победе над врагом?

Сян Шаолун обнял её и рассмеялся.

— Наша Леди Я боится?

Леди Я поцеловала его и сказала с улыбкой:

— Ну, на самом деле я немного побаиваюсь, когда тебя нет рядом. Однако, увидев тебя снова, я становлюсь бесстрашной. Точно! Сходи к Чжао Цянь! Она сказала, что у неё есть какая-то просьба к тебе.

«Эта Чжао Цянь ещё большая головная боль, в сравнении с теми же конокрадами», — подумал Сян Шаолун.

Отослав служанок, Третья Принцесса подошла к нему и сказала, стесняясь:

— Сян Шаолун, может Чжао Цянь кое-что позаимствовать у вас?

— Что же вы хотите позаимствовать? — спросил с любопытством Сян Шаолун.

Чжао Цянь вдруг распахнула свою белую и нежную ладонь и сказала тихо:

— Я хочу ваш кинжал, который вы постоянно носите с собой.

Сян Шаолун пришёл в недоумение.

— Вы так слабо верите в меня? Я непременно доставлю вас в Далян.

Прелестные глазки Чжао Цянь покраснели. Она уставилась на него с грустью и ненавистью.

— Чжао Цянь не хочет, чтобы вы доставляли её в Далян. Куда угодно, только не в Далян, — сказала она.

Никакие другие слова не могли выразить ту любовь, которую она испытывала по отношению к Сян Шаолуну.

Кровь ударила Сян Шаолуну в голову.

— Хорошо! Я обещаю, что, когда привезу вас в Далян, то найду способ забрать обратно в Чжао целой и непорочной! — выпалил он.

— В самом деле?! — в изумлении воскликнула Чжао Цянь.

Сян Шаолун видел, как посветлело её лицо, как в ней загорелась надежда. Стиснув зубы, он ответил:

— Обещаю!

Сказав это, он ощутил облегчение.

По правде говоря, с тех пор, как он постиг всю сложность ситуации в семействе Вэй, а также зная, что Правитель Чжао собирается выкрасть «Тайное Руководство Лу Гуна», то понял, что не сможет стать соучастником преступления и принести пожизненное счастье Чжао Цянь в жертву государственным интересам. Теперь, когда он прямо выразил свою позицию, это чувство облегчения было просто великолепным.

Чжао Цянь была вне себя от радости.

— Шаолун! Цянь’ка очень благодарна вам!

Сян Шаолун видел, что она уверена в нём намного сильнее, чем он сам был уверен в себе. Это осознание наполняло его радостью. Он вытащил кинжал и вложил в её крошечную ладонь, не упуская возможности коснуться нежной кожи.

— Пока не будет потеряна последняя надежда, вы не должны убивать себя этим кинжалом.

Чжао Цянь покраснела до самых ушей и прижала этот символ любви к своей груди. Она опустил голову и сказала с любовью в голосе:

— Цянь’ка будет послушно выполнять указания Шаолуна.

Сян Шаолун был просто очарован. Он уже вознамерился было воспользоваться ситуацией и зайти чуточку дальше, когда внезапно снаружи раздался бой барабанов.

Глядя на положение дел возле подножия горы, Чэн Сюй и остальные побледнели. Только У Чжо сохранял хладнокровие.

Разбойники успешно выстроили в ряды деревянных стержней шириной примерно в два фута и перекрыли все пути к отступлению.

Между стержнями была брешь, в которую мог протиснуться только один человек, причём даже не верхом на лошади.

С деревянных кольев свисали фонари и прекрасно освещали склон.

За рядами деревянных кольев стояло примерно 2000 разбойников. Две сотни человек несли этот огромный деревянный щит с рост человека. Концы деревянных стержней были заострены, чтобы во время переноски можно было втыкать щит в землю, что поможет выдержать катящиеся по склону камни.

Другие две сотни человек несли такие орудия, как лопаты и мотыги. Они сначала намеревались избавиться от препятствий на склоне, а также зарыть канаву, утыканную острыми кольями. За ними следовали 500 лучников. А за лучниками шли воины с алебардами, копьями и прочим оружием. Боевое построение выглядело величественно и внушало страх.

Хуэй Ху и несколько человек, похожих на командиров, восседали на лошадях, раздавали ценные указания и явно обсуждали план предстоящей битвы.

У Чжо показал на крепко сбитого человека, похожего на волка, что был возле Хуэй Ху, и сказал:

— Это человека называют «человек-волк» (оборотень), Ли Ао. Знаменитый разбойник, который промышляет вдоль границы царства Хань. Его слава сравнима со славой Хуэй Ху. Никак не ожидал, что он тоже работает на Правителя Вэй.

Сян Шаолун произнёс:

— Похоже, всё это 10 000 войско состоит из разношёрстных разбойничьих отрядов, однако всех их послал Правитель Вэй. Хм! Думаю, теперь я понимаю. Правитель Вэй жаждет разобраться с нами, не только потому что хочет нанести тяжёлый удар по Принцу Синьлину. Здесь также замешана личная обида. Всё из-за того, что я убил много людей Хуэй Ху.

Он внезапно понял. Не удивлюсь, если Доу Лян тайно организовал утечку информации Хуэй Ху и попросил его украсть лошадей и женщин, потому что все они шпионы, посланные правителем Вэй, чтобы создавать проблемы на территории Чжао.

— Кажется, они будут по очереди неустанно атаковать нас день и ночь. Это будет долгое сражение на износ, чтобы посмотреть, кто ослабнет первым, — сказал Чэн Сюй.

Чжа Юаньюй произнёс, глубоко вздохнув:

— Даже если подкрепление будет выслано сразу же после получения вести, пройдёт как минимум 15 дней. Боюсь мы не продержимся и трёх дней. Кто бы мог подумать, что у врага будут такие силы?

Снова послышалась барабанная дробь.

Через щели между деревянными стержнями вышли солдаты со щитами и выстроились спереди. Следом за ними вышли солдаты с инструментами и лучники.

Начало темнеть. Сян Шаолун попросил у Чэн Сюя сумку со стрелами, чьи наконечники были обёрнуты в промасленную ткань.

— Все вы отвечаете за оборону. Я зайду в тыл врага, сожгу их продовольствие и разгоню лошадей. Посмотрим, что такого значимого они смогут сделать после этого.

Все посмотрели на него с изумлением, не понимая, как он собирается проникнуть в лагерь врага.

http://erolate.org/book/5440/551425