Когда Сян Шаолун вернулся обратно в гостевой дом, оставалось ещё два часа до рассвета. Рассказав Тэн И о произошедшем, он потянулся и зевнул.
Тэн И глубоко вздохнул от восхищения.
— Красиво ты всё провернул. Чжао Чжи больше не подозревает в тебе Сян Шаолуна. Но, насколько я понял, эта девчонка не имеет злых намерений к настоящему тебе. Она просто хочет заставить тебя разобраться с Чжао Му.
— Её намерения были настолько добры, что она даже нацелила лук мне в спину! — воскликнул Сян Шаолун.
— Ты дважды помешал этой Мисс с её грандиозным покушением на убийство. А Тянь Жоу настолько напориста, что, естественно, захочет опустить тебя немного, — ответил Тэн И.
Сян Шаолун вспомнил, как дразнил Чжао Чжи, когда она догнала его, скачущего в резиденцию Го. Она тогда как-то неохотно отвергла его, что, несомненно, отразило её интерес к нему. И что же теперь она чувствует, «ошибочно» полагая, что добивался её «Дун Куан», а вовсе не Сян Шаолун?
«Поняв», что человек, которого она считала Сян Шаолуном, на самом деле оказался Дун Куаном, на лице её появилось выражение искреннего разочарования.
Тэн И сказал с улыбкой:
— У тебя есть императорский приказ, гласящий не усердствовать в работе. Нам не нужно притворяться. Так, может быть, нам следует сейчас пойти и как следует выспаться? Кого заботит, что будет?
Мысль здравая, так что Сян Шаолун вернулся в свою спальню и лёг спать. Когда У Го пришёл, чтобы разбудить его, время обеда уже прошло и солнце клонилось к закату.
Впервые за долгое время он спал так крепко. У Го сказал:
— Второй Господин ожидает в холле Третьего Господина, чтобы пообедать!
Сян Шаолун энергично вскочил с кровати. Умывшись, он направился на встречу с Тэн И. И оба они плотно отобедали.
Стоявший в сторонке У Го сказал:
— Леди Я прислала сообщение. Она просит Третьего Господина прибыть в её резиденцию завтра ночью на банкет. Она пришлёт своего человека, чтобы забрать вас, и надеется, что вы сможете прибыть к ней пораньше.
Только сейчас Сян Шаолун вспомнил о своём обещании Ли Юаню, которое он дал на прошлом банкете. Тогда он решил, что она сказала это не всерьёз, и не ожидал, что она так ответственно отнесётся к этому. Он сказал, усмехнувшись:
— Вы только посмотрите ради чего мы прибыли в Ханьдань? Почти каждую ночь я вынужден ходить и общаться с этими людьми.
Тэн И сказал со смехом:
— С Тэн И нетрудно иметь дело, а вот общения с теми женщинами достаточно, чтобы заставить тебя страдать.
— Я хочу хорошенько оттрахать Чжао Я, чтобы утихомирить ненависть, бушующую в моём сердце, — ответил Сян Шаолун. — Однако в этом случае она непременно узнает меня. Как ты и говорил, едва её нос принюхается ко мне, моей маскировке конец. Кроме того, она эксперт по мужчинам и хорошо знакома с моим телом.
Тэн И помотал головой и сказал:
— Мне тоже печально от того, в какой ситуации ты оказался... Ох!
Затем выражение его лица переменилось и он добавил:
— Но не всё так безнадёжно. Вчера от скуки я бродил по саду, где мне на глаза попались кое-какие растения. Если мы возьмём их сок и вотрём немного в тело, то оно будет издавать запах очень похожий на запах человеческого тела. Пахнет это довольно приятно, к тому же более естественно, чем женские благоухания, которыми они опрыскивают свои одежды. Это решит проблему запаха. Если на твоём теле нет особых отметин, наподобие родинок и прочего, то ты сможешь осуществить желаемое, особенно если погасишь свет и сделаешь это с ней в темноте.
Стоявший в сторонке У Го не выдержал и вмешался в разговор:
— Агрегат Третьего Господина, несомненно, больше, чем у обычного человека, и как только он войдёт в игру, Чжао Я сразу же узнает его.
Тэн И и Сян Шаолун захохотали, схватившись за животы.
Сян Шаолун проговорил задыхаясь:
— Ты такой льстец. Но я сказал это забавы ради, а не потому, что действительно хочу сделать это с ней. К тому же это неоправданный риск. Эх! Относиться к ней, только как к объекту для удовлетворения моей похоти, не очень-то правильно.
Тэн И сквозь смех добавил:
— Никакого вреда от применения сока этого «любовного растения» не будет, так что можешь без проблем позволить себе немного близости с Чжао Я. Прямо сейчас пойду и приготовлю его.
— Не думал, что у него такое милое название, — сказал ошеломлённый У Го.
С тех пор как у Тэн И появилась Шань Лань, он стал гораздо счастливее и беззаботнее. Он похлопал его по плечу и сказал со вздохом:
— Теперь, когда ты уже кое-что знаешь, этот любовный сок также обладает лёгкими возбуждающими свойствами, всем женщинам нравится этот запах. Деревенские юноши возраста Цзин Цзюня любят втирать его в кожу, когда идут на свидания. Однако его нужно смешивать с рисовым отваром, иначе всё тело может покрыться сыпью. Хочешь попробовать?
У Го ответил взволнованно:
— Как только вернёмся в Сяньян, нужно будет обязательно найти красотку и испытать этот сок.
— Что-нибудь ещё? — спросил Сян Шаолун.
— Глава Школы Боевых Искусств Чжао прислал приглашение, в котором говорится, что завтрашняя Встреча Меча будет перенесена на послезавтра, и также просит, чтобы Третий Господин обязательно присутствовал, — ответил У Чжо.
Сян Шаолун сказал Тэн И:
— Другой коварный дьявол по имени Ли Юань чересчур мерзок. Возможно, я преподам ему хороший урок.
В этот момент кто-то вошёл и сообщил:
— Прибыл Лорд Лунъян, хочет видеть Третьего Господина и сейчас ожидает во внешнем холле.
Это застало Сян Шаолуна врасплох. Он посмотрел на Тэн И и спросил:
— Нет ли какого-нибудь сока под названием «Избавление от Демона», чтобы он убежал на другой конец света, едва учуяв запах?
— Впервые я не завидую любовной удаче Третьего Брата! — гоготнул Тэн И.
Увидев выдающегося лошадиного фанатика Дун Куана, Лорд Лунъян грациозно встал и принял позу, которую «он» считал наиболее красивой, и даже поприветствовал его так, как приветствуют леди.
Сян Шаолун не знал, смеяться ему или плакать, и мысленно сетовал на свою судьбу. Однако внешне он улыбался.
— Лорд оказал мне такую честь, приехав лично, — поприветствовал Шаолун гостя.
Лорд Лунъян стрельнул глазами, губы его медленно растянулись в улыбке.
— Я прибыл сюда, чтобы повидаться с Господином Дуном, потому что кое-что беспокоит меня, и я не успокоюсь до тех пор, пока не скажу это.
Сегодня на нём был мужской наряд, однако сама одежда и украшения всё равно были разноцветными. Будь он настоящей женщиной, Сян Шаолун отвесил бы комплимент за такое изящество. Однако текущая ситуация вгоняет его в дрожь. Если то, что он так сильно хочет сказать, является признанием томящегося от любви, то бог знает, как ему реагировать на это.
Когда они оба присели, Лорд Лунъян сказал серьёзно:
— Я полагаю, что решение Господина Дуна вернуться в Чжао слишком поспешное.
Сян Шаолун был озадачен, однако втайне он расслабился.
— Почему вы так считаете? — спросил он недоуменно.
Лорд Лунъян убедился, что вокруг никого нет, и мягко произнёс:
— Я восхищаюсь талантом Господина Дуна. Именно поэтому я говорю откровенно и без утайки. Царство Чжао сейчас подобно почти высохшему колодцу. Не имеет значения, насколько силён Господин и насколько совершенны и многочисленны инструменты, необходимые для наполнения и ремонта колодца. Если вы решите со всей преданностью защищать этот колодец, в конечном счёте вам не избежать судьбы высохнуть вместе с колодцем и тогда вы умрёте.
Сян Шаолун втайне был поражён. Всё это время его не очень заботил этот высокопоставленный человек, который добился положения, охмурив Правителя Вэй при помощи своих мужских чар. Однако его красочное сравнение царства Чжао с почти высохшим колодцем попало прямо в точку. И теперь, выслушав такую выразительную аналогию, он увидел его совершенно в другом свете. Притворившись удивлённым, Шаолун спросил:
— Чжао недавно одержали убедительную победу над Янь. Как же они могут быть почти высохшим колодцем?
Лорд Лунъян сказал с улыбкой:
— У умирающего происходит выброс энергии перед смертью. А солнце обладает наибольшей красотой прямо перед закатом. К тому же у Чжао всё ещё есть двое прославленных генералов, держащих оборону. И как только эти двое уйдут, вряд ли царство Чжао сможет изготовить волшебный эликсир, который продлит ему жизнь.
— Вы имеете в виду Лянь По и Ли Му? — спросил Сян Шаолун.
— Именно этих двоих, — ответил Лорд Лунъян. — Лянь По стареет. Он всё ещё может защищаться, но у него будут проблемы в нападении. Ходят слухи о его неспособности атаковать Янь. У Правителя Сяочэна всегда были подозрения на счёт него. А теперь в Ханьдане поговаривают о смене генералов. Никто не знает, повторится ли история замены Лянь По на Чжо Гуа.
Не давая возможности вмешаться, Лорд Лунъян продолжил:
— Что до Ли Му, то он верный и прямолинейный человек, однако не знает, как льстить другим и недостаточно бойкий на язык. При способном правителе он стал бы грозным генералом, завоевателем мира. Но, к сожалению, им командует Правитель Сяочэн, человек, который излишне подозрителен и который жаждет одних только успешных историй. Из-за Маркиза Цзюйлу, исподволь манипулирующего им, его не ждёт хороший конец. К сожалению, Ли Му не боится смерти, твёрд в своей преданности и отказывается уйти. В царстве Вэй все, от правителя до чиновников, приветствовали бы его с распростёртыми объятиями.
Когда он закончил говорить, Сян Шаолун понял, что Вэй выходили на контакт с этими двумя знаменитыми генералами. Ли Му отказал. Однако ему было интересно, что же ответил Лянь По. Лорд Лунъян, несомненно, опасный человек, раз он способен избавиться от двух огромных военных столпов Чжао при помощи одних только слов. Не будет ли царство Чжао зависеть от милосердия Вэй?
Лорд Лунъян заметил, что его собеседник задумался, и решил, что его уверенность пошатнулась. В попытке его переманить он продолжил:
— Господин Дун, должно быть, задаётся вопросом, с чего я так осмелел, что критикую Чжао, находясь в их столице. Во-первых, я их вообще не принимаю во внимание. Держу пари, что они не посмеют ничего мне сделать. Самое главное, я действительно восхищаюсь Господином Дуном и не желаю видеть, как ваша усердная работа в будущем пойдёт коту под хвост. Так же, как не желаю, чтобы вы оказались рабом из поверженной страны. Кроме того, Цинь серьёзно враждует с Чжао и никогда не оставит их в покое. Хорошая птица выберет хорошее дерево для гнезда. Если Господин готов приехать и работать на благо Великого Вэй, я гарантирую, что жилище и дары, которые будут вам предложены, Чжао никогда не сможет вам дать. По крайней мере, мы не будем в панике прогонять Господина только из-за нескольких слов лакея Лорда Чуншэна — Ли Юаня, у которого даже власти никакой нет.
Сян Шаолун понял, что у Лорда Лунъяна есть шпионы в окружении Правителя Чжао. Именно поэтому он знает, как лучше всего ухватиться за возможность и уговорить его работать на Вэй. Действительно, очень грозный человек.
Сян Шаолун восхитился прозорливостью У Инъюаня, который дал ему эту личность лошадиного фанатика. Теперь все государства делают значительный акцент на бои на лошадях, а также на него, поскольку Дун Куан — талант, мечта всех стран.
Он притворился растроганным и сказал:
— Несомненно, ваши слова наводят на размышления. Я тщательно их обдумаю, к тому же мне нужно объяснить всё членам своего клана. А сейчас...
Лорд Лунъян увидел, что он не отказал сразу и обрадовался. Бросив на него игривый взгляд, он сказал:
— Я понимаю проблемы, с которыми сталкиваются мужчины. Господину Дуну нет нужды беспокоиться. Лучше, чтобы вы знали о ситуации в Чжао и могли удостовериться, что я не лгу.
Сян Шаолун восхитился его навыками убеждения. Сказав всего несколько слов, Лорд Лунъян раскрыл все проблемы Чжао. Шаолун вздохнул и ответил:
— Если бы я не был Чжао, то немедленно согласился бы.
Лорд Лунъян сказал мягко:
— Кого Правитель Сяочэн считает Чжао, помимо самой семьи Чжао? Кроме Чжао Му или Чжао Я, любой другой, попавший в немилость, как, например, семья У, был бы им давно разорван на части. Он нисколько не ценит талантливых людей и Сян Шаолун тому яркий пример. Если Господин не предоставит ему тысячу первоклассных боевых скакунов менее чем через год, то у Чжао не останется пригодных лошадей.
Сян Шаолун подумал о том, насколько порочен и ужасен этот человек. Переманить его, всё равно что сломать ноги Чжао.
Лорд Лунъян понизил голос и сказал:
— Я слышал, что Чжао Ба удовлетворил требование заносчивого Ли Юаня и устраивает послезавтра Встречу Меча. Господину достаточно кивнуть головой, тогда я прикажу кое-кому и в этот день из него выбьют всю спесь. Посмотрим, останется ли он потом таким же заносчивым.
Сян Шаолун удивился. Каждый раз, когда они заговаривают о Ли Юане, Лорд Лунъян кажется очень злым. Учитывая внешность Ли Юаня, невозможно, чтобы он не понравился Лорду Лунъяну. Возможно, Ли Юань уже отказал ему в грубой форме, поэтому любовь Лорда Лунъяна превратилась в ненависть.
Или, может быть, ему нравятся не нежные и миловидные мужчины, как Ли Юань, а, напротив, грубые и жёсткие вроде него... Хэ! Куда это его мысли понеслись?
К его удивлению Лорд Лунъян встал и сказал, прежде чем уйти:
— Господин, пожалуйста, обдумайте всё тщательно и дайте мне знать, когда определитесь с ответом. Мы обсудим детали и я могу заверить, что Господин успешно покинет это место.
Сян Шаолун был смущён его обращением* и поспешил проводить его к выходу. Удостоверившись, что он сел в карету и уехал в сопровождении десяти человек, Шаолун с кривой улыбкой на губах вернулся (в дом).
[* прим. англ. пер.: Лорд Лунъян говорил сам про себя двумя способами, попеременно используя то статус Лорда (Бэн Цзюнь), то статус Леди (Ну Цзя). Я использовал «Я», так как не смог подыскать нужных английских терминов, которые бы указывали на то, что «Я» говорит леди или лорд.]
Теперь он ни в коем случае не будет недооценивать этого трансвестита.
После отъезда Лорда Лунъяна Сян Шаолун наслаждался свободным временем, неторопливо прогуливаясь по саду и предаваясь пьянящим воспоминаниям, когда он прокрадывался здесь ночью, чтобы впервые встретиться с Чжу Цзи.
Каким бы человеком она ни была, он чувствует, что нравится ей, и это чувство вовсе не поддельное.
На него вдруг напала лёгкая меланхолия и чувство одиночества. По сути, он должен ощущать себя более удовлетворённым, чем остальные. Будучи современным человеком, он прибыл в эту странную, но в то же время знаменитую эпоху воюющих царств и его жизнь гораздо богаче, чем у кого-либо из любой другой эпохи.
Потому что у него есть опыт другой эры.
Прожив здесь несколько трудных лет, даже его мысли и манера говорить изменились, он стал больше походить на людей этой эпохи.
Прошлой ночью ему в голову пришла мысль прикончить тех девушек. Точно так же думали У Чжо и Тэн И, ведь это самое подходящее решение проблемы.
К счастью, он вовремя передумал, иначе ему пришлось бы жить с чувством вины до конца своих дней. Как только он подумал об этом, то сразу же испытал холодное облегчение.
Сейчас самый разгар осени и постепенно становиться холоднее. В саду было полно опавших листьев и в сумерках это создавало ощущение мрачного запустения.
Иногда банкеты не так уж и плохи. Во время этих бессмысленных разговоров и мирских празднеств немудрено забыться и окостенеть.
Неосознанно ход мыслей свернулся к его прелестным жёнам и служанкам, оставшихся в далёком Цинь. Он думал о том, как они там тоскуют по нему и каждый день ждут его возвращения. Он испытал чувство утраты.
Он не удержался и продекламировал вслух по памяти строки из поэмы Ли Бая:
— Покинув меня, вчера не может требовать остаться; Беспокоя меня, сегодняшний день наполнен заботами.
Позади раздались аплодисменты.
Сян Шаолун вздрогнул и обернулся. Это были Тэн И и Цзи Яньжань, наряженная и выглядящая так же прелестно, как луна. Оба смотрели на него широко распахнутыми глазами.
Странный свет промелькнул в глазах красавицы. Её губы шевелились, повторяя две эти строчки из знаменитого древнего стихотворения.
Сян Шаолун смутился и направился к ним.
— Яньжань, как же ты собираешься скрываться от чужих взглядов, при этом в открытую приходя ко мне? — сказал он.
Тэн И ответил:
— Яньжань направляется во Дворец на банкет Правителя Чжао. Просто она не удержалась и решила навестить тебя, когда проезжала мимо дома для гостей. Она не намеревается ни от кого скрываться. Эй! Те две строчки, что ты продекламировал, просто превосходны. Ладно! Вам двоим есть о чём поговорить.
Сказав это, он скрылся.
С соблазнительной улыбкой на губах Цзи Яньжань бросилась в объятия Сян Шаолуна и сказала со вздохом восхищения:
— Сегодня Ли Юань прочитал мне стихи, который он сам сочинил, и Яньжань была изумлена и восхищена его талантом. Однако в сравнении с двумя строками, которые ты только что произнёс, стихи Ли Юаня выглядят скучными, как детская игрушка. Кто ещё способен сделать отсылки такими же увлекательными, как вы сами? Яньжань признаёт своё поражение.
Сян Шаолун покраснел. К счастью, Цзи Яньжань не увидела этого, так как крепко прижималась к нему.
— Не хвали меня. Это называется красота в глазах смотрящего.
Цзи Яньжань задрожала. Покинув его объятия, она внимательно посмотрела ему в глаза и сказала:
— Небеса! Слова, которые вырываются у тебя совершенно случайно, всегда такие захватывающие и уникальные. Я всё ещё помню твои слова: «Абсолютная власть приведёт к абсолютному распаду». Эта фраза точно описывает проблему всех государств нашего времени. Даже Господин Хань Фэй не смог придумать такую выдающуюся фразу.
Закончив говорить, она страстно поцеловала его.
Оторвавшись от его губ, Цзи Яньжань сказала, будто в тумане:
— Сян Лан! Сочини стихотворение для меня! Я добавлю мелодию и эта песня станет знаменитой на долгие века.
Сян Шаолун иронически посмеялся про себя. Нет ни одной поэмы, которую он смог бы продекламировать от начала и до конца. Как же ему тогда удовлетворить эту леди? Кроме того, выдавать работы других людей за свои собственные — больше похоже на плагиат. Всё нормально, пока он просто декламирует их. Но если он действительно войдёт в историю, то не украдёт ли он тем самым творческие права других людей? Криво улыбнувшись, он ответил:
— Всё в этом мире рассеется как дым. Что с того, если это станет известным на долгие века?
Цзи Яньжань вздохнула и рухнула ему на грудь, сказав радостно:
— Шаолун! Ты причина моего падения. О чём ещё, кроме тебя, Яньжань сможет думать сегодня ночью? Но всё же я не могу быть с тобой. Меня не волнует, но с завтрашнего дня ты должен открыто домогаться меня, чтобы я смогла официально капитулировать перед тобой. Это единственная вещь, которой ты не можешь позволить рассеяться как дым.
Вздохнув, она продолжила:
— Рассеяться как дым! Как прискорбно, но в то же время красиво это звучит. Только из твоих уст могли вырваться эти естественные и прекрасные слова.
Сян Шаолун мысленно взмолился, так как это только усугубляло положение. Если в будущем она так и будет заставлять его сочинять стихи и поэмы, не станет ли он пиратом от мира литературы?
Цзи Яньжань произнесла грустно:
— Яньжань должна уезжать. Господин Цзоу ожидает меня в карете. Почему бы и нет! Как только ты сочинишь поэму, я сочиню мелодию и буду петь только для тебя. Я знаю, что муж Яньжань не жаждет славы и успеха. Эх! Слава и успех приносят проблемы. Если бы никто не знал, кто такая Цзи Яньжань, то я бы смогла бы всё время быть с тобой.
На её губах появилась лёгкая улыбка и она добавила:
— Не двигайся!
Она поцеловала его и упорхнула, не забыв перед выходом обернуться и улыбнуться ему, отчего Сян Шаолун совершенно растаял.
Когда он вернулся во внутреннюю резиденцию, Тэн И сказал:
— Только сейчас я понял, почему Учёная Леди Цзи готова упасть в твои объятия. Те две строчки поистине бесподобны, трогают за живое даже больше, чем «Книга Поэм». Уверен, ты хорошо знаком с теми поэмами.
Сян Шаолун подумал, что кроме строчек «Изящные и благородные леди стремятся к джентльменам», он ничего не знает о Книге Поэм, поэтому что-то промямлил в ответ.
Тэн И сказал:
— Бестолковый Правитель Сяочэн совершенно безнадёжен. Будь ты настоящим лошадиным фанатиком Дуном Куаном, тебе следовало бы немедленно уходить отсюда. Только посмотри, насколько сильно он боится Ли Юаня. На свой банкет в честь Яньжань сегодня ночью он пригласил почти всех, кто обладает соответствующим статусом, за исключением тебя.
Сян Шаолуна осенило. Теперь понятно, почему Лорд Лунъян поспешно уехал. Он торопился во Дворец Чжао на празднество. Шаолун ответил с улыбкой:
— Свободное время — это такая редкость. Почему бы нам не прогуляться до официального борделя и не напиться как следует?
Тэн И сказал серьёзным тоном:
— Большинство леди в служебных борделях — несчастные девушки. Сможет ли Третий Брат пренебречь ими ради забавы?
Сян Шаолун вспомнил Су Ну и его накрыла волна стыда.
— Второй Брат отчитал меня за дело! — сказал он.
Тэн И кивнул и сказал:
— Ты, несомненно, редкий человек, если с такой готовностью принимаешь мысли другого человека. Пойдём! Прогуляемся, осмотрим достопримечательности. Это ведь тоже приносит особое удовольствие.
После чего оба покинули резиденцию. Они гуляли по живописным местам Ханьданя.
Пешеходов на дороге было мало, что создавало впечатление некой заброшенности. Чувствуется огромная разница по сравнению с тем временем, когда они покинули Ханьдань.
То, что случилось с семьёй У, стало тяжёлым ударом для Чжао. И столица Чжао служила этому непосредственным подтверждением.
Страх Чжао перед Цинь понятна. Бойня при Чанпине напугала их до смерти.
У Го Чжуна здесь большая семья и бизнес, так что он не может просто собрать вещи и уехать. Но простым гражданам особо нечего волноваться. Им просто нужно найти предлог и ускользнуть из города. Таким образом, они способны сбежать в другую деревню или страну.
Такая миграция положительным образом влияет на объединение Китая, постепенно ослабляя концепцию «государства». Очень благоприятный фактор для объединения.
Сейчас 7 государств борются за власть, что скорее выглядит как правящие семьи с разными фамилиями ведут борьбу за власть.
Тэн И прервал его размышления, сказав:
— Кто-то следует за нами.
Сян Шаолун насторожился, но не обернулся. Он спросил тихо:
— Сколько людей?
— Семь-восемь, довольно опытные, — спокойно ответил Тэн И.
Подумав, Шаолун ответил:
— Боюсь, это те же люди, что наблюдали за нашим домом прошлой ночью. Кто в Ханьдане рискнул бы сделать такое?
— Думаю, всё станет ясно, если мы поймаем одного и устроим допрос с пристрастием, — сказал Тэн И с улыбкой.
Сян Шаолун понял и свернул за ним на безлюдную дорожку с деревьями по обеим сторонам и каменным мостом впереди. Подойдя к мосту, их взору открылась россыпь домов на другом берегу.
Но прежде чем они ступили на мост, позади раздался поспешный стук шагов и кто-то прокричал:
— Дун Куан, остановитесь!
Сян Шаолун и Тэн И посмотрели друг на друга и улыбнулись. Они остановились и обернулись с невозмутимым видом.
Свыше двадцати крепко сбитых мечников встали полукругом, некоторые вышли из леса сзади, беря их в кольцо. Они оказались в окружении.
Сян Шаолун всмотрелся в лица и не узнал никого. Он подумал и прокричал:
— Если Ли Юань настолько талантлив, то может лично убить меня. Зачем же посылать ничтожеств вроде вас на смерть?
Мечники насторожились. Похоже, Сян Шаолун оказался прав и их личности раскрыты.
Прежде чем ошеломлённые люди успели что-то возразить, Сян Шаолун и Тэн И воспользовались моментом, вытащили мечи и бросились в атаку. Раздался лязг мечей.
Эти люди не ожидали от противника такой прыти и торопливо обнажили мечи.
Сян Шаолун холодно хмыкнул и выполнил череду убийственных приёмов. Первый противник, который добрался до него, получил удар мечом, а затем мгновенный удар в живот, после чего человек с криком повалился на спину, дёргаясь как креветка.
Со стороны Тэн И донёсся лязг металла, затем звук брошенного оружия и последующие стоны. Очевидно, кого-то знатно стукнули.
Несмотря на то, что первая атака Сян Шаолуна была успешной, он нисколько не замедлился, так как все эти люди были опытными бойцами. Пусть они и лишились преимущества, будучи атакованы первыми, никто из них не отступил. Два меча устремились к нему слева и справа.
Сян Шаолун был хозяином положения. Он ушёл вправо, к особенно крепко выглядящему бойцу, и наискось взмахнул мечом. *Лязг*. Крепыш бесстрашно ответил на удар своим мечом.
Сян Шаолун подумал, что это превосходный бой, и выполнил «Атака вместо Обороны», приём из свитка моистов о трёх убийственных ударах, и нанёс свирепый удар по мечу противника. Противник был явно опытным мечником, так как отступил назад, уходя из-под удара.
Меч слева устремился к его груди.
Сян Шаолун сделал обманный манёвр, чтобы уйти от жестокой атаки противника. Если он воспользуется метательными иглами, то его враг не сможет сбежать. Однако он должен отказаться от такой заманчивой мысли, потому что, если он не сможет убить всех и убрать все доказательства, то на основе этого Чжао могут догадаться, что он Сян Шаолун.
Только эта мысль промелькнула в его голове, как меч противника прошёл в опасной близости от его спины. Ударом слева Сян Шаолун рубанул по клинку противника возле рукояти. Этот человек не шёл ни в какое сравнение с предыдущим крепышом, Кровавая Волна отколола часть меча, боец выпустил оружие из рук и оно упало на землю.
Сян Шаолун пнул его, чтобы избежать повторной атаки того крепыша, затем нанёс удар локтем в грудь.
Раздался хруст ломающихся костей и из носа и рта бойца хлынула кровь, он отшатнулся и сбил с ног спешащего на выручку товарища.
*Лязг*
Сян Шаолун блокировал удар крепыша, затем резко присел и сделал подсечку.
Крепыш никак не ожидал такого странного приёма. Потеряв опору, он вскрикнул, на секунду завис в воздухе и рухнул на землю.
В этот момент ещё больше мечей бросились в атаку. Эта группа людей явно ничего не боялась и потребовалось довольно много усилий, чтобы разобраться с ними.
Если бы с ним не было Тэн И, то он бы не был так уверен в своей победе.
Так как пинать крепыша больше не было нужды, он переключился на защитную стойку фехтования моистов, наводя страх на поверженную троицу.
В этот момент Тэн И хмыкнул и ударил его в спину, он явно пропустил пару ударов.
Сян Шаолун воспользовался передышкой и огляделся. Трое врагов уже были на земле, ещё пять или шесть бежали к ним словно разъярённые тигры и яростно набросились на Тэн И, который прокричал:
— Уходим в лес!
Он отмахнулся от врагов мечом, затем нанёс удар ногой в полёте по одному из них, в это время другой рубанул его по плечу. Рана была не глубокой, однако хлынула кровь и мгновенно окрасила рубашку в красный цвет.
Тэн И взревел. Отбив оружие одного из противников, железный кулак Тэн И врезался в лицо ранившего его человека, тот мгновенно потерял сознание.
Опасность немного уменьшилась, так как они пробились в лес, оставив за собой кровавую дорожку.
Страх поразил напавших на них людей, когда те стали свидетелями смерти своих товарищей. Никто не осмелился броситься за ними в погоню. Они свистнули, помогли раненым и побежали по мосту на другой берег.
Тэн И собирался было броситься в погоню, но Сян Шаолун дёрнул его назад и сказал с улыбкой:
— Пусть убегают! Даже если мы догоним их, то это будет пустая трата сил, так как мы всё равно не можем тронуть Ли Юаня.
— Ты ранен! — воскликнул Тэн И.
Сян Шаолун взглянул на рану на левом бедре и сказал с улыбкой:
— Просто чуть более серьёзная рана, чем у тебя. Ничего страшного. Однако эти люди действительно грозные мечники. Теперь понятно, почему Ли Юань такой заносчивый.
— На самом деле мы слишком легкомысленно воспринимаем своих врагов, — хмыкнул Тэн И.
Сян Шаолун обхватил его за плечи, пока они оба смеялись и шутили. Однако в своём воображении он уже представлял выражение лица Ли Юаня, когда тот увидит, что его люди вернулись ранеными.
http://erolate.org/book/5440/551470
Готово:
