Глава 2.5
*****
Оборо почувствовала, что вот-вот нахмурится, но удержалась от этого ради своего гостя, так как увидела, что над лифтом зажёгся свет, указывающий, что кто-то ввел код, позволяющий подняться в её комнату. Причиной её реакции было довольно сильное чувство испытываемой ей нервозности, которое было вызвано её убеждённостью в том, что сегодня будет решающий момент в её проекте по превращению Чоджи в шпиона и оружие, о котором мечтал её клиент, Гоенитц. Она признавала, что в процессе создания таких агентов подобная нервозность присутствовала всегда, поскольку сейчас, она наконец определит, не тратит ли она свое время впустую. Так же, как кузнец мог потратить уйму времени для выковки клинка, только чтобы после его закалки в масле понять, что он не закалился должным образом или деформировался во время внезапного охлаждения. Конечно, в процессе будут и другие части, по которым она может понять, что в клинке, который она пыталась закалить, были и другие дефекты, но она чувствовала, что нервозность в этот момент была вызвана главным образом тем, что большая часть работы шла на ковку лезвия.
Причина, по которой в этот раз Оборо чувствовала настолько острую нервозность, из-за того, что её клинок был отпущен прежде, чем она была готова. Она должна была отдать должное Ибики, поскольку с тех пор, как он показал, как гнев Чоджи делает манипулирование им более лёгким, Акимичи временами стал более настороженно относиться к её попыткам склонить его на определенный путь. К счастью, всякий раз, когда он бросал на неё взгляд, в котором читалось его намерение определить, есть ли у неё скрытый план, её контрдействие обычно заканчивалось тем, что он погружался в неё, и как только он кончал, все подобные проблемы уходили в прошлое. Но также было очевидно, что она больше не сможет разжигать огонь его гнева, не подвергаясь его пристальному изучению, поэтому она боялась, что для того, чтобы заставить его стать шпионом для Гоенитца, ей придётся прибегнуть к более традиционным средствам. Что, учитывая то, сколько раз она упрекала его за нетерпеливость, означало, что она ожидала, что он с удовольствием ткнет её носом в неудачу в случае, если она доставит ему некачественный продукт.
Вот почему сегодняшний вечер был для неё таким важным – либо она сумеет разжечь огонь его гнева ещё раз, чтобы закончить ковку своего шпиона, либо она заставит его подчиниться, используя более традиционные средства. Но если она пойдёт по последнему пути, то это будет лишь временная мера, призванная заставить Гоенитца замолчать достаточно надолго, чтобы начать процесс ковки заново. И всё же, она искренне надеялась, что до этого не дойдёт, и не только потому, что это будет означать, что она потерпела неудачу, но и потому, что она обнаружила, что Чоджи на самом деле был сексуальным партнёром, которого стоило оставить, и чувствовала, что если ей нужно будет прибегнуть к шантажу или каким-то другим средствам принуждения, чтобы заставить его работать с ней, она сломает то, что делало секс с ним настолько приятным.
Услышав, что лифт остановился, она улыбнулась, вставая, чтобы поприветствовать Чоджи, и обнаружила, что её нервозность медленно проходит, сменяясь любопытством относительно того, как отреагирует Акимичи, когда увидит её гостью.
*****
Чоджи вышел из лифта и улыбнулся, заметив приближающуюся к нему Оборо. Он смутно сознавал, что они не одни в комнате, но решил, что эта женщина, скорее всего, ещё одна эскорт-дама, заказанная рыжеволосой, поэтому не стал заострять на ней внимание. Оборо подошла, чтобы подарить ему чувственный поцелуй, но остановилась, когда её гостья, заметив его прибытие, сказала: — Какого хрена он здесь делает?
Направив свой взгляд на женщину, он широко раскрыл глаза от удивления, поскольку увидел Юрику, сердито смотрящую на него с дивана. Затем его взгляд переместился с её лица на несколько линий разноцветных порошков, которые были разложены перед ней на кофейном столике. Чоджи опознал вещество как “Пыль” и не слишком удивился, вспомнив о том, что токсикологический отчёт Юрики показал, что в её организме были обнаружены следы сразу нескольких наркотиков. Когда ей дали выбор, лечиться или потерять работу, она предпочла последнее, а не искать лечения. Судя по тому, что он слышал, это был настоящий взрыв. Она даже словесно атаковала свою подругу, Шихо, которая пыталась побудить её обратиться за помощью.
Чоджи нахмурился, начав задаваться вопросом, не подставили ли его, и подозревал, что у Юрики возникло точно такое же чувство. Однако ему показалось, что Оборо искренне смущена их реакцией на вид друг друга, поскольку она спросила: — Вы двое что, знакомы?
Сосредоточив на ней свой пристальный взгляд, он не мог избавиться от мучительного подозрения, что она лишь прикидывается дурочкой, хотя он приписывал это ощущение ещё и тому, что оно было побочным продуктом сомнения во всём и во всех, которое Ибики пытался внушить ему с помощью таких трюков, как использование его гнева, чтобы заставить Юрику открыться Инахо. Иначе говоря, он пытался научить его подозревать всех вокруг. Это был урок, который Асума на самом деле даже не пыталась преподать ему, Шикамару и Ино, но Чоджи полагал, что он не делал этого лишь потому, что динамика его команды так сильно зависела от их совместной работы, что было бы не разумно начинать вводить сомнения среди товарищей по команде. Вот почему, хотя он слышал, как другие шиноби говорили об этом, но подозревал, что речь шла не о том, чтобы заставить шиноби начать сомневаться в намерениях своих товарищах, ниндзя Конохи, в то время как Ибики, требовал именно этого.
Однако, как показал Ибики, даже у ниндзя Конохи были свои собственные планы, и департамент пыток и допросов должен был узнавать о них, особенно если они представляли опасность для деревни. Сожалея, что мысли на этот счёт нельзя переложить на Шикамару, Чоджи задумался, было ли испытываемое им по отношению к Оборо сомнение, просто его недавно развившимся подозрением, что другие пытаются контролировать его, или это был просто побочный продукт его собственных сомнений в себе, так как он всё ещё с трудом верил, что женщина её красоты и положения будет желать его.
В данном конкретном случае он склонялся к первому, поскольку ранее уже поделился с ней тем, что Ибики продемонстрировал ему, как его гнев может быть использован, чтобы заставить его действовать в соответствии с невысказанными желаниями другого. На самом деле он не вдавался в какие-либо подробности, а просто заявил, что глава отдела использовал кого-то, кто, как оказалось, имел лишь косвенное отношение к смерти Ируки. Именно поэтому он чувствовал, что Оборо нельзя приписать знание о причастности Юрики к тому событию, хотя он также считал, что полностью исключать этого нельзя, поскольку он не раз видел, как мать Ино сделала несколько удивительных скачков в дедуктивных рассуждениях, которые оказались правдой, основанной исключительно на хотящих по деревне сплетнях.
Тем не менее, учитывая то, что он узнал о том как Юрика проводила свои вечера с тех пор, как на неё напал Фурофуки, он не мог сказать, что был бы удивлён, узнав, что после ухода из Криптоаналитического отдела Конохи, она занялась проституцией. Похоже, так оно и было, поскольку Юрика схватила пудреницу с несколькими пузырьками Пыли и сердито сказала: — Я не знаю, в какую игру вы, придурки из отдела пыток и допросов, играете, но я ухожу отсюда.
Чоджи хотел было отпустить её, но Оборо остановила её, едва та направилась к лифту. Грубо схватив женщину за руку, она сказала: — А вот хрен тебе. Я заплатила хорошие деньги за то, чтобы ты развлекала меня сегодня. И судя по всему, большинство этих денег уже исчезло у тебя в носу. Так что, если у тебя нет пачки наличных, чтобы расплатиться со мной, ты будешь сидеть своей тугой маленькой задницей на этом диванчике, пока мы решим, кто из нас первым трахнет её.
Юрика покорно сделала, как ей было сказано, в то время как Оборо повернулась к Чоджи и, с довольной улыбкой сказала: — Кажется, между вами есть какая-то история. — Ее рука медленно двинулась вниз по груди джонина, чтобы в конечном итоге начать гладить через штаны его член, который стал полужестким из-за того, как рыжеволосая обращалась с женщиной, к которой он всё ещё питал нечто большее, чем просто негативное чувство. Джонин подавил стон, когда она сказала: — Должно быть, это та самая девушка, которую твой босс использовал на своем маленьком уроке. Это просто восхитительная маленькая возможность получить небольшую расплату или, по крайней мере, выместить некоторые испытываемые тобой к ней разочарования.
Хотя, он нашёл эту идею довольно привлекательной, но заявил: — Я не уверен, что мое начальство оценит подобное.
Оборо убрала руку, растиравшую его через штаны, так резко, как будто обожглась от раскаленный металлический прут. Хотя её тон оставался вежливым, но она выказала явное чувство разочарования, когда сказала: — Если тебя это так беспокоит, то боюсь, что тогда тебе придётся уйти. Я позвоню, когда захочу встретиться в следующий раз.
Она отошла от него, чтобы обойти диван и стол, которые он впервые увидел в гостиной, когда выходил из лифта, чтобы присоединиться к Юрике на диванчике. Взгляд Чоджи переместился на женщину с каштановыми волосами, которая словно испытала некоторое облегчение от того, что ему придётся уйти. Он уже собирался отвернуться, подозревая, что скорее всего, Оборо больше никогда ему не позвонит, однако, прежде чем он это сделал, Юрика решила взять ещё одну порцию своей Пыли, для чего вытащила один из пузырьков из своей пудреницы, из которой до этого нюхала синий порошок. Она задрожала от удовольствия, прежде чем сесть обратно на диванчик и подняла ногу, чтобы показать приближающейся Оборо свою обнажённую киску.
Для Чоджи поза, которую она приняла, была очень похожа на ту, в которую она упала, когда он несколько недель назад бросил её на пол комнаты для допросов. Это, вкупе с готовностью Юрики получить кайф в его присутствии, из-за его очевидного пренебрежения к нему, а также из-за того, что ранее её жалкое поведение привело к смерти хороших людей, заставило его гнев взорваться.
Позволив своему вернувшемуся гневу диктовать свои действия, он последовал за Оборо и достиг её как раз в тот момент, когда она собиралась наклониться вперёд, чтобы попробовать киску, за которую она заплатила. Обвив рукой талию женщины, он грубо притянул её к себе. Рыжевато-фиолетововолосая женщина через плечо послала ему довольный взгляд, прежде чем получить собственнический поцелуй, который он подарил ей. Оторвавшись от её губ, джонин самодовольно посмотрел на Юрику и сказал: — Почему бы тебе не показать ей член, которым она будет наслаждаться этим вечером?
Оборо потёрлась задницей о его промежность, заставляя её выпячиваться, а после отодвинулась в сторону достаточно, чтобы обнажить его ширинку. Затем, потянувшись назад, она потянула змейку вниз и поймала его мясистый член, когда он выпал из штанов. Чоджи застонал, когда она сделала несколько поглаживаний, и его член набух, от чего Юрика бросила на него голодный взгляд.
Чоджи почувствовал, как часть его гнева начала угасать, когда его сознание напомнило ему о травме, которую женщина перенесла всего несколько месяцев назад. В отличие от Оборо, которая была способна держать его эмоционально подготовленным к бурному сексу, которым они наслаждались в течение последних нескольких недель, Юрика оставалась безразличной, как будто ожидая, как он возьмёт её. Это заставило его задуматься, не была ли причина, по которой Юрика проводила свои ночи на вечеринках и спала с первым, кого ей удавалось найти, вызвана желанием почесать зуд, с которым Фурофуки оставила её, но пока не преуспела в этом, потому что не была уверена в том, чего не хватало этим встречам. Таким образом, он начал чувствовать себя немного неловко, стоя перед ней беззащитным, так как понимал, что в отличие от многих мужчин, которых она развлекала до сих пор, он обладал некоторым пониманием того, что именно сломало её, поэтому чувствовал, что воспользуется ей так, как этого не делали другие её партнёры.
И снова, чувствуя себя на грани отступления, Чоджи был остановлен Оборо, которая внезапно отпустила его член, чтобы ступить на диван, на краю которого сидела Юрика. Его член дёрнулся, когда Оборо шагнула за спину шатенки и задрала её платье, чтобы открыть ему её мокрую киску. Затем она скользнула вниз позади Юрики, прежде чем взять её за подбородок так, чтобы Юрика открыла рот, после чего сказала: — Опять струсил? Ты совсем перестал показывать мне ту мужественную сторону, которая заставляла меня поверить, что у тебя есть всё необходимое, чтобы отомстить за своего старого учителя.
Глаза Чоджи мрачно сузились, когда он заметил, что тело Юрики слегка напряглось при словах Оборо, но женщина с фиолетовыми волосами не обратила на него никакого внимания, а просто засунула средний палец в рот опозоренной куноичи и начала тыкать им в её язык. Юрика ответила на стимуляцию, начав использовать свой язык, чтобы облизывать его, как маленький член. — Перестань так много думать, — продолжала Оборо, когда вторая её рука потянулась, чтобы нащупать грудь бывшей куноичи Листа через платье, заставляя её стонать, — эта шлюха мокрая и готовая, так что вымести на ней свое разочарование. Я готова поспорить, что вы оба что-нибудь получите от этого.
Наблюдая за тем, как Юрика поддалась на уговоры Оборо, особенно когда она повернула свое лицо, чтобы поцеловать фиолетоволосую деловую женщину, Чоджи снова испытал к ней негативные чувства. Особенно потому, что она даже не потрудилась вести себя как подобает настоящей куноичи после напоминания о том, почему он затаил на неё злобу. Решив, что раз она не собирается перечить Оборо, то она здесь для того, чтобы он её использовал, и совершенно не было причин сдерживаться. Чоджи потянулся вперёд и грубо схватил её за волосы, сказав: — Эй, шлюха, я думал, тебе сказали, что в первую очередь, ты будешь обслуживать меня.
----->
http://erolate.org/book/5500/560102
Готово:
