Глава 28
- Вполне вероятно, этого могло не быть, даже если бы тогда ничего не произошло, - мягко сказал Брок. - Я всегда защищал тебя, и всегда испытывал к тебе глубокую привязанность. Даже, когда мы были детьми. Но я думаю, ты это и так знаешь, верно?
Сьюзен похлопала Брока по руке, сказав:
- Я знаю это. Еще до того, как все произошло, я знала, что ты заботишься обо мне. Ты всегда был единственным человеком, который заступался за меня. Ты всегда был единственным человеком, которого волновало, что меня беспокоит. Черт, Брок, ты был единственным человеком, который беспокоился о том, чтобы найти меня, когда мы играли в прятки. Думаю, я просто всегда читала слишком много любовных романов, и у меня была абсурдная мысль, что мы когда-нибудь начнем встречаться.
Брок не мог подобрать слов. Он знал, что хотел сказать, но также знал, что никогда не сможет сказать это Сьюзен. В течение многих лет он ошибочно принимал свои чувства к ней за искру романтической привязанности, но это было не так – Честити показала ему это.
Его чувства к Сьюзен всегда были, вероятно, всегда будут “братскими”. Она всегда очень нравилась ему, но он не видел никаких обстоятельств, при которых эти чувства могли перерасти во что-то большее.
- Хорошо, - сказал Брок вместо того, чтобы озвучивать эти смысли. - Хорошо то, что дружба это нечто, гораздо более крепкое, чем роман. Мой роман с Честити закончился из-за тех же проблем, но моя дружба с тобой, пережила это. По крайней мере, я надеюсь, что это так.
- Да, - подтвердила Сьюзен. - И возможно, мы сможем сделать его сильнее, особенно теперь, когда мы наконец поговорили о моих чувствах. Мне жаль, что я уехала из Северной Каролины. Мне часто хотелось, чтобы я этого не делала, но я и не собиралась возвращаться туда.
Брок понимал ее. Он неоднократно позволял своей гордости принимать за себя решения, о которых потом очень сожалел.
- Прости, что я избегал встречи с тобой, - признался он. - Сьюзи, я знаю тебя дольше, чем кто-либо. Наверное, ты единственный человек в мире, которая очень хорошо помнит мою маму и ты единственная в мире, кто знает, почему я ненавижу лягушек и не ем брокколи.
Сьюзен громко рассмеялась.
- Я до сих пор помню выражение твоего лица, когда я засунула лягушку тебе в штаны, - сказала она. - Прости меня за это.
Сьюзен было около шести лет, когда она подкралась к Джордану ДеВое, и сунула скользкую зеленую лягушку ему в шорты. Джордан был так поражен, что потерял равновесие и упал, пока пытался избавиться от противной штуки. При этом падении, бедная лягушка была раздавлена. Также она оказалась и в центре инцидента с брокколи. Джордана поймали во время школьного обеда, когда он обменивал свои овощи на ее десерт - абсолютное преступление в его начальной школе. Директор наказал его, приказав поварам готовить ему брокколи в качестве десерта, до конца семестра.
- Я все еще люблю брокколи, - фыркнула Сьюзен. Она хотела держаться подальше от темы матери Брока, поскольку это была тема, которая неизбежно привела бы к напряжению в любом разговоре с ним.
- Вот почему я выменивал его тебе, - сказал Брок, - тебе понравилось это блюдо. Если бы у тебя был выбор, ты ела бы его при каждом приеме пищи. Я даже не помню, какой в тот день был десерт - я даже не уверен, что он мне понравился. Я просто знал, что ты смотрела на мое брокколи с того момента, как мы сели за стол.
Сьюзен покачала головой, удивленно смотря на Брока.
- Я даже не догадывалась об этом, - сказала она. - Я всегда думала, что ты ненавидишь брокколи, и просто хотел обменять его на яблочный крисп (п.п.: Крисп - название разновидности сезонного американского пирога, как правило, с различными фруктами).
- Персиковый Крисп, - поправил ее Брок, когда та сцена всплыла в его голове. - Это был персиковый Крисп, и он был ужасен. Я думаю, это было то дерьмо без сахара, которое нам навязал школьный совет.
Сьюзен села и склонила голову.
- Точно! – смеясь, сказала девушка. – Я помню тот ужасный вкус картона. Я помню, что тогда еще задавалась вопросом, почему ты решал поменять что-то настолько вкусное, как брокколи, на что-то настолько ужасное.
Их путешествие по воспоминаниям было прервано Рэнди, постучавшейся в заднюю дверь. Но кое-что, это воспоминание успело изменить - Сьюзен, которая никогда не понимала, почему Брок был ее другом, теперь понимала, что независимо от причины, он всегда будет им оставаться. И возможно, станет гораздо более близким другом, чем они думали.
Сьюзен внимательно наблюдала, как Брок подошел к раздвижной стеклянной двери и открыл ее.
- Я пойду домой пораньше, - сказала ему Рэнди. - Я не хотела, чтобы ты выглянул через несколько минут и подумал, что я утонула или что-то в этом роде. Извини, если я помешала вам.
- Ты этого не сделала, и спасибо, - сказал Брок. - Мы только что говорили о том, через какой ад Сьюзен заставила меня пройти, когда мы были детьми.
- Ха! - сказала Сьюзен, откуда-то из-за его спины. - Напомни мне показать тебе огромный шрам на моем колене, оставшийся после того, как Джордан убедил меня покачаться с ним на качелях.
Сьюзен почти мгновенно уловила свой промах, поэтому сказала:
- Извини, Брок. Я все еще оговариваюсь, когда вспоминаю о нашем детстве.
Рэнди выглядела заинтересованной, но ничего не сказала, поскольку Мередит уже рассказала ей важные подробности Брока Миллера/Джордана ДеВое.
- Ну, я пошла, - сказала Рэнди. - Могу я зайти завтра?
- Конечно, - сказал Брок, - наша игра снова в семь.
- Я знаю, - ухмыльнулась Рэнди. - У меня уже есть билеты. Ты знаешь, что они выделили для тебя раздел на веб-сайте команды? Теперь ты можешь официально запросить место на третьей базовой линии.
Брок смущенно покачал головой, но Рэнди засмеялась.
- Я приду около полудня, - сказала она и неторопливо направилась к своему дому.
http://erolate.org/book/5501/560291
Готово:
