– Скрип!
Из-за двери отеля, который был заявлен как «недавно отремонтированный», донесся скрипучий звук.
Если отбросить эти сухие шуточки, то их ситуация была совсем не шуточной. Сиву и Шэрон быстро поняли, откуда раздался этот звук.
С приходом Гомункулуса их окружение изменилось: вещи внутри комнаты начали быстро гнить, начиная с блестящей вешалки, свежевыкрашенных обоев и заканчивая бывшей в употреблении мебелью. Все они развалились, как будто их эпоха утекла.
Их ноздри Сиву и Шэрон ударил резкий запах воды, такой силы, будто это был запах глубокого моря.
— …Хм?
Перед ними предстал коридор, который выглядел настолько же плохо, как и сгнившая комната. Однако в нем не было никаких признаков врага, и все, что они могли видеть, так это висящую на стене мрачно-гротескную картину.
— Нам нельзя терять бдительности! Баланс! —Шэрон прикрикнула к Сиву, который неосознанно начал ослаблять хватку своего оружия, прежде чем взмахнуть посохом.
В ее руке из неоткуда появился топаз размером с камень. Она превратила себя в «алтарь» и сделала из топаза «подношение» элементу огня, а потом еще раз взмахнула посохом. Вокруг нее, словно из огнемета, вспыхнуло пламя.
– Жуууу!
Было неверно предполагать, что это пламя высасывало окружающий кислород. В конце концов, она использовала высококачественное подношение, из-за чего вызванное пламя производило столько тепла, что по сравнению с ним откровенно бледнел жар доменной печи. Поскольку Шэрон не знала, где скрывается враг, она приказала пламени сжечь все вокруг и тем самым устранить всевозможные укрытия.
Пламя растрескалось, превращая все, к чему прикасалось, в пепел. Однако зрелище этого процесса не совсем соответствовало тому, что приходило на ум, когда кто-то думал о слове «сжигание». Из-за его абсурдно высокой температуры, как только кровать, на которой они провели жаркую ночь, соприкоснулась с пламенем, она немедленно испарилась.
Но даже так они не могли обнаружить никаких признаков врага, а Шэрон тем временем стала задыхаться. Нет, не из-за использования заклинания пламени, а потому, что ее тело напряглось от страха.
— Сиву, у нас не так много времени на разговоры, так что я буду краткой, — и продолжила она без паузы, — На нас напал Топящий Ведьм, самый страшный враг, которого мы могли встретить. Среди Гомункулусов, выращенных Трусливой Ведьмой, этот – один из самых известных.
Трусливая Ведьма. В волшебном мире сила ведьм обычно определяется тем, насколько высоким был их магический Ранг. Чем выше их Ранг, тем более разнообразными заклинаниями они могут владеть. Если битва происходила между ведьмами, Ранг которых различался на две и более ступени, исход практически решался еще до начала… Однако из правил всегда есть исключения.
Трусливая Ведьма, Шочитль была всего лишь ведьмой 19-го Ранга. Тем не менее, с момента становления Изгоем-Преступником она прикончила одну ведьму 21-го Ранга, одну ведьму 20-го Ранга и двух ведьм 19-го Ранга.
Как именно ей удалось это осуществить? Все дело в том, что ее магия самосущности вращалась вокруг «манипулирования Гомункулусами». Так, управляя этими могущественными существами и отправляя их в магическую битву, ей открывался широким спектр стратегических возможностей. Она могла даже выиграть несколько сражений одновременно, на что едва ли могли рассчитывать обычные ведьмы. Поскольку каждый Гомункулус обладал своими уникальными способностями, Шочитль могла устраивать бои, в которых шансы были бы в ее пользу, или, в случае необходимости, затянуть битву в войну на истощение, при этом ни разу не показав своего лица.
В отличие от Сиву, Трусливая Ведьма специализировалась на «Битвах Великих Ведьм».
– Ууууу!
По комнате раздался громкий звук, и в это же время пламя, танцующее вокруг них, погасло подобно праздничным свечам. Стекающая по полу вода теперь доходила им до лодыжек, а по стенам и потолку стекала странная жидкость, напоминающая расплавленный металл. От этого вида возникало такое чувство, будто они застряли в каюте «Титаника», погружавшегося на глубину. Их судьба будто бы была предрешена, а смерть от утопления казалась неизбежным исходом.
Сиву огляделся вокруг. Каким бы образом не возникали увиденные им вещи, он предположил, что здесь играла главную роль магия. Вот почему его посетила мысль, что он сможет увидеть сквозь заклинание левым глазом… однако эта мысль исчезла так же быстро, как и возникла.
— Невозможно…
— В чем дело?
— Я не вижу потоков маны!
Сиву совсем ничего не видел: как бы пристально он ни смотрел, ему не удавалось обнаружить ни потоков маны, ни врага, будто бы их скрывал густой туман. Он, который всегда одерживал верх в магических битвах благодаря своему левому глазу, почувствовал себя так, будто ослеп, что показалось ему довольно смущающим чувством.
Сиву даже начало казаться, что они застряли в очень темной комнате.
– Хуаааа!
Однако в этот момент что-то вырвалось наружу, прорвав слой воды, покрывающей пол. Им же оставалось застыть от этого ужасающего зрелища, развернувшегося перед их глазами.
Сначала Сиву и Шэрон подумали, что то, что вышло из воды, было женщиной. И это неудивительно, так как у данного существа были длинные волосы, мокрые, как морские водоросли, а также цельное платье. Но его внешний вид совсем не принадлежал чему-то человеческому. У него было неестественно раздутое тело, как у рыбы-фугу, а также гротескно опухшие и неестественно покачивавшиеся конечности. Этот страшный образ дополняло белое как мел «лицо» с глазами, которые, казалось, вылезли из глазниц. А смотревшие на них глаза излучали потусторонний синий свет.
— Черт…
— Ахг…
Стоило ему только посмотреть на Топящего Ведьм, как Сиву выругался, а Шэрон задохнулась от неприязни. Но у них не было времени испытывать отвращение.
Сиву моментально сжал копье в руке и бросился вперед. Хотя он оказался ошеломлен внешним видом этого Гомункулуса, как только он увидел его форму, то снова обрел уверенность в себе. Потому что у него было всего два глаза, с формой, напоминавшей утонувший труп.
Сиву не только пережил множество боев, но и значительно вырос по сравнению с тем, кем был всего месяц назад, благодаря недавно выученным боевым искусствам. Он больше не полагался исключительно на свой теневой доспех, потому что научился укреплять свое тело напрямую, а также использовать ману и Фа Цзинь, чтобы усиливать собственные удары до предела. Даже могущественная герцог Тиферет высоко оценивала его достижения, так что он подумал, что легко справится с простым Гомункулусом, у которого всего два глаза.
Согласно Тиферет, оружие в конечном итоге является продолжением конечностей своего владельца. Так, хотя колющие движения в его исполнении выглядели так же, как всегда, на этот раз он более детально имитировал движения, записанные в завете «Мастерства Мириада Орудий». Его удары стали сильнее, быстрее и точнее, что позволило ему нанести самый чистый удар из всех, что он когда-либо пробовал. Однако…
– Хуууу!
Прямо перед тем, как он смог пронзить раздутое тело Гомункулуса… его удар резко прервался.
— …Что за—!
Сиву посмотрел на свое теневое копье, которым только что сделал молниеносный выпад. Его наконечник оказался отрезан, словно мелко нарезанная редька, и, что еще больше сбивало с толку, он даже не смог понять причину этого. Он лишь почувствовал, как что-то коснулось кончика копья, но не более того. И в мгновение ока оно оказалось разрезано на части.
Сиву поднял глаза и посмотрел на Гомункулуса, и в этот момент по его спине пробежала дрожь. Монстр исказил свое выражение «лица»: обе его губы были изогнуты вверх, аномально большие глазные яблоки завращались, а изо рта просочилась черная субстанция, похожая на морскую воду. Выражение его лица напоминало улыбку, а изо рта вырвался жуткий, беззвучный смех.
Когда же Сиву застыл в ужасе и отвращении…
– Кхааа!
Внезапно по округе раздался громкий шум.
— О чем ты думал, когда вот так взял и прыгнул на него?! Я же сказала, нам нужно бежать! — с этими словами Шэрон еще крепче сжала свой посох.
Перед ними воспарил магический круг с выгравированным на нем вращающимся ромбом. Он столкнулся с оружием Гомункулуса, создав громкий звук, от которого у них зазвенело в ушах. Удивительно, но его оружием оказался массивный якорь, подвешенный на цепи. Однако это был совсем не обычный якорь: несмотря на свой огромный вес, его кончик был острым, как нож, а металл блестящим, как будто его только что заточили.
– Шухххх!
В последующем выяснилось, что то, что стояло на траектории якоря, рассыпалось, а из-за скорости этой эрозии последствия наступали с задержкой. Вот так одновременно обрушились по крайней мере три стены комнаты. Вместе с тем прочие предметы, как железная входная дверь и мебель, разбились, словно стекло.
– Шухххх!
Под звуки наматывающихся цепей якорь исчез в все поднимающихся водах.
Из-за своего удивления этим неожиданным поворотом событий у Сиву даже не было возможности поговорить с Шэрон. Потому что, прежде чем осознать это, вторая атака врага уже оказалась в пути. Даже при максимальной фокусировке глаз ему едва удалось различить два лица, вынырнувших из воды, будто пара дельфинов. Эти существа двигались очень быстро, и, казалось, излучали большую силу, чем сам Сиву, когда он изо всех сил размахивал своим мечом.
– Буух!
Шэрон пришлось потратить еще два коралла, чтобы создать два защитных щита. Она подняла их вверх, чтобы блокировать атаку якоря, из-за чего магические цепи в ее теле перегрузились. Если бы она попыталась выполнить это же заклинание, используя в качестве подношения минеральную воду из супермаркета, как делала в последнее время, ее тело уже было бы разорвано в клочья.
Топящий Ведьм действительно оправдывал свою печально известную репутацию, еще даже не показав всех своих возможностей. После второй атаки он не предпринял ничего более, а вместо этого замолчал и наклонил свою уродливую голову.
Посмотрев на полурасплавившееся зеркало, Сиву понял, что принял поспешные суждения. Из-за наклонного угла зеркало отражало спину Гомункулуса, и там, за его спиной, словно это были причудливые шары, торчали семнадцать красных глазных яблок. Ядро этого монстра, как оказалось, выступало из его спины, а не из лица.
«Матерь-собака, которую я еле как убил со всех своих сил, при этом разрушив несколько зданий… как много глаз у нее было?..»
«Кажется… восемь?..»
«Тогда что насчет Белого Рыцаря?..»
«Четыре…»
«А у этой штуки целых семнадцать…»
Сиву всегда сталкивался с противниками, превосходящими его силу во много раз. Однако во время противостоянии с ними он анализировал их возможности свои слабости, благодаря чему даже несмотря на такой огромный разрыв в силах, ему кое-как удавалось бороться с ними до победного конца. Однако даже эта убежденность, которую он выработал, оказалась разрушена настолько неожиданным уровнем угрозы.
— Сиву, слушай меня внимательно, — прошептала ему Шэрон в этот момент.
Одновременно с тем, когда Топящий Ведьм просто молча стоял на месте, она ломала голову, пытаясь откопать информацию о нем в задворках сознания. Как и Эа Садалмелик, он владел мощной магией физического усиления. На первый взгляд, это не казалось большой угрозой, потому что большую опасность представляла из себя вода, которая успела подняться до лодыжек.
Когда процесс доходил до этого момента, можно сказать, что Гомункулус уже разъел окружающее пространство своей маной. Подобного рода коррозия больше походила на дебафф широкого спектра действия: он уменьшал эффективность чужеродных заклинаний в конкретной области, а также лишал мужества и силы воли тех, кто сражался против него. Оно работало как попадание в бушующий поток, где противнику оставалось лишь бороться до тех пор, пока его силы не окажутся полностью истощены, что приведет к неизбежной гибели.
Когда жертвы это коррозии осознавали серьезность своего положения, в их сердца непременно закрадывался страх. Несмотря на свои попытки сопротивления, заклинания постепенно теряли свою силу, делая жертв настолько ослабленными, что им даже становилось трудно дышать.
Такие способности утягивать своих противников под воду принесла этому Гомункулусу прозвище «Топящий Ведьм».
— Убегай.
— Нет, я не поступил правильно вовремя, так что мне и разбираться, — настаивал Сиву, готовый шагнуть вперед со своим недавно модифицированным копьем, несмотря на растущий страх.
Но Шэрон даже не обернулась, чтобы посмотреть на него. Вместо этого она постучала по его нагруднику и взмолилась дрожащим, полным отчаяния голосом.
— Прошу, убегай. Пока я тяну время, ты должен найти Герцога и позвать ее на помощь. Это наш единственный шанс выжить, — пока Шэрон говорила, она также произнесла заклинание.
Для него, чтобы провести масштабный ритуал, было использовано значительное количество подношений. Вода, огонь, ветер, земля, — все эти элементы сошлись в странную на вид пустотную сферу. Это была вращающаяся сферическая масса, созданная с полной мощностью ведьмы 18-го Ранга, и она закружилась в воздухе. При контакте с этой сферой ничто не могло остаться невредимым.
«Это сработает?..»
Но она все еще не испытывала полной уверенности в успехе.
Заклинание, способное разъедать даже разум… Когда Шэрон читала о нем в базе данных Ведьминого Пункта, это показалось вполне терпимым дебаффом. Но, столкнулась с ним лицом к лицу, ее мигом охватило чувство страха, будто бы она стояла перед шумной промышленной мясорубкой. Эта мясорубка вроде бы ничего не делала, кроме своего дела, но лишь от этого вида казалось, что ее силы уходят.
Шэрон была напугана… нет, она была в ужасе. Ее сердце казалось, вот-вот разорвется, поскольку оно издавало самый громкий звук в своей жизни.
— Сиву.
Но она не могла убежать. Она должна была не бежать. Потому что позади нее стоял Сиву.
Однажды она прибыла в этот мегаполис из-за своей неудачи, не принеся с собой ничего, кроме собственного тела и огромного долга. В этом городе было холодно, как будто он погряз под вечным дождем. Она пыталась вести себя храбро, отказываясь сдаваться из-за выпавших на ее долю несчастий… И все же, несмотря на все это, ее не могло не охватить чувство одиночества. Ее жизнь была мучительной, и временами ей хотелось просто бросить все и сдаться.
«И тогда я встретила тебя.»
«В этом мире, где я стояла одна под дождем и промокала, именно ты протянул мне свою руку и принес мне тепло, которого я так жаждала.»
Она все еще ясно помнила тепло кончиков его пальцев и того, с какой готовностью он предлагал его ей. И это… было самым драгоценным сокровищем, которым обладала ведьма по имени Шэрон Эвергрин.
Подавив нестерпимое желание сбежать, она собралась с духом и приоткрыла рот. Возможно, это был ее последний шанс, так что она обязана была сказать ему те слова, которые хотела сказать еще давно.
— Я правда—
Но эти слова тут же оборвались, потому что ее тонкое тело пронзила ржавая, острая стрела. После чего на ней расцвел малиновый цветок.
http://erolate.org/book/84/10962
Готово:
