— Скорее уж решение, — медленно произнесла она, нахмурившись. — У меня тут... ну, можно сказать, проблема возникла. Вчера один мой одноклассник застукал меня, когда я сосала у какого-то второгодки. Обычно в таких случаях я могу купить их молчание бесплатной услугой, но он отказался.
— И он до сих пор не донёс на тебя?
Кёка покачала головой.
— ...Какая странность. — На её лице появилась ухмылка. — Впрочем, возможно, это человек с... утончённым вкусом, который тебе попросту не под силу удовлетворить. Неважно! Приводи его тоже с собой.
— В-вы уверены?
Ходзё сердито зыркнула на неё:
— Мне нужно повторять дважды?
Кёка подавила раздражение и послушно кивнула:
— Нет. Я всё поняла.
— Вот и славно. Скоро увидимся!
Пропустив обед, Кёка сразу отправилась в кабинет, где должен был пройти её последний урок. Оставшееся время она провела в полном одиночестве, лихорадочно обдумывая план действий. Стоило прозвенеть финальному звонку, как она тут же зажала его в углу.
— Мы можем поговорить?
Арима нахмурился:
— Разве ты вчера не всё высказала, что хотела?
— Кое-что... изменилось.
Он со вздохом поставил рюкзак на пол и сел за парту, недовольно сводя брови. Класс постепенно пустел. Ученики один за другим шумно разбегались по коридорам навстречу свободе, пока в кабинете не остались только они двое. Кёка закрыла дверь и присела на край парты прямо напротив него.
— Студсовет всё знает! — выпалила она. Волнение даже не пришлось изображать: она действительно понятия не имела, что Ходзё задумала с ней сотворить.
— Знает о чём? О тебе?
Она кивнула.
— ...Ясно.
— Что значит «ясно»?
Он поморщился:
— Возможно, это прозвучит грубее, чем мне хотелось бы, но какое отношение это имеет ко мне?
— Они думают, что я с тобой переспала.
— С чего вдруг? Я здесь всего второй день учусь.
— Я им так и сказала, — вздохнула Кёка, — но они не поверили.
— ...Чёрт.
Арима откинулся на спинку стула и запустил пятерню в волосы, сжав их в кулак. При виде его растерянности к горлу Кёки подступила лёгкая тошнота.
Он посмотрел на неё:
— И чего они от меня хотят?
— Председатель просит нас прийти к ней в поместье и всё обсудить. Судя по всему, она готова замять это дело.
— Серьёзно? — Арима как-то странно на неё посмотрел. — Что это вообще за школа такая? Сначала торгующие собой ученицы, теперь продажный студсовет... Что дальше-то будет?
— Не ученицы, а ученица. Я здесь в единственном экземпляре, детка!
Он фыркнул:
— И когда мы должны там быть?
— Пмямо сейчас сойдёт?
— ...Ладно, чёрт с ним.
С того самого момента, как Кёка разгадала замысел Леоны Ходзё, она знала, что ничего не выйдет. Но что, чёрт возьми, она могла сделать? Эта высокомерная соплячка не желала слушать никого, кроме себя, если только дело не касалось её лично. Однако сегодняшним вечером события, казалось, окончательно вышли из-под контроля.
— До сих пор не верится, что ты используешь Студсовет для поиска свежего мяса, которое потом скармливаешь жирным старикам, — со вздохом произнесла Кёка. — И что твоя мать — баснословно богатая мамочка борделя.
Вице-президент и казначей Студсовета одарили её неодобрительными взглядами. Неужели их оскорбило её непочтительное отношение? Да Кёке было плевать на них с высокой колокольни!
Ходзё фыркнула:
— Двадцать тысяч иен за один крем-пай. К тому же никого здесь силой не принуждают!
— Да неужели? И что будет, если я откажусь?
— Но ты ведь не откажешься, дорогая, — прошептал прямо ей на ухо шелковистый голос. От этого звука по позвоночнику Кёки пробежал приятный электрический разряд. — Я вижу это в тебе. Твой ненасытный голод. В этом поместье тебя ждёт бесконечное пиршество, и что-то мне подсказывает, что после одной смены здесь проблемы с деньгами станут самым последним, о чём тебе придётся беспокоиться.
Кёка тяжело сглотнула. Мать Ходзё была невероятно, просто незаконно привлекательна. Грудь госпожи Ходзё была меньше, чем у Кёки, да и ростом она была пониже, но ни одно платье в мире не сидело на Кёке так соблазнительно, как это белое облегающее платье на зрелой женщине. Её грудь то и дело норовила выскользнуть из глубокого декольте, но госпожа Ходзё даже не думала её поправлять. Вместо этого она просто сложила руки на груди, ещё сильнее приподнимая её и выставляя свои прелести напоказ.
— М-мама
http://erolate.org/book/891/103807
Готово:
