— Тебе стоит сесть нормально, ты будешь мешать людям. — Эти ворчливые слова были первым, что слетело с губ Гермионы, стоило ей войти в купе. Она даже не удосужилась поздороваться с мальчиком, который с комфортом растянулся на сиденье.
— Хмм-м... — промычал Мегуми, потягиваясь и поднимаясь. Поезд тронулся, как только девочка села напротив него. Мальчик скрестил ноги на сиденье и принялся гладить свою спящую кошку. — Что-то ты долго, Гермиона. Родители не хотели отпускать?
— Хмф. Я села на поезд уже давно, но ты забрал мои вещи и просто ушел, ничего не сказав. Мне пришлось обойти почти все купе, чтобы найти тебя.
— Мой косяк... — лениво ответил он, подперев ладонью голову и пользуясь возможностью получше рассмотреть свою будущую одноклассницу, о которой так много читал в прошлой жизни. Её черты лица действительно гораздо больше соответствовали тому, что он представлял при чтении книг, чем тому, что показывали в фильмах. Бледная кожа, крупные передние зубы, густые брови и копна непослушных каштановых волос.
Сейчас она была занята безмолвной игрой в гляделки со спящим питомцем Мегуми. Черный пушистый комок безмятежно спал, а девочка, похоже, вела внутреннюю борьбу: стоит ли присоединиться к Мегуми и тоже погладить животное.
— Миленькая, правда? — спросил он девочку, которая от неожиданности чуть не подпрыгнула на месте. Похоже, она даже не замечала, как откровенно пялилась. — Хоть и жутко ленивая.
— И это говорит человек, который сам... — Гермиона посмотрела на него с сомнением. Несмотря на то, что ее взгляд выглядел скорее мило, чем высокомерно, у нее почему-то сложилось довольно предвзятое мнение о Мегуми, но его это не волновало.
Первое впечатление — это еще не все, по крайней мере, так он считал. Он был достаточно уверен, что рано или поздно сможет с ней подружиться. У бедной девочки все равно особо не было выбора.
— Я просто умею правильно наслаждаться свободным временем. Обычно я стараюсь не проводить столько часов без дела, как в этой поездке на поезде, — он беззаботно отмахнулся от её суждений и продолжил: — Эврика, с другой стороны, умеет только играть, есть и спать. Она очень разбалованная.
— Эврика... — Самоконтроль девочки, похоже, проиграл внутреннюю битву. Перестав сдерживаться, она подалась вперед, едва не соскальзывая с сиденья, и принялась ласкать спящее животное. — Необычное имя, но мне нравится. Она у тебя давно? Я так давно хочу кошку, но родители сказали, что мне нужно подождать, пока я не смогу сама о ней заботиться.
Гермиону снова понесло. Она высказывала любую мысль, которая приходила ей в голову. Невольно возникал вопрос: то ли у нее действительно хромали социальные навыки, то ли она просто нервничала из-за всей этой истории с «началом учебы в новой школе в качестве волшебницы». Реинкарнировавший мальчик годами готовился к этому дню, но он прекрасно понимал, что обычный маглорожденный вряд ли может быть уверен в том, что ждет его в конце железнодорожных путей.
— Она у меня уже почти четыре года. Я нашел её через два года после того, как переехал в Лондон, — рассказал он девочке, вспоминая, какую важную роль Эврика сыграла в его жизни. Каждый раз, вспоминая тот дождливый день, когда он спас ее, и то, как сильно это в итоге пошло ему на пользу, он невольно испытывал желание купить ей какое-нибудь дорогое лакомство. — Но имя у неё, конечно, отличное, я сам его выбрал.
Гермиона закатила глаза на это беззастенчивое хвастовство и продолжила играть с мягким пушистым комочком тьмы.
— Не знала, что ниндзя должны хорошо придумывать имена питомцам, — неожиданно подыграла Гермиона его странному юмору. Неужели ей действительно показались смешными его шутки? — Тебя зовут Мегуми, и ты сказал, что переехал сюда шесть лет назад? Ты приехал из Японии? Я заметила, что у тебя не местный акцент, но он больше напоминает американский.
— А... — Застигнутый врасплох точной догадкой девочки, Мегуми не сразу ответил. Прошло много лет с тех пор, как кто-то обращал внимание на акцент из его прошлой жизни, ведь он приложил немало усилий, чтобы скрыть его. Разумеется, признавать правду он не собирался. — Я родился в Японии, но мой отец — англичанин. Он женился на местной женщине после того, как его перевели туда по работе. Мой репетитор по английскому тогда был американцем, так что я случайно перенял его акцент.
Это оправдание Мегуми использовал уже не раз, особенно после того, как они с отцом переехали в Лондон. Когда они жили в Японии, старший мужчина в основном говорил по-японски, так как никто в их доме, кроме его сына, не владел его родным языком. Отец в свое время даже немного удивился, что репетитору удалось привить маленькому ребенку столь высокий уровень языковых навыков (пусть и требовавших некоторой доработки в плане британской грамматики), но его сын уже не первый раз вытворял нечто из ряда вон выходящее.
http://erolate.org/book/929/109807
Готово:
