«Могут... Могут ли монстры вообще получать благословение Бога?» — задался я вопросом. Причем слишком поздно, так как из пальца Гестии уже сорвалась капля божественной крови и упала на обнаженную спину Мидны. — Погоди—!
Стоило капле ихора коснуться спины Мидны, как мир словно... замер.
На несколько секунд я почувствовал, как это «притяжение» — то самое, что позволяло мне приручать монстров — вспыхнуло с невероятной силой. Зрение затуманилось, и единственное, что я мог видеть перед собой... это был Дракон.
Воплощение всех монстров. Крепкая чешуя и шкура, способная выдержать самые сокрушительные удары. Разрывающие плоть пасти и когти, способные раскалывать горы. Крылья, которые могли без труда парить в небесах или, взмахивая одно за другим, нести катастрофу.
А с другой стороны я увидел пламя. Чистое и божественное, каким-то образом объединяющее в себе концепцию Очага и Разрушения. От простой искры до уютного камина, а затем — яростное правосудие всеочищающего лесного пожара.
Языки пламени лизали драконью чешую. Даже обжигали её, но огонь, пусть даже божественный, мало что мог сделать против живой катастрофы.
Взмахнули когти, захлопали крылья, и огонь отступил, признавая поражение. А дракон? Он оказался столь же милосердным, сколь и опасным.
Мир снова обрел краски. Глаза Мидны были размером с блюдца, её тело полностью оцепенело.
На моем затылке выступил холодный пот.
А Гестия? Богиня в ужасе смотрела на спину гоблинши, где проявилась татуировка черного дракона, застывшего в полете и свернувшегося кольцами, подобно змею. Татуировка, с которой я чувствовал невероятно сильную связь.
«...Мне кажется, эта татуировка как-то нарушает авторские права», — почесал я подбородок. — «К тому же, никогда бы не подумал, что обычный рисунок чернилами может устроить такую драму».
Гестия резко повернула голову ко мне. Её голубые проницательные глаза практически видели меня насквозь. И я не знал, дело ли в знаке Богини на моей спине или в том, насколько глубоко мы сейчас влипли, но этот взгляд ощущался куда более осуждающим, чем все предыдущие.
— Я, э-э... кхм?
— Объясняй, — тон Богини не терпел возражений, и я прекрасно понимал, что это ни разу не вежливая просьба, а жесткое требование. — Живо.
★★★
Нам пришлось сменить место. Мы больше не могли оставаться в библиотеке из-за шума, который подняли. Вместо этого мы с Мидной оказались дома у Гестии. Точнее, в полуразрушенной церкви, под которой, по её собственным словам, находился уютный подвал.
«Ты серьезно живешь в такой дыре?» — именно это мне хотелось сказать, но я сдержал порыв.
— Итак... Если я все правильно поняла, — Гестия сжала висок, прислонившись к одной из полуразрушенных церковных скамей. Её лицо исказилось в таком очаровательно надутом выражении, что у меня в голове случилась агрессивная перегрузка от умиления.
— Ты, — она ткнула в меня обвиняющим пальцем. — Умеешь приручать монстров. Наделять их разумом и делать их... — Гестия с безумным видом обвела рукой всю фигуру Мидны. — ...Вот такими!
— Ага, — кивнул я.
— А ты, — запаниковавшая Богиня перевела палец на Мидну, которая выдала свою самую широкую, победную улыбку. — Ты умеешь... разговаривать, общаться! Я думала, ты Паллум! Очень странный Паллум, но не монстр!
— Ога, — передразнила меня гоблинша с издевательской ухмылкой.
— ПОЧЕМУ ВСЁ ЗВУЧИТ ТАК, БУДТО ВЫ ГОВОРИТЕ ПРАВДУ?! — Гестия схватилась за свои хвостики и потянула их так сильно, что мне показалось, она сейчас оторвет себе скальп.
Однако её слова заставили меня нахмуриться.
— Что значит «почему звучит»? — спросил я, оттолкнувшись от сломанной колонны, на которую опирался. — Мы и говорим правду.
— Да, я знаю. Смертные не могут лгать Богам... — Мы чего не можем? Минуточку, блядь, что?! Я не давал согласия на встроенный детектор лжи карманного формата! — ...Но это же... безумие! Даже Фамилия Ганеши способна заставлять монстров подчиняться только до тех пор, пока они подпитывают их Ментальной силой! Содержание одного лишь иррегулярного монстра, пусть даже гоблина, со столькими... странными способностями обходилось бы в безумную цену!
— О, он заправляет меня по полной программе, — ввернула Мидна с ухмылкой, от которой мое тело буквально окоченело. — Под завязку. Прямо распирает от всей той «силы», которую он в меня закачивает...
Гестия оказалась не такой невинной, как Белль, потому что мгновенно уловила двусмысленность и повернулась ко мне с выражением лица, в котором поровну смешались отвращение и испанский стыд.
— Ты... Ты переспал с монстром. С гоблином, — выдавила она.
— Ну, раз уж у тебя встроенный детектор лжи, отпираться особого смысла нет, верно? — хмыкнул я. — Но серьезно, ты можешь меня винить? Посмотри на изгибы этого сексуального бесенка.
Словно подтверждая мои слова, Мидна подмигнула и взмыла в воздух, зависнув лицом вниз так, что все её гоблинские «булочки» оказались прямо перед нами, пока сама она оглядывалась с ухмылкой. На мгновение мне даже показалось, что она шлепнет себя по заднице для пущей убедительности.
— Мой самый новый ребенок — законченный дегенерат... — Гестия теперь вовсю дулась в углу, закрыв лицо руками. Она выглядела настолько несчастной, что я почти физически разглядел дождевую тучу над её головой. — А еще у него по городу разгуливает монстр... Меня вышвырнут обратно на Небеса... О-о-о-о...
— Кажется, мы её сломали, — заметил я, повернувшись к Мидне.
— Повезло ей. Я бы тоже не отказалась, чтобы меня как следует вспахали, — вздохнула фальшивая бесовка, подперев щеки ладонями и надув губки.
— Я серьезно, Мидна, — закатил я глаза.
— Я тоже, дружок, — парировала она.
Настырное желание Мидны оказаться в постели ценилось бы гораздо больше, если бы над нашими головами, словно мультяшная наковальня, не нависала угроза тюрьмы и возможной казни за наши преступления.
— Так... — я повернулся обратно к Гестии, которая медленно поднималась с пола. — Это значит, что нас выгоняют? Слушай, у меня немного при себе, но ты кажешься еще беднее нас. Я могу заплатить за твое молчание...
— Нет, — перебила Богиня, качая головой. Мое тело тут же напряглось, как и тело Мидны — мы приготовились делать ноги. — Я не выгоняю вас. Раз уж я приняла вас, то теперь это моя обязанность — заботиться о вас.
Я моргнул, на мгновение не поверив своим ушам.
Но когда смысл сказанного дошел до меня, мои глаза расширились, и я даже не смог придумать никакой колкой или шутливой реплики. Решимость в голубых глазах Гестии затмевала её недавнюю комичную истерику с огромным перевесом.
— Ты не выгоняешь нас? — спросила Мидна, опустившись на землю, растерянная не меньше моего. — ...Почему?
http://erolate.org/book/948/112818
Готово:
