Глава 7
— Предложение?
— Я хочу тебя купить.
— Купить?
— В прямом смысле: провести с тобой ночь. И заплатить тебе… определенную сумму.
Теодор раздраженно усмехнулся, и щеки леди Ванессы мигом побледнели. Смехотворное лицемерие. Сделать подобное предложение при первой же встрече и тут же строить из себя невинную деву, не знающую мужчин.
Косо прищурившись, Теодор медленно окинул Ванессу взглядом сверху вниз. Лицо перемазанной в грязи и дрожащей до кончиков пальцев девушки побелело так, будто она вот-вот упадет в обморок. На этом лице не было ни любви, ни похоти, ни слепой одержимости.
— Леди Ванесса.
Он произнес ее имя словно вздох, и Ванесса вздрогнула.
— Раз уж мы дошли до этого, думаю, можно отбросить приторную вежливость. Назови причину.
Бледневшая от стыда девушка сглотнула. То ли решила, что раз ее не отвергли сразу, то шанс еще есть, то ли еще что.
— Мне нужен ребенок.
— Ребенок?
— В принципе, подойдет любой мужчина, но я хочу, чтобы отцом был ты. Разумеется, вознаграждение будет щедрым. Я вложу в ребенка всю свою любовь. Выращу так, чтобы отсутствие родного отца не стало проблемой. А тебя я больше никогда не побеспокою.
То, что она выпалила на одном дыхании, звучало просто абсурдно. Теодор издал смешок.
— То есть ты предлагаешь мне за деньги продать тебе свое семя? Я верно понял?
От столь откровенных слов ее лицо мгновенно залилось краской.
— То есть… да, по сути… но если формулировать это так…
— Если обернуть это в изысканные слова, суть разве изменится?
— Нет… не изменится, но…
— Ванесса.
Голос, назвавший ее по имени, был безмерно ласков и элегантен. На мгновение это даже сбивало с толку.
— Тебе от жары голову напекло?
Теодор неторопливо закурил, дожидаясь ответа. Обычно он не стал бы продолжать разговор с женщиной, несущей подобный бред. Он не ушел лишь потому, что в последние дни ему было скучно, залитый майским солнцем сад был свеж, а отчаянно умоляющая леди Ванесса, влажная, словно вся в росе, казалась ему по-своему красивой.
Она была похожа на летнюю розу после ливня. Стоит тронуть, и ладонь станет мокрой.
— Я все-таки леди, и прошу должного уважения…
— Хотела уважения — стоило придумать предложение получше. А не пытаться сбыть себя по дешевке, да еще и с доплатой.
Теперь леди Ванесса беспомощно дрожала, словно наткнулась на бандита. Сама вела себя вульгарно, но когда грубость полетела ей в лицо, вынести этого не смогла. Теодор с циничной усмешкой неторопливо разглядывал ее.
Золотистые волосы, спадающие на хрупкую шею, сияли, как солнечный свет, а раскрасневшиеся щеки дышали свежестью. Кошачьи, чуть вздернутые уголки глаз, изящная линия носа, алые губы, классический овал лица и необычайно белая кожа — казалось, стоит тронуть ее, и на пальцах останется сливочный след.
За свою жизнь он повидал немало столичных красавиц, но даже по его меркам Ванесса была поразительно хороша. Если вначале им двигало лишь любопытство к отчаявшейся девушке, то теперь это лицо купило остатки его терпения.
— Жизнь наскучила? — неторопливо отведя взгляд от ее пылающего уха, спросил он. — Настолько, что готова растратить ее, спутавшись с таким мерзавцем, как я?
— …Да.
Теодор без особого раздражения смотрел на девушку, пытающуюся казаться порочной. На деле он догадывался, почему леди Ванесса так отчаянно хочет ребенка. Слухи о том, что граф Сомерсет выставил собственную племянницу на продажу, ходили по всему светскому обществу Инграма.
Негласные правила о сохранении добрачной чистоты давно рухнули, и лишь рождение ребенка могло стать для нее тем самым непоправимым скандалом, который закроет двери в свет. По-своему отчаянная и жуткая ситуация. Если ее продадут сейчас, придется до конца дней прислуживать дряхлому старику.
Чисто человеческая жалость. Не будь ее, он бы давно счел эту девушку сумасшедшей и прекратил разговор.
— Для тебя это тоже не самое плохое предложение, — сказала она. — На мое имя назначена годовая рента в тридцать тысяч фунтов. Если я забеременею, смогу потребовать выплаты. Я буду платить тебе по двадцать тысяч фунтов в год в течение пяти лет.
— Ах, всего лишь за эти гроши.
— Если этого мало, я готова доплатить позже. Можем заключить договор на выплату процента от любых моих будущих доходов.
Все эти многословные условия звучали одинаково жалко. На губах Теодора заиграла ленивая улыбка.
— Что же делать. Я не из тех, кто так отчаянно нуждается в деньгах.
На поникшем было лице девушки снова сверкнула ядовитая решимость.
— Я знаю, что твой дядя, мистер Росс, присваивает средства на управление имением. У меня есть доказательства.
А, теперь мы перешли к шантажу. Теодор коротко рассмеялся. Чем дольше длился этот разговор, тем забавнее ему становилось — словно он смотрел комедийную пьесу.
— Присваивает?
— Деньги, которые выделяются под видом ухода за садом.
— И откуда ты это узнала?
— …Я видела счетные книги.
— Ради шантажа ты копала под старого садовника?
Шантажировали его, но чем дольше длился разговор, тем сильнее бледнела девушка. Ванесса нервно прикусила губу.
— Я подумала, что ты можешь отказаться. На случай, если… вот и разузнала все на всякий случай.
— Значит, если я все-таки откажусь, бедный садовник отправится в тюрьму.
— Я… я не для этого все выведывала!
Вспыхнув до кончиков ушей, девушка сбивчиво забормотала оправдания:
— Отказать после разговора — твое право. Но если ты начнешь болтать, у меня будут неприятности. Поэтому я разузнала. Чтобы заставить тебя молчать, если вздумаешь распускать слухи…
То, что целью шантажа было лишь сохранение тайны, уже удивляло. Но ее наивность — выложить весь план только потому, что он слегка пристыдил ее, — просто поражала.
— И все же… совсем никак? Я не хочу доставлять тебе неприятности. И много времени не отниму. Если встретимся хотя бы пару раз…
— Ванесса, дать совет?
— А?
— Прежде чем шантажировать, стоит внимательно изучить противника. Понять, какие карты у тебя на руках и что они для него значат.
В ее наивных глазах теперь читалась полная растерянность. Поняла ли она вообще, о чем речь? Теодор криво усмехнулся и продолжил:
— Если по твоему доносу старика уведут, мне, конечно, будет грустно. Но разве это такая уж серьезная уязвимость?
Да и сумма растраты наверняка невелика. Сколько он мог наворовать в бедном замке, затерянном в глуши? От силы пару тысяч фунтов. Такие деньги можно просто вернуть, хоть в многократном размере, и дело с концом.
Похоже, эта барышня искренне не понимала, что проблемы, решаемые деньгами, — самые простые проблемы на свете.
— Но мистер Росс — ведь твой дядя.
— Не приходило в голову, что семья — не такая уж большая слабость?
Девушка выглядела странно потрясенной. Сама сделала столь дерзкое и шокирующее предложение, а теперь поражается таким пустякам.
— Правда не согласишься?
— А похоже, что соглашусь?
— Мужчины… готовы сами мне платить, лишь бы… переспать со мной…
В этих растерянных словах звучала неподдельная искренность. Только теперь Теодор понял, в чем крылся источник ее изначальной уверенности. В наивном расчете: раз она так красива, ей просто не смогут отказать.
Предложение леди Ванессы изначально не таило в себе ничего нового, будучи лишь очередной вариацией старой скучной истории. С того самого момента, как он впервые вышел в свет, вившиеся вокруг него женщины твердили одно и то же: «Милорд, я могу дать вам еще больше богатства, славы, детей…»
Они самонадеянно полагали, что ради денег, статуса и продолжения рода он с радостью пожертвует собой.
Конечно, на фоне девиц, клявшихся в многолетней тайной страсти, или тех, кто внезапно заливался слезами, приплетая детские травмы, леди Ванесса предложила куда более занятный вариант. Шантаж, надо же.
— Если тебе просто хотелось со мной переспать, могла бы для начала хотя бы признаться в любви.
Именно поэтому ему захотелось узнать эту девушку получше.
— Глядишь, я бы и поддался.
Именно поэтому он нарочно подсунул ей заведомо неверный ответ. Ванесса же округлила глаза, словно ей подобное и в голову не приходило.
— Но, Ривер, это же обман. Говорить люблю, когда не любишь.
В ее чистых, искренне сияющих глазах отражалось его лицо — разительный контраст с ее донельзя циничным предложением. Он сощурился, словно глядя на солнце, а затем издал обескураженный смешок. Выходит, соблазнять словами о любви, не испытывая ее, — это обман, а вот купить чужое тело за деньги — честная сделка? В ней удивительным образом уживались непробиваемый узкий кругозор и абсолютная бесстыдность.
— Значит, сделка отменяется.
— П-подожди. То есть, мне достаточно просто тебя полюбить?
Ванесса поспешно вцепилась в рукав отвернувшегося мужчины. Она подошла ближе, прихрамывая, и на ее лбу выступила холодная испарина. Похоже, боль в подвернутой лодыжке становилась все сильнее.
— Как знать.
Ее подрагивающие розовые губы и жалкий взгляд пробуждали в нем низменное желание поиздеваться. Теодор молча разглядывал миловидное личико Ванессы, побелевшее от сдерживаемой боли, а затем криво усмехнулся.
— Что бы ты ни предлагала взамен, как бы ни шантажировала и ни упрямилась. Если я тебя не захочу, все это бессмысленно, разве нет?
— Что это значит?
— Куда важнее то, способен ли я вообще на тебя возбудиться.
Ванесса растерянно заморгала широкими глазами. Судя по лицу, она не поняла и половины из сказанного. Теодор глубоко затянулся сигаретой, зажатой между указательным и средним пальцами, и этой же рукой схватил девушку за бледную щеку.
Едкий дым рассеялся, одурманивая разум. На лице Ванессы, смотревшей на него снизу вверх, наконец-то проступила явная растерянность. Если это зрелище приносило ему удовольствие — значит ли это, что он безумен?
— Я правда не понимаю, что ты…
Склонив голову набок, он накрыл своими губами ее губы, приоткрытые для возмущения.
http://erolate.org/book/98/11861
Готово:
