Пыльная улица перед поместьем Клана Лин, которая еще мгновение назад служила сценой для мелкого регионального соперничества, внезапно погрузилась в вакуум абсолютного, удушающего ужаса. Сам воздух, казалось, свернулся, стоило взгляду Шэнь Хаорана намертво приковать к себе человека, который когда-то был легендой в Верхних Измерениях.
Не теряя ни секунды, еще до того, как эхо его собственного голоса растаяло в отражении каменных стен, Хаоран пришел в движение. Для наблюдателей он просто исчез и появился вновь в одном и том же кадре реальности. В следующее мгновение он протянул руку, которая ощущалась как холодное железо, мертвой хваткой вцепился в лицо Цзян Чэня, угрожая раздробить ему череп, и впечатал его в землю.
Удар был оглушительным. Тяжелые булыжники Города Благоухающих Цветов, укрепленные веками воздействия слабой земной Ци, разлетелись подобно хрупкому стеклу. Трещины расползлись паутиной во все стороны, добравшись до ног объятых ужасом прохожих. Затем с леденящим отсутствием эмоций Хаоран поднял ногу в шелковом сапоге и наступил прямо на лицо Цзян Чэня, пригвоздив «Несравненного Повелителя Меча» к грязи, словно обычное насекомое.
Вся эта сцена не заняла и секунды.
Члены Клана Цзян, секунду назад высокомерно стоявшие за спиной своего молодого господина, замерли в состоянии коллективного когнитивного диссонанса. Только что их лидер выглядел как король — и вот он уже лежит ковриком у чужих ног.
— М-Молодой Господин!
— Ублюдок! А ну отпусти Молодого Господина!
Оцепенение шока спало, и ведомые смесью клановой верности с отчаянным пониманием того, что их благополучие погибнет вместе с Цзян Чэнем, десятки воинов Клана Цзян обнажили оружие. С хором яростных криков они ринулись на Хаорана; их Ци вспыхнула хаотичным, разноцветным месивом техник Очищения Тела и Сбора Ци.
Шэнь Хаоран даже не повернул головы в их сторону. На его губах играла тонкая холодная ухмылка. Он просто небрежно взмахнул рукой, будто раздвигая назойливый шелковый полог.
Мир мгновенно погрузился в тишину.
Бегущие воины замерли на полушаге. На один удар сердца они стали похожи на статуи. А затем тонкая красная линия проступила на талии каждого мужчины в первых трех рядах. Их тела начали разъезжаться: верхние и нижние половины отделялись друг от друга с тошнотворным мокрым звуком. Кровь хлынула синхронным фонтаном, взмывая в воздух с таким напором, что на улицу хлынул теплый ливень с запахом меди.
Члены Клана Лин, наблюдавшие за происходящим из безопасности лестничного марша, дружно сделали шаг назад; их лица полностью утратили краски. Лин Хунчэнь и вовсе упал на колени, судорожно и испуганно глотая воздух при виде этой бойни. Лин Лочэнь, напротив, смотрела на Хаорана с завороженностью, абсолютно не тронутая видом крови и трупов. В конце концов, для неё, культивирующей Технику Нисхождения Асуры, человеческие души были необходимостью для прорыва. Она уже вырезала целую деревню и поглотила их души — обязательное требование для начала освоения этой техники. Сейчас она просто благоговела перед силой Шэнь Хаорана и гадала, когда же сама получит такую мощь.
С другой стороны, случайные свидетели — простолюдины, собравшиеся ради «зрелища», — зашлись в пронзительном нестройном крике. Многие развернулись и бросились бежать в переулки, в то время как другие просто повалились на землю, и их тут же вывернуло наизнанку: запах свежих внутренностей и озона перегрузил их чувства.
— Ублюдок! Да кто ты вообще такой!? — глухой рев Цзян Чэня донесся из-под сапога Хаорана, пока он скреб пальцами по его ногам, однако его ногти не могли даже пощекотать Хаорана. — Откуда ты знаешь это имя!? Почему ты хочешь убить меня!?
— Как я уже сказал, тебе этого знать не нужно, — ответил Хаоран, и его спокойный голос контрастировал с криками и кровью вокруг.
Он потянулся к своему пространственному кольцу и со вспышкой черного и фиолетового света призвал свой меч — Азатота. Клинок представлял собой осколок концентрированной тьмы, который, казалось, впитывал в себя солнечный свет.
— Всё, что тебе нужно знать — это то, что твой второй шанс на жизнь был ошибкой. И я здесь, чтобы её исправить.
В этот момент, словно реагируя на опасность, грозящую избраннику судьбы, ясное небо Измерения Погребения Святых начало бурлить: тяжелые угольные тучи закружились в вихре прямо над городом, а низкий, утробный раскат грома заставил землю содрогнуться.
— Нет! Я еще не умру! — взревел Цзян Чэнь со срывом в голосе от напряжения души, пытающейся заставить слабое тело совершать чудеса. — Я только что вернулся! Мне еще нужно отомстить тем трем ведьмам! Я еще встану над небесами и заставлю их заплатить за каждую каплю моей крови!
Он боролся с маниакальной силой, его мускулы вздулись, пока он пытался сдвинуть ногу Хаорана. Однако, что бы он ни делал, он оставался совершенно бессилен. Не говоря уже о том, чтобы подняться, он не мог заставить Хаорана сдвинуться ни на йоту.
— Встанешь над небесами? — Хаоран посмотрел вниз, и его глаза наполнились глубоким, беспристрастным презрением. — Цзян Чэнь, ты не можешь выстоять даже передо мной. Как ты смеешь произносить эти слова, когда не способен убрать мою ногу со своего лица?
Хаоран переставил ногу с его лица на грудь. Затем он поднял Азатота, направив острие клинка прямо в горло Цзян Чэня:
— Умри вместе со своими иллюзиями.
Он нанес удар.
— НЕЕЕЕЕТ! — Цзян Чэнь издал последний, отчаянный крик, когда темный клинок устремился вниз.
Но тут, словно сами небеса вмешались, дабы защитить любимое дитя, его тело взорвалось неистовым темно-пурпурным светом, и ударная волна чистой, неразбавленной энергии Пустоты рванулась наружу. Шэнь Хаоран был вынужден вскинуть руку, чтобы прикрыть лицо, когда его отбросило назад на несколько метров. Он проскозил по разбитой булыжной мостовой, прочертив сапогами глубокие борозды на улице, прежде чем восстановил равновесие.
Затем он поднял взгляд, и его золотые глаза расширились от искреннего удивления.
— Это... — пробормотал Хаоран, и в его взор вернулся острый блеск интереса. — Божественное Тело Безформенной Пустоты? Этот человек действительно обладает столь божественным телом в этом дряхлом мире?
Будучи одним из высших телосложений, рожденных на самом рассвете творения, Безформенная Пустота была легендой благодаря своей абсолютной защите и манипуляциям с пространством. Эта сила требовала огромного таланта и удачи для развития. Но из того, что он наблюдал, нынешнее тело Цзян Чэня представляло собой катастрофу: разбавленное чрезмерным количеством пилюль, ослабленное развратом и лишенное даже крупицы надлежащего фундамента. Не говоря уже о развитии, просто пробудить его должно было быть куда труднее, чем то, через что прошел он сам, пытаясь пробудить собственное телосложение!
*«...Что за чертовщина».*
Именно в этот момент Шэнь Хаоран наконец осознал, насколько же предвзяты небеса по отношению к этим избранным — факт, который он совершенно игнорировал ранее. На грани смерти этот Цзян Чэнь не просто пробудил свое Божественное Телосложение, но и развил его до стадии Малого Завершения!
Как раз в этот момент, когда пурпурный свет угас, Цзян Чэнь поднялся на ноги, и теперь он больше не был тем слабым молодым господином. Отныне он был окутан мерцающей, неземной пурпурной аурой, которая, казалось, поглощала тени вокруг него. Он вытер кровь со рта и холодно, высокомерно рассмеялся:
— Ха-ха-ха! Я ведь говорил, верно? Я не умру! Моя судьба начертана на звездах! Я возвышусь над остальными и стану верховным владыкой! Буду править небесами и землей!
— Верховным владыкой? — Шэнь Хаоран долго смотрел на него, а затем медленно покачал головой с выражением жалости на лице. — Цзян Чэнь, как же низко ты пал на самом деле. Ты мечтаешь стать «Верховным владыкой»? С начала времен существовало бесчисленное множество Верховных. Они рождаются и умирают в мгновение ока по меркам вселенной. Стать Верховным — значит просто стать одним из многих, чуть более крупной рыбой в том же застоявшемся пруду. И то, что ты мечтаешь о чем-то столь... посредственном. Похоже, слухи о твоей былой славе были сильно преувеличены.
Цзян Чэнь фыркнул, и его пурпурная аура вспыхнула от гнева:
— Ты ведь из Верхнего Измерения, так? Клан Шэнь послал мелкую шавку вроде тебя, чтобы закончить то, что они начали? Хе-хе, те три сучки действительно боятся меня, не так ли? Они даже спать не могут без мыслей о том, что я вернусь, осуществлю свою месть и уничтожу их!
— Кто знает, — ухмыльнулся Хаоран.
Цзян Чэнь стиснул зубы и направил дрожащий палец на Хаорана, сорвавшись на крик:
— Ты, пес Клана Шэнь! Ты и весь твой род — мерзость! Рано или поздно вас настигнет суд! Вы познаете гнев небес за свои злодеяния!
Шэнь Хаоран долго смотрел на него, прежде чем пожать плечами; его поза расслабилась, перейдя в состояние пугающего спокойствия, пока он удерживал Азатота сбоку, а темный клинок тихо гудел:
— Небеса могут судить меня... когда докажут, что достойны находиться в моем присутствии. А до тех пор они — всего лишь крыша над моей головой.
— Ты !
— А теперь довольно разговоров, — произнес Хаоран, и его ухмылка вернулась, став еще острее, когда он почувствовал, как Божественное Телосложение Бога-Дракона Бесконечности внутри его собственного тела начинает резонировать, а кровь закипает в предвкушении истинной битвы. — Это мой первый раз, когда я сталкиваюсь с другим подлинным Божественным Телосложением в схватке не на жизнь, а на смерть. И я нахожу это... волнующим. Посмотрим, сможет ли твоя «Пустота» уцелеть перед лицом «Бесконечности»!
http://erolate.org/book/1033/119704
Готово:
