В десять утра под засохшим деревом уже сидела маленькая фигурка.
Тацумаки, обхватив колени руками, безучастно смотрела в землю.
Услышав шаги, она резко вскинула голову. В зеленых глазах мгновенно вспыхнул огонек – так в пасмурный день сквозь тучи вдруг пробивается солнечный луч. К ней шел Цзи Мо, неся два пухлых пластиковых пакета.
Пакеты шуршали, внутри виднелись сладости в ярких упаковках: шоколадные пай, печенье с клубничной начинкой, банановые ириски и две коробки молока с разными вкусами.
Он сел рядом, поставив пакеты на бетон между ними. Взгляд Тацумаки приковался к покупкам. Она забавно повела носом – аромат сахара уже пробивался наружу.
— Завтракала? — Спросил Цзи Мо.
Тацумаки покачала головой. Утром приемная мать дала ей лишь полмиски холодной каши – девочка сделала пару глотков и больше не смогла.
Цзи Мо промолчал. Он вскрыл упаковку шоколадного пая и протянул ей, а затем вставил трубочку в коробку с клубничным молоком и вложил её Тацумаки в руки.
Они ели в тишине. Тацумаки крошечными кусочками откусывала пай. Хрупкая глазурь осыпалась, и она торопливо ловила крошки ладонью. Клубничное молоко было очень сладким; Тацумаки так усердно тянула его, что трубочка в её губах совсем сплющилась.
Сам Цзи Мо открыл баночку черного кофе и съел пару онигири. Он ел быстро, но не сводил глаз с Тацумаки. Наблюдал, как она осторожничает, стараясь не сорить, как довольно щурится, прихлебывая молоко. Когда пакеты опустели, Цзи Мо заговорил:
— Тебе дома хорошо?
Тацумаки замерла. Она опустила взгляд на оставшийся в руке уголок пирожного, сминая пальцами обертку. А затем качнула головой. Едва заметно, но решительно.
Подул ветер, и последние сухие листья сорвались с веток, упав к её ногам. Девочка пошевелила их носком ботинка, переворачивая на иссохшую изнанку.
— …Хочешь погулять? — Спросил Цзи Мо.
Тацумаки вскинула голову, широко распахнув глаза.
— …А можно?
— Можно.
— Но… — голос её затих. — …папа и мама будут злиться.
Цзи Мо молча смотрел на неё несколько секунд. Затем встал и отряхнул пыль с брюк.
— Я сам скажу.
Тацумаки поднялась следом, нервно сминая край кофты маленькими ручонками. Она наблюдала, как Цзи Мо подошел к дверям усадьбы и постучал. Деревянная створка приоткрылась, показалось лицо приемной матери. Женщине было за тридцать; уголки её губ были вечно опущены, отчего она всегда казалась недовольной. Увидев Цзи Мо, она нахмурилась.
— Кто это еще?
— Здравствуйте, тетя, — голос Цзи Мо зазвучал чуть выше обычного; он старался походить на простого ребенка. — Я новый друг Тацумаки. Хотел… хотел позвать её погулять. Можно?
Приемная мать скользнула взглядом мимо него, посмотрев на Тацумаки. Та мгновенно опустила голову, уставившись на носки своих ботинок.
— Куда собрались? — Сухим голосом спросила женщина.
— Да тут, недалеко. На торговую улицу, — ответил Цзи Мо. — К ужину я её приведу.
Женщина молчала несколько секунд. Тацумаки казалось, что её сердце колотится так громко, будто бьют в барабан. Она боялась, что мать откажет, или, что еще хуже, начнет расспрашивать: кто такой Цзи Мо, где живет, кто его родители.
Но та лишь еще раз смерила мальчика взглядом и махнула рукой:
— Идите. Только не натворите дел.
Сказав это, она собралась закрыть дверь.
— Спасибо, тетя, — вежливо сказал Цзи Мо.
Дверь захлопнулась с глухим стуком. Тацумаки все еще стояла как вкопанная, пока Цзи Мо не вернулся и не тронул её за плечо.
— Идем.
Она посмотрела на него сияющими глазами.
— …Договорился?
— Договорился.
Торговый район был совсем рядом – всего три остановки на автобусе. Тацумаки ехала в автобусе впервые в жизни. Она прижалась к окну, прислонившись носом к стеклу и рассматривая пролетающие мимо улицы. Её пальцы бессознательно выводили круги на холодном стекле, а солнце, проходя сквозь него, теплыми пятнами ложилось ей на лицо.
Цзи Мо сидел рядом, краем глаза наблюдая за её реакцией. Он видел, как она округляет глаза, как приоткрывает рот при виде чего-то диковинного, как засматривается на детей в ярких одеждах, а затем понуро опускает взгляд на свою застиранную старую куртку.
Выйдя на остановке, Цзи Мо сразу повел её в магазин детской одежды. Внутри было светло; вещи ровными рядами висели на вешалках, пестря всеми цветами радуги. Тацумаки замерла у входа, не решаясь войти, и мертвой хваткой вцепилась в край куртки Цзи Мо.
— Выбирай, что нравится, — сказал он.
Тацумаки покачала головой и попыталась спрятаться за его спиной.
Цзи Мо не стал настаивать. Он сам подошел к стеллажам, проводя пальцами по рядам одежды. Он плохо разбирался в девчачьих вкусах, поэтому просто взял наугад нежно-зеленый свитер – мягкий, пушистый, с вышитым котенком на груди. К нему добавил темно-синие брюки из плотной ткани, которые выглядели теплыми.
— Примерь, — он протянул ей вещи.
Тацумаки взяла их. Шерсть оказалась такой мягкой, что пальцы девочки дрогнули. Она посмотрела на Цзи Мо, затем на примерочные кабинки.
К ним, улыбаясь, подошла молодая продавщица.
— Хочешь примерить обновки, малышка? Пойдем, я помогу.
Тацумаки увели, дверь закрылась, и Цзи Мо остался ждать снаружи. Через несколько минут дверь распахнулась. Девочка вышла в новой одежде, не зная, куда деть руки от смущения. Свитер был ей немного велик, рукава закрывали ладони, но его цвет удивительно подчеркивал её зеленые волосы. Брюки сидели идеально; теперь она наконец-то не выглядела так, будто на неё нацепили мешок.
Она долго стояла перед зеркалом, разглядывая свое отражение. А потом осторожно коснулась вышитого котенка.
— …Нравится? — Спросил Цзи Мо.
Тацумаки закивала так усердно, что волосы запрыгали по плечам. Цзи Мо выбрал ей еще два сменных комплекта и пару кроссовок – белых, с розовыми полосками по бокам. Когда на кассе старую одежду сложили в пакет, Тацумаки не отрывала от него взгляда, пока Цзи Мо не взял его и не сказал:
— Пойдем.
На улице вовсю сияло солнце. Тацумаки шла, глядя под ноги на свои новые кроссовки, и старательно перешагивала через трещины в асфальте, боясь их испачкать.
Обедали они в небольшом ресторанчике на торговой улице. Цзи Мо взял себе рис с карри, а для Тацумаки заказал детский набор: рис в форме медвежонка, жареная курица, брокколи и чашка кукурузного супа.
Тацумаки ела медленно, тщательно пережевывая каждый кусочек. На середине трапезы она вдруг тихо произнесла:
— …Я раньше никогда такого не ела.
Рука Цзи Мо с ложкой замерла. — Будем приходить сюда часто.
Когда с едой было покончено, он посмотрел на девочку, допивающую суп, и помедлил несколько секунд.
— Хочешь зайти ко мне домой? — Спросил он.
Тацумаки подняла голову, не вынимая ложки изо рта. — …А можно?
— Можно.
Квартира оказалась меньше, чем представляла Тацумаки, но очень чистой. Окна были вымыты до блеска, и послеполуденное солнце заливало пол ярким светом. У окна стоял низкий столик, на котором пристроились два горшка с сочными зелеными суккулентами и две латунные… гильзы? Взгляд Тацумаки приковался к ним. Она подошла ближе и присела на корточки.
Гильзы мягко поблескивали на солнце, создавая странный контраст с нежной зеленью растений. Цзи Мо стоял в дверях, наблюдая, как она обходит комнату. Она изучала всё очень внимательно. Искала на стенах картинки – их не было. Искала в шкафу игрушки – пусто. Заглянула на кухню – плита сияла чистотой.
— Совсем пусто, — таков был её вердикт после осмотра.
Цзи Мо видел, как она стоит посреди комнаты, теребя край нового свитера. Он вдруг что-то вспомнил, подошел к комоду и выдвинул ящик. Там лежали наличные и несколько пакетиков удобрений, которые ему вчера навязал владелец лавки с суккулентами.
— Послушай… — голос его прозвучал немного сухо. — Сходи со мной кое-что купить.
Тацумаки обернулась. — Что именно?
— Мебель, — ответил Цзи Мо. — Дома не хватает вещей.
Они вернулись на торговую улицу, на этот раз в магазин товаров для дома. Цзи Мо катил тележку, а Тацумаки семенила рядом. Магазин был огромным; стеллажи уходили вдаль, заваленные полотенцами, пледами, посудой и коробками всех мастей.
Сначала Цзи Мо взял два полотенца – темно-синее и нежно-зеленое. Затем две зубные щетки: одинаковые, но разного цвета. Зубная паста, стаканы для полоскания, мыльницы – всё в двух экземплярах. Тацумаки молча наблюдала, пока он не потянулся за парой кружек – белых, с простым рисунком облаков. Только тогда она тихо спросила:
— …Почему всего по два?
Рука Цзи Мо замерла в воздухе. Он посмотрел на содержимое тележки: парные полотенца, парные щетки, а теперь и эти кружки. Он помолчал несколько секунд.
— …Запасные, — бросил он, ставя кружки в тележку.
Тацумаки больше не спрашивала. Они продолжили обход. Цзи Мо выбрал светло-серый пушистый ковер – под низкий столик он должен был лечь идеально. Купил небольшой книжный шкаф и несколько детских сказок, которые посоветовала продавщица. Набор цветных карандашей и альбом для рисования. Напоследок они зашли в отдел игрушек. Цзи Мо остановился перед полкой с карточными играми и взял одну коробку.
— Умеешь играть?
Тацумаки покачала головой.
— Научу, — сказал он, отправляя карты в тележку.
На кассе покупки заняли три больших пакета. Цзи Мо нес два, а Тацумаки настояла на том, чтобы взять самый маленький – с кружками и картами. На обратном пути они молчали. Девочка крепко сжимала ручки пакета. Солнце растягивало их тени, а новые кроссовки весело постукивали по тротуару.
Вернувшись в квартиру, они принялись за обустройство. Серый ковер мгновенно сделал комнату уютнее. Шкаф встал у стены, на полки легли книги и карандаши. В ванной появились полотенца – синее и зеленое, бок о бок. Зубные щетки заняли свое место в стакане на краю раковины. Кружки вымыли, наполнили теплой водой, и Цзи Мо протянул Тацумаки ту, на которой облаков было побольше.
Тацумаки обхватила кружку обеими ладонями. Тепло передавалось через керамику, согревая руки. Она рассматривала облака – простые синие штрихи, будто нарисованные ребенком. Затем взглянула на кружку Цзи Мо. Там облаков было меньше, но линии казались четче.
— Это набор, — пояснил он, будто оправдываясь.
Когда они расставляли вещи на полках, случилась заминка. Тацумаки хотела положить коробку карандашей на самый верх, но, как ни тянулась на цыпочках, не доставала. От досады она невольно сосредоточилась.
Вжих!
Несколько еще не распакованных тетрадей вдруг взмыли в воздух и плавно поплыли вверх. Тацумаки замерла от ужаса, рука застыла, глаза округлились. Тетради поднимались всё выше, грозя удариться о потолок. В этот момент чья-то рука мягко опустилась ей на макушку.
— Не волнуйся, — голос Цзи Мо был спокоен. — Не торопись.
Тацумаки глубоко вздохнула и зажмурилась. Железная пластина в её ладони нагрелась от напряжения. «Вниз, вниз, вниз», – твердила она про себя. Тетради, качнувшись, начали медленно опускаться и наконец со стуком легли на верхнюю полку.
Девочка открыла глаза. Лоб её вспотел. Она посмотрела на Цзи Мо, ожидая увидеть гнев или отвращение…
Но он лишь взъерошил ей волосы.
— Молодец.
Всего одно слово. Никаких упреков, никакого страха. Он не назвал её монстром.
У Тацумаки защипало в носу. Она опустила голову и изо всех сил заморгала, проглатывая подступивший ком.
Когда всё было расставлено по местам, солнце начало клониться к закату. Оранжевые лучи пронзали комнату, окрашивая её в теплые тона. На ковре лежали разложенные карты. Цзи Мо сидел, скрестив ноги; Тацумаки устроилась так же. На коленях у неё лежала инструкция, и, так как читала она еще плохо, Цзи Мо вслух объяснял ей правила. Игра была простой: сравнивать числа, собирать комбинации.
Тацумаки схватывала на лету. К третьей партии она уже вполне осознанно просчитывала свои ходы. Во время пятого кона она украдкой взглянула на Цзи Мо. Он сидел прямо, но плечи его были расслаблены. Он сосредоточенно смотрел на свои карты, но взгляд его не казался таким тяжелым, как обычно. Свет из окна очерчивал его профиль, а ресницы отбрасывали маленькие тени под глазами.
Тацумаки вдруг вспомнила семейное фото в гостиной приемных родителей. Та «семья» на снимке сидела вместе и улыбалась на фоне фальшивого неба. Она посмотрела на свои карты, на мягкий ковер под ногами, на зеленые суккуленты и на стоящие рядом кружки.
— …Здесь так хорошо, — прошептала она.
Рука Цзи Мо с картой дрогнула. Он на мгновение поднял на неё глаза, а затем снова опустил их.
— Угу, — тихо отозвался он.
За окном сгущались сумерки, один за другим загорались уличные фонари, сливаясь в цепочку оранжевых огней. В комнате было тихо, слышался лишь шелест карт о ковер и их спокойное дыхание.
Тацумаки снова выиграла. Она улыбнулась, и на её щеках показались ямочки. Цзи Мо, глядя на её улыбку, замедлил движения, тасуя колоду. Он положил карты в центр и посмотрел в окно на темнеющее небо.
«А день сегодня… выдался неплохой», – подумал он про себя. А затем протянул руку и включил настольную лампу.
Теплый желтый свет мгновенно заполнил комнату, отбросив на стену две длинные тени, которые сидели совсем рядом.
Пожалуйста, не забудьте поставить «Спасибо»! Ваша активность помогает делать работы лучше, ускоряет выход новых глав и поднимает настроение переводчику!
http://erolate.org/book/140/22960
Готово:
