Коридор уже погрузился во тьму, так что не было видно ни зги.
Сухо осторожно делал шаг за шагом, стараясь ступать как можно тише.
Так он добрался до комнаты Сони.
«Свет погашен?»
[Это неожиданная реакция. Я думал, раз она пригласила вас домой, то определенно желает близости].
Если хорошенько подумать, поведение Сони сегодня было довольно странным.
Даже если ужин с мужем был запланирован заранее, она провоцировала Луну, а когда они ехали в особняк, устроила всё так, чтобы они остались в карете вдвоем.
Но даже когда он остался в доме, она не сделала ни одного шага навстречу.
«Это из-за мужа?»
[Похоже, точную причину будет трудно узнать, пока мы не заглянем в её мысли].
Заметила она что-то или нет, для Сухо сейчас было важно только одно.
Щелк... Скрип.
...Он хотел сделать это.
Осторожно войдя внутрь, он увидел, что Соня уже крепко спит в кровати под одеялом.
Она мирно дышала, совершенно безоружная и лишенная всякой настороженности.
Несмотря на то что она одна занимала широкую кровать, место рядом оставалось свободным.
«Теперь это место моё».
[Вы действительно ведете себя как злодей.]
Сухо осторожно подошел к кровати.
Соня откинула одеяло с верхней части тела и приняла соблазнительную позу.
По мере того как глаза привыкали к темноте, очертания ее фигуры становились все отчетливее.
Пижама в виде цельного платья, цвет которой невозможно было разобрать — то ли голубая, то ли белая, — ничуть не скрывала ее тело.
Возможно, из-за того что она ворочалась во сне, завязки на груди слегка развязались, и пышная грудь, которая всегда была скрыта формой Профессора, теперь была беззащитно обнажена.
«Дух захватывает! Всегда как в первый раз! Большая грудь — это лучшее!»
[….]
Сухо, посмеиваясь, протянул руку к груди Сони.
И в тот момент, когда мои пальцы коснулись ее соска…
Хвать!
— Ой!?
Внезапно вскочившая Соня левой рукой крепко схватила меня за руку, а правой начала чертить магический круг.
Пораженный ее запредельной скоростью, Сухо в панике поспешно прошептал:
— Э-это я!
— …Студент-Хранитель?
Соня перестала чертить магический круг и в сиянии синего света, исходящего от него, пристально уставилась на Сухо.
Она вздохнула и ослабила хватку.
А затем отвесила мне крепкий щелчок по лбу.
Щёлк!
— Ой-ой.
— Вы меня напугали…»
Соня коснулась лампы на краю кровати и зажгла свет в спальне.
Она начала ворчать тихим голосом.
После нескольких упреков, когда мой понурый вид стал бросаться в глаза, она присела на кровать и погладила меня по голове.
«…Больно было? Простите меня».
«Да что вы, это же я виноват».
«И все равно, мне жаль».
Сухо через устройство связи выразил свое восхищение Соней.
«Ого, ничего себе».
[Похоже, это потому, что маги — существа, в такой степени специализированные для боя.]
«Я-то думал, что профессора только и умеют, что на доске каракули писать да объяснять доходчиво…»
Сегодня я на собственной шкуре прочувствовал, что не стоит недооценивать профессию профессора.
Это было все равно что потрогать за грудь оружие, которое Сухо использовал бы в первую очередь, начнись война.
…Хотя для оружия она была слишком теплой и мягкой. Это было не холодное оружие, а, можно сказать, «теплое оружие».
Соня какое-то время гладила меня по голове, а затем с озорной улыбкой спросила:
«…Вы ведь хотели напасть на Сухо?»
«Что? Да ну, с чего вы взяли. Просто Сухо забеспокоился, хорошо ли вы спите».
«…Если честно».
«Да. Хотел напасть».
«Ф-фух…»
Этот Сухо — настоящий мусор…
[Мне действительно любопытно, вы это всерьез сказали?]
«…Это вырвалось само собой, даже Сухо не заметил».
Это действительно вылетело рефлекторно, Сухо и сам не понял как.
Я думаю, главная прелесть Сони в том, что она умеет вытягивать из человека его истинные мысли.
Соня погладила меня по щеке и сказала:
«Но сегодня, пожалуйста, сдержитесь. Сейчас в соседней комнате находится муж».
….
Она наверняка не знает о том, о чем мы говорили с Карлом.
В глубине души мне хотелось рассказать ей все прямо сейчас.
«Черт, я так этого хочу… Может, сказать ей, что муж дал добро…»
[Мне кажется, вы могли бы просто сказать ей об этом.]
«Нет. То, что мы делаем, зная правду, но пребывая в некой неопределенности, приносит гораздо больше острых ощущений».
[….]
Я был в этом уверен.
Чтобы поддерживать это возбуждающее влечение с Соней, в наших отношениях должен присутствовать этот элемент тревожного беспокойства.
Страх, рождающийся в таинственной недосказанности, всегда возбуждает людей еще сильнее.
…И я просто хочу этого.
Я пришел сюда с уверенностью, что смогу это сделать, и не хотел уходить ни с чем.
В этот момент мне в голову пришла блестящая идея, и я предложил ее Соне.
«Тогда давайте так: я буду ласкать ваше тело, госпожа профессор, и если вы сможете сдержаться, я покорно уйду».
«Ой? Ты уверен, что справишься?»
Соня посмотрела на меня с усмешкой и начала поглаживать мой член.
«Я собиралась немного помочь тебе разрядиться, но если я продолжу ласкать его, сможешь ли ты просто так уйти?»
«Конечно».
«Хе-хе».
За исключением первого дня, в большинстве случаев, когда мы переплетались телами, инициатива была на стороне Сони.
Как бы я ни старался, Соня была женщиной, которая изучила всевозможные способы, чтобы справиться с эректильной дисфункцией своего мужа.
Но….
«Соня Фридрих…. Ты сама сняла печать с моего черного пламенного дракона».
[….]
Я медленно просунул левую руку ей под юбку.
..
..
«Хммф!! Кхммф!!! Хм-м-мф! Мммф!!»
Соня, лежа на кровати, обеими руками зажимала рот, сдерживая стоны, которые, казалось, вот-вот вырвутся наружу.
От удовольствия, которого она никогда в жизни не испытывала, она плакала, бросая на меня умоляющий взгляд.
Ее бедра уже были охвачены экстазом, исходящим от ее лона, и у нее совсем не осталось сил, чтобы свести их вместе.
Дрожащие бедра, казалось, могли лишь служить опорой для моих пальцев, проникающих внутрь.
«Кхык! Хм-м-м! Хммф! Ха-а-анг!! Хммф!»
Она сама пугалась своих стонов, изредка вырывавшихся наружу и похожих на крики, и снова зажимала рот обеими руками.
Я со злобной усмешкой обратился к Соне.
«Профессор? Неужели вам все еще мало?»
«Кх-х-х! Кхык! Хм-м-мф! Хм-м-м-кхык~!»
Казалось, она хотела что-то сказать, но не могла убрать руки от лица.
Она лишь роняла слезы, глядя на меня с выражением отчаянной мольбы.
На мой взгляд, ее лицо выражало просьбу поскорее закончить.
[Вы весьма коварны.]
«Я так хотел увидеть ее в таком умоляющем состоянии!»
Я люблю Соню.
Но секс — это не только чуткость и внимание к партнеру.
Иногда необходимо проявлять подобное упрямство и напор.
Видеть, как женская защита рушится под натиском моей техники — это то, о чем мужчины мечтают всю жизнь.
И я был способен покорить любую женщину мастерством своих рук.
«Кхык! Хм-м-мф! Хм-м... Ха-а... Ха-а...»
Я снова остановил руку прежде, чем Соня успела достичь оргазма.
Ее соки, просочившись сквозь пижаму, уже полностью промочили постель.
«Хг-х… По… пожалуйста… М-м-м… Ещё чуть-чуть, и я смогу…»
«Как же… вы хотите кончить?»
«…Да».
От Сони, которая до этого момента демонстрировала передо мной достоинство старшей, не осталось и следа.
Осталась лишь женщина, чья защита рухнула, и которая была готова принять всё.
«Тогда сегодня ночью я могу переспать с вами, профессор?»
«Э-это…»
Соня отвернула покрасневшее лицо в сторону, не в силах сразу ответить на мой вопрос.
Мне захотелось слизнуть слёзы, стекающие по её лицу.
«О-о, какая невероятная ментальная стойкость. Я думал, к этому времени она уже окончательно сломается».
[Эта женщина обладает потрясающей силой духа.]
«…Нет, так не пойдёт».
[…?]
«Я буду продолжать, пока она не начнёт задыхаться от удовольствия и умолять меня!»
[….]
Я снова ввёл пальцы во влагалище.
Слово «влажная» уже не подходило для описания драгоценного лона Сони.
Оно уже так сильно промокло и разгорячилось, что было бы просто жаль не войти внутрь.
Однако то, что я хотел видеть, было не её прекрасным лоном.
«А-а, нет! Хг-х-х! Кх-х! Гх-х-х!»
Я хотел видеть, как она, окончательно сломленная, будет отчаянно умолять меня.
Соня снова закрыла рот обеими руками и начала отчаянно извиваться, проглатывая стоны.
Хотя внутри ещё оставалась смазка, она снова начала течь наружу.
Ласки, преддверие оргазма, ласки, преддверие оргазма, ласки…
Спустя целый час повторений….
«Аах! Пожалуйста, умоляю! Вставь в меня! Я больше не могу! Плевать, что муж здесь, мне всё равно!»
Соня, не в силах больше сдерживаться, сорвалась на приглушённый крик.
Её голос был достаточно громким, чтобы муж мог его услышать.
Сухо перестал двигать рукой и посмотрел на Соню.
Соня схватила меня за руку своими дрожащими руками и начала умолять.
«Пожалуйста... Хнг!»
Сухо раздвинул ноги лежащей Сони и пристально посмотрел ей между ног.
Её промежность, которую она аккуратно привела в порядок перед сном, была осквернена мужчиной и превратилась в мокрое месиво, измазанное любовным соком.
Драгоценная киска Сони уже раскраснелась и пульсировала, словно приоткрытый рот, готовый принять в себя любого гостя.
Соня смотрела на Сухо затуманенным взглядом.
На её лице застыло выражение томительного ожидания.
Раз он раздвинул ей ноги, она ожидала, что он наконец войдёт в неё...
«Хаа... хаа...»
«...»
«Т-ты ведь хочешь войти в меня, да?»
Эти слова были последними крохами женской гордости, которые Соня смогла в себе собрать.
Сухо жестоко усмехнулся, глядя на Соню сверху вниз.
«...Боюсь, не получится. Ваше поведение, госпожа профессор, оставляет желать лучшего».
«П-поведение? О ч-чём ты... Аах! Хмпф!! М-мм!!»
Но Сухо растоптал даже эту последнюю гордость Сони.
Большим и указательным пальцами Сухо начал нежно и умело потирать раскрасневшийся клитор Сони, словно касаясь драгоценного камня.
«Хе-ет... хнг... ха-а...»
Её лицо теперь выражало не просто удовольствие, как раньше.
Рот её раскрылся, а глаза едва не закатились от экстаза.
Когда я прекратил ласкать её клитор, она посмотрела на Сухо снизу вверх с изнемождённым видом, не в силах даже закрыть рот.
Соня с трудом проговорила.
«По... позя...»
«Что вы сказали?»
Соня, у которой даже язык не слушался, из последних сил выдавила финальные слова.
«В-вставь в меня... Хнык!»
Услышав это, Сухо тут же ввел член в ее лоно.
Проход не оказывал никакого сопротивления.
Напротив, ее нежные стенки, покрытые смазкой, с готовностью принимали вторжение пениса.
Казалось, жар ее соков плавит сам член.
С каждым моим толчком Соня высовывала язык и с трудом издавала лишь слабые стоны, будто была на грани обморока.
«Хе-ы... Хы-ы... Ха-а...»
В ее зрачках не отражался мой силуэт.
Соня, полностью лишенная сил, раскинула руки и ноги на кровати, сосредоточив все свои чувства лишь на лоне.
Сухо с восторгом от того, что сломил ее, начал неистово толкаться внутри.
Чпок, чпок, чпок, чпок.
«Хе-ы... Хы-ы... Хы-ып...»
«Ха-а! Ха-а! Профессор, как же хорошо!»
«Сухо, м-мне тозе... Хы-ы...»
Цепляясь за остатки сознания, Соня, принимая мой член, все же пыталась отвечать на мои слова.
И вот настал решающий миг.
«Профессор, я сейчас кончу!»
«К-концай...»
«Кх-ы-ы!»
«Хе-ы-ы...»
Он вогнал пенис по самое основание, упираясь в самый вход ее матки.
Семя, вливающееся в матку, затуманило разум Сони, словно распыляясь в нём белой дымкой, пока Сухо продолжал своё дело.
— Ха-а… ха-а…
Сухо, тяжело дыша, смотрел на Соню.
— …
Соня закатила глаза и потеряла сознание.
***
— Ха-а… ха-а…
Луна, высунув раскрасневшееся лицо из-под одеяла, лежала с выражением лица, всё еще погруженным в послевкусие удовольствия.
Луна никогда в жизни не думала, что простая забава наедине с собой может приносить такое наслаждение.
Однако с определенного дня она начала ежедневно погружаться в мастурбацию и уже не могла остановиться.
Давая себе обещание, что это в последний раз, она снова удовлетворяла себя, а на следующий день опять мастурбировала, представляя в голове того мужчину.
Зная, что это грязное занятие, она оказалась в ситуации, когда не могла выбраться из этой зависимости.
Погруженная в истому, Луна думала:
«Насколько же это было бы приятно, если бы он вставил это в меня…»
Луна погрузилась в глубокий сон, воображая себе вещь, которую никогда в жизни не видела.
#
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://erolate.org/book/1425/179232
Готово:
